Жара в Яньчэне

Звонок мастера из аварийной электросети сорвался на тридцать первой секунде. Ло Вэньчжоу в сердцах ткнул пальцем в мокрый экран смартфона, но гаджет выскользнул из влажной ладони и с глухим стуком упал на ковёр. Пот застилал глаза. Едкие капли текли по вискам, затекая за шиворот домашней футболки, которая уже потемнела на груди и хребте, намертво прилипнув к лопаткам. Каждое движение отзывалось противным трением ткани о влажную кожу - и это при том, что из душа он вышел всего минут пятнадцать назад. Эффекта от ледяной воды хватило ровно до того момента, пока он не перешагнул порог ванной и не вдохнул спёртый, мёртвый воздух квартиры. Вместе со светом во всём жилом квартале разом стихло всё: умерли кондиционеры, замерли лопасти вентиляторов, а из открытых окон соседних многоэтажек доносился лишь унылый, измученный гул сотен таких же задыхающихся людей. На экране заблокированного телефона продолжал висеть утренний виджет, и прогноз погоды, обещавший грозу и ливень, сейчас казался злой насмешкой. На улице стояло глухое, неподвижное марево. Вэньчжоу со стоном нагнулся за телефоном, чувствуя, как по пояснице катится очередная горячая струйка. - Он сказал, что бригада ищет место обрыва, - громко, стараясь перекричать уличный гул, бросил Вэньчжоу вглубь коридора. Во рту пересохло, а язык казался наждачной бумагой. - Будут «как только, так сразу». Наглый малый. Хотел бы я посмотреть, как быстро он нашёл бы этот кабель, если бы я запер его в нашем кабинете на допрос. Ответом ему было лишь глухое, измученное молчание. Ло Вэньчжоу вздохнул и поплёлся на кухню, шлёпая босыми ногами по нагретому паркету. Пол казался тёплым, как крышка капота стоявшего на солнце автомобиля. В морозилке, слава богу, ещё оставался лёд, хотя из-за отключения электричества холодильник уже начинал медленно плакать. Капитан принял экстренные меры спасения для своей маленькой стаи. Он щедро смочил в ледяной воде два больших банных полотенце, выжал их, насколько хватило сил, и ровным слоем расстелил прямо на полу в коридоре, где была хоть какая-то тень. Из-под кухонного гарнитура немедленно показался Ло Иго. Кот полностью растерял свой надменный аристократизм: его пушистая шерсть свалялась, розовый язык был вывален наружу, а бока ходили ходуном от частого, рваного дыхания. Он дышал тяжело, как загнанная собака. Увидев мокрую ткань, животное без лишних церемоний доковыляло до полотенца и пластом рухнуло на него, блаженно зажмурившись. Вэньчжоу дрогнул сердцем. Он присел на корточки и ласково протянул руку, собираясь почесать кота за ухом, чтобы хоть немного утешить. Стоило его пальцам коснуться влажной шерсти, как Ло Иго резко открыл глаза. Пушистый эгоист выдал предупреждающее, утробное рычание и капитан мгновенно отдёрнул руку. Глаз Вэньчжоу дёрнулся. - Ах ты неблагодарная скотина, - проворчал он. Из ванной послышалось шлёпанье лап. Фэй Цянь, привлечённый запахом влаги, приковылял следом. Он оценил обстановку, пристроился на край второго полотенца и, когда Ло Вэньчжоу попытался примирительно погладить и его, просто замахнулся когтистой лапой, едва не располосовав хозяину запястье. Тактильные нежности в этот день были под строжайшим запретом. - Да понял я, понял, пошёл я к чёрту, - буркнул Вэньчжоу, поднимаясь на ноги и утирая лоб краем футболки. Взяв оставшийся пластиковый таз, куда он насыпал гору тающего льда, капитан направился в сторону гостиной. Там, на дизайнерском шезлонге у открытого балкона, застыл Фэй Ду. И Ло Вэньчжоу, несмотря на удушающее пекло, на секунду замер на пороге. Ло Вэньчжоу с трудом удержал таз со льдом - пальцы на секунду ослабли. Фэй Ду лежал на низком шезлонге у самого окна, и эта картина была одновременно шедевром искусства и изощрённой пыткой. Дорогая шёлковая рубашка была полностью расстёгнута, обнажая влажную, бледную грудь и плоский живот. Ткань на пояснице потемнела от пота и намертво облепила бёдра, очерчивая каждый изгиб. Обычно безупречно уложенные длинные волосы растрепались, потемнели от влаги и тонкими, непослушными прядями прилипли к шее и ключицам. Фэй Ду медленно, тяжело дышал приоткрытым ртом. Его губы, сухие и слегка покусанные, казались неестественно яркими. Капли пота медленно, графично скатывались по его горлу, огибали острый кадык и исчезали в ложбинке между грудными мышцами, заставляя бледную кожу искусительно, порочно блестеть в душных сумерках комнаты. Он выглядел невероятно томным, изящным и манящим - словно прекрасное существо из оранжереи, погибающее от невыносимого зноя. Вэньчжоу сглотнул, чувствуя, как к горлу подкатывает волна совсем не связанного с погодой жара. Инстинктивно, ведомый этим зрелищем, он сделал шаг вперёд и протянул руку, желая коснуться этого влажного, блестящего плеча. Уголок рта Фэй Ду нервно дёрнулся. Глаза распахнулись - тёмные, затуманенные слабостью, но в них мгновенно блеснула опасная искра. Кошачьим, резким движением он перехватил запястье Вэньчжоу. Его ладонь была обжигающе горячей и липкой. - Капитан Ло, - выдохнул Фэй Ду, и в его севшем от жажды голосе прорезалась привычная, едва уловимая насмешка. - Твои благородные порывы прекрасны. Но температура твоего тела сейчас - оружие массового поражения. Пожалуйста, держи свой энтузиазм на расстоянии вытянутой руки. Ло Вэньчжоу обиженно моргнул, но руку послушно расслабил, позволяя Фэй Ду разжать влажные пальцы. - Я вообще-то тащу тебе ледяной компресс, господин президент, - ворчливо, но мягко отозвался Вэньчжоу, осторожно ставя таз со льдом на журнальный столик рядом с шезлонгом. От тающей горы потянуло едва заметной прохладой, и Фэй Ду инстинктивно подался в ту сторону, шумно потянув носом воздух. - Посмотри на себя, ты же сейчас превратишься в лужицу дорогого шёлка. Дай я хотя бы салфетку холодной водой смочу, лоб тебе оботру. Фэй Ду лениво приоткрыл один глаз, скользнув взглядом по мокрой футболке капитана, и уголок его губ дрогнул в слабой, но тёплой ухмылке. - Шисюн, если ты ко мне прикоснёшься, мы оба просто спаяемся в один большой кусок несчастья. Оставь салфетку, я сам. Моя любовь к тебе безгранична, но она не выдержит ещё одного источника тепла в этой комнате. - Какой ты нежный, - проворичал Вэньчжоу, но в его глазах промелькнула явная забота. Он взял чистое полотенце, бросил его прямо в таз со льдом, давая ткани напитаться студёной влагой, и аккуратно пододвинул столик ещё ближе к шезлонгу. - Коты меня уже отшили. Теперь ещё и ты туда же. И ради кого я грабил морозилку? - Ради общественной безопасности, - Фэй Ду со вздохом вытянул руку, подцепляя пальцами ледяное полотенце, и с блаженным тихим стоном опустил его себе на шею. Острый кадык дёрнулся, когда первые холодные капли побежали по его ключицам. - Ты идеальный мужчина, Ло Вэньчжоу. На расстоянии двух метров ты сегодня просто невероятен. Вэньчжоу шумно, картинно вздохнул, утирая пот со своего лба. - Ну и сиди тут, сохни, чудовище неблагодарное. Пойду поищу, чем ещё заняться в этом филиале ада. Капитан развернулся на пятках и поплёлся обратно на кухню. Возле холодильника он замер, утирая ладонью свежую струю пота с груди, и с надеждой заглянул в глубину морозилки. Из-за отключения света лёд там уже подтаивал, но на самой верхней полке, за пачкой замороженных брокколи, обнаружилось настоящее сокровище. Фруктовый лёд. Продолговатый, глянцево-зелёный брусок со вкусом лайма и мяты. Вэньчжоу сорвал шуршащую обёртку зубами. По кухне мгновенно растёкся резкий, дразнящий аромат прохлады. Вернувшись в гостиную, он нарочито громко задвинул тяжёлое плетёное кресло прямо напротив шезлонга Фэй Ду. Сел, широко и свободно разведя колени, и уставился на младшего. Фэй Ду ленился, откинув голову на ледяное полотенце, но стоило Вэньчжоу устроиться напротив, как длинные ресницы президента дрогнули, и он медленно открыл глаза. Вэньчжоу не торопился. С намёком прищурившись, он подался вперёд, упираясь локтями в колени, и поднёс тающее лакомство к губам. Зелёный брусок блестел от выступивших капель, влага лениво катилась по глянцевому контуру вниз, пачкая пальцы капитана. Вэньчжоу медленно, с влажным хрустом откусил верхнюю часть, демонстративно зажмурившись от удовольствия. Взгляд Фэй Ду мгновенно потяжелел. Его внимание намертво приковало к продолговатой форме мороженого в широкой ладони Вэньчжоу. Кадык младшего судорожно дёрнулся. Тонкие, влажные от жары пальцы Фэй Ду сильнее впились в ткань шезлонга. Эта пытка была изощрённее любого допроса в Главном управлении. Капитан, заметив эту реакцию, лишь повёл бровью в чисто ментовской, понимающей манере. Он нарочито плавно скользнул языком по ледяному боку снизу вверх, собирая сладкие мятные капли у самого основания палочки, а затем снова обхватил округлый кончик губами, заставляя глянцевый лёд таять быстрее. В тишине застывшей комнаты этот влажный, скользящий звук прозвучал оглушительно провокационно. У Фэй Ду заметно перехватило дыхание. Бледная кожа на его шее и груди пошла розоватыми пятнами - и теперь явно не от духоты. В глазах, затуманенных зноем, вспыхнуло опасное, азартное упрямство. Контраст ледяного зелёного глянца и опалённых солнцем, горячих губ Вэньчжоу выжигал в гостиной последние остатки кислорода. Вэньчжоу медленно извлёк мороженое изо рта, оставляя на губах дразнящий влажный блеск, и негромко, с ленивой хрипотой спросил: - Ну так что, господин президент? Всё ещё брезгуете моим обществом? Или уступите доменной печи кусочек территории? Фэй Ду приоткрыл рот, ловя воздух, его взгляд на секунду метнулся от губ Вэньчжоу к тающей палочке и обратно. Уголок его рта судорожно дёрнулся. - Ло Вэньчжоу, ты… бесстыжая скотина, - выдохнул он, и его голос сорвался на прерывистый шёпот. - Я просто спасаю ценные ресурсы от гибели, диди, - резонно возразил Вэньчжоу, делая ещё один ленивый лизок. - Самое лучшее охлаждение в этом доме. Хочешь укусить? Ах да, ты же просил к тебе даже близко не подходить. Фэй Ду молчал ровно три секунды. В его глазах полыхнуло искреннее, возмущённое пламя и капитан едва не прыснул. Младший резко, насколько позволяла слабость, приподнялся на локте, выдернул из-под головы небольшую шёлковую подушку с лавандовым наполнением и со всего размаху запустил её в лицо Вэньчжоу. - Сгинь! - прошипел президент Фэй, но тут же подался вперёд, потому что мороженое таяло слишком быстро. Вэньчжоу со смехом поймал подушку свободной рукой, даже не шелохнувшись. На душе у него мгновенно потеплело. Градус в комнате взлетел выше, чем на улице, а ледяное лакомство растопило последние барьеры. Фэй Ду больше не собирался терпеть эту изысканную пытку. Сжав зубы, он преодолел липкую слабость в теле и резко подался вперёд, сходя со своего шезлонга. Расстёгнутая шёлковая рубашка окончательно соскользнула с плеч, обнажая бледную грудь. Он протянул руку и мёртвой хваткой перехватил запястье Вэньчжоу. Соприкосновение их горячей, влажной кожи отозвалось у обоих резким вдохом, но Фэй Ду не отступил. Наклонившись к самому лицу капитана, обдавая его запахом ментола и удушливого тепла, он приник губами к противоположному, исходившему соком боку зелёного льда. Они уничтожали этот несчастный кусок лакомства вдвоём, жадно, деля каждую тающую каплю. Фэй Ду скользил губами прямо по пальцам Вэньчжоу, слизывая ледяную влагу, его ресницы дрожали, а глаза оставались полуоткрытыми, тёмными и лихорадочными. Контраст студёного мятного сока и обжигающего дыхания сносил крышу. Когда между ними осталась лишь голая деревянная палочка, Вэньчжоу просто разжал пальцы. Деревяшка со звоном полетела в таз со льдом, а капитан резко поднялся, наплевав на духоту. Он обхватил Фэй Ду за талию, намертво прижимая его к себе. Шёлк брюк младшего встретился с мокрой хлопковой футболкой Вэньчжоу, и этот контакт ощутился как чистый электрический разряд. - Всё, господин президент, - прорычал Вэньчжоу прямо в его влажные, пахнущие лаймом губы. - Моё ангельское терпение официально лопнуло. Никаких больше дистанций. Фэй Ду судорожно выдохнул, его пальцы судорожно впились в крепкие плечи капитана. Вэньчжоу, не теряя ни секунды, подхватил его под бёдра и, тяжело дыша, утащил в сторону ванной. Они ворвались туда как ураган. Фэй Цянь, спавший в раковине, от такого бесцеремонного вторжения взвыл дурным кошачьим голосом, выскочил из своего убежища и пулей вылетел в коридор, едва не сбив с ног Ло Иго. Коты были мгновенно забыты. Ло Вэньчжоу с размаху толкнул стеклянную дверь душевой кабины и рванул на себя рычаг смесителя. Сверху на них обрушился мощный, тугой поток ледяной воды. Фэй Ду громко, надрывно ахнул, когда ледяные струи ударили по его раскалённой спине. Тонкая рубашка мгновенно потемнела, облепив тело как вторая кожа, а длинные волосы тяжёлым мокрым шлейфом легли на плечи. Но уже через секунду этот холод принёс такое дикое, почти наркотическое облегчение, что Фэй Ду сам рванулся вперёд, с силой вжимаясь в широкую грудь Вэньчжоу. Вода с шумом хлестала по стеклу, смывая пот и остатки липкой мятной сладости. Вэньчжоу яростно, с треском рванул пуговицы на рубашке Фэй Ду - мокрый шёлк с тихим шлепком упал под ноги, на поддон. Капитан прижал младшего спиной к кафельной стене. Плитка была холодной, вода - ледяной, но между их телами мгновенно вспыхнул такой концентрированный, голодный огонь, что пар, казалось, повалил из-под потолка. Каждое прикосновение рук Вэньчжоу оставляло на бледной коже Фэй Ду горящие следы. Капитан целовал его неистово, задыхаясь, проникая языком глубоко, пробуя на вкус смываемую воду. Фэй Ду стонал, запрокинув голову и подставляя горло под жёсткие губы шисюна, пока сильные ладони Вэньчжоу до синяков сжимали его влажные бёдра, приподнимая и заставляя обвить ногами свою талию. Мокрые, скользящие тела сталкивались в тесном пространстве кабины со звонким хлюпаньем воды. Вэньчжоу двигался резко, глубоко, выжигая остатки сил, а Фэй Ду до крови кусал собственные губы, сходя со ума от этого безумного коктейля из ледяных струй снаружи и разрывающего изнутри жара. Их дыхание смешалось в один сплошной хрип, пока оба не задохнулись в финальной, оглушительной вспышке, накрывшей их прямо под безжалостным потоком воды. …Спустя полчаса они, натянув свободные домашние шорты прямо на влажные тела, едва переставляя ватные ноги, выползли в гостиную. Ло Вэньчжоу даже не стал утруждать себя поисками сухой футболки - кожа всё ещё требовала воздуха. Фэй Ду шёл следом, набросив на плечи тонкую хлопковую майку, которая тут же облепила его влажную после душа грудь. Длинные мокрые волосы он небрежно перекинул на одно плечо. За окном в этот самый момент с треском бабахнул гром, разрывая душное небо Яньчэна. Шторы взметнулись вверх, и в квартиру наконец хлынул долгожданный предгрозовой шквал - ледяной, пахнущий озоном и близким ливнем. Воздух мгновенно очистился, унося липкий кошмар. Ло Вэньчжоу, чувствуя приятную, свинцовую слабость во всём теле, с тихим вздохом облегчения рухнул на широкий кожаный диван. Обшивка теперь приятно холодила спину и бёдра. Он вытянулся во весь рост, закинув одну руку за голову, и блаженно прикрыл глаза, наслаждаясь ворвавшимся в комнату сквозняком. Раздалось тихое «мяу». Из коридора показался приободрившийся Ло Иго. Он оценил обстановку, запрыгнул на диван и бесцеремонно улегся прямо на щиколотки Вэньчжоу. Следом приковылял Фэй Цянь - этот без лишних слов запрыгнул капитану на грудь, потоптался лапами и устроился тёплым, вибрирующим воротником возле его шеи. Липкий ад закончился, хозяин снова стал безопасным и удобным. Вэньчжоу разомлел, чувствуя, как от кошачьего мурчания по телу разливается дремота. Позади послышался тихий шорох. Фэй Ду подошёл к дивану, слегка ведя плечами от прохлады. Вся его недавняя ядовитая гордость была смыта в душе. Он нагло, без единого звука протиснулся в узкое пространство между боком Вэньчжоу и кожаной спинкой дивана. Фэй Ду уткнулся носом прямо между лопаток капитана, шумно вздохнул и по-хозяйски закинул на него длинную ногу, укладывая бедро поверх бедра Вэньчжоу и обнимая его со спины, будто заявляя права на свою законную территорию. Хлопок его майки приятно холодил кожу. Как только опасность теплового удара миновала, капитан полиции снова стал для всей этой банды главным центром гравитации. Ло Вэньчжоу приоткрыл один глаз. На ногах спал Ло Иго, на груди тарахтел Фэй Цянь, а к спине прижималось самое родное, пахнущее чистой водой и грозой существо. Сердце капитана просто ликовало от восторга. Он победил эту жару, подчинил котов и укротил своего строптивого президента. Но внешне он лишь снисчительно, по-капитански вздохнул. - Ну что, прибежали, наглецы? - тихо проворчал он в темноту, аккуратно нащупывая свободной рукой пальцы Фэй Ду и крепко сжимая их в своей ладони. Фэй Ду в ответ лишь сонной хваткой прижал его к себе крепче, а коты согласно замурчали в унисон. Капитан милостиво разрешил им остаться.