Дом Совы: Сила Шута

      — Ku Tawa Nesaɪ?       «Что?..»                                                           Другой, стоящий рядом тоже открыл рот:              — Ku Tawa Kutʃaɪ keə Sukh?       «Чево?»              — Wanwas mat Palaɪ keə.       «ААА?!»              Группа говорила на незнакомом ей языке.       Озадаченная, девушка моргнула пару раз, а затем стукнула себя по лбу. Конечно, она же была в другом мире — здесь не говорят по-английски. Стоило догадаться.       Снова посмотрев на группу перед ней, она показала на себя.              — Я… — затем раскинула руками, словно охватывая весь мир — где?              И вопросительно повернула голову набок.       Наверное, должно сработать.       Охотники снова переглянулись. Они выглядели так, будто примерно поняли, что она хотела сказать. Но прежде чем что-то ответить, один из них резко выкрикнул:       — Wos.. Wostanwa! Ki Palaɪ Wostanwa!       Крик был настолько неожиданным, что она дернулась. Все тут же пронзили её взглядом. Они смотрели не на нее… а словно сквозь, куда-то за спину. Смущённая, она отвела взгляд, не зная, как реагировать.       Неловкое молчание и гляделки продолжались несколько секунд, пока один из охотников не шаг вперёд. Он заметно отличался от остальных.       На нём был полный комплект кожаной брони — потёртой и местами поцарапанной, будто он носил её уже много лет. Красные волосы были коротко подстрижены, щетина подчёркивала жёсткие черты лица. Тёмные глаза смотрели спокойно и внимательно — без враждебности, со зрелостью.       Его загорелая кожа была покрыта старыми шрамами: тонкими линиями от когтей и глубокими следами от порезов. От него веяло странным спокойствием.       Он встретился с ней взглядом, мягко улыбнулся и указал пальцем на своё острое ухо. Потом показал куда-то позади нее. Низким, хрипловатым голосом он произнес:       — Wostanwа.       — А? — Опять это странное слово.       Мужчина нахмурился, осознав, что его не понимают. Он подошёл чуть ближе, почти вплотную. Девушка невольно вздрогнула, но не отступила. Несмотря на страшный вид, он почему-то не казался ей опасным.       Он протянул палец в перчатке и аккуратно ткнул в её ухо. Затем красновласый снова показал на неё — теперь уже на всё тело.       — Tawa…       После этого он сомкнул обе ладони.              — Palaɪ...              И вновь указал на нее раскрытой ладонью:              —Wostanwa.              Тава Палай Востанва.. Кажется, она начала понимать.       Сначала он показал на неё и сказал «тава». Значит, это «ты»? Но «палаи востанва»? Что это могло значить? Ну что же… она определенна не из этого мира, и вообще на них не похожа… Это термин для попаданцев?       — Э-э… не поняла, но…       Она замолчала. Её всё равно не поймут.              Подумав секунду, и неуверенно сказала:       — Таwa…?              Охотник улыбнулся.       — Mawa — сказал он, показав на себя, а затем сложил ладони. — pal Kraus. Позади него oдин из охотников нетерпеливо загоготал:       — Kraus.. Ku mawas ketaɪ kutʃuŋ? Tʃawaɪ Wostan. Minaɪ anwa kaʊnt Kazimir. Anwa wunaɪ anwa plesh. Ku tawa...       Он говорил быстро, с возмущенными нотками, обеспокоило ее.              — Kosaɪ. —  Краус резко перебил его — Mawa petaɪ kutʃuŋ tamuŋ. Paθaɪ Tʃekθo wunoh!       "Я ничего не понимаю..."       Краус бросил взгляд на товарищей и махнул рукой в сторону грифона. Группа начала действовать в одно мгновение, а затем притащила из леса огромную тележку, в которой находились металлические клетки. Сняв самую огромную, они поместили туда спящего грифона. Вся группа действовало слаженно – они определенно были профессионалами.       А красноволосый… Кажется, он был лидером — по одному жесту остальные сразу начали действовать.       После этого он развернулся и махнул ей рукой, подзывая к тележке.       — Nataɪ..              Она немного побоялась приближаться к остальным охотникам. Но они спасли ее... пусть они и не люди. Ноги сами пошли за красноволосым.       Соратники Крауса уже погрузили клетку с грифоном в тележку. Девушка наконец то могла его спокойно рассмотреть. Вблизи он оказался больше коня. Его тёмно-коричневая шерсть , которая на лапах и крыльях становилась перьями очень контрастировала с золотистой каймой на краях крыльев и клюве.       Он спал, и тело его поднималось и опускалось в такт дыханию. Но она не сомневалась: если бы он очнулся, то разорвал бы всех своими когтями — каждое из которых было похоже на большой, кривой нож.       — Wunoh. — сказал Краус товарищам, затем поднял руку и указал на грифона.       И тогда произошло нечто… волшебное.              На его пальце вспыхнуло оранжевое свечение. Краус повёл рукой — и свет с гудением послушно последовал за движением, рисуя в воздухе идеально ровный круг.       Прекрасный, чистый свет оранжевого сияния с шипением засверкал перед ними, и из него вырвались несколько оранжевых линий, которые метнулись к грифону и плотно обмотали его тело.       Свет мигнул — и на их месте появились толстые верёвки, крепко связывая монстра. Всё это заняло не больше двух секунд. Девушка не смогла скрыть изумления.       Она стояла, с широко раскрытыми глазами, непроизвольно ахнув. Сжав кулаки, она взглянула на веревки, которые короткий миг назад были цветными линиями. Видеть, как происходит что-то магическое вблизи было невероятно здорово…       "Как же круто! А смогу я сделать так же?"       Краус заметил ее удивление. Он мгновение разглядывал ее, словно проверяя ее реацию, а затем хмыкнул.       — Wostans paθeɪ mat Kantpekŋ kosh... Tof tʃawaɪ anwa.       Закончив с грифоном, толпа медленно подошла поближе, рассматривая ее и перешептываясь.       А затем Краус повернулся к ней, и протянул руку в ее сторону, палец со свечением загудел. Она напряглась.       «Что.. что он делает?»       Охотник начал чертить круг, быстрее чем с грифоном, и в ее сторону полетели оранжевые линии. От испуга девушка рефлекторно отпрянула назад. Магия сомкнулась там, где она стояла мгновение назад, и превратилась в верёвки, упавшие на красную траву. Это произошло настолько быстро, что она сама удивилась своей реакции. Адреналин явно ещё не закончился.       На мгновение на поляне стало слишком тихо.       А она же сама задалась единственным вопросом. «Зачем он это сделал?»       Пульс участился, по спине пробежали мурашки. Краус нахмурился, улыбка пропала с его лица. Взгляд стал холодным и пронзительным. Она лишь раздосадовано выдохнула.       — Вот чер…        — Tʃawaɪ anwa — рявкнул Краус.       Часть группы пришла в движение. Двое в плащах взмахнули руками, начертив идеальные круги, под ее ногами что-то зашевелилось. Она снова отпрыгнула, перекатившись по траве, а на том месте стремительно возросли лозы, которые потянулись к ней.       Она сглотнула, все внутри нее сжалось. Адреналин закипел с новой силой. Они точно не хотели ей добра. Лишь одна мысль крутилась в ее голове. «Нужно бежать»       Измученная, с разодранными в кровь ступнями она развернулась побежала в поле. Там, на другом его конце лес начинался снова. Если она туда доберется, она не будет как на открытой ладони.       Позади раздались крики и свисты.       Началась новая погоня.

***

      У нее текли слезы. Ноги кровоточили от ран, отзываясь болью на каждый новый шаг. Взгляд плавал, затемненный от усталости, она несколько раз чуть не падала, пока неслась что есть силы от опасности.        Крики позади не прекращались. Пару раз в нее что-то прилетало но она лишь отпрыгивала из стороны в сторону по полю, как в игре на вышибание. Один раз ее задело в правое плечо, и теперь оно жгло от боли. Ей приходилось постоянно менять траекторию бега, что лишь затягивало укрытие в лесу.       Девушка уже задыхалась, такая резкая нагрузка была для нее слишком. Она никогда не бегала так много и так быстро в своей жизни. Но если она остановиться, ей конец.. наверное?       «Зачем я им вообще нужна?»       Она не переставала задавать себе этот вопрос с тех самых пор как ее пытались связать магией с веревками.       Мысли ее остановились, когда сквозь мутный взгляд она заметила деревья. Поле закончилось, и теперь она возле леса. Найдя в себе новые силы, девушка побежала еще быстрее, игнорируя страдания. Она ввалилась в чащу, сбивая ветки перед ее лицом руками. Сзади нее послышались трески – гады не останавливались.       В нее стреляли огненными шарами пока она мчалась, взрывая деревья впереди нее и делая из них преграды, которые она перепрыгивала. Магия земли и лоз вздымалась прямо под ногами, возводя стены — судорожно перелезала через них, сдирая ногти в кровь.       Охотники не затихали. Тяжёлый топот и металлический лязг доносились то слева, то справа. Совсем рядом раздавались резкие выкрики и свист на незнакомом, лающем языке. Каждый такой звук напоминал ей что ее вот-вот догонят и заставлял её ускоряться вопреки боли.       ...Она уже не бежала — она спотыкалась, выкидывая вперед руки, чтобы не впечататься лицом в очередное дерево. Лес вокруг превратился в мешанину из алых пятен и резких теней. Железный привкус во рту стал таким густым, что казалось, она жует ржавые монеты.       «Воздух такой кислый…»       Сзади что-то хлопнуло, и над плечом пронеслось нечто тяжелое. Глухой удар в дерево — и прямо перед ее лицом развернулась сеть из сияющих, пульсирующих нитей. Если бы она не споткнулась секундой ранее, она бы влетела в эту сеть всем телом.       Но что-то было не так.       «Что они пытаются сделать?»       Каждый раз, когда она спотыкалась и замедлялась, лязг и топот за спиной становился громче, подхлестывая её, как невидимый кнут. А стоило ей попытаться свернуть в сторону, как там тут же взрывалось дерево или вырастала стена из лоз.       «Они просто ждут... — эта мысль обожгла её холоднее, чем снаряд, попавший в плечо— Они ждут, пока я сдохну от усталости. Ждут, когда у меня кончатся силы».       Её выжимали досуха, оставляя ей лишь один путь — тот, который выбрали они.       Тут ее осенило! Если так подумать... наверное, тот голубиный монстр не гнался за ней, он убегал от этих извергов, как и она сейчас.       "Нет, так просто я вам не дамся, мрази"       Внезапно земля под ногами просто исчезла. Девушка охнула, соскальзывая в крутой обрыв. Она покатилась вниз, собирая спиной колючки и сухую листву, пока не врезалась во что-то мягкое. Раздался глухой «удар», и поток воздуха вылетел из её легких.       Она зажмурилась, ожидая когтей или веревок, но вместо этого услышала раздраженное, хриплое ворчание.       Голос звучал по-женски, но в нем звучали такие раздраженные нотки, что она невольно открыла глаза.       Прямо перед ней, потирая ушибленный бок, сидела женщина. Огромная копна седых волос стояла дыбом, а янтарные глаза хищно сузились, разглядывая девушку с такой смесью недоумения и злости, будто на неё с неба свалился не человек, а очень крупный и глупый жук.       Женщина что-то быстро заговорила, протягивая руку. Её длинные пальцы с острыми ногтями замерли в паре сантиметров от лица девушки. Но стоило ей увидеть, кто перед ней, ее лицо исказилось от… шока?       Но времени на это не было. Сверху, с вершины обрыва, донесся тяжелый топот и крики. Паника, дремавшая под слоем усталости, вспыхнула с новой силой. Девушка, не разбирая дороги, грубо оттолкнула незнакомку в сторону и понеслась в чащу.       Раздался грохот, и земля затряслась. Оглядываясь через плечо, она ахнула.       Около полудюжины не-людей гнались за ней на… она не знала что это.       Это были существа, похожие на толстых червей, но спереди у них была морда, похожая на крысиную. Несмотря на свой странный вид, они передвигались очень быстро, извиваясь по земле и постепенно догоняя ее и тараня деревья своими телами. Что это черт побери за место? Почему они ездят верхом на ТАКИХ тварях?       Грохот позади нее становился все ближе и ближе, а одежда снова намокла и прилипла к ней, но теперь уже из-за пота.       Она боялась. До нее только дошло что она очень боится этого места. Она должна во чтобы это не стало сбежать и вернуться домой.       «Домой?...»              Слева от нее послышался еще грохот. От туда на нее вылетело еще трое охотников на крысо-червях. Они быстро приближались к ней. Ей не оставалось ничего кроме как резко повернуть на право.       Лес неожиданно расступился. Девушка вылетела на твердую, широкую дорогу, Но она замерла.              Прямо перед ней, в двадцати шагах, стоял Краус. Он не задыхался. На его лице не было ни капли пота, только холодная сосредоточенность. Он стоял, широко расставив ноги, и его руки уже чертили в воздухе безупречный светящийся круг.       «Что он тут делает? Как он…»       Договорить про себя она не успела. Слева и справа раздался тяжелый грохот и хруст ломаемых веток. Из кустов, отрезая пути назад в чащу, один за другим вынырнули остальные охотники на своих извивающихся тварях.              В это мгновение разум прояснился, и осознание обожгло её изнутри.       Это не была погоня на выносливость. Это был загон. Они не пытались её догнать — они просто дирижировали её паникой, пока она, выбившаяся из сил, не выбежала прямо к нему в руки.       Но осознание пришло слишком поздно. Здесь, на открытом пространстве, ей было некуда деться.       Стоило ей оказаться окруженной со всех сторон, Краус закричал:       — Tenoh!       Круг Крауса взорвался вспышкой. Вспышка была такой яркой, что мир мгновенно превратился в белое полотно. Глаза обожгло болью. Девушка вскрикнула, закрываясь руками, но в тот же миг почувствовала, как что-то холодное и жесткое захлестнуло её щиколотки и запястья. Рывок — и она рухнула лицом в жесткую дорожную пыль.       Со всех сторон ее окружил грохот и звон. Резко ее охватило что-то по рукам и ногам, туго сжавшись, и она упала на об твердую землю дороги.              Она была схвачена.