Красный лотос. In the Dark.

Я пролежал без сознания около двух часов. Когда пришёл в себя, свет в комнате уже не горел - Сунчёль заходил, чтобы потушить. Он всё видел. Он узнал. И рассказал моей сестре. В тот момент я понял, что больше не останусь здесь. Даже если нуна ничего не скажет сразу — это уже конец. Болезнь снова добралась до меня раньше, чем я успел почувствовать себя частью этого дома. Солнце ещё вставало, когда меня отправили домой. У меня не было приступа, я просто потерял сознание. Это нестрашно. Так бывает. Но нуна не стала разбираться. Сказала, что переживет, если её муж узнает о моей болезни. Она стыдилась, но прикрывала это заботой. Господин Ли ничего не знал. Он не заходил в мою комнату. Но даже если бы зашёл, он бы не понял. Подумал бы, что я уснул. Но... нуна просто использовала мою болезнь как повод, чтобы быстрее отправить меня обратно. Я приоткрыл окно паланкина, выглядывая наружу. На улице было тихо, безлюдно. Только вдалеке я заметил двух крестьян, вышедших на рисовое поле. Для них начинался новый рабочий день, а для меня... из-за болезни я уже второй день не мог нормально поспать. Но это было меньшей из проблем. Я не заметил, как задремал. Проснулся от того, что паланкин остановился. Сонно оглянулся по сторонам и не сразу понял, где нахожусь. Только увидев знакомые ворота, понял — мы вернулись. - Молодой господин, - кротко сказал Сунчёль. - Вы дома. Я поджал губы. Не знал, что чувствовать - радость или разочарование. Я злился на себя. На своё тело. На свою слабость. Я даже не попрощался с господином Ли... Будто меня просто забрали обратно, как вещь, которую хозяева одолжили ненадолго. Вылез из паланкина и сразу же направился в свою комнату, пытаясь спрятаться от чужих глаз. - Не желаете завтракать? - спросил Сунчёль мне вслед. - Нет, - резко ответил я. - А лекарство? Я остановился. Всего на секунду. А затем снова пошёл, ускоряя шаг. - Позже, - ответил я прежде, чем закрыл дверь. Когда наконец-то остался один, я тут же скинул кат, начал быстро развязывать одежду. Завязки не поддавались, пальцы путались в ткани. Я чувствовал, как одежда душила меня. Сорвался и потянул за топо. Ткань с треском порвалась, нарушая тишину комнаты. Я крикнул, чувствуя злость и облегчение одновременно. Потянул ткань, продолжая разрывать её ещё больше. Разбросал ткань по полу, оставшись только в нижней одежде. Потянулся к волосам, освобождая их. Волосы упали на спину и плечи. Я чувствовал их на своих плечах, и это давало мне утешение. Хоть и временное. Я снова крикнул, пытаясь справиться со своим бессилием. Захотелось выйти из тела, чтобы не быть здесь. Не сейчас. Я не выносил своё общество. Но как на зло приступ не случился. Хотя я так хотел его именно сейчас... Вместо этого я разрыдался, пряча лицо в ладонях.

***

Солнце было в зените. Я сидел на крыльце, наблюдая за воротами. Я делал так. Иногда. Ждал маму... Хоть и знал, что она не придёт. Но отчего-то надеялся. Может, сегодня? Мне хотелось, чтобы она пришла. Хотелось, чтобы объяснила. Как она могла оставить меня? Как могла не приходить? Не интересоваться? Она любила меня? Хоть когда-нибудь? Или я просто был для неё обузой, от которой она спешила избавиться? Я отвёл взгляд. Не знал, что чувствовать. Поэтому выбрал злиться. Хотя это было непросто. Внезапно ворота открылись. Я увидел, как заносят паланкин. Резко соскочил, едва не упав. Побежал к воротам встречать гостя. Неужели, отец вернулся? Что-то рано. Случилось что-то? Сердце быстро забилось в груди, но я старался выглядеть спокойным. Встал перед паланкином, покорно склоняя голову. Из паланкина вылез человек. Не отец. Я не сразу его узнал. Слишком долго не видел и успел подзабыть лицо. Мой брат. Средний из старших братьев - Хван Со. - Хён (старший брат), - тихо сказал я. Он бросил на меня взгляд и тут же отвернулся. Скривил губы, не скрывая своё раздражение. - Почему ты здесь? - спросил хён. Я отвёл взгляд. Не сразу придумал, что ответить. - Я... живу здесь, - мой голос был тихим. - Почему ты до сих пор здесь? - спросил брат, хмуря брови. - В том году для тебя провели церемонию совершеннолетия. Я думал, после этого ты покинешь отчий дом и перестанешь мучить отца. Я поджал губы. Если бы всё было так просто... - Я пока не могу покинуть дом, - виновато сказал я. - Но это временно. Когда я сдам государственный экзамен и стану учёным-чиновником, я сразу же съеду. Хён нахмурился ещё больше. - Это произойдёт нескоро, - сказал он как факт. - Почему не скоро? - возразил я. - Я сдам экзамен в двадцать лет. - Не сдашь. - Сдам, - уверенно произнёс я. Хён усмехнулся. - Хочешь сказать, что ты умнее меня? Я резко сделал шаг назад, опуская глаза. - Я этого не говорил, - тихо сказал я. Хён подошёл ближе, и я сделал ещё шаг назад. - Боишься меня? - спросил он с довольной улыбкой на лице. - Я легко могу сломать тебя. - Пожалуйста, не трогайте меня, - тихо сказал я. Хён замахнулся, и я вздрогнул. Но удара не последовало. Он лишь усмехнулся, радуясь моей реакции. И медленно опустил руку. - Я не трону тебя, - спокойно сказал он. - Отец запретил тебя трогать. Боится, что ты развалишься. Я выдохнул, чувствуя, как страх уходит. Но напряжение не покидало моё тело. - И всё же... - хён скрестил руки на груди. - Если ты снова будешь трепать отцу нервы, я не могу обещать тебе, что сдержусь в следующий раз. Я сделал ещё шаг назад, виновато опуская глаза. Я знал - хён прав. Я ведь действительно треплю отцу нервы. Намеренно. Я поджал губы. Внешне я совсем не похож на отца. Не похож на братьев и сестёр. Я пошёл в маму. Отец так говорит. Я давно не видел её, не помню лица, но отец всегда говорит, что я очень на неё похож. Наверное, поэтому он меня и любит - я напоминаю ему о любимой женщине. Я - физическое доказательство его любви к ней. Но я не могу отделаться от мысли, что смотря на меня, он видит её. А меня... будто вовсе не существует. Будто я просто её частица, а не отдельная личность. И только в те моменты, когда он злится на меня, отец видит меня. Именно меня. Поэтому... я знаю, что это неправильно... но временами я намеренно злю его. Я очень сильно виню себя за это. Но не могу иначе. - Когда отец вернётся? - внезапно спросил хён. Я поднял на него глаза и сразу же опустил. - Не раньше, чем через три дня, - тихо ответил я. - В начале месяца. Хён нахмурился, поправляя кат на голове. - Это нескоро, - выдохнул он. - Могу не дождаться. Он посмотрел на меня, хмуря брови. - Сиди в своей комнате, - строго добавил хён. - Увижу тебя, и ты в ту же секунду вылетишь отсюда. - Да, хён, - тихо сказал я, боясь поднять глаза. Я подождал, пока он уйдёт, и только после этого пошёл в свою комнату. Зашёл внутрь, заперся. Боялся, что он придёт. Или ещё кто-то. А вдруг Хван Гон тоже решит навестить отца? Я мотнул головой, стараясь выкинуть эту мысль из головы. Нет, только не это. Если ещё и Хван Гон... мне точно конец. Я медленно сполз по двери, опускаясь на пол. Я не должен бояться - уговаривал я себя. Но дрожь внутри не давала успокоиться.

***

Я сидел в своей комнате, боясь выйти. Знал, что Хван Со всё ещё там, поэтому старательно избегал конфликтов. Я пытался отвлечься, погрузившись с головой в обучение. В очередной раз переписывал книгу «Срединный путь» - о гармонии, искренности, балансе между крайностями. Я многие отрывки знал наизусть и даже мог писать, не подглядывая. Но мне хотелось запомнить всё, поэтому я заставлял себя переписывать. К тому же... переписывание текстов помогало мне успокоить разум и отвлечься от проблем. Проблемы.... Я тяжело вздохнул, аккуратно переворачивая страницу. - Что-то не так, молодой господин? - спросил рядом сидящий Сунчёль. Я отвёл взгляд. Рука зависла над листом бумаги, и я отложил кисть, стараясь не капнуть чернилами. - Почему моя жизнь так несправедлива? - тихо спросил я. - Почему Вы думаете, что Ваша жизнь несправедлива? - спросил Сунчёль, не поднимая глаз. - Есть люди, кому повезло гораздо меньше Вас. - Ты говоришь о простолюдинах? - я посмотрел на него. - Например, о них. Вам не знаком голод, а у них не всегда есть еда на столе. - Зато они свободны, - выдохнул я. - А я заперт. Заперт в этой комнате. В этом доме. - Это временно. Я усмехнулся сам себе. - Я заперт в собственном теле. Поэтому я завидую, - я опустил голову. - Лучше быть голодным, чем больным. - Конечно, никто не хочет болеть, - согласился Сунчёль. - Но в отличие от простолюдинов, у Вас есть доступ к лекарям. - А толку? - усмехнулся я. - Меня всё равно нельзя вылечить. - Уверен, Ваш отец найдёт лекарство. - Не найдёт, - тихо сказал я. - Лекарства нет. Уже точно. Я тоже хотел верить, но больше не верю. Теперь окончательно. Я умру. Это неизбежно. Сунчёль на секунду посмотрел на меня. И тут же опустил глаза. Когда я произнёс это вслух, всё как будто стало... слишком реальным. Будто уже точно всё, и обратной дороги нет. Я умру... Сердце сжалось от боли. Я поджал губы, стараясь сдержаться. - Кажется... кажется, я уже не боюсь смерти, - мой голос дрожал. - Я начинаю принимать её как неизбежное. Но... единственное, чего я боюсь... я боюсь умереть слишком рано. Ничего не добившись. Я хочу успеть сдать экзамен. Хочу доказать отцу, что он не зря тратил столько денег на моё обучение. Я всю жизнь был обузой. Не хочу умирать обузой. - Ваш отец не считает Вас обузой, - возразил Сунчёль. - Зато я считаю, - уверенно сказал я. - От меня одни проблемы. Иногда я думаю... когда меня не станет, так даже будет лучше. Отец, братья, сёстры - все они наконец-то станут свободны. - Не говорите так. Ваш отец расстроится. - Уверен, он будет счастлив. Он наконец-то избавится от обузы. Сунчёль осуждающе покачал головой. - Если бы я только был другим, - мой голос дрогнул. - Если бы у меня только было нормальное тело... я бы стал достойным человеком. Я бы стал мужчиной. - Вы и так мужчина. - Нет! - закричал я, ударяя кулаком по столу. Боль пронзила руку, и я резко одёрнул её, прижимая к груди. - Проклятье, - тихо выругался я. - Вы в порядке, молодой господин? - спокойно спросил Сунчёль. - Да, - резко ответил я. Слуга нахмурился. - Покажите руку, - попросил он. - Отстань, - строго произнёс я. Не хотел, чтобы он смотрел. Не хотел, чтобы заботился. Да, больно. Но я должен быть мужчиной. Я должен терпеть. Я потянулся к странице, переворачивая её. Чересчур резко - я поторопился, не подумав. Страница резанула по пальцам - кровь брызнула, окропляя листы. Я вскрикнул, не сумев сдержаться. Прижал другой ладонью, пытаясь остановить кровь. - Я сейчас, - обеспокоенно сказал Сунчёль, резко вставая с пола. Он выбежал из комнаты, даже не закрыв за собой дверь. Кровь продолжала идти, пара капель упала мне на чогори. Я смял ткань, пытаясь спрятать, но стало только хуже. Схватил книгу, вырывая окровавленный лист. Кровь размазалась ещё больше, оставляя красные разводы. Я резко смял бумагу и кинул в сторону двери. - Проклятье! - крикнул я. Тут же закрыл себе рот рукой, стыдясь своей несдержанности. Резко убрал руку, вспомнив про кровь. Обеспокоенно посмотрел в зеркало - кровь была на моих щеках и губах. Я отвёл взгляд, стыдясь себя. В комнату ворвался Сунчёль. Подбежал ко мне, сел рядом, опускаясь на колени. Начал быстро обрабатывать порезы. Пальцы болели. Лекарство щипало. Кровь продолжала идти, не желая останавливаться. Я почувствовал, что сейчас расплачусь. Поджал губы, ощущая металлический вкус на губах. Сунчёль нанёс мазь, перевязал мне пальцы, останавливая кровь. Посмотрел на меня, задерживая взгляд на моём лице. - Я принесу Вам воды для умывания, - тихо сказал он, отстраняясь. Пошёл спиной к выходу, не поднимая глаз. Я до последнего смотрел на него, не отводя взгляд. Когда слуга вышел, я наконец-то выдохнул. Устало опустил плечи, прислоняясь к шкафу. Закрыл глаза, чувствуя, как слёзы потекли по щекам. Это было глупо. Унизительно. Я ненавидел себя. Ненавидел это тело. Закрыл глаза рукой, пытаясь спрятаться. Но было бесполезно.

***

Ночью я не мог заснуть. Сон не желал приходить, как бы я ни старался. Я лежал, смотря в потолок, будто мог там найти спасение от собственного бессилия. Поднял руку, смотря на перевязанные пальцы. Кровь проступила, но уже не шла. Руки пахли лекарством, бинты неприятно тянули кожу. Я присмотрелся - кровь засохла под ногтями. Я опустил руку, не желая смотреть. Боли не было, осталось лишь унижение. И, в отличие от крови, его нельзя смыть. Я тяжело вздохнул. Закрыл глаза, устав от самого себя. Почему именно я? - возникла мысль в голове. Ответа не было. Я повернулся на бок. Закрыл глаза, пытаясь ни о чём не думать. Сегодняшняя ночь была удивительно холодной, и я закутался в одеяло, пытаясь согреться. Не заметил, как провалился в сон.

***

Я проснулся от холода. Он пробирал до костей, тело дрожало. Даже одеяло не помогало согреться. Я открыл глаза, не понимая, что происходит. Выдохнул, видя, как пар кристаллизуется в воздухе. Что-то не так. Почему так холодно? Зима уже прошла. Я потянул одеяло, стараясь сильнее закутаться, но столкнулся с сопротивлением. В этот момент я понял - на одеяле кто-то сидит. Я напрягся, чувствуя, как кровь стынет в жилах. Сердце забилось в груди быстрее. Я медленно поднял глаза, всматриваясь в темноту. И тут же вздрогнул. У моей постели сидел мальчик. Волосы убраны в косу. Одежда простая, поношенная. Грязная от пыли. Он сидел ко мне спиной. Не поворачивался. Сердце замерло. - Кто ты такой? - тихо спросил я. Мальчик не ответил. Даже не отреагировал, будто меня и вовсе здесь не было. Я напрягся ещё больше. Кто он такой? Что происходит? - Кто ты? - снова спросил я. - Что ты делаешь в моей комнате? Мальчик не двигался. Сидел спокойно, смотря куда-то в темноту. Я присмотрелся - он дышит. Спина расширялась от вздоха, и это немного успокаивало. Он хотя бы не злой дух. Но это было ещё более странно. Почему он здесь? И как он вообще попал в мою комнату? - Ты голоден? - спросил я, стараясь поймать его взгляд. Мальчик повернулся ко мне. И в этот момент я понял - это не мальчик. Девушка. Я резко дернулся, пряча тело под одеялом. Опустил взгляд, чувствуя, как краснеют щёки. - Госпожа, что Вы здесь делаете? Она не ответила. Я засмотрелся на неё. Её кожа была бледной, даже слишком. Взгляд пустой, безразличный. Волосы были растрёпаны. Она выглядела не так, как другие девушки. Но отчего-то она показалась мне невероятно красивой. - Госпожа, - снова позвал я. - У Вас что-то случилось? Вам нужна помощь? Она продолжала молчать. Смотрела на меня, не отрываясь. Её взгляд опустился на мою шею. Я нервно сглотнул. Что происходит? Что ей нужно? - Госпожа, Вы голодны? - тихо спросил я. Она застыла. Всего на секунду. А затем посмотрела на мою перевязанную руку. Задержала взгляд. Я увидел, как она облизнулась. Я резко спрятал руку под одеялом. Сердце забилось в груди так быстро, что стало больно. - Госпожа, - мой голос дрогнул. Она резко наклонилась ко мне, и я замер. Застыл, не в силах пошевелиться. Она наклонилась ещё ближе, её темные глаза скользили по моему лицу, внимательно изучая. - Что Вам нужно? - прошептал я. Она подняла на меня взгляд. И мне показалось, что её глаза отливали красным. Страх сковал моё тело, но отчего-то... я не смог отвести взгляд. Смотрел на неё, не в силах сопротивляться. И в этот момент я понял - холод исходил от неё. Тело сжалось от страха. Дыхание сорвалось. Вот и всё. Так я умру. Она наклонилась ещё ближе. Я закрыл глаза, готовясь к неизбежному. Резкий холод - она отстранилась. Встала с постели и пошла. Спиной ко мне - она не боялась. Не проявляла уважение. Просто пошла, будто я не важен. Будто меня вообще здесь нет. - Госпожа! - крикнул я ей вслед. Она не обернулась. Даже не замедлилась. Просто вышла из комнаты, так ничего и не сказав. Когда дверь за ней закрылась, я тут же соскочил с постели. Подбежал к окну, желая снова её увидеть. Я смотрел, не сводя глаз, но она так и не появилась. Я нахмурился. Куда она делась? Не могла же раствориться в воздухе. Я отвёл взгляд. И в этот момент заметил её. Она сидела на заборе. В нескольких метрах от меня. Я прищурился, вглядываясь в её лицо. Это точно она? Невозможно. Она не могла так быстро оказаться там. Но это была она. Точно она. Девушка сидела на заборе, наблюдая за мной. Я точно знал, что она видит меня. Именно меня. И не знал, что испытывать - страх или радость. Я ей интересен? Сердце болело от быстрого ритма. Я не хотел, чтобы она уходила. Хоть и понимал, что это абсурд. Руки начали дрожать. Девушка задержала на мне взгляд. А затем спрыгнула с забора, растворившись в темноте ночи.

***

Утром я первым делом расспросил Сунчёля - видел ли он загадочную ночную гостью? Сунчёль лишь покачал головой, не понимая, о чём я. И это было очень странно. Сунчёль жил недалеко от моей комнаты. Она бы не могла пройти мимо него незаметно. Но... он её не видел. Я наплевал на запрет брата и вышел из комнаты. Расспросил слуг, расспросил охрану - никто не видел незнакомку. Я даже начал сомневаться в правдивости своих воспоминаний. Неужели это было сном? И только пыльные следы на одеяле говорили мне - нет, она реальна. И это не давало мне покоя. Жизнь продолжила идти своим чередом. Ко мне приходил учитель Ким, снова рассказывая о конфуцианстве. Хван Со несколько раз проходил, грозя мне кулаком. Слуги бегали, пытаясь успеть сделать свою работу до возвращения хозяина. А я... будто застрял. Не мог ни о чём думать. Я ждал ночи. Ждал встречи. Ждал её. Хотел узнать. Понять. Увидеть. Любопытство смешалось со страхом. И чем-то ещё. Я не понимал собственных чувств, но продолжал ждать. Продолжал надееться. Я хотел увидеть её. Сам не знаю, почему.

***

Наступила ночь. Затем ещё одна. Она не пришла. Сердце разрывалось в груди - неужели это всё? Она правда не придёт? Вот так просто? Я больше ей неинтересен? Я поджал губы, вспоминая. Я сделал что-то не так? Чем-то обидел её? Может, смутил своим внешним видом? Я больше не мог ждать - мне нужны были ответы. Я хотел хотя бы понимать - придёт ли она вообще? Или я зря себя терзаю? Вопреки здравому смыслу я пошёл к шаману. Да, я не верил им. Понимал, что они просто дурят людей, но... Мне нужны были ответы, а в книгах их не было. Поэтому пришлось идти к шаману. Если кто-то и сможет мне ответить, то только он. Или я сойду с ума от собственных вопросов. Паланкин остановился, и я медленно вылез на улицу. Настороженно огляделся по сторонам. Перед глазами возникло здание, похожее на буддийский храм. - Точно здесь? - растерянно спросил я. - Да, молодой господин, - тихо ответил Сунчёль, кротко опуская глаза. - Я спросил на рынке. Мне сказали, что он очень сильный шаман. Крестьяне верят ему. Я усмехнулся. Если они верят, это ещё ничего не значит. Люди всегда верят в то, во что хотят верить. Я завязал ткань, пряча своё лицо. Не хотел, чтобы меня кто-то узнал. Я и сам понимал, что веду себя глупо. Учёный не может себя так вести. Но разве я мог иначе? Я аккуратно зашёл внутрь храма, стараясь не удариться о дверные косяки. Нашёл комнату, где шаман ждал меня. - Проходите, господин, - спокойно сказал он. Я медленно сел напротив, чувствуя, как сердце ускорило ритм. Задержал на нём взгляд. Это был мужчина около пятидесяти. Волосы спутаны, убраны в небрежный хвост. Он сидел, немного покачиваясь, и от каждого движения амулеты на его шее звенели, поблёскивая от свечей. Я посмотрел ему в глаза. Зрачки были белыми. Я нервно сглотнул и отвёл взгляд. - Вы правда слепы? - тихо спросил я, понимая, что не должен спрашивать. - Да, господин, - спокойно ответил шаман. - Тогда как Вы видите будущее? - Духи говорят мне. Я не смог сдержать улыбку. И был рад, что он не видит. - Что Вас беспокоит, господин? - спокойно спросил шаман. Я нахмурился. Не знал, что ответить. Если спрошу напрямую, то сам дам ему подсказку. И тогда он скажет мне то, что я хочу услышать. Я усмехнулся. Нет, я не буду упрощать ему жизнь. - Я хочу знать, что ждёт меня в будущем, - сказал я, стараясь звучать увереннее. Шаман поджёг какую-то бумагу. Начал покачиваться из стороны в сторону, что-то напевая себе под носом. Я напрягся. Что я вообще делаю? Шаман поднял подожжённую бумагу, размахивая ей в воздухе. Я невольно отклонился назад, боясь обжечься. Внезапно шаман остановился. - Са, - прошептал он. - Что? - я напряг слух. - Са, - повторил шаман. - Са? - удивился я. - Са как четыре? Шаман качнул головой. - Са как смерть. Я напрягся. - Ваша жизнь отмечена знаком смерти, - продолжил шаман. - Вы скоро умрёте, господин. Сердце неприятно кольнуло в груди. Я почувствовал, как холодеют пальцы. - Сколько мне осталось? - тихо спросил я, хоть и не верил его словам до конца. - Недолго. Четыре или пять лет. На секунду сердце замерло в груди. Я улыбнулся, пытаясь скрыть свой страх. - Да, я знаю, - мой голос дрожал. - Знаю, что скоро умру. Я болен. Болен. Шаман замер. - Вы умрёте не от болезни, - уверенно сказал он. - Хладные заберут Вас. Внутри будто что-то оборвалось. - Кто? - резко выдохнул я. - Хладные? Вы сказали «хладные»? Шаман медленно кивнул, уверенный в своём пророчестве. - Что за «хладные»? - растерянно спросил я. - Я никогда не слышал о них. Кто это такие? Злые духи? - Они выглядят как люди, но это обман, - спокойно сказал шаман. - Они не живые. Мёртвые. От них исходит холод. Они придут за Вами, господин. Я почувствовал, как холодеют пальцы. Поспешил их спрятать под складками одежды. - Зачем я им? - с непониманием спросил я. - Вы сами позовёте их. Я замер, не зная, что ответить. - Они скоро придут за Вами, - добавил шаман. - Вы должны бежать, если хотите жить. - А если я не смогу убежать? - спросил я, чувствуя холод внутри. - Тогда они заберут Вас. Ваша жизнь оборвётся. Я вышел от шамана с чувством неопределённости. Не знал - верить ему или нет. Хладные... Кто они такие? И зачем мне звать их? Я не хочу умирать, хоть это и неизбежно. Но я не могу позволить кому-то забрать меня. - Сунчёль, - я обернулся к слуге. - Ты что-нибудь знаешь про этих хладных? - Нет, молодой господин, - спокойно ответил он. - Я никогда о них не слышал. Я нахмурился. Выходит, шаман соврал? Эта мысль не давала мне покоя. Но ещё больше меня беспокоило - он ничего не сказал про девушку. Значит, она не вернётся? Это пугало меня больше смерти. Я хотел увидеть её снова. И тогда я решил - я продолжу ждать. Что бы ни случилось, я буду ждать её. Каждый день. Каждую ночь. Если я всё равно скоро умру, то должно быть в моей жизни хоть что-то хорошее. И этим хорошим станет она. Моя тайная гостья.