Дарованный

Весь следующий день после разговора с Хосоком прошёл как в прострации. Тэхён долго зависал на одной точке, копаясь где-то очень глубоко в себе. Принять, что он надежда этой степи, оказалось нелегко. Где-то под вечер омега резко попросил молодого Господина отвести его к Генералу. Тэхён вовсе не хотел мешать семье, у которой годовалый малыш, но, возможно, будь он ближе к ребёнку, то понял бы свои внутренние чувства на этот счёт. — Ты явно нагрузил его. Он настолько сосредоточен… — хмыкнул Юнги, глядя на юношу, который знакомился с Чимином и малышом. — Мысленно я уже несколько раз попросил у него прощения, но время идёт. Я не позволю какому-то там Чэвону переключить всё внимание на себя. Да простит меня Великая степь, но я буду рад, если у него не получится забеременеть, — сморщился Хосок. — В любом случае, Чимин сегодня сильно устал, поэтому мы не будем против, если эти пару часов Минджун проведёт с плаксой. Тэхён сидел у люльки и совершенно не знал, что ему нужно делать. Как он может стать папой, если не знает, как себя вести с годовалым малышом? Мысленно постарался успокоиться, потому что Чимин сказал: дети очень чувствительны к чужим эмоциям. Ему же всего лишь нужно с ним поиграть? Или развлечь как-то… В конце концов, если что-то пойдёт не так, ему обязательно помогут. Сам Минджун был довольно спокойным омежкой и по внешности очень походил на Чимина — с такими же светлыми волосиками. Юноша взял деревянную погремушку, неумело на пробу потряс ею, чтобы шарики внутри издали звук. Малыш заинтересованно похлопал глазками, после чего начал заливисто хохотать. Тэхён сначала опешил, но потом тоже улыбнулся, уже махая игрушкой активнее. Неужели у него тоже может быть такой маленький ребёнок? Крошечный карапузик, который будет смеяться и плакать. Которого можно будет поцеловать в пухлые щёчки, держать на ручках, щекотать животик и много всего другого. Сам омега родителей даже не помнил — можно сказать, толком и не знал их, а кто они и где — никогда не спрашивал. Не было смысла. Решив этот вечер не грустить, внимание вернулось к ребёнку. Тот активно агукал, тянув ручки вверх. Тэхён сначала подумал, что он хочет игрушку. Но омежка её просто выкинул, и юноша пребывал в растеренности, совсем не понимая, чего тот хочет. — Возьми его на ручки, — сзади подошёл Чимин, подбадривающе улыбаясь. — Но… Я не умею, он же совсем маленький… — Тэхён сильно запереживал, глаза снова были на мокром месте. — В этом нет ничего страшного. Тебе просто нужно подхватить его под попу и голову, чтобы он лежал у тебя вдоль руки, пока второй ты сможешь с ним играть или заниматься делами. Тэхён трясущимися руками потянулся к ребёнку — и слава богу, спасибо Чимину, который поспешил помочь. Если бы Юнги не рассказал ему, что задумал Хосок, то подумал бы, что Тэхён просто любит детей. Но оказывается, омеге нужно побыть в роли папы, если тот согласится на безумную идею молодого Господина. Не сказать, что Чимин идею поддерживал — всё-таки отчасти юношу вынуждали рожать, хотя с другой стороны… В общем, омега в это лезть не собирался, единственное, что от него требовалось, — не говорить ничего Чонгуку. — Не сложно же, да? — спросил муж Генерала, глядя на уже стоящего с ребёнком на руках Тэхёна. — Вроде нет… Его же нужно потихоньку качать, да? — Можно, так ему будет спокойнее, может и уснёт. А то этот капризулька сегодня отказался спать днём, — в шутку пригрозил пальчиком папа ребёнку. Тэхён мило улыбнулся, начиная укачивать малыша, пока Минджун хлопал глазками, рассматривая всё вокруг. — Он у вас очень спокойный. — Это только сейчас, обычно закатывает нам истерики. Маленький негодник решил перед тобой показать себя с воспитанной стороны, — всё бурчал Чимин на ребёнка. — А с детьми сложно? — Тэхён надеялся, что ответ его не огорчит. — Буду честен — нелегко. Начнутся бессонные ночи, потому что малыш будет капризничать вне зависимости от времени суток. Его нужно будет кормить, купать, гулять с ним, играть. Следить, чтобы он не переедал, но в то же время хорошо кушал; одевать по погоде, ведь маленький может заболеть. В общем, начнутся все базовые трудности всех родителей. Но знаешь… Этого не нужно бояться, все эти страхи померкнут, когда ты будешь видеть улыбку своего ребёнка, — Чимин поцеловал Минджуна в щёчку, отчего малыш засмеялся. — А когда я его так чмокнул, он меня ударил! — возмутился Юнги, сидящий рядом с Хосоком. — Минджун просто знает, что вам, альфам, нельзя давать спуску, — подмигнул мужу Чимин, Хосок же хрюкнул от смеха. Тэхён, глядя в глазки-бусинки, чувствовал себя на удивление спокойно. От разговоров и смеха ему казалось, что он дома. Удивительно, но порой даже чужие люди могут подарить больше тепла и любви, чем родные. Так омега всё больше и больше времени начал зависать в фиолетовом шатре, с каждым днём сближаясь с семьёй Мин.

***

— Джин? Ты дома? — Хосок даже не постучав зашёл внутрь. — Господи боже! Да вы точно братья, у вас даже фразы одинаковые! Зачем вы постоянно спрашиваете, дома я или нет, если всё равно заходите? — ворчал на альфу лекарь, пока варил что-то в котелке. — Мне помощь твоя нужна, — уселся за стол Хосок, морща нос от неприятного запаха. — Ну конечно! От Ким Сокджина всегда нужна только помощь, а сам бедный Сокджин никому не нужен! — Как это не нужен? Очень даже нужен. У тебя вообще-то муж есть и дети, так что не возмущайся, — сегодня молодой Господин не был настроен на шутки. — И что на этот раз тебе нужно? Снова успокоительное? У меня с тобой так не останется склянок, придётся делать новые. — Да я тебе любые травы достану, не проблема. Я здесь по другому вопросу. Ты же всегда давал омегам перед беременностью пить специальные отвары для лучшего результата? — альфа сделал максимально спокойное лицо, будто каждый день отвары для беременных таскает. Джин заинтересованно повернулся к Хосоку. — Допустим… И зачем тебе это? — аккуратно спросил омега, подозрительно прищурившись. — Дай мне парочку, очень надо. Там же принимать по одному в день примерно за два или три дня до оплодотворения, да? — Хосок… Сначала ты спрашиваешь про течку… А теперь отвары для подготовки к беременности… — Джин охнул, закрыв рот ладошкой. — Ты чего там приду… — Я понял! — перебил альфу омега. — Ты всё-таки влюбился и поэтому уже хочешь от Тэхёна детей! Зачем же ты скрывал это от нас?! Конечно, я сейчас же дам тебе отвары, — Сокджин поспешил рыться в каком-то сундуке, пока Хосок переваривал сказанное. — Ты, кажется, не так всё понял… Я вовсе не влюбился и от Тэхёна детей не хочу. Точнее, хочу, но то есть не хочу! Да нет же, я хочу, но не для себя! Ну фактически не для себя, но и мне! Да господи, это для Чонгука надо! — нервно выпалил альфа. Джин на фоне снова ударился головой о крышку сундука. — Мне нужны отвары для Тэхёна, потому что ребёнка он будет делать с Чонгуком. Правда, мой брат пока что об этом не в курсе, но это меня, если честно, вообще не волнует. Может у тебя есть какое-нибудь зелье, чтобы Чонгук согласился на мою идею, а? — для полной картины Хосоку не хватало только сложить ручки в умоляющем жесте. У лекаря от шока с каждым словом рот открывался всё больше и больше. — Так, Чон Хосок, а теперь всё заново и по порядку! Я не собираюсь в дураках ходить! — насупился омега, усаживаясь перед альфой. Так и пришлось молодому Господину всё рассказать, избегая слов о чуйке и камне. Об этом пока никто не знал — даже Юнги про камень не слышал, и Хосок надеялся, что и Тэхён не проболтается про тот булыжник. — То есть Тэхён согласен выносить Чонгуку малыша, но тот об этом не в курсе, потому что ты собираешься, чтобы они сделали это в течку Тэхёна естественным путём? — уточнил всю полученную информацию лекарь. Молодой Господин только кивнул в знак согласия, упуская момент, что омега ещё никакого согласия не давал. — Чонгук тебя убьёт, — вынес свой вердикт Сокджин. — Если это поможет моему племяннику появиться на свет, то я на всё согласен! Так ты дашь отвары? — Дам. Всё же и сам буду рад, если ребёнок родится от нормального омеги. От Чэвона не знаешь, чего ожидать. Твой брат погорячился, дав ему разрешение на оплодотворение, — выдохнул лекарь, в очередной раз подходя к сундуку, чтобы достать баночки. — В этом ты мне тоже поможешь. Во-первых, не говори ничего Чонгуку. А во-вторых, не мог бы ты снова завести ему шарманку про полезность естественного оплодотворения? Так будет больше шансов, что он не сбежит от течного омеги. Да и к тому же, один беременный — это хорошо, а два — ещё лучше! — Я помогаю тебе только ради светлого будущего нашей степи! И не вздумай говорить своему брату, что я всё знал! И вообще, кто ещё в курсе твоей идеи? — отдал Джин найденные склянки альфе. — Только ты, Юнги и Чимин. Ну и сам Тэхён. — Не говори Намджуну — он не умеет держать секреты. Разболтает всё Чонгуку и глазом не моргнёт. Если честно, я не думаю, что Тэхён справится. Он слишком худой и маленький. Не знаю, где ты его взял, но он значительно отличается от наших омег. Узкий таз, одни кожа да кости — как он, по-твоему, должен разродиться? Говорю как лекарь: чаще всего именно такие омеги и не выживают при родах, — озвучил жестокую правду Джин. — Знаю, но и у нас бывает чудо. Как бы это ни звучало, я в него верю. Не будем о плохом, у меня ещё одна просьба. — Да они у тебя закончатся вообще? Или ты заранее целый запас придумал? Ты будешь мне должен! Любую травку мне принесёшь, даже посреди ночи, ясно тебе?! — откровенно возмущался Сокджин. — Более чем. Я вот о чём… Тэхён по-любому девственник, по нему просто видно. И я уверен, что перед течкой он начнёт себя терзать по поводу своих неумений. Навряд ли он захочет обсуждать это со мной, поэтому не мог бы ты с Чимином поговорить с ним на эту тему? Для вас, омег, такие моменты очень важны, да и я сам не знаю, чем бы мог ему помочь. А Тэхён будет переживать. Видя, что альфа настроен серьёзно и правда переживает, лекарь согласно кивнул. Обсудить такие темы с омегой будет даже полезно. — Да спасут нас степи от гнева Великого Вождя, — пробормотал омега себе под нос, пока Хосок усмехнулся.

***

Хосок сегодня куда-то упорхал, предупредив, что в гости к Тэхёну зайдут Джин и Чимин. Перед этим альфа заставил его выпить ужасно горький отвар — якобы здоровье у него слабое. Омега хотел было возмутиться, но передумал, вспомнив, как часто он раньше болел. На улице он старался не появляться, чтобы не попадаться Вождю на глаза. Тем более, возможно, им скоро придётся заняться чем-то очень… очень личным. При мыслях об этом Тэхён покрывался румянцем, а в животе странно всё скручивалось. Конечно, он в курсе, откуда берутся дети, но ведь даже целоваться элементарно не умеет. А как это делается — и подавно не знает. Да и вообще, он всё ещё боится альфу. Хосок заверил, что Чонгук ему ничего не сделает, но омега в это слабо верил. Поэтому снаружи его могли видеть только когда он бегал в шатёр к Чимину и обратно. Новые друзья, если их уже можно так назвать, пришли после обеда. Джин принёс что-то в корзинке. Минджуна, к сожалению, с собой не взяли, сказав, что у них сегодня чисто взрослая омежья встреча, а малыш для такого ещё маленький. Тэхён и не спорил. Он понятия не имел, что делают на таких встречах, потому что друзей у него раньше почти не было. Если только один был — да попрощаться с ним даже не успел. Поначалу троица просто пила чай с финиками. Джин рассказывал про мужа и детей. Чимин вспоминал свои семейные моменты. Юноша же просто с улыбкой всё слушал, иногда посмеиваясь с каких-либо историй. — Джин, а что там в корзинке? — Тэхён честно старался на неё не глазеть. Но любопытство так и распирало изнутри. С омегами он чувствовал себя комфортно и спокойно, да и они уже не чужие друг другу люди — значит, можно и поинтересоваться, что же там такого интересного. Лекарь только загадочно улыбнулся, подмигнув Чимину. Только и он ничего не знал. Решив больше не томить своих друзей, Сокджин поставил корзину прямо в центр кровати. А потом с таинственной медленностью начал стягивать полотенце, чтобы представить взору всех деревянный… член. Тэхён вспыхнул словно спичка, пискнул что-то нечленораздельное и сразу закрыл глаза ладошками. Чимин же изумлённо уставился на предмет. — Это, дорогие мои, мой верный помощник в юные годы! Когда у меня ещё не было мужа, течки проходили довольно тяжело, поэтому эта прекрасная вещь меня спасала! — словно не произошло ничего необычного, с улыбкой выдал Джин. — Ты мне раньше о нём не рассказывал! — возмутился рядом сидящий Чимин, уже крутя в руках взрослую игрушку и разглядывая её со всех сторон. — Так тебе и не надо было. Ты у нас Юнги быстро оприходовал. Я его не для тебя принёс, — кивком головы указал на красного Тэхёна, который подглядывал в щель между пальцами. — Тэхён, снимай штаны! — заявил лекарь, забирая у Чимина дерево. Муж Генерала недоумённо уставился на друга. — З-зачем? — заикаясь, спросил юноша, с ужасом глядя на огромную, как ему казалось, вещицу. — Как это зачем? Будем готовить тебя ко взрослой жизни! Если ты собрался рожать нашему Вождю ребёнка, то должен уметь принимать в себя большой альфий член! — с долей гордости посмотрел лекарь на предмет. — Джин, может, не надо? Это как-то слишком… — Чимин с извинениями посмотрел на Тэхёна. Всё-таки Сокджин хоть и умный омега, но порой выкидывает крайне странные действия. — И всё-таки наглядно продемонстрировать было бы лучше. Тэхён, ну ты не переживай, я оставлю его для тебя. Если захочешь поиграться — он к твоим услугам. Помимо удовольствия для попки, на нём можно научиться делать минет! Правда будет не очень удобно, потому что он деревянный и не согнётся под горло. Но лучше так, чем никак. Пока лекарь без умолку что-то болтал, Тэхён не знал, куда себя деть. Он не был готов слушать что-то интимное. Чимин предпочитал отмалчиваться, чтобы ещё больше не смущать юношу. Хосок просил его мягко подготовить, но, видимо, Сокджин не совсем правильно понял просьбу. — Вот, там бояться ничего не надо. Я уверен, Чонгук у нас не глупый, поэтому сначала подготовит тебя пальцами, а может, вообще вылижет языком — так, как ему больше захочется. Но и ты не смущайся своих желаний! Захотел его оседлать — так ему и говоришь! Сел на его бёдра, член в попку направил — и поскакал как на лошадке! Чем больше лекарь говорил, тем сильнее хотелось провалиться сквозь землю. Тэхён был багровый, как цвет шёлка. Он и думать об этом стеснялся, а тут такое. — Джин, я думаю, они сами разберутся… — Чимин всё ещё пребывал в некой растерянности, понимая, что весь план полностью провалился. Лекарь хотел возмутиться, но, встретив строгий взгляд друга, передумал. — Джин хотел сказать, что в занятии любовью нет ничего страшного. Если делать это с правильным альфой, то и вовсе тебе может очень понравиться. А Чонгук, я уверен, в этом плане не глуп. Главное, скажи ему, что ты девственник — так он позаботится о тебе намного больше, — мягко объяснил Чимин Тэхёну. Тот только смущённо закивал, избегая смотреть на деревянную вещь. В конечном итоге время близилось к позднему вечеру. Поэтому омеги засобирались домой. Чимину пора кормить малыша, а лекарю — удостовериться, что двойняшки не разнесли весь шатёр вместе с его неуклюжим мужем. — Я бы всё-таки посоветовал тебе себя подготовить, говорю тебе, эта штука очень полезная! — всё не унимался Сокджин, пока Чимин уже внаглую выпихивал его из шатра. — Приятно провели время, Тэхён, отдохни хорошенько и приходи потом поиграть с Минджуном, — помахал на прощание муж Генерала, закрывая лекарю рот рукой. Юноша тоже попрощался, поспешив закрыть дверь. Такое времяпровождение он больше не хотел. Да и откуда они знают про то, что омега согласился родить Вождю ребёнка? Точнее, ещё даже не согласился. Но что-то подсказывало сделать выбор в положительную сторону. Может, им сказал Хосок? В любом случае, это уже не так важно. Стоит сказать им спасибо, что вообще подумали о переживаниях омеги. Хотя Тэхён даже не успел начать переживать по этому поводу. Зато теперь мысли начали посещать картинки, где юноша ничего не умеет и альфа от него отказывается. Иногда, сидя где-то на улице, Тэхён краем уха слушал, о чём шепчутся группы омег. Те обычно собирались небольшими компаниями и обсуждали разные сплетни. Чаще всего разговоры были про альф и то, как они проводят с ними гон или течку. По услышанному можно было сделать вывод, что альфы в этом поселении очень ненасытны — любят долго и грубо. Омеги хвастались своими умениями. Тэхёну же похвастаться было абсолютно нечем. За этими мыслями омега не заметил, как деревяшка оказалась в его руках. Ладошка спокойно обхватывала ствол, даже пальцы в кольце друг друга касались. Возможно, он и не такой большой, потому что Джин говорил, что это средний размер, а у альф может быть ещё больше. Куда больше-то? Любопытство никуда не делось: захотелось посмотреть, до куда примерно он будет доставать там внутри. Сев на кровать и пошире расставив ноги, юноша поставил предмет на простынь, близко прижимая к себе и пытаясь понять, до куда же он всё-таки достаёт. — Хосок? Тебя не было с утра на трениров… — Чонгук в одно движение открыл дверь. Но стоило увидеть на кровати омегу с прижатым к животу деревянным членом, альфа моментально замер. А все мысли куда-то сдуло ветром. Довольно вызывающая картина. — Э-это не моё! — откидывая вещь куда-то в сторону, поспешил оправдаться до смерти красный Тэхён. — Хочешь сказать, мой брат захотел засунуть в себя эту штуку? — Вождь старался придать себе непринуждённый вид. Хотя после увиденного вряд ли получится. Перед глазами появились неприличные картинки. — Нет! Это… Это мне кое-кто дал. Но я не просил! Мне не надо было, но они просто подумали, что мне это пригодится. Но мне правда не надо! — не переставал оправдываться омега, избегая взгляда и облизывая от нервов губы. — Да мне без разницы, чем ты тут занимаешься. Брат мой где? — если честно, очень даже с разницей. Чонгуку даже жаль, что он пришёл так рано. Мало ли что дальше собирался делать этот мальчишка. — Вообще-то здесь, — Хосок резко появился в дверном проёме, сразу оценивая ситуацию. — Он тебе и правда не любовник? Ты бы следил за ним, иначе тебя заменит деревянная игрушка, — кивнул головой Чонгук в сторону вещицы. Хосок, проследив за взглядом, прикрыл глаза. — Чёрт бы побрал этого Сокджина, — шикнул себе под нос альфа. — Мне так-то нет дела до ваших плотских утех. Тебя почему на тренировке не было? — начал свою воспитательную беседу Чонгук как старший брат. Всё же некий червячок зависти присутствовал. Тэхён же смотрел на Хосока как на спасение. — Занят был, — проходя мимо брата, взял деревянную штучку в руку, чтобы закинуть это несчастье куда-нибудь подальше, в сундук. — А предупредить нельзя было? Хосок, тренировки — это важно. Мы должны быть в строю, чтобы в любой момент защитить свою степь, — продолжал свою шарманку Чонгук. — Мне не пять лет, чтобы докладывать о каждом своём шаге, — не обращая ни на кого внимания, молодой Господин принялся переодеваться. Тэхён сразу же отвернулся, предпочитая делать вид, что его здесь нет. — Тэхён, не поможешь расстегнуть рубашку? Руки сильно болят, пальцев не чувствую, — конечно, Хосок лукавил. Ничего у него не болело. Штаны спокойно переодел на спальные, а рубашка… Нужно было малость вывести брата на эмоции. — Я?.. Могу, конечно… — омеге всё же пришлось развернуться. Подползая ближе, встал коленками на кровать, принимаясь смущённо расстёгивать чужую рубашку. Хосок удовлетворённо улыбнулся, краем глаза наблюдая за старшим Чоном. — Тебе бы не помешало стать ответственнее, братец, — на самом деле Чонгуку на Хосока сейчас было всё равно. Куда больше внимания привлекал Тэхён. Тот сидел в своих белых одеяниях — тонкая полоска ткани с трудом прикрывала грудь, штаны вообще просвечивали. В приятном свете от ламп кожа переливалась жёлтыми лучами. Но вся эта картина… Сидящий на коленях омега, помогающий раздеваться альфе. Слишком интимно. Так быть не должно. Расстегнув пуговицы, юноша, прикасаясь к плечам, помог полностью снять рубашку, откинув её куда-то на пол. — Спасибо, Тэхён, ты мне очень помог, — Хосок погладил омегу по щеке, напоследок подмигнув. Юноша же, краснея, улыбнулся. А Чонгук смотрел и не мог понять: это сейчас был флирт или нет? Брат же сказал, что он ему не любовник. Тогда к чему эти действия? В моменте альфа тряхнул головой. Почему это его вообще волнует? Он никогда не засматривался на чужих любовников. Но этот омега… — Ты долго так стоять будешь? Мы вообще-то хотим спать, — помахал Хосок рукой перед лицом Вождя. Тэхён же зарылся в одеяло по самый нос. — Вы спите вместе? — Чонгук тут же прикусил себе язык. Не должен он такое спрашивать. Да и почему вообще спросил? Что-то он сегодня рассеянный. — Ох, братец мой, мог бы хоть постыдиться. Ладно я — твой брат. Но перед омегой такое спрашивать, — Хосок драматично покачал головой, усмехаясь с любопытства Тэхёна. Тот выглядывал глазками, думая, что его не видно. — Завтра жду на тренировке, и только попробуй не прийти, — никак не комментируя ситуацию, прибавил стального тона. После чего, не попрощавшись, вышел. — А мы что, правда будем спать вместе? — прошептал свой вопрос юноша, прячась под одеялом. — Не будем. Ты лучше мне скажи, зачем эти омеги притащили тебе деревянный член? — молодой Господин устало выдохнул, садясь на край кровати. Ночка предстояла интересная.

***

Остальные дни прошли одинаково. Единственное — Хосок строго-настрого запретил Тэхёну что-то в себя совать и как-либо готовиться к заветному дню. Юноша, в принципе, и не собирался. Омега всё так же пил отвары, а на первый день течки смущённо сказал, что согласен. Тогда-то молодой Господин и объяснил мальчишке, что бояться ему нечего. Его брат вовсе не зверь и больно не сделает. А если вдруг что — Хосок потом надерёт Чонгуку по самые уши. И неважно, что опыта меньше, — надо будет — надерёт. В общем, поддержал как смог. Хосок на самом деле и сам привязался к Тэхёну. Омега для него как младший брат. Он всегда хотел младшенького, чтобы защищать. И вот сам нашёл. Ещё и родственником сделает. Осталось только их влюбить друг в друга. Время близилось к ночи. Течка постепенно набирала обороты. Аромат омеги всё больше и больше распространялся по шатру. Проблема была только в том, что Хосок не успел придумать, как сказать об этом брату. В целом уже и не важно. — Так, Тэхён, ты там Чонгуку не болтай лишнего. В купальню ты сходил, отвары пил, просвечивающую тунику надел и, самое главное, потёк, — убедившись, что всё сделано как нужно, Хосок подошёл ближе. Юноша уже плохо соображал, поэтому сидел с трудом. Живот сильно болел, а зуд сзади и вовсе заставлял постоянно ёрзать. — Да уберегут нас степи от гнева моего брата, — выдохнув, молодой Господин подхватил омегу на руки, сразу же выходя наружу. Даже если их кто-то и увидит — ему без разницы. Пусть думают что хотят, он тут вообще-то пытается помочь племяннику появиться на свет. По его подсчётам, Чонгук совсем скоро должен вернуться в шатёр — буквально с минуты на минуту, поэтому времени у них крайне мало. Не зря же он следил за собственным братом, чтобы узнать точный распорядок дня. Убедившись, что в шатре пусто, поспешил юркнуть внутрь. Омегу бережно уложил в самый центр кровати. — Тэхён, всё будет хорошо. Ты главное не переживай, — напоследок сказал альфа перед тем, как выйти наружу.

***

— В этом месяце значительно больше жемчужин. Думаю, новые сети всё же лучше удерживают ракушки и не мешают им развиваться, — делился своим мнением Намджун с Вождём. — Так и есть, нужно будет ещё купить таких. Как у тебя с семьёй дела? — Чонгуку и правда было интересно слушать семейные истории друзей. Своей семьи нет, так хоть от других наслушаться. — Джин постоянно всякие травы делает. Кихо и Канхо поругались из-за какой-то игрушки — не смогли поделить, и мне на скорую руку пришлось срочно делать такую же, — Намджун с улыбкой рассказывал о близких, заставляя и Чона периодически посмеиваться. — Может, дать тебе парочку выходных? Вы с Джином давно не были наедине. Детей бы к родителям отправили. — Если тебе есть кем меня заменить, то я только рад буду. — Хосока заставлю. Надоел уже. С этим омегой совсем от рук отбился, даже тренировки пропускать начал, — бурчал на брата Чонгук. — Может, он влюбился? Я, когда впервые встретил Джина, тоже долго не мог заставить себя что-то делать. Хотелось как можно больше времени проводить с тем, кто тебе нравится, — окунувшись в воспоминания, альфы остановились у мятного шатра, откуда уже выглядывали две маленькие макушки, ждущие отца. — Думаю, тебе пора, и не забудь — с завтрашнего дня у тебя выходные, — подмигнул Чон другу, похлопав того по плечу. Отойдя чуть в сторону, Великий Вождь позволил себе насладиться чужим счастьем. Намджуна встречали его родные люди, едва он успел переступить порог дома. Вот муж целует в губы, а следом дети наперебой обнимают мужчину за ноги. Чонгук тоже бы хотел, чтобы и его дома ждала любимая семья. За своими раздумьями он и не заметил, как подошёл к своему дому. Правда, что-то было странным. Вождь резко втянул воздух — в нос ударили нежные тёплые нотки. Это напоминало орех — такой же тягучий, но с молочной начинкой. Этот будто бы сливочный аромат заполнял лёгкие. Им хотелось дышать чаще. Феромон совсем не вязался со степью и тянулся из… Его шатра? Альфа нахмурился, переходя на быстрый шаг, и резко зашёл внутрь. И он бы обязательно удивился, почему на его кровати лежит течный омега, но поток мыслей оборвал звук закрывшейся за спиной двери. — Что за… — Ты мне ещё спасибо скажешь, братец! — Хосок на всякий случай подпёр дверь тяжёлыми камнями, чтобы Чонгук уж точно не вышел. Хотя если ему надо будет — он и дверь выбьет. Но молодой Господин надеялся, что Вождь так не сделает. Не зря же он все двери снаружи закрыл и камней наложил? — Хосок… Какого чёрта ты творишь?! — Чонгук зашипел, ударяя кулаком по дереву. Мало того, что у него давно не было секса, так этот болван ещё и додумался закрыть его с течным омегой?! — Я помогаю тебе завести детей. Беременный Чэвон мне не нравится, а вот беременный Тэхён — очень даже. К тому же пора бы тебе заделать ребёночка естественным путём, а не этими вашими медицинскими штуками! — Хосок облокотился на дверь, рассматривая звёзды на небе. Будто не на него сейчас кричит брат по ту сторону шатра с угрозами оставить без яиц. — Выпусти меня сейчас же! Хосок, как только я выйду отсюда — надеру тебе зад! Ты станешь евнухом! — Чонгук не оставлял попыток выбить сооружение, пока предательский феромон просачивался будто под самую кожу. Вождь всегда любил орехи, а этот аромат… В глазах постепенно появлялась мутная пелена. — Да-да, но я всё же надеюсь стать дядей, — специально выделил последнее слово. — Да и что ты теряешь? Тэхён — красивый, здоровый омега. Неизвестно, что будет с Чэвоном, а так, может, именно у мальчишки получится! К тому же он сам согласился, — и после этих слов молодой Господин победно улыбнулся — ведь толчки в спину резко прекратились. Рыбка клюнула. — Сам? Он правда согласился? — альфа, стараясь не обращать внимания на болезненный стон позади, взвешивал все за и против. Брат был прав: с Чэвоном ничего не известно, а вдруг не получится? К тому же Джин недавно снова промывал ему мозг, что естественное оплодотворение намного эффективнее медицинского. Да и… Если он согласен, то почему бы и нет? — Если не веришь — просто спроси у него, — закатил глаза Хосок. На месте Чонгука альфа бы уже давно с удовольствием проводил приятную ночь. — К чему тогда ты столько с ним возился? А несколько дней назад ты разве не флиртовал? — Я тебе кучу раз говорил — он мне не любовник! И вообще, тебя это сейчас реально волнует? У тебя за спиной течный омега, которому больно! — и правда, молодой Господин в очередной раз слышит стон боли. До чего же упрямым порой бывает его старший. — Если я не знаю чего-то важного, имей в виду — не посмотрю, что ты мой брат, и сверну тебе шею, — Чонгук, конечно, преувеличивал, но это неважно. — То же самое касается тебя: будь с ним нежен и не делай ему больно, он девственник, — на всякий случай предупредил Хосок — на случай, если омега от страха не сможет ну или ещё по каким-то причинам. Чонгук ничего не ответил. Больше эта несчастная дверь его не интересовала. А вот лежащий на кровати омега — очень даже. Подойдя ближе, его взору предстал дрожащий мальчик. Тэхён покрылся капельками пота. Полупрозрачная туника стала уже совсем прозрачной, ничего не скрывая. Омега не переставал шумно дышать и облизывать губы. Открыв глаза, юноша смущённо свёл коленки вместе, даже не подозревая, что таким действием открывает альфе обзор на свою мокрую дырочку. Чонгук сглотнул. Член уже болезненно упирался в ткань нижнего белья, неприятно натирая головку. Глаза жадно смотрели на пульсирующее отверстие. Кто бы мог подумать, что омега, которому он не доверял, будет течный лежать в его кровати. Альфа, решив не томить их обоих, поспешил полностью снять с себя всю одежду, оставляя её валяться на полу. С омеги туника тоже была сдёрнута. Тэхён сразу же покраснел, закрывая грудь ладошками, прямо как тогда, на речке. Вспомнив, какие сладкие ягодички сейчас будут в его доступности, Чонгук довольно пророкотал. Аромат кедра несдержанно заполнял пространство, смешиваясь с… Вождь так до сих пор и не понял, что это за сорт орехов исходит от омеги. Забираясь на кровать и нависая над омегой, Чонгук бережно завёл прядку волос за розовое ушко. — Ты правда сам согласился? Мы не просто проведём вместе твою течку, а будем делать ребёнка, Тэхён. Это большая ответственность, — Вождь давал юноше последнюю попытку. Если откажет — отпустит, не тронув. В душе хотелось получить положительный ответ. — Точно, — омега часто закивал, стараясь не упускать частичку разума. — Только… Извините, н-но… Я ничего не умею, и это будет мой первый раз, — последние слова мальчишка произнёс чуть ли не шёпотом. И Вождь, как подобает альфам, должен поддержать омегу, чтобы тот не переживал. Но вместо этого только сильнее возбуждается от этой извращённой робости и невинности. Мальчик, стесняясь, прячет свои глазки, отбрасывая на стены шатра тени своих длинных ресниц. Молочная кожа так и тянет оставить на себе метки и багровые засосы. Чонгуку хочется довести его до слёз, но вовсе не от боли. — Просто слушай меня и не сопротивляйся. Тебе не будет больно, если ты расслабишься и доверишься мне. Но как только почувствуешь дискомфорт, не стесняйся и говори, ясно? — омега кивнул, пряча взгляд. — Помимо ребёнка, я так же хочу, чтобы нам обоим было приятно. Ты не просто человек для оплодотворения — ты в первую очередь омега, который помогает мне стать счастливым. Если ты забеременеешь и родишь, я буду благодарен тебе до конца своих дней, Тэхён. Ты первый, с кем зачатие пройдёт вот так. В моём ложе никогда не было других омег. Считай, что ты особенный, — подмигнул альфа, наслаждаясь розовым румянцем на светлых щёчках. Желая уже перейти к самому интересному, Чонгук начал осыпать шею юноши поцелуями. С каждым поцелуем омега покрывался мурашками. Вздохи стали громче и чаще. Вождь всасывал кожу, отпуская с громким чмоком. Цеплял зубами, слегка прикусывая и не отказывая себе в удовольствии оставлять засосы, которые алыми узорами расцветали на бледной коже. — Раздвинь ножки, малыш, — от данного прозвища альфе не укрылось, как сжалась дырочка, выделяя порцию смазки. И если бы Тэхён смотрел на лицо Вождя, то видел бы хищный оскал — самый настоящий оскал зверя, который смотрит на свою добычу. Слегка надавливая на коленки, помог юноше открыться. Но открыв одно, маленькие ручки поспешили закрыть другое — и теперь одна рука прикрывала грудь, другая — член. Ну что за прелесть? Чонгук сейчас подавится слюной. — Не надо прятать свои прелести. Рано или поздно я всё равно увижу. Лучше переложи ручки на меня, — и на непонимающий взгляд нежно положил омежьи ладошки на свои широкие плечи. Тэхён под пальчиками ощущал неровности кожи — видимо, от шрамов. Хотелось посмотреть, но от стеснения мальчишка продолжал упрямо прятать свой взгляд. Но буквально через несколько секунд юноша ойкнул, когда Вождь всосал в рот розовый сосочек. Одной рукой он опирался на кровать, другой — гладил тоненькую талию. — Ты очень вкусный. Напоминаешь мне тёпленькое молочко, — в ответ пальчики на плечах сжались сильнее. Чонгук же продолжил ласкать соски языком, приятно посасывая их. А в душе хотелось попробовать грудное молоко. Кто знает, может, если малыш родится, они с омегой будут в хороших отношениях? Или может даже что-то большее… Вождь на этот раз своих мыслей не пугался — омега и правда безумно красив. Может, если узнают друг друга получше, что-то и получится? С Тэхёном точно стоило наладить отношения, хотя бы по тому, что тот может стать папой его ребёнка. Оторвавшись от мягкой груди, поцелуями перешёл ниже. Особое внимание уделяя животу, надеясь, что там в скором времени зародится новая жизнь. Так поцелуями-бабочками спустился к паху — омега же только сильнее зарделся, не зная, куда себя деть. На удивление Тэхёна, у него ничего не болело, а приятный феромон кедра только успокаивал. Поэтому юноша не отказывал себе в удовольствии дышать чаще и глубже. Вождь сел на колени и, уловив зрительный контакт с мальчиком, подмигнул ему, после чего одним рывком подтянул омегу наверх — таким образом, чтобы ноги лежали на плечах, а сладкая попка была прямо перед лицом. Тэхён пискнул, закрывая глаза ладонями от такой позы — он почти висел, только лопатки и голова касались кровати. Из груди вырвался первый стон, который юноша постарался тут же заглушить, когда альфа прошёлся языком по мокрой дырочке. — Не сдерживайся. Я хочу слышать, насколько тебе приятно. Тэхён сначала запротивился, стараясь просто мычать или закрыть рот ладонью. Но с учётом того, как остервенело альфа его вылизывал, долго терпеть омега не смог. Поэтому, запрокидывая голову, отдался в плен своего тела. Громкие стоны наполнили шатёр. И стоило языку нырнуть внутрь, как юношу подбрасывало на кровати. — Умница, орешек, твои стоны — услада для моих ушей, — похвалил альфа, с жадностью всасывая порцию смазки. Жидкость стекала по подбородку и бёдрам, капая каплями на простынь. Тэхён от приятных ощущений поджимал пальчики на ножках, чуть ли не скрывая свой голос. А от прозвища по всему телу прошла приятная дрожь. Оторвавшись от дырочки и облизнувшись, омега был резко перевёрнут на живот, под который Чонгук тут же подложил подушку для удобства. Юноша там что-то снова ойкал и ахал, что Вождя только забавляло. Снова раздвинув слишком стройные ножки, открыл себе вид на заласканную дырочку и… О, да, ягодички. Эти круглые ягодички. Чонгуку сейчас всё равно, что подумает про него омега. Даже если посчитает извращенцем — окажется полностью прав, ведь альфа внаглую укладывает ладони на мягкую попку, жадно её сжимая. — О-ой… Что в-вы делаете? — чувствуя, как мнут его попу, Тэхён постарался посмотреть назад, но, повернув голову, увидел лицо альфы в опасной близости к своему. — Наслаждаюсь, — прошептал на красное ушко, сразу же игриво его укусив. От очередного писка у Вождя всё свело в паху. Этого омегу хотелось грубо взять. Более того, очень хотелось отшлёпать, но остатками разума альфа понимал, что для первого раза будет слишком много — и Тэхён попросту испугается. Член уже болел от возбуждения у обоих, поэтому Чонгук малость решил ускориться. От этого тела не хотелось отрываться — только его ласкать он мог часами. Решая объединить приятное с полезным, Вождь принялся покрывать спинку поцелуями, пока пальцем собирал смазку меж ягодиц. — Не сжимайся, орешек, иначе будет больно, — напомнил альфа, когда почувствовал напряжение в маленьком теле. И правда, рядом с широким и большим Чонгуком Тэхён казался совсем крохотным. Стоило только расслабиться, как в дырочку одним плавным движением вошёл палец. Юноша заскулил, сжимая простыню в кулачке. От приятных ощущений аромат стал ещё ярче, буквально пытаясь задавить доминантный кедр. Вождю это показалось очень милым. — Так вот какой ты орешек… Кешью, значит, — вставив второй палец по самые костяшки, принялся растягивать горячее лоно на манер ножниц. Мальчик застонал, хныча что-то нечленораздельное, пока Чонгук наслаждался игривым феромоном, выпуская побольше своего. — Ты такой узкий — неужели не баловал себя той игрушкой? — целуя за ушком, с удовольствием слушал, как хлюпает смазка, стекая по пальцам. Течка великолепно делала своё дело, облегчая процесс спаривания. Чонгук вставил третий палец, лаская дырочку изнутри. — Н-нет… Ах! — омега выгнулся, неосознанно выпячивая попу, отчего пальцы зашли ещё дальше. С громким стоном юноша захныкал. — Нашёл, — не скрывая улыбку в голосе, альфа активнее начал проходиться по простате. Стимулируя заветную точку, Тэхён всё больше сжимался и дёргался. — У м-меня… Там внизу очень стран-но… — омега всё чаще ёрзал и дрожал, не понимая, что с ним происходит. — Так и должно быть, не сдерживайся, — Чонгук уже тремя пальцами вбивался в дырочку по самые костяшки. Тэхёну казалось, что он горит внутри. Насколько разные ощущения скручивали внутренности. Больше не выдерживая, омега задрожал, пачкая простыню своим семенем. Голосок протянул очень высокий стон, а в уголках глаз собирались слёзы. — Умница, орешек, — пока юноша отдыхал от оргазма, Вождь с удовольствием облизал пальцы. Чонгук перевернул мальчика на спинку, кладя подушку под ягодицы. — Обхвати себя руками под коленки, — Тэхён плохо соображал, поэтому Вождь помог принять нужную позу, снова припадая языком к дырочке. Омега захныкал, пытаясь слезть с языка, чтобы прекратить сверхстимуляцию, но в ответ получил только недовольный рык. Пришлось послушно подставляться под ласки, моментально возбуждаясь. — Думаю, ты уже достаточно растянут, — альфа навис над омегой. — Обхвати руками меня за шею, а ногами — за торс. Если будет больно, сразу говори, — убедившись, что Тэхён обхватил его, приставил головку члена ко входу, перед этим смазав себя смазкой. — Я боюсь… — прошептал юноша, утыкаясь лицом в сильное плечо. — Главное, расслабься, — поцеловав светлую макушку, сделал первый толчок, входя сразу наполовину. Тэхён рвано выдохнул, чувствуя, как его распирает внутри. Он не видел размер, но по ощущениям казалось, что это что-то до ужаса огромное. Первая слезинка скатилась по щеке. — Больно? — заметив, как сжался омега — отчего член больно сдавило — альфа и сам зашипел. — Неприятно, — капризно протянул мальчик, хмуря своё личико. — Потерпи ещё немного, и будет приятно, — чтобы не растягивать боль, лучше сделать всё быстро. Поэтому Чонгук одним движением вошёл полностью, выбивая из Тэхёна болезненный крик. Юноша сразу же упёрся руками в крепкую грудь, одним взглядом умоляя не двигаться. Ему казалось, что он задыхается — настолько сильно распирало внизу. Будто бы одно неверное действие — и он порвётся. — Тише, всё хорошо. Посмотри, какой ты молодец — он полностью в тебе, — Вождь, чтобы омега не переживал ещё больше, терпел давление на своей плоти. Понятное дело, что девственнику принять его с первого раза будет тяжело. К тому же, духи Чонгука размером явно не обделили. Какое-то время они не двигались — лишь альфа всячески гладил мальчика, целуя в щёки и макушку. И только убедившись, что омега больше не сжимается, а даже как-то сам пытается пошевелиться, Вождь сделал первый приятный для обоих толчок, выбивая из омеги стон удовольствия. Опираясь руками в матрац, альфа плавными движениями толкался в податливое нутро. Тэхён постанывал ему в шею, крепче прижимаясь к сильному телу. Кедр и орех смешались воедино, даря терпкий, но в то же время мягкий аромат. Чонгук, чувствуя скорую разрядку, жадно расцеловывал нежного омегу. Тот периодически хныкал, из глаз текли слёзы, светлые волосы раскидались по простыне. Щёки сияли румянцем, а губы блестели от слюны. Да. Именно губы Вождь ещё не целовал, желая оставить их на сладенькое. Обычно он не целовался в сексе, но именно с этим мальчишкой хотелось. Поэтому, приблизившись к личику — до пухлых манящих губ оставались жалкие миллиметры, — но в последнюю секунду омега отвернул голову. Вождь нахмурился, подумал, что юноша, наверное, испугался, поэтому попробовал поцеловать ещё раз — но и в этот раз мальчишка отвернул голову, поскуливая от толчков. Альфа вовсе остановился. — В чём дело? — пользуясь замешательством омеги, который не понял, из-за чего они остановились, Чонгук снова попытался взять чужие губы в свой плен, но Тэхён и в этот раз успел закрыть себе рот рукой. Вождь был крайне недоволен таким поведением. — Э-это… Это личное… — пробубнил омега себе в ладонь. — Личное значит… — с какой-то несвойственной спокойностью Чонгук кивнул головой. Но в следующую же секунду резко сел, хватая омегу за бёдра, буквально натянул на свой член — отчего юноша вскрикнул, цепляясь пальцами за простынь. От прежней нежности не осталось и следа: альфа грубо вбивался в дырочку, не контролируя силу толчков. Великому Вождю отказали. Возбуждённому альфе рядом с течным омегой отказали. Чонгук всегда получает желаемое, а этот мальчишка… Рыкнув, Вождь вышел из омеги, переворачиваясь на спину, уложил Тэхёна спиной себе на грудь и резко вошёл на всю длину — по самые яйца. Юноша по ощущениям уже сорвал голос, сил не оставалось даже на стоны. Альфа левой рукой крепко прижал к себе омегу поперёк живота, правой же начал надрачивать омежий член. Уперевшись пятками в матрац, толчки стали чаще и сильнее. От повышенной стимуляции Тэхён не выдержал — изливаясь себе на живот, задрожал, поскуливая и плача от ощущений. Чонгук, чувствуя, как сильно сжимается дырочка вокруг его члена, через пару толчков тоже излился внутрь, запечатываясь там узлом и образуя сцепку. Взмокшие от пота, уставшие и часто дышащие, оба отходили от секса. Вождь, откинув голову на кровать, прижимал к себе омегу, периодически заполняя его новой порцией семени. У Тэхёна же не осталось сил даже открыть глаза — да и кедр вдруг стал нежным. Обволакивая юношу, он приносил ощущение сонливости. — Отдыхай, — шепнул Чонгук, замечая, как омега клюёт носом. Альфа и сам предпочёл поспать — всё равно у них ещё несколько дней, чтобы насытиться друг другом, ведь это была только первая волна течки.

***

Когда Тэхён проснулся, ощутил исходящий откуда-то жар. Хотелось потереть глазки кулачком, но руки как будто бы кто-то держал. Быстро промаргиваясь, юноша обнаружил, что находится в крепких объятиях альфы, который окольцевал его своими большими ручищами. Вспоминая события минувшей ночи, омега вспыхнул. Как он Вождю в глаза теперь смотреть будет? Тэхён носиком упирался в широкую грудь. Подняв глазки, увидел, что Чонгук ещё спит. И теперь омега мог не боясь рассмотреть альфу. Тот был расслаблен — больше не было на его лице суровости, складка между бровей разгладилась. На удивление, альфа был с ним очень нежен ночью, правда до одного момента… Не мог же он разозлиться из-за отказа в поцелуе? Наверное, просто пробудилась мужская натура, требующая доминантности. А целоваться Тэхён и правда хотел только по любви. Ребёнок тоже по любви — просто омега решил, что малышу будет достаточно его чувств, ну и его отца. И ничего страшного, что родители вместе не будут. Так бывает. Засмотревшись, мальчишка обратил внимание на красоту. Альфа был мужественный и сексуальный. — Нравлюсь? От раздавшегося баса Тэхён вздрогнул. Ойкнув, хотел было спрятаться, но держащие его руки даже не дали пошевелиться. Чёрные глаза смотрели прямиком в ореховые. — Я… Я просто… — оправдания себе омега не нашёл, поэтому просто замолчал, пунцовея щеками. — Как ты? Что-нибудь болит? — альфа вообще не обращал внимания ни на позу, ни на свою реплику в целом. — Ну… Там немного саднит, — смутившись, прошептал себе под нос, отчего Чонгук только усмехнулся. — За следующие дни затрахаю так, что сидеть не сможешь, — альфа подмигнул, пока юноша что-то возмущённо бурчал себе под нос. Отпустив омегу, Вождь сел, опираясь спиной на изголовье кровати. Одеяло сползло ниже, с трудом прикрывая пах. Тэхён вылезать не спешил. — Игрушек в себя не вставлял… С братом моим тоже не спал? — резко спросил Чон, толкнув язык за щёку. Конечно, он прекрасно знал, что омега и правда был девственным — там по узости только понятно было, не говоря уже об отсутствии навыков. Просто кое-кто так мило бухтел и дул щёки, что не поиздеваться над ним альфа просто не мог. — Что? Да вы какого обо мне мнения вообще! — как и ожидалось, Тэхён обиженно надул щёки, грозно — насколько это возможно в его ситуации — смотрел на Вождя. Чонгук с трудом сдержал свой серьёзный вид, чтобы не пустить смешок. — А раздевал его тогда зачем? Разве он с тобой не флиртовал? — Это… Это вообще-то была помощь. Вы же сами видели — он попросил помочь, потому что устал! — То есть ты каждому уставшему альфе помогаешь раздеваться? — всё продолжал подтрунивать над мальчишкой Чонгук. — Нет! Хосок же мне знаком… — А ну, конечно, это значительно меняет дело. С тобой просто нужно познакомиться — и ты уже будешь готов раздеть и помочь, да? — прозвучало это довольно двусмысленно, но кому какая разница. — Нет! С чего вам до этого есть дело? — Тэхён резко сел, натягивая одеяло по шею. И от кого прячется? Будто Вождь там ничего не видел. — Может, я ночью тоже хотел, чтобы ты помог мне раздеться? А пришлось всё делать самому. Даже ласкал тебя только я. Не считаешь, что это нечестно? Думаю, стоит исправиться… Моё тело тоже хочет поцелуев, — с заговорческим шёпотом Чонгук наклонился чуть ближе к юноше. — Н-но… Я же вас не просил меня целовать и ласкать… — То есть лучше было делать всё грубо и резко? По тебе и не скажешь, что ты любишь, когда больно, — и в любом случае, Вождь бы ему ничего не сделал. — Нет-нет, не надо больно… — омега замотал головой в разные стороны, потеряв весь свой обиженный вид. — Ну тогда и ласки должны быть взаимными. Я же не прошу от тебя минет. Достаточно будет и поцелуев по телу. Или у тебя поцелуи куда-либо тоже личное? — специально выделил последнее слово, намекая, что Тэхён запретил целовать в губы. — Нет… — мальчишка уже совсем не понимал, что от него хотят. Зачем этому альфе его поцелуи? С чего вообще такая нежность? — Ну тогда жду, — пальцем Чонгук несколько раз тыкнул себе в щёку, с улыбкой глядя на омегу. — Сейчас? Но ведь… Волна течки же прошла… — Одна прошла — значит, скоро будет другая. Какая разница, когда мы начнём? Раньше или позже — всё равно один исход, — из них двоих ощущение, что течка здесь у Чонгука. Он как проснулся, уже был полувозбуждённый, чего не скажешь о Тэхёне. Юноша, поборов смущение, уже вроде как потянулся к довольному альфе, но всю идиллию прервал стук в дверь. Омега резко забыл обо всём на свете, дёргаясь и прячась под одеялом. Вождь только очень недовольно стиснул челюсть. Кто посмел помешать ему в такой момент? Встав, так и направился к двери голышом. Поэтому стоящему по ту сторону Хосоку предстала очень личная картинка. — Великие степи! Вышел в чём папа родил, нет бы хоть одеться! — морщась, молодой Господин осудил брата взглядом. — Тебе чего надо? Ты вроде в курсе, что людям, которые проводят вместе гон или течку, мешать нельзя, — сложил руки на груди Вождь, прекрасно видя, что Хосок принёс им поднос с едой. — Ты почему недовольный такой? Я помешал, что ли? Да впрочем и неважно. Во-первых, хочу убедиться, что Тэхён живой. Во-вторых — еды вам принёс. На тебя-то мне побоку, а вот ему рядом с тобой силы нужны. — Всё с ним нормально, живой и залюбленный, — игнорируя недоумённый взгляд брата, забрал поднос. — Зная, как ты проводишь время с омегами, очень сомнительно, что он залюбленный. — Свали, — только и сказал старший брат, захлопывая перед молодым Господином дверь. — Вот так и помогай тебе… — закатил глаза Хосок, молча уходя заниматься делами. — Вылезай, — Чонгук сел на кровать, ставя рядом поднос. Тэхён аккуратно спустил одеяло, подглядывая глазами за обстановкой. Но стоило увидеть еду, омега резко сел, нетерпеливо облизываясь. — Ешь, тебе нужны силы, — и сам потянулся к тарелке с мясом. С удовольствием пережёвывая пищу, Чонгук смотрел, как мальчишка лопает всё с большим аппетитом. Что же тогда во время беременности будет? Взгляд упал на живот. Бывает, что достаточно и одной сцепки, поэтому альфа не терял надежды, что там уже зарождается новая жизнь. Им бы не помешало помыться и поменять простыни, но Чонгук не хотел. Пусть тела липкие от пота и спермы, а простынь с засохшим семенем — есть в этом всём что-то личное. Да, это грязно, но альфа внутри довольно рокочет. К тому же какофония запахов буквально сводила с ума — усилившийся кешью туманил разум. — Ты у нас с востока значит? Обычно такие необычные ароматы откуда-то оттуда, — поделился своими размышлениями альфа. Тэхён же только кивнул, потому что рот был занят едой. В целом больше не говорили. Вождь поел немного — голодным не был. Зато омега всё слопал до последней крошки и, объевшись, упал на спину, облизываясь. Чонгук только хмыкнул, убирая поднос на рядом стоящий сундук. — Мы вообще-то не закончили, — напомнил Вождь, ложась вплотную к омеге набок, подпирая голову рукой. Нагота его совсем не смущала, зато омега вспомнил, что у него открыта грудь, и поспешил прикрыться. Вот только альфа не дал — вместо этого вообще сдёрнул одеяло и откинул его куда-то в сторону. Тэхён возмущённо прикрылся, сводя колени вместе. — Что я там не видел? — и, не дав омеге ответить, раздвинул его ноги, тут же нависая сверху, а маленькие ручки придавил к матрацу. — Я жду свой поцелуй, — подставил свою щёку Вождь. — Д-да… Да вы! — Да я в прекрасном расположении духа, поэтому не порть мне настроение и просто поцелуй, иначе буду домогаться до тебя, — совсем не в шутку начал угрожать альфа. Омежьи руки были вздёрнуты вверх, и Чонгук держал их одной ладонью у Тэхёна над головой, чтобы вторую руку опустить на маленький не возбуждённый член. — Чт… Ах! — мальчик был очень чувствителен после ночи, но свести коленки помешал торс Чонгука. — Поцелуй — и отстану, — играясь с головкой, Вождь поцеловал омегу в носик. Тэхён больше не капризничал — красный как помидор, чмокнул альфу в щёчку. Чонгук готов поклясться, что его повело от этого невинного действия, и половой орган набух за жалкие секунды. — Думаю, у тебя началась вторая волна течки, — первое, что пришло в голову, озвучил Чон. И так понятно, что вторая волна ещё не началась, но какая разница? Чонгук хотел сейчас. — Ч-что? Нет! — мальчишка запротестовал, выгибаясь от пальцев в дырочке. — У меня опыта больше, я лучше знаю, — удостоверившись, что после ночи малыш всё ещё растянут, Вождь с блаженным удовольствием заполнил омегу одним толчком. Тэхён, в принципе, уже и не был против, закатывая глаза от попадающего по простате члена.

***

— Разве течка не должна была закончиться ещё вчера? — спросил Юнги у Хосока. Они только закончили с поставкой чёрного жемчуга. Без Вождя это было довольно проблематично, потому что вожди других степей начали возмущаться: как это совершать поставку и без самого главного. Успокоил их только Хосок, являющийся младшим братом, а соответственно имеющий такую же власть, что и старший. — Должна, и она, как я понял, закончилась. Вот только, кажется, у Чонгука начался гон. Я носил им еду каждый день, но сегодня, не будь мы родственниками, он бы убил меня своим феромоном. Я всего лишь хотел посмотреть, как там Тэхён, и спросить, почему они всё ещё не вышли, а мне буквально чуть кулак в лицо не прилетел! — возмущался Хосок после утреннего стресса. — Бывает же… Хотя у нас с Чимином периодически даты тоже совпадают. И сколько примерно его ещё не будет? — Где-то три или четыре дня, — мученически протянул молодой Господин, повисая на заборе. Обычно всеми делами степи занимался Чонгук, а теперь вся эта доля упала на младшего брата. Хосок чуть не поседел за каких-то жалких три дня, а тут ещё столько же! — Сам виноват — это была твоя идея, — напомнил ему Генерал, глядя, как тренируется молодёжь под руководством Намджуна. Тому всё таки пришлось отменить свои выходные. — Добрый день, не подскажете, где пропадает Великий Вождь? Уже долго не видел его, — милым голосочком, чуть ли не пропел появившийся из ниоткуда Чэвон. Хосок на такую любезность закатил глаза, Юнги же только усмехнулся. Кажется, намечалось что-то очень интересное. Генералу бы сейчас семечек для предстоящей драмы. — Подскажем, ещё как подскажем. А тебе мой брат зачем? — так же наигранно мило произнёс молодой Господин. А у самого в глазах черти плясали. — Ну как же — буквально через несколько дней мы узнаем, будет у нас ребёнок или нет, — Хосока же чуть не перекосило от этого «мы» и «нас». Но Хосок будет не Хосоком, если не испортит этому омеге день. — Мой брат сейчас развлекается с одним омегой. У них там всё настолько серьёзно, что я чуть в лицо не получил сегодня утром! — поделился своими впечатлениями альфа, наслаждаясь ужасом на чужом лице. — Что? Как это — развлекается? Каким омегой? — Чэвон старался не выдавать свою нервозность, но получалось очень даже плохо. — Как каким? С Тэхёном, естественно. Они вместе провели течку, теперь так же вместе проводят гон. Они очень стараются сделать для меня племянника! — улыбался молодой Господин, словно начищенный таз. Юнги на фоне пустил смешок. — Да как же? Зачем же? У Великого Вождя ведь уже есть я. Зачем же ему ещё один беременный омега? — Чэвон нервно улыбнулся, пока внутри скапливалась злость. Как чувствовал — этот мальчишка ему всё испортит. — У Великого Вождя никого нет, Чэвон. То, что ты, возможно, носишь его ребёнка, не делает тебя его омегой. Не забывайся, — уже без каких-либо улыбок, серьёзно ответил ему Хосок. — Но ведь и этого мальчишку не делает! Разве Вождь не мог провести гон с кем-то другим?! В конце концов, я забеременел раньше — было бы логичней проводить это со мной, чтобы малышу внутри было спокойнее! — уже не контролируя себя, сорвался на крик омега. — Ещё неизвестно, понёс ты или нет. И не тебе решать, а уж тем более указывать, с кем Вождю в одной постели лежать, — вставил свою реплику Юнги, желая помочь младшему Чону. — Да разве можно такого ветреного омегу делать папой ребёнка самого Вождя! — всё не унимался Чэвон. — С чего ты взял, что он ветреный? — серьёзным тоном спросил Хосок. — Сначала спал с вами, а теперь с вашим старшим братом. Вам самому не противно?! Юнги присвистнул, прекрасно зная, что будет дальше. Омега перешёл черту. — Чэвон. — Хосок толкнул язык за щёку, нависая над омегой скалой. — Ещё хоть раз я услышу что-то подобное из твоего рта — я не посмотрю, что ты, возможно, беременный, и отрежу тебе язык, — прошипел альфа, сдерживаясь, чтобы не придушить ненавистного ему человека. — Тэхён для меня как младший брат, а единственный, с кем он спал, — это Великий Вождь. Молись, чтобы он не узнал об этом, — с гневом выплюнул молодой Господин, возвращаясь к Юнги. — Чувствую, Чэвон нам не даст спокойно пожить, — глядя вслед уходящему омеге, сказал Генерал. Хосок только устало вздохнул. Как же Юнги прав.

***

Тэхён не чувствовал своего тела. Совсем. Ему казалось, что кости превратились в кашу. Ноги с каждым шагом отдавали сильной болью в поясницу. А сидеть… Сидеть вообще не мог. Да и в принципе нижнюю часть тела не чувствовал. Тело бросало в дрожь при любом незначительном движении. Сколько они занимались сексом? По ощущениям — вечность. Течка прошла ещё более-менее: почти ничего не болело, хотя уже тогда юноша заметно выбился из сил. А дальше… Тэхён хотел уйти на утро четвёртого дня, но у альфы неожиданно начался гон. Естественно, омегу никуда не пустили под предлогом, что так точно произойдёт зачатие — ведь чем больше, тем лучше. Для кого лучше — омега не знал. Вождь словно с цепи сорвался. У них не было времени даже поесть, спали буквально по несколько часов, а потом всё по новой. Чонгук постоянно кусался и метил. Сколько было узлов и сцепок, Тэхён уже и забыл — сбился со счёта после четырнадцати. Омегу брали буквально на любой поверхности: на кровати, на столе, на полу, у стены и даже в купальне, куда они попали совершенно случайно, потому что юноша хотел хотя бы обтереть себя от семени. Но и этого он сделать не успел — оказавшись в кольце сильных рук. Сперма была везде. Абсолютно. Простыни, ковёр, стол, а в нём и подавно. Так много, что ему казалось, будто она до сих пор стекает по бёдрам. Хотя может, так и было. Ждать окончания гона Тэхён больше не мог — он не доживёт до спасительного дня. Поэтому после очередного захода омега взял какой-то длинный синий халат альфы, укутался максимально, насколько позволили дрожащие руки, вышел из шатра, тихонько прикрывая дверь и надеясь, что Чонгук не проснётся в ближайшее время. Куда идти — он даже не думал. Но само состояние буквально кричало о том, что нужно к лекарю. В ночи было плохо видно, но горящие факела достаточно освещали дорогу и рядом стоящие шатры. У Джина он никогда не был, но по рассказам Хосока помнил, что цвет был мятным. Так и оказался голый омега в одном халате посреди улицы перед дверью Сокджина. С трудом подняв руку, постучал. Хотя это навряд ли можно было назвать стучанием — скорее жалкие тихие удары. Но сильнее ударить Тэхён уже не мог. В глазах предательски потемнело, ноги подкосились — и омега просто сполз вниз по двери. Очень сильно хотелось спать. Моросящий дождь только сильнее укутывал своей колыбельной.

***

Когда Чонгук проснулся, было уже утро. Гон закончился — это альфа почувствовал по уставшим мышцам и отсутствию возбуждения. Вождь захотел ещё поспать, поэтому уже по привычке собирался прижать к себе маленькое тельце. Вот только… Рука нащупала холодные простыни. Чон резко открыл глаза, присаживаясь на кровати, но омеги нигде не было. — Тэхён? Альфа встал и, как обычно ничего на себя не накинув, решил проверить остальные комнаты. Только везде было пусто. Омега ушёл? Чонгуку малость, а точнее очень даже было неприятно. Они провели очень много дней в одной постели, и Вождь хотел было и этот день провести вместе — только не занимаясь сексом, а просто о чём-нибудь болтая. Но, видимо, Тэхён того же не желал, раз просто ушёл. В целом их теперь ничего не связывало, кроме возможного ребёнка. А по обрывкам воспоминаний Чонгук был уверен, что малыша они зачали стопроцентно. Иначе он бы не ощущал свои яйца настолько пустыми. Вопрос только в том, родится ли? Решив ещё больше не портить себе настроение, альфа направился в купальню — стоило бы смыть с себя омежье семя. Перед этим Вождь позвал слугу, чтобы шатёр привели в порядок. Даже слепой по запаху поймёт, чем здесь так долго занимались. По побелевшему лицу слуги это тоже было понятно. Но Чонгуку совершенно плевать, что о нём могут подумать. Лёжа в воде, перед глазами появлялся омега. Альфа ещё никогда ни к кому не проявлял столько нежности и внимания. Но здесь, словно порыв, ему хотелось дарить Тэхёну приятные ощущения. Более того, хотелось получать ласку в ответ — но, кроме крошечных детских чмоков, Вождь ничего не получил. Из-за этого он разозлился и совсем не контролировал себя в гоне. Стоило бы сходить к омеге и поинтересоваться самочувствием. Да и к Джину бы наведаться за какой-нибудь микстуркой. Потому что альфе казалось, что помимо тела у него болит даже член. Слуга на фоне с ужасом смотрел на кровать, прикрывая себе нос ладонью. Орех с кедром были удушающими.

***

— Может, мне оторвать ему голову? Нет… Лучше сразу оторвать ему член! — Хосок после увиденного до сих пор не отошёл. Его ночью разбудил Намджун, попросив срочно прийти к Джину. На улице вовсю лил ливень, и молодой Господин только больше злился, зачем его так поздно выдернули. Все вопросы разом отпали, стоило зайти внутрь и увидеть Тэхёна без сознания. Омега до сих пор не очнулся, а Хосок не один раз порывался пойти к брату, чтобы хорошенько ему врезать. Но Намджун по просьбе Джина никуда альфу не пускал. Уж совсем не этого ожидал Хосок, когда по плану должно было произойти безопасное зачатие в течку. — Я уже в который раз тебе говорю: не надо никого бить. Откуда мы знали, что течка Тэхёна спровоцирует гон Чонгука? Понятное дело, что омега не выдержит такой нагрузки. Более того — это был его первый раз, который растянулся на целую неделю. Даже омега с опытом может такого не выдержать. Если бы они были парой и долгое время проводили друг с другом течку и гон, тогда бы их организмы адаптировались и всё было бы в порядке, — в очередной раз объяснял Джин альфе. — Но ведь всё не в порядке! — Что не в порядке? — Чонгук, зашедший в шатёр, услышал только последнюю фразу брата. И если бы не Намджун, который в последний момент успел перехватить Хосока, то в Вождя уже летел бы кулак. — Ты ещё спрашиваешь?! Намджун, отпусти меня сейчас же! Он должен получить как настоящий альфа! — не унимал молодой Господин попыток выбраться из хвата. Джин только закатил глаза, молча прося Чонгука идти за ним. Они зашли в отдельную комнату, специальную для больных. Вот только Вождь никак не рассчитывал увидеть на кровати Тэхёна. Тот был полностью укрыт одеялом по самый подбородок. — Что с ним? Мы же буквально ночью были вместе… Лекарь никак не ответил — вместо этого он аккуратно снял одеяло, полностью убирая его в сторону. — Это… Это сделал я?.. — Чонгук смотрел на голое тело омеги — только область паха была прикрыта белым полотенцем. На Тэхёне не было живого места. Весь, начиная с шеи до ступней, он был усеян засосами, укусами и метками. На месте старых синяков от засосов были поставлены новые. На бёдрах остались красные отпечатки пальцев. — На спине, задней части ног и ягодицах такая же картина. Что на тебя нашло? Обычно во время гона ты лишний раз даже не прикасаешься к омегам, а здесь… Метил так, будто хотел всем доказать, что он тебе принадлежит, — Джин покачал головой. — Его нашёл дозорный у моей двери. Видимо, пришёл, а сил зайти не осталось. Благо его обнаружили быстро — он даже не успел промокнуть и всё ещё был тёплый. Поэтому думаю, не заболеет. — Сколько нас не было? — всё ещё с ужасом в глазах рассматривая Тэхёна, спросил Вождь. Сокджин прекрасно понимал такую реакцию — ведь сам жутко перепугался, увидев его ночью. — Неделя. Ровно неделю вы занимались сексом. Чонгук прикрыл глаза, хватаясь пальцами за переносицу. — Что ещё я должен знать? — Он весь был в семени. Боюсь представить, на что похож твой шатёр. Вы словно дикие животные — не могли друг от друга оторваться. Я обтёр его. От него за километр несёт твоим кедром. Намджуну от твоих доминантных ноток даже плохо стало. В принципе, на самом деле ничего ужасного не произошло. Такое бывает даже между парами. Думаю, у него ещё долго будет адски болеть задница — мне потребовалась целая баночка мази, чтобы снять там покраснения и отёк. Ну а так… Он просто переутомился. В конце концов, ты же не бил его. — Это не отменяет того факта, что я повёл себя как животное. Вдруг ему было больно? Может, он вообще меня теперь ненавидит… — Если бы ему было больно, ты бы точно заметил. Да и каким бы гон ни был, мозг всё равно помнит все моменты. Поэтому, чтобы себя не мучить, просто вспомни — было ли ему где-то больно или, может, он просил остановиться? Чонгук нахмурился, вспоминая прошедшие ночи. Но ничего такого в памяти не было. Был только Тэхён, который стонал и кончал от удовольствия, моментами даже сам прося большего. Поэтому альфа только отрицательно замотал головой. — Ну вот. Поэтому я и говорю: отдохнёт немного — и будет как новенький. Следы вашей страсти правда будут сходить долго, но это не смертельно. Ну и, как я уже говорил, попа у него поболит. — Я могу забрать его в свой шатёр? — резко спросил альфа, вводя Джина в ступор. — Чего? Конечно, нет! Я всё понимаю: страсти, раскаяние и прочее. Но пусть несколько дней отлежится у меня. Ему нужно восстановиться. Да и тебе следует хотя бы поинтересоваться, хочет ли он вообще тебя видеть! — включил заботливого папочку лекарь. — Хочу… — хриплый голосок привлёк внимание двоих человек в комнате. — Тэхён, родной мой, как ты? — Джин поспешил подойти ближе, сразу же доставая отвар. — Тело не чувствую, — зато пристальный взгляд Вождя — очень даже. — Ещё бы ты его чувствовал — как кролики из кровати не вылазили! Пей давай, — помогая омеге немного приподняться, лекарь буквально насильно вливал в него отвар. Тэхён недовольно сморщился. — Мне не нравится, он невкусный, — упрямился в своём стиле юноша. Чонгук же, кажется, наконец-то выдохнул. Омега всё такой же — маленький и капризный. — Джин, ты не мог бы оставить нас? — спросил альфа после того, как невкусная жидкость была выпита. — Я бы сказал, что твой брат вообще-то занимал очередь первым, но да ладно. Пока приготовлю кушать, — дверь закрылась. Чонгук прошёл дальше, присаживаясь на стул рядом с кроватью. — Прости. Я должен был быть сдержаннее, — Вождь правда чувствовал себя виноватым. — Всё хорошо. Мы же не знали, что у вас начнётся гон. Просто я немного устал под конец. — Тебе же не было больно? — Чонгук укрыл омегу одеялом, встретив благодарный взгляд. — Мне… Мне было очень приятно, — прошептал юноша, краснея щеками. Альфа улыбнулся. Всё-таки было в этом мальчишке что-то необычное. — Тебе бы ругаться на меня, а ты так просто прощаешь. Нельзя быть таким добрым, Тэхён. А если бы я сделал тебе что-нибудь? — Но вы же не сделали. Наоборот, вы заботились. И очень много ласкали меня… — омега даже за проведённую вместе неделю не мог перестать стесняться. — В следующий раз такого не будет, обещаю, — и только после сказанного до Чонгука дошло, что он ляпнул. — Следующего? А нам нужно ещё этим заниматься? — Тэхён наивно похлопал глазками. — Ну… Я не знаю? — Вождь судорожно пытался придумать ответ. Сам на себя злился за брошенную фразу. Его внутренний альфа довольно вилял хвостом, пока Чонгук этой радости не разделял. С чего бы ему хотеть повторения? — Вообще-то, не знаю, огорчу вас или обрадую, но сексом вы будете заниматься ещё много, — заглянул в комнату Джин, делая вид, что вовсе не подслушивал их за дверью вместе с Хосоком. — Во-первых, в том случае, если Тэхён всё-таки не понёс и вы захотите попробовать ещё раз — хотя сомневаюсь, что после такой недели можно не забеременеть. Во-вторых, естественное оплодотворение значительно отличается от искусственного. — Джин, мне кажется, или ты что-то мне не договорил, когда мы обсуждали виды оплодотворения? — с долей недовольства посмотрел Вождь на лекаря, встретив виноватый взгляд. Тэхён же любопытно слушал ушками. Он вообще впервые это всё слышал. — Ну… Ты просто не интересовался слишком глубоко, ну я и подумал, что не нужно рассказывать. Там немного разницы, — заверил альфу Джин, начиная свою речь. — Беременные омеги от естественного оплодотворения хотят секса. Очень много секса. В определённые периоды у них появляется тяга к ласкам. Поэтому, Тэхён, будь готов соблазнять нашего Вождя! Так же им нужно больше феромона. Ты, конечно, можешь просто давать ему свою одежду на время, но этого надолго не хватит и будет не так эффективно. Ещё малыш будет нагло требовать присутствие отца рядом — особенно в уязвимые моменты. Начнёт пинаться и не даст папе покоя. В общем и целом, у каждой парочки появляются свои потребности, но я вам просто советую жить вместе, иначе беременность будет протекать очень тяжело! — вынес своё умозаключение Сокджин, глядя на злое лицо Вождя. — И это ты называешь «немного разницы»? — А вообще у меня для тебя новость! Как бы, она должна быть прекрасной, но я так говорить не буду, поэтому просто новость. Чэвон беременный. Лекарь хотел спасти себя от гнева Чонгука, сообщив якобы радостную новость. Но это больше прозвучало как приговор. Альфа же никак не отреагировал. Такое слышать ему было привычно. Хотя теперь что-то в душе ещё больше противилось данному решению. Ребёнок от Чэвона и ребёнок от Тэхёна… Это будет некрасиво по отношению к омеге, но второй вариант Чонгуку нравился больше. Юноша же ничего не понял, его сейчас другое волновало. — А я стесняюсь просить секса… — прошептал смущённый Тэхён, вызывая у Джина порцию смеха. Даже Великий Вождь позволил себе широкую улыбку. — А ещё… А кто такой Чэвон? - всё таки омеге интересно, кто там беременный и почему Джин отказался называть эту новость прекрасной. Тут смех лекаря резко прекратился, Чонгук же перестал улыбаться. Вопрос омеги напомнил о некой проблеме. Тэхёну никто не сказал, что он второй оплодотворённый.