Скарлетт или Луз

Из глубины дома донеслись лёгкие, но уверенные шаги. Через секунду в проёме появился Кинг, но выглядел он совсем не так, как обычно. Его тёмно-серый мех был взъерошен, светлые участки на груди и кончике хвоста казались примятыми, будто он долго свернулся клубком, стараясь спрятаться от мира. А глаза, розовые с жёлтыми склерами, покраснели от недосыпа и чего-то ещё — чего-то, что заставляло его избегать прямого взгляда. На голове по-прежнему красовался его быкоподобный череп с восстановленным рогом, но даже он не придавал привычной грозности. Единственное украшение — старый красный ошейник с жёлтым ярлыком — висел чуть свободнее, чем обычно, будто сам Кинг стал меньше, сжавшись в себе. — Ида, кого ты привела?! — резко бросил он, сжав маленькие когтистые лапки в кулаки. В голосе слышалась раздражённость, но под ней скрывалось нечто глубже — усталость, боль, пустота. Тишина. Ида вздохнула. — Кинг… — Нет! — перебил он её, раздражённо мотнув хвостом. — Снова кто-то странный, снова какие-то проблемы! Я устал! Устал ждать Луз, устал надеяться, что она вернётся! А вместо неё ты приводишь кого-то, кого даже не знаешь! Он тяжело дышал, сердце билось слишком быстро. Скарлетт смотрела на него, не отводя взгляда. В груди вдруг что-то защемило — тёплое, странное, непонятное. Он был таким маленьким. Таким выразительным, даже в своей злости и усталости. Мех взъерошен, глаза покраснели, голос дрожал — но не от страха, а от чего-то более глубокого. От потери. От одиночества. Луз. Она снова услышала это имя. Она знала Луз. Нет… Не совсем. Они встречались. Там. В темноте её сознания, в том месте, о котором она не хотела вспоминать. Скарлетт не знала, кем была Луз здесь, для этого мира, для этих людей. Но она знала её там. И в этой встрече не было ничего хорошего. От этого внутри всё сжалось ещё сильнее. Она не хотела вспоминать. Не хотела слышать её имя. Но Кинг… Кинг скучал. И это чувство было таким живым, таким настоящим, что Скарлетт на мгновение показалось, будто она чувствует его вместе с ним. У неё возникло почти безотчётное желание схватить его, крепко прижать к себе, утонуть в этом тёплом мехе и сказать, что всё будет хорошо. Что он не один. Но её руки так и остались висеть в воздухе. Что она делает? Она ведь не такая. Она не из тех, кто кидается с утешениями. Не из тех, кто проявляет нежность просто так. Нет. Или… уже да? Она нахмурилась, убирая руку, с раздражением, больше направленным на себя, чем на кого-то ещё. Кинг это заметил. — Что?! — резко бросил он, глядя на неё исподлобья. — Ничего, — ответила она, тут же отворачиваясь. — Ты на меня уставилась, как будто я какой-то… какой-то… плюшевый демон! — Кинг топнул лапой. — Скажи, что хотела сказать! Скарлетт сжала зубы. — Я просто… — Она замялась, затем, пожав плечами, произнесла: — Ты выглядишь так, будто тебя давно не обнимали. Кинг замер. Ида, стоявшая рядом, тихо втянула воздух, приготовившись к вспышке эмоций. Но Кинг вдруг сник. Хвост чуть поник. Он отвернулся. — Она обнимала… — Его голос стал тише. — Постоянно. Иногда я злился, но… Он резко вскинул голову, как будто хотел что-то сказать, но потом передумал. — Забудь! — Он топнул лапой и развернулся, стремительно скрываясь в глубине дома. Скарлетт осталась стоять на месте, наблюдая, как Кинг уходит, но внутри неё всё ещё тянуло неприятным ощущением. Она не могла объяснить, что именно её так задело. Было ли это жалостью? Нет… Это было что-то другое. Она вспомнила его выражение — этот внезапный, короткий момент уязвимости. Как его глаза слегка потухли, а хвост замер в воздухе, прежде чем слабо поникнуть вниз. Как будто её слова сбили его с ног. Её собственные слова. Скарлетт не привыкла видеть, как кто-то ломается, тем более из-за неё. Она знала злость, презрение, страх — но не это… не эту неприкрытую боль. Она вздохнула, потирая висок. — Дело дрянь, — пробормотала она себе под нос. — Ну, конечно, — протянула Ида, опираясь на стену. — Ты умудрилась задеть его за живое. Поздравляю. В её голосе не было упрёка — только усталость. Все знали, насколько Кинг был привязан к Луз. Все знали. Скарлетт сжала губы. Кинг уже скрылся в глубине дома, но в воздухе всё ещё витало что-то тягостное. Она посмотрела на свою руку, ту самую, которая на мгновение зависла в воздухе, почти готовая к движению, но так и не решившаяся. Почему? Почему это было так сложно? Она с раздражением отдёрнула руку, будто пытаясь избавиться от самого этого ощущения, но осадок остался. В этот момент дверь скрипнула, пропуская внутрь порыв свежего воздуха. Хути тут же втянул голову внутрь, его гибкое тело дрожало, как будто он только что перенёс величайшее предательство в своей жизни. — Меня никто не уважает… Никто не ценит! — завыл он, прижимаясь к косяку. Но Скарлетт почти не слышала его нытья. Её внимание было приковано к голосам за дверью. — Эмити, всё нормально… — голос Уиллоу был тихим, но в нём звучала усталость. — Нормально?! — раздался раздражённый ответ. — Этот слизняк меня бесит! — Слизняк?! — Хути тут же вскинулся, извиваясь в воздухе. — Как жестоко! Моё нежное сердце разрывается! — Просто не трогай его, ладно? — вздохнула Уиллоу. Скарлетт услышала звук шагов, затем дверь распахнулась. Первая вошла Уиллоу. Её Густые каштановые волосы, заплетённые в две аккуратные косы, а лицо выражало терпеливую настороженность. На ней был привычный зелёный наряд, слегка испачканный после долгого дня. Она прошла внутрь твёрдо, но взгляд её тут же метнулся к Иде, словно ища её одобрения. Следом за ней появилась Эмити. Скарлетт сразу заметила её напряжённую осанку. Девушка выглядела так, будто была готова если не к бою, то уж точно к ссоре. Лицо у неё было сосредоточенное, губы сжаты в тонкую линию. И хотя её светло-лиловые волосы оставались аккуратно уложенными, в янтарных глазах читался раздражённый огонь. — Надеюсь, этот… — Эмити бросила на Хути мрачный взгляд, — не попытается заговорить со мной. — Как грубо! — взвыл Хути, обиженно вытягиваясь. — А я ведь даже не называл тебя злой ведьмой-милашкой! — Не смей! — моментально вспыхнула Эмити, но тут же заставила себя выдохнуть, сдерживая вспышку ярости.