Веришь?

Антону, возможно, и помогло, что состояние при переезде было подавленным. Ест что найдёт, спит когда время есть. И свобода чувствуется, хотя он бы с радостью променял её на нормальную квартиру с сестрой и отцом. Соседей по комнате побаивался. Один показался слишком раздражительным, но всё что о нём известно: зовут Максим, первый курс, приехал из Ижевска. Шастун просто кивнул и слабо пожал руку. А о втором соседе впечатление складывалось долго. Либо тот не хочет рассказывать о себе, либо ему нечего. У соседей по комнате вообще странные отношения – какое-то вынужденное, но без особого негатива. Ну, ради справедливости, тут все первокурсники не были знакомы и пытались социализироваться. Антон ждал, пока с ним заговорят первым, и так познакомился с одногруппниками. В общем, хороших друзей не нашёл, но от одиночества не страдает. Круг общения полностью сменился, но прошлый не забудется никогда. Казалось, что друзей, которые со средней школы гуляли втроём и уже выучили друг друга наизусть, ничего не поделит так резко и навсегда. И виноват здесь только Антон. Ведь говорил Арсений быть осторожнее, но нет. Рвение к нему было сильнее переживаний о будущем. ★А как он там сейчас? Снова всплыл вопрос в тишине общежития. ★Что делает прямо сейчас? Недовольно поправляет очки или улыбается? На телефоне повторялось одно и то же короткое видео, Шастун перелистнул его, но отвлечь не смог. Внутренний монолог был громче наушников. Ничего же страшного не случится, если написать простое: «Как ты?» Не так сложно было найти куда написать. Попросить номер у сестры, ей же незачем было удалять его. А Антон удалил от обиды. Можно ещё проще – найти в ВК по фамилии и имени. Он неосознанно вышел из тик-тока, попялился в свою заставку на главном экране и искать не стал. Страшно. Вдруг Арсений уже и забыл его, нашёл кого-то поудобнее, живёт своей лучшей жизнью. От нахлынувшей ностальгии Антону просто необходимо стало увидеть что-то из прошлого. Он начал рыться в чатах, внимательно листал и нашёл с Серёжей. Что-то кольнуло в груди, он пересилил себя и мельком провёлся взглядом по последним сообщениям. Вспомнил, как извинялся, умолял, чтобы ему дали всё объяснить. И почувствовал это физически – дыхание, как раньше, спёрло. Он остановил себя. Не хватало, чтобы это заметил кто-то из соседей по комнате. Полистал чат вверх, когда всё было хорошо. Чаще всего там встречалось: «Гулять пойдёшь?», общие шутки, которые и сейчас через тоску улыбнули. У Антона больше не будет близких друзей, которые знали его мелким четырнадцатилеткой и росли вместе с ним. Не повторится первой любви, когда любить тебя только учат. Хорошо это или плохо. Дверь детства захлопнулась, как минимум, потому что завтра Шасту на работу. Он сразу как переехал начал искать подработку рядом, откликался в разные общепиты. Ну а куда ещё? Будет такой молодой бариста, может, и познакомится с кем-то на рабочем месте. Или просто пофлиртует за чаевые. Требований на работу не было, кинули форму в руки и пошёл на стажировку. Сначала это правда было атмосферно. Кофейня прямо на Невском, люди заходят разные, и интересно угадывать, что закажут. Потом Шастун понял, что это единственная причина, почему он не сходит с ума с таким графиком и зря в этот общепит полез. Через полгода он уже набрался опыта, какого-то повышения. И после тяжёлых дней учёбы мог делать всё на автомате. И тогда уже ему доверили стажёра. Будто рановато, и что теперь делать с ним – непонятно. – Арсен, приятно познакомиться. Можно на ты? – представился парень со светлыми, растрёпанными волосами и вежливой улыбкой. – Арсений? – Шастун не был уверен, что услышал правильно, но уже смутился. Арсения он вспоминал с кислым лицом. Стыдился себя в то время и злился на то, как всё закончилось. Даже нормально поговорить не смог. Зря потраченное время. – Нет, А-р-с-е-н – по буквам произнёс парень, Антон виновато глянул в пол, а потом резко задался вопросом и думал, как это спросить помягче. – Ты же вроде... Ну не армянин –ещё раз оглядел этого парня, без осуждения. – Да, там долгая история. Этот Арсен и не помогал, и не мешал. Просто непонятно, какое задание ему дать, если Антон сделает сам быстрее и эффективнее. – Антон, я разложил салфетки, на каждом столе по десять – подбежал парень, хвалясь. Вообще сейчас помощь бы не помешала, выстроилась очередь, но со стажёром будет ещё дольше. – Молодец, иди наверно... Лёд ещё посчитай, очень надо – придумал Шаст, вспенивая молоко. – Шаст, я уже неделю этой хернёй занимаюсь, может, ты научишь чему-нибудь? – сложил руки на груди Арсен недовольно. Антон вздохнул. – Давай, когда поменьше людей будет, ладно? – и, не дождавшись ответа, пошёл отдавать заказ и принимать новый. – Добрый день, что вам? – – Ну кофе – сухо бросил мужчина средних лет. – Какое?.. – поняв, что тот вообще не в теме, Антон начал перечислять сам: – Эспрессо, американо, капучино. – Ну три в одном мне сделай. Шастун прикрыл глаза, стараясь не высказать своё мнение о подобных клиентах. ★Значит, капучино. Он отвернулся спиной, хватая зёрна. Одними губами матерился на того мужика. От этого запаха уже воротило. У него полдня кофе, кофе, кофе. Ну и с этим заказом вроде угодил. Ближе к концу смены люди приходили реже, а Арсен в ожидании поглядывал. И с новым клиентом, а на него выпала эта участь, Шаст подозвал стажёра. – Пойдём учить тебя... Тот воодушевился, натянул улыбку и встал рядом с кофемолкой. – Смотри, берёшь вот эту херню под названием холдер. – Да я знаю – поторапливал Арсен, выполняя указания. – Молодец. Потом то, что намололи, по кнопочке насыпаешь – Шаст делал паузы, смотря за выполнением, и жалея клиента, который будет ждать в три раза дольше. Арсен поднял голову, как бы спрашивая, правильно ли он сделал, и Антон, кивнув, сам быстренько пальцем разровнял молотый кофе. – И давишь тампером. Ладно, хоть усилий стажёра хватило на то, чтобы всё спрессовать, и пока нигде не накосячил. А вот вспенивать молоко доверять уже было страшно. Отмывать всё не входило в планы. – Теперь вот до этой штучки – он показал пальцем на капучинатор. ★Как сказать-то. Короче, сам сделаю. Обхватил ладонь Арсена поверх питчера, сам подводя, недовольно выдохнул. – Крепко держи только – и с ожиданием худшего запустил эту машину. Уже через несколько секунд до него долетел брызг, но пока что терпимо. А Арсен сосредоточенно стоял над этой всей работой, хотя складывалось впечатление, что он так и не понял, что делать. Ну, Антон тоже как учитель хреновый. И вот что стажёра дёрнуло поднять этот несчастный питчер. И всё-таки часть молока разлилась на стол. Арсен округлил глаза, посмотрел виновато. А Шастун удивлён не был. – Ну неси тряпку. С горем пополам латте отдали, поторапливаясь закрыть смену. Отсидев пары и придя в общагу, Антон быстро поздоровался с соседями, кинул сумку к столу и упал в постель. С быстрым дофамином время летит, но пора бы ложиться спать, всё-таки завтра снова работа, а потом учёба. Глаза уже слипались, Шаст убрал телефон на стол, чтобы поставить на зарядку. В чём проблема была сделать розетку у кровати? Лениво переоделся в пижаму. Ну как пижама – просто серые штаны и растянутая футболка. Прикрыл глаза, мозг наконец начал разгружаться. Вспоминался сегодняшний день, он ничем особо не отличался от других, кроме того, что Арсен сделал кофе сам. Что за имя вообще «Арсен»? Даже в голове произнести без триггеров не получается. В голову прилетали обрывки воспоминаний, но Шаст тут же отмахивался от них, хмурясь. ★Он просто тварь и всё тут, вспоминать нечего... Ну да, прикольно было на крыше. Да и на самом деле он не со зла. Ой, блять, всё. Вот бы можно было просто отключить все мысли по кнопке, потому что именно в эти минуты перед сном некуда сбежать от себя. А потом эти минуты могли превратиться в часы, или вообще эти рассуждения так и не вырубятся. Шастун отлепил глаза, достал с зарядки телефон и схватил наушники. Лучше уж перебирать в голове строки песен. Включил радио по его любимым песням. Некоторые были совсем незнакомые. Пришлось найти удобное положение, в котором наушники не будут впиваться в ухо. И когда уже всё идеально, мысли ушли, а тело приятно расслабилось, в наушниках тихо заиграла гитара. Знакомая песня, но ещё не понятно. ★Блять. Антон открыл глаза как после кошмара на строчке: «снова я не появляюсь на физике». Достал телефон из-под подушки, трек не перелистнулся. «Ты мой учитель, а я твоя школьница» – пропевалось высоким голосом, и Шаст пожалел, что дослушал до этого момента. Быстро переключил на другую песню, но оставалось пять процентов. Теперь попытки заснуть точно аннулировались, он снова поставил телефон на зарядку. Лёг, а теперь захотелось курить. Вообще, для удобства в общаге Антон купил подик. Без мам, без пап, просто накопил. ★Ладно, странно звучит для меня. Раз уснуть всё равно не получается, будет более атмосферно покурить сигарету. Соседи уснули, Максим видимо недавно – перед экраном ноутбука с каким-то массовым кино. Сохраняя тишину, Шаст достал из пачки одну и открыл окно на проветривание, полностью открыть мешал ограничитель. Поджёг и высунул руку в окно. Непрактично, но пойдёт. И всё-таки. Что было, то было. Нужно отпустить, но как-то не отпускается. Нет причин ненавидеть или прощать. Значит, всё это обдумывать уже бессмысленно. Уснуть было уже легче. А проснулся Антон с ощущением, что он всё отпустил и вообще у него новый период в жизни. Уже взрослый самостоятельный человек, правда от самостоятельности этой жрать нечего – может с утра и не хочется, а вот после работы живот свело. И на что он работает почти каждое утро в этом общепите. Уже неделю зарплату задерживают. – Алё. Короче, одолжи рублей пятьсот, я с зарплаты верну – созвонился с Викой в перерыве. – Привет, ладно, скину. Как дела вообще? – Херово. Ну не сильно, просто устаю. Сестра понимающе промычала в динамик и резко выкрикнула: – Кстати! У меня одна знакомая тоже в Питер переехала недавно, рядом с тобой где-то. Может, познакомить вас? – Ну, ты ещё пожени меня с кем-то. Ладно, прости, есть хочу очень. Деньги не забудь перевести. В следующую смену Арсену нашлось занятие. Вот салфетки раскладывать – это прямо его, а от того кофе, возможно, рейтинг кофейни понизился на каких-то картах. Ещё можно было доверить ему принимать заказы – всё-таки с людьми он ладил, и даже типичное «Хорошего дня!» казалось от него более искренним, а девушки то и дело смущённо улыбались под вежливым взглядом. Арсен ведь сам создавал впечатление доброго и энергичного человека. И внешность ну никак не складывалась с именем. В общем, оставив Арсена за кассой на несколько минут, Шаст вышел покурить. Легальный способ отдохнуть посреди рабочего дня. Неторопливо затягивался у чёрного входа и выдыхал дым перед собой, романтизируя его. В покой ворвался растерянный Арсен. – Шаст, там мужчина просит три в одном. Я говорю, что у нас нет такого, а он мне: «Как это, я уже покупал его здесь». Что делать-то? – он трепал фартук пальцами, а Антон только выдохнул дым, не удивившись. – Значит, капучино... – бросил окурок, затоптал кроссовком. – А, хорошо – кивнул стажёр и кинулся обратно за стойку. – Стоять. Сам сделаю – остановил его Шастун, но если бы тот не послушался, готов был схватить за запястье. – Да ладно тебе, я тоже могу – но, увидев неодобряющий взгляд, Арсен опустил плечи. – Правда, я уже скоро пройду стажировку, а ты мне так не доверяешь. Шастун молча порассуждал. Чем больше доверять стажёру, тем больше получишь выговоров. Ну ладно, если что – это будет на его совести. Махнул рукой, зазывая зайти внутрь. Чтобы не терять времени, пока Арсен возился с капучино, Шаст заваривал чай в бумажном стакане, а другим глазом тревожно наблюдал за стажёром. Проигнорировал, что тот засыпал меньше зёрен, поджав губы. – Чёрный чай с собой готов – оповестил Антон погромче и снова повернулся к Арсену, за секунду сообразив подбежать. Тот держал несчастный питчер слишком высоко и вот-вот снова всё брызнет и разольётся по кухне. Оказавшись рядом через два шага, Шастун схватил за питчер поверх чужих рук, но Арсен его отключил. – Всё нормально – видимо, уже закончил, и Антон расслабленно выдохнул, но ещё нервозно наблюдал, как тот наливает молоко. И ещё пытается что-то нарисовать струйкой. Получилось плохо, молоко слишком плотное для рисунка, но выводилось еле видное сердце. Да, мужик, который называет это «три в одном», наверное, очень умилится. На самом деле он принял чашку с таким же хмурым лицом. Заказов поступало мало, так что Арсен ещё и напросился научить его рисовать на латте. Шастун, если честно, это делал редко, мог бы нарисовать что-нибудь особенно симпатичному клиенту, но вряд ли большинству парней понравилось бы то же сердечко от бариста. Учить было нечему, посмотрел, как Арсен снова выводит сердце, уже более чёткое, и выразил сомнение: – Это вроде парень заказывал. Стажёр поставил латте на стойку. – Ну и что? – Странно выйдет – пожал плечами Антон. – А ты что-то имеешь против? – Арсен стал серьёзнее и нахмурил брови, чем загнал Шаста. – Нет, но... – его перебили. – Латте готов! – стажёр выкрикнул из стойки вежливо и снова повернулся к Антону, почти шепча: – То есть сердечки рисовать только девушкам можно? Что за гетеронормативность? Шастун раскрыл глаза – этого слова, что сам-то недавно узнал, никак не ожидал услышать именно сейчас и от него. А Арсен, обычно светлый, выстроил серьёзное и даже злое лицо. Неужели его так эта тема заводит? Это... Многое говорит. – Ты откуда такие слова знаешь? – не хотел продолжать спор Антон, да и не осталось времени – тут же дверь открыла девушка и подошла делать заказ. Сегодня Шастун пришёл в общагу с точной целью. Готовиться к зачёту. Автомат ему не светит из-за пропусков, и, несмотря на свою усталость, он сел за стол, потому что надо. Иногда даже хорошо загрузить себя работой – не лезут лишние мысли. Сидишь за ноутбуком и заучиваешь, сначала читая по строчкам, потом отводя голову и вспоминая. На фоне шумел гантелями Максим и громко дышал, точно уже перенапрягаясь и доводя до отказа мышцы. Он закончил, а Шастун уже не заметил, как стемнело. И засыпал он, прокручивая в голове всякие психологические понятия. ★Перенос, контрперенос, защитные механизмы, что там ещё...