Веришь?

Шаст вернулся в общагу и, если честно, не хотел с кем-то контактировать. Ничего плохого не случилось, но ему нужно уложить всё в голове. Кстати, Антон ведь так и не посмотрел подарок. Поставил пакет на рабочий стол, достал первое, что увидел – гель для душа. Вроде банально, но почему бы нет. Открыл крышку, попробовал на запах. Он не покупал раньше какой-то дорогой гель для душа и зря – тот очень вкусно пах чем-то пряным. Следующим достал свечку, тоже с запахом корицы. И последним из пакета оказалась кружка. Похожая, большая, на сувенир, потому что на ней рисунок разводных мостов. Шаст оглядел все подарки и улыбнулся. Они обязательно ещё погуляют, но немного позже. Помимо простого желания побыть одному, на Антона давила курсовая. Он открывал её как-то, написал полстраницы и не возвращался – казалось, успеет. К работе не успел выспаться, хотя уже привык. Но с этого понедельника Арсен уже не стажёр, а официальный работник. Об этом объявила менеджер, заодно проверила кассу. Шастун, конечно, поздравил Арса, только ещё и подшутил: – Как быстро стажёры растут... На рабочем месте нельзя быть похожим на пару, да как и в любом общественном месте. Но Антону почему-то и не было сложно – может, времени не хватало. Только закрыв смену, обидно было нормально не попрощаться даже, и как бы они ни искали возможности, её просто не оказалось. Отношения выходили стабильными, почти по расписанию. Гуляли после учёбы Антона и с субботы по воскресенье оставались на ночь у Арсена. И каждый раз Шаст хотел поговорить про его блог, но не находил момента. Большую часть времени они шутили и флиртовали, просто молчали в обнимку, а этот разговор казался серьёзным. Он уже хотел было начать, когда Арсен написал, что не сможет сегодня погулять, так как идёт в клуб. Вспоминая липкие взгляды, ревность где-то промелькнула, но он ей не поверил. «А ты вообще не боишься туда ходить?» – ответил Антон вместо согласия. «Нет» – кратко напечатал Арсен и добавил: «Я только с друзьями там общаюсь». С сомнением, что прям никто не пристаёт, Шастун написал: «Ну ладно». И на всякий случай, чтобы не казалось, что интонация какая-то обиженная, последним отправил: «Удачки». Через несколько недель не осталось странного ощущения, что их отношения не до конца понятны. А Антон поверил, что не останется одиноким. От внимания к себе ползла улыбка. Арсен искал новые места, чтобы погулять после пар. Общались ещё осторожно, со смущением при личных вопросах и флирте. В этом есть что-то особенное, хотелось узнавать об Арсене всё больше. Хотя через время стали открываться не самые лучшие стороны по мнению Антона. Например, что тот считает, что родители обязаны купить ему квартиру, поэтому он пока не переезжает. Но Шаст не стал спорить, попытался найти в его словах то, с чем можно согласиться. – В принципе, если они могут такое позволить, то почему бы не купить... Арсен поддакнул, убавил шаг. В этот раз они просто ходили по Невскому, пока людей не так много. Небо плавно переливалось цветами, солнце наполовину не было видно. Антон тоже рассматривал закат. Арсен молча протянул руку. И как бы красиво и романтично это ни было в такой момент, лёгкость Шаста сбило. Смотрел на руку и правда хотелось взять, стискивать. ★Может, и ничего такого. Но мысль сменилась на страх и рамки. Антон поджал губы и мягко убрал руку. Тот лишь грустно вздохнул. – Вика, привет. Короче, дали мне отпуск на июль, буду копить на билеты и обязательно приеду – уставший после работы разговаривал по телефону Шаст, но всё же улыбнулся. Сестра обрадовалась, сказала, что будет ждать. Арсен молча шёл впереди, вёл к себе домой. Дождался окончания разговора, чтобы спросить заинтересованно: – Ты в Воронеж едешь? – Ага. Может, кого-нибудь... – тянул мысль Шастун, но его перебили. – Можно с тобой? Думаю, летом за меня точно найдётся работник, и вообще устал уже, никуда не езжу. Для Антона вопрос показался откровенно грубым, он чуть нахмурился. – А как я это объясню? Ой, пап, тут друг со мной попросился, он будет со мной в одной кровати спать – абсурдно разыграл разговор. Тот закатил глаза. – Ну да, забыл, что ты планируешь скрываться всю жизнь – обиженно буркнул и замолчал. Шаст не считал, что сделал что-то не так. Это Арсен будто в другом мире живёт. – Слушай, я очень рад, что тебя все принимают, но ты должен понимать, что это редкость. Парень резко остановился, повернулся к Антону, нахмурив брови и повысив тон: – Потому что большинство и не пытается заявить о себе. – Да блять, это не так-то просто. Мы точно в одной стране живём? – Шастун инстинктивно повысил голос в ответ и сложил руки на груди. – Не знаю – Арсен стал тише, наверное, от обиды. – Иди в общагу – развернулся и пошагал, даже в глаза не посмотрев. – Арс! – крик никак не остановил. – Блять... Ну и что я сделал? – прошептал про себя Антон. Поднял голову, вздохнул. И послушался, направляясь в общежитие. После этого они не общались все выходные. Мириться было не так просто, но лучше сделать это до работы. План был такой: скинуть видео с подписью «мы?» и по ответу понять, насколько Арсен обиделся, а потом и извиниться. На видео тот поставил реакцию лайка – ситуация запущенная. Но извинения принял, и на утро в кофейне всё было как обычно. В ночь после писания курсовой Шаст нашёл новое видео на аккаунте Арсена. Наверное, пора подать знаки, что он это видит. Да и ничего страшного на самом деле. Всё же Антон немного волновался, когда нажал подписку. На утро на него подписались в ответ, хоть Антон аккаунт не вёл. И в перерывах между работой Арсен первый начал рассказывать о своём блоге. Вдохновлённо делился идеями и в конце даже предложил вести аккаунт совместно. Хотя Антон планировал уговорить не снимать больше. Поджал губы, подбирая слова, зная, как может снова обидеть. – Это, конечно, круто, что ты помогаешь кому-то, но... Слишком опасно. Вероятно ведь, что видео попадётся не тем, а потом и ты сам где-нибудь на улице. Арсен недовольно вздохнул, но задумался. – Было уже... Антон только больше затревожился. Значит, Арсена уже узнают на улице. – Вот именно, Арс, страшно это. Может, перестать вести? Есть много других людей, которые помогают безопасно из-за границы – увидев раздумья, Шаст успокоился, что вот-вот уговорит. Но в кофейню ворвалась компания подростков, промокшие от дождя, и выстроили очередь. Договорить не успели, зато главное до Арсена вроде дошло. Они и не возвращались к этому разговору, Антон как бы дал время подумать, но боялся, что его слов будет недостаточно. Перед сном представлялись худшие исходы событий: вот находят адрес Арсена, потом сливают, а потом к нему ломится обозлённая толпа, и он, дурак, выйдет поговорить. В итоге эти люди его пырнут, и всё. Шаст снова останется один. ★Нет, Арсен просто не понимает, как это опасно. И что? Силой теперь не пускать его к камере? Забрать телефон как у ребёнка? Нет, конечно. Но тогда с ним точно что-то случится, блять. Он перевернулся в кровати несколько раз. Уснуть с такой тревогой точно не получится. И хоть Антон не любит писать на эмоциях, видимо, придётся. Высунулся из-под одеяла, пока шёл до стола, заметил, что руки трясутся. Убрал телефон с зарядки и нырнул обратно в кровать. Сомневался, как начать писать, и просто начал практически умолять перестать снимать. Арсен скорее всего спал, но стало немного спокойнее. В завершении Шастун покурил в форточку, ещё немного поворочался и уснул, когда на улице уже начало светлеть. Утром прочитал ответ. Арсен предложил компромисс, что не будет снимать с лицом. Это безопасно не до конца, но намного лучше. Однако следующее видео было тоже с лицом. Арсен сказал, что это черновик и он снял его давно. Что уже начало злить Антона. Им надо было отдохнуть друг от друга. И Шастун как раз поехал в родной город. Налегке, он знал, что у него остались вещи в Воронеже. Курсовую сдал, зачёт сдал. Можно было и лучше, но сейчас уже какая разница. Наконец-то отдохнёт от однообразия и вспомнит, как жил год назад. Но был и страх. Встретить кого-то из прошлого. Арсений уволился, но вряд ли переехал. Нет, он бы хотел его встретить, но не того, которого он уже не знает, а прошлогоднего Арсения. Или ещё раньше, до мая. Тогда можно просто пройтись по тем местам, молясь не столкнуться с ним новым. Место Антона было на верхней полке. Жалко, конечно, людей, которые могут в проходе наткнуться на его пятки, но по-другому он со своим ростом никак не вмещался. Рядом с ним ехала компания трёх подруг, и они явно не доверяли Шасту. Хотя он даже особо не слезал со своей полки. Ел полулежа, смотрел скачанный сериал. И из-за сбитого режима даже не зевнул, когда перевалило за два часа ночи. Достал наушники и будто оказался не в своей реальности. Поезд разогнался, в окно стучал сильный дождь. Было громко, но людей не слышно. Шатался по вагону до туалета, хватаясь за всё по пути. В основном все спали, только некоторые также засиделись за экраном. Вернулся под одеяло, глаза не закрывались, смотрели в окно напротив. Пришла мысль, что поезд это какой-то телепорт, который ночью выходит из матрицы. ★Чё-то совсем с ума схожу... Антон проснулся ранним утром от остановки. Люди пытались заходить и устраиваться тихо. Он подметил это одним глазом: на боковушке напротив устроился парень в военной форме и военным рюкзаком. Почему-то стало тревожно, и он начал понимать тех девушек, которые его боялись. Когда проснулся на второй раз, почти прибыл в Воронеж. Выпил три в одном из гранёного стакана и с волнением начал собираться. В итоге собрался слишком рано и просто скучал на нижней полке оставшееся время. Как только вышел из вагона на шумный вокзал, растерянно оборачивался в поисках сестры и отца. Те начали подходить сами, натянув улыбки. Вика потянула руки обняться, и Антон крепко обхватил её. – Привет – протянул не отрываясь. Он будто уже был дома. Затем обнялся и с отцом, Шаст не очень это любил, но в конце концов они не виделись год. Андрей как-то резко постарел, морщины углубились, а на корнях побелели волосы. Даже немного страшно от такого. – Ты как будто ещё вырос – подметила сестра. По дороге домой обсудили, что нового. Вика упомянула о каком-то парне с сайта для знакомств. Наверное, одиноко было, что решила знакомиться так. А потом игриво намекнула Антону: – А ты там что? Нашёл коряную петербур... – и запнулась, подбирая слова: – петербуржку или как там. Ну, ты понял. Шастун усмехнулся, но подумал не радостно. ★Для тебя я похоже всегда буду одиноким. И мотнул головой. На автобусе ехали долго, но потом места становились всё более знакомыми. А пересадка была как назло у старой школы. Пока ждали следующий автобус, Антон не спускал глаз с здания. Столько чувств к нему было, что даже в мыслях не складывалось. И благодарность, и ненависть. Может, можно проникнуть туда и походить по коридорам, поговорить с математичкой. И молиться, чтобы тот, кто уволился, не пришёл работать туда обратно. Антон обязан пройтись по городу один. Но пока что поехал домой на пришедшем автобусе. Зашёл в свой подъезд, казалось, что и не уезжал вовсе. Что весь год это какой-то скучный сон и он наконец проснулся. Что пойдёт сейчас гулять с друзьями детства, что первая любовь не закончилась. Вика с отцом резко замолчали, увидев, как застыл Шаст. Это было на этой лестничной клетке. И браслет сейчас точно на том же месте с такими же пятью подвесками. Нет, стало страшно не потому что Антон просто вспомнил тот день рождения, а потому что он вспомнил его с теплотой и трепетом. – Пойдёмте – остановил поток чувств тот и пошагал по лестнице. Открыв дверь в квартиру, Шастун немного расстроился, что многое изменилось. Обои, местами рваные, поменяли на новые. Дверцу шкафа починили. Только пахло здесь также, как раньше. Вика принялась делать экскурсию, что ещё поменялось, заодно поставила новый чайник закипать. И Антон под предлогом убрать рюкзак зашмыгнул в свою комнату. Вот тут ничего не поменялось. Парень кинул рюкзак на пол и упал в кровать. Без постельного белья, конечно. Но вид с кровати на потолок... Шастун недооценивал раньше потолок. Только сейчас тот с ним не говорил. ★Эх, как я тебя люблю, потолок. После акта шизы Антон сделал вид, что ничего не было, и потянулся открывать ящики стола. Сам стол запылился, как и лампа на нём. В первом ящике валялись обложки от учебников. А вот во втором уже интереснее. Канцелярские кнопки и браслет в коробке. Посмотрел на кнопки, поджав губы, потом на свою руку с тонкими шрамами. ★Какой дурак был. Он потянулся открыть коробку с браслетом быстро, чтобы не передумать. Подцепил браслет пальцами. На ощупь он не забывал его, потому что носил такой же в Питере. Прокрутил несколько раз, надел и протёр пальцем глянцевый месяц на подвеске. Странно, но ничего такого не почувствовал. Теперь это просто браслет, просто подарок от когда-то дорогого человека. Антон вообще не должен его вспоминать. У него есть Арсен, у них всё взаимно. Короче, понастольгировать ещё успеет, лучше сейчас поболтает с семьёй. На стол поставили торт, порезали и разлили чай. ★Ну прям праздник устроили. Шаст спросил, не собираются ли они всё-таки переделать его комнату, но отец повторил, что ему вполне комфортно спать на диване. Странно, конечно, но, видимо, привык. Когда темы разговора вроде закончились, а Антон не мог думать о чём-то, кроме как о желании прогуляться по городу одному, он отпросился и вышел. Солнце уже садилось, а он первым делом отправился к школе. Может, есть шанс, что его пустит добрый охранник. Когда был близок, всматривался в окна. Где-то видно учителей за столами, это пугало, и Шаст засомневался входить. Но и назад уже не мог. Охранник посмотрел на него косо, но ситуацию понял. Сказал не ходить долго, в школу пустил, и Антон с улыбкой до ушей поблагодарил. В школе не сделали никакого ремонта, но за год Шаст подзабыл, как она выглядит, и рассматривал снова. Поднялся на второй этаж, прошёл через учительскую. Дверь была приоткрыта, и он на всякий случай ускорился. Вскоре дошёл до любимого туалета. Пройти мимо не мог, зашёл внутрь дальней кабинки. Здесь были самые лучшие перекуры, ну после прошлой школы, конечно. Первая затяжка в седьмом классе ни с чем не сравнится. Нужно бы и туда сходить, ведь проучился там дольше. А впрочем, она не вызывала столько ностальгии, и идти далеко. Пришло в голову даже вновь покурить здесь. ★Нет, я всё-таки уже взрослее и не буду делать глупостей. Подумал Антон и приметил, что на дверь сделали замок. ★Сука, где вы были раньше, когда меня спалили почти в первый день. И как-то не заметил, как достал из кармана подик и затянулся. Оно само, честно, по привычке. Закрылся, присел на край туалета. Пристыдил себя за своё поведение, но наслаждался воспоминаниями. ★А вот если бы раньше был замок, мы бы, возможно, и не сблизились. И это был бы самый обычный, скучный год... В тихом коридоре послышались шаги, и Антон дёрнулся, тут же убирая подик обратно в карман. ★Блять, сплошное дежавю. Но шаги прошли мимо, и никто не пошёл проверять кабинки. ★Достаточно мне ностальгии. Выходя из школы, кивнул охраннику. Дел на эту поездку было немного, но на следующий день они поехали на застолье с родственниками. Дети заметно выросли, никто больше не ползал под столом, даже обидно. Отец в очередной раз рассказывал истории с войны, тётя ужасалась. После еды Антон остался наблюдать за чужими разговорами, переглядываясь с двоюродным братом. Почувствовал вибрацию в кармане – Арсен, видимо, уже соскучился. Лишь бы не было какого-то личного разговора, потому что выходить из-за стола проблематично, когда по бокам сидят по несколько людей. Парень ответил. Арсен просто интересовался, как дела, Шаст сказал, что немного занят и позвонит позже. – Ну ладно, давай, люблю тебя. Антон просто молился, чтобы этого никто не услышал. Но даже если так, ему ведь нужно было что-то ответить. Сказать: «Я тебя тоже» – это выдать, что у тебя кто-то есть. А на простое «пока» тот обидится. Однако больше вариантов не оставалось, объяснит потом. А родственники всё равно накинулись с вопросами о личной жизни. – Кто звонил? – протянула поддатая крёстная. ★Друг, хотя с хера мне друзья будут звонить просто так, три дня не виделись. Тогда по работе. А вообще что за вопросы? – Да по работе – парень остановился на этом варианте. – Ну-ну – хихикнула та. Но всё-таки все прелести жизни в Воронеже Антон вспомнил не в школе, а в такси с пьяным отцом.