Блич: Истрия (Не)Ичиго Куросаки

Открыв глаза, я увидел незнакомый потолок. Я хотел осмотреться, но как только немного повернул голову влево, мою голову объяла боль — не такая, как мигрень, но достаточная, чтобы я сжал челюсть и сильно нахмурился. После пары минут лёжа на чём-то мягком боль начала потихоньку отступать. Я выдохнул, когда боль полностью ушла, и теперь наконец-то смог осмотреться. Я лежал на кровати, за окном было довольно темно. Я потянулся и начал протирать глаза, но вдруг почувствовал, что мои руки какие-то... не те? Я посмотрел на них — и они оказались не моими. Я опешил: на них не было шрамов. Подумал, что мне мерещится. Огляделся и увидел стол, на столе лежали книги с тетрадями. Встал и, немного пошатываясь, подошёл к столу, открыл одну из тетрадок где-то посередине — в ней был относительно неаккуратный почерк. «Может, меня перенесли в другую палату, — подумал я, пытаясь понять, из-за чего это могло случиться. — Может, у меня начались осложнения с сердцем». Но чем больше я вглядывался в комнату, тем чётче понимал: это не больница. Не было ни «больничного» запаха, ни капельницы, ни белых стен — только обычная комната, в которой кто-то живёт. Опёршись дрожащими руками на стол: — Так, блять... Где я? — Голос был... подростковым? Всё больше и больше несостыковок начали прокручиваться в голове: руки, голос, комната — это всё не моё. — Мне это не нравится, сильно не нравится, — с одышкой сказал я, чувствуя, как сердце колотится где-то в груди. Я попытался взять себя в руки — сел на край кровати, зажмурил глаза и начал считать до десяти, чтобы успокоиться. Не помогло. В голову начали закрадываться одна за другой мысли, которые я старательно гнал: чужие руки, чужая комната, чужой голос... и последнее, что я помнил, — белый потолок процедурной, писк аппаратов, тяжесть в груди, которая не отпускала меня уже полгода. Меня начало потихоньку трясти, лоб и спина покрылись потом, а к горлу начало что-то подступать. Я побежал к окну, и меня вырвало. «Я знал, что мне осталось недолго, но врачи сказали, что у меня есть ещё пара месяцев... как же так?..» Начав плакать, я сполз по стенке на пол, обхватив колени. Не знаю, сколько я так просидел — минуту, может, пять. Но постепенно дрожь начала отступать. Сначала выровнялось дыхание, потом перестало колотиться сердце, и последним ушёл озноб. Я вытер лицо рукавом чужой пижамы и уставился в одну точку на полу. Мысли, минуту назад скакавшие как безумные, начали выстраиваться в подобие порядка. — Ладно, надо успокоиться, — я начал выравнивать дыхание, после пары минут я встал и ещё ватными ногами подошёл к кровати и сел. — Я умер, но остался жив, это странное ощущение, сейчас надо собраться и обдумать, где я нахожусь. — Ещё раз оглядевшись, я снова подошёл к столу и открыл тетрадку, язык мне незнакомый, но я могу его прочитать, это японский? Да, это японский. Перевернув тетрадь на первую страницу, я увидел имя, которое там написано: Ичиго Куросаки. У меня немного расширились зрачки. — Знакомое имя, — прошептал я себе под нос. Начав перебирать мысли, где я мог слышать его имя, Ичиго, Ичиго точно Ичиго! Что-то мне про него рассказывала сестра. Сестра... сестра... как она без меня и мама... Вспомнив сестру и маму, у меня на лице снова начали наворачиваться слёзы, но я в спешке начал их вытирать, не сейчас, сначала мне надо разобраться с нынешней ситуацией. Снова успокоившись, так, что мне про него говорила сестра, начав вспоминать: «Ичиго — это персонаж аниме, так... он борется со злыми духами и спасает девушек из беды», вроде это мне рассказывала сестра. Я замер, ещё раз взглянув на имя в тетради. Персонаж аниме. Тетрадь этого персонажа. У меня в руках. — Не, не, не, это какой-то бред... Но факты говорят об обратном, что же мне делать. — Присев обратно на кровать, я начал обдумывать всё, что со мной случилось. Я попал в мир аниме, в главного персонажа. — Так, надо вспоминать, что мне ещё рассказывала сестра: Ичиго — школьник, который борется со злыми духами с помощью сверхъестественных сил, эти силы вроде называются «духовная сила», ещё сестра упоминала шинигами, они тоже борются со злыми духами, ещё у Ичиго есть две сестры и отец, только как их звали, — посидев и напрягая мозги, я вспомнил, — так, одну из сестёр зовут Карин, а вторую Юзу, а отца зовут Ишшин. Так, ладно, это я вспомнил, но вроде мне больше сестра ничего и не рассказывала, тогда придётся выкручиваться из ситуации. Взглянул на окно, за ним уже начало потихоньку светать, посмотрев на будильник, я увидел на нём два часа сорок две минуты. Мне надо осмотреть дом, чтобы я понимал, где какие комнаты. Открыв дверь и выйдя из неё, я увидел коридор и две двери по одной на каждую из сторон, подойдя к двери справа от меня, я дёрнул за ручку, но дверь была заперта. — Странно, — но не став зацикливаться, я пошёл к другой двери, эта дверь уже была открыта, заглянув за неё, я увидел гардеробную. — Ладно... — это странное место для гардероба, подумал я. Увидев лестницу, я спустился, и перед моими глазами в тусклом свете восходящего солнца я увидел зал, совмещённый с кухней, обогнув лестницу, я снова увидел коридор с тремя дверьми, подойдя к двери справа, приоткрыв её, пытаясь не издать звука, я заглянул в неё, за ней оказалась ванная комната, в которой стояли: раковина, туалет и душ. Закрыв дверь, я не стал идти в другие комнаты. — Надо возвращаться обратно и ложиться спать, — обратно поднявшись уже в «свою» комнату, я лёг на кровать, обдумывая, как я буду добираться до школы, и много чего ещё, что мне предстоит на моём пути. Напоследок я вспомнил о сестре с мамой, и я провалился в сон.