«Человеческие странности» Вторая арка

Тишина длилась ровно семь секунд. На восьмой Арлекин не выдержал. — Подожди. MC отпила чай. — М? — То есть… Он нахмурился так сосредоточенно, словно решал сложнейшую загадку. — Ты сейчас говоришь, что человеческое тело… Он сделал неопределённый жест руками. — …само каждый месяц решает устроить тебе несколько ужасных дней? — Если очень сильно упростить… Да. Арлекин ещё несколько секунд смотрел на неё. Потом перевёл взгляд на остальных. — Мне это не нравится. — Никому не нравится. Вздохнула MC. Доктор задумчиво постукивал пальцами по столу. В его глазах появился тот самый блеск, который обычно означал, что он собирается задать десять очень подробных вопросов. MC узнала этот взгляд сразу. — Только без медицинского допроса. — Поздно. Спокойно ответил Доктор. — Уже начал. Она тихо застонала. — Ну конечно… — Итак. Он открыл блокнот. Арлекин прыснул. — Он реально достал блокнот! — Конечно. Ответил Доктор. — Это важная информация. MC закрыла лицо ладонями. — Я чувствую себя учебником… — Немного. Честно признался Доктор. — Значит… Продолжил он. — Это естественный процесс. — Да. — У всех человеческих женщин? — У большинства. — Может сопровождаться болью. — Да. — Усталостью. — Да. — Изменением аппетита. — Да. — Перепадами настроения. — Да. — Желанием плакать. — Иногда. — Повышенной чувствительностью. — Тоже иногда. Доктор что-то записал. Арлекин осторожно заглянул через его плечо. — Ты правда всё это записываешь? — Да. — Зачем? — Чтобы в следующий раз не паниковать. При словах «в следующий раз» все неожиданно замолчали. MC заметила это первой. — Что? Пьеро смотрел в стол. Джестер задумчиво крутил карандаш. Билетёр неподвижно стоял у стены. Даже Арлекин больше не улыбался. — Что? Повторила она уже тише. Ответил Джестер. — Значит… В следующий месяц это снова произойдёт. Не вопрос. Констатация. MC кивнула. — Да. — И через месяц после этого тоже? — Да. — И… — Да. Он медленно выдохнул. — Понятно. — Вообще-то… Неловко сказала MC. — Не обязательно всё будет настолько плохо. Иногда почти ничего не болит. Иногда наоборот. Это… По-разному. Арлекин поднял голову. — То есть заранее не угадаешь? — Не всегда. — Это ещё хуже. Доктор закрыл блокнот. — Теперь многое становится понятным. — Например? — Почему в прошлый раз вам становилось легче после отдыха. Почему помогало тепло. Почему приступ закончился самостоятельно через несколько дней. Он слегка покачал головой. — Признаться… Я предполагал куда более серьёзные варианты. MC виновато улыбнулась. — Простите… — За что? — Что заставила вас переживать. Доктор удивлённо посмотрел на неё. — Вы серьёзно думаете, что должны извиняться за особенности собственного организма? Она смущённо отвела взгляд. — Немного… — Не должны. Ответ прозвучал настолько спокойно и уверенно, что она невольно снова посмотрела на него. Разговор прервал Арлекин. Очень неожиданно. — Можно глупый вопрос? — Когда тебя это останавливало? Проворчал Джестер. — Никогда. Итак… Арлекин повернулся к MC. — Когда тебе плохо… Ты поэтому иногда такая… Он неопределённо покрутил рукой. — Какая? — Ну… Хочется, чтобы кто-нибудь был рядом? MC смутилась. — Иногда… Да. Повисла тишина. Она поспешила объяснить: — Не потому что со мной обязательно что-то делать нужно. Просто… Когда всё болит, иногда не хочется быть одной. Хочется, чтобы рядом кто-то сидел. Или… Она совсем тихо закончила: — Чтобы можно было попросить помочь подняться, если совсем тяжело. Пьеро поднял голову первым. — Почему ты не просила? MC растерянно моргнула. — Что? — Раньше. Она задумалась. Ответ пришёл не сразу. — Наверное… Привычка. Я всегда справлялась сама. Билетёр тихо произнёс: — Но теперь ты попросила. Она улыбнулась. — Да. — Почему? MC посмотрела на каждого из них. И неожиданно поняла, что ответ очень простой. — Потому что… Она тихо рассмеялась. — Потому что перестала бояться быть для вас обузой. В шатре стало совсем тихо. Арлекин первым вскочил на ноги. — Всё! — Что “всё”? — Теперь официально запрещаю тебе геройствовать. — Ты не можешь мне запрещать. — Могу. — Нет. — Тогда… Он посмотрел на Джестера. — Начальник, запрети ей. — Не могу. — Почему? — Потому что взрослые люди сами принимают решения. Арлекин драматично всплеснул руками. — От вас никакой поддержки. Джестер всё-таки отложил бумаги. — Но одну вещь мы можем решить. MC вопросительно посмотрела на него. — Какую? — В дни, когда тебе особенно тяжело… Он говорил так же спокойно, как всегда. — Не молчи. Если нужна помощь — скажи. Не после. До. Она несколько секунд смотрела на него. Потом медленно кивнула. — Хорошо. — Договорились? — Договорились. — Отлично! Арлекин хлопнул в ладоши. — Тогда первое правило! — Уже придумал? Устало спросил Доктор. — Конечно. Если птичка говорит, что ей тяжело… Мы не спорим. Пьеро сразу кивнул. — Да. Билетёр тоже. — Согласен. Доктор коротко добавил: — Разумно. Джестер подвёл итог: — Значит, так и будет. MC неожиданно почувствовала, как к глазам подступают слёзы. — Эй… Арлекин сразу растерялся. — Ты чего? Она быстро вытерла глаза. — Ничего… Просто… Она улыбнулась сквозь выступившие слёзы. — Спасибо. В этот раз никто не стал спрашивать, почему она плачет. Потому что теперь они уже знали. Иногда человеку становится легче именно тогда, когда он наконец понимает, что ему больше не нужно справляться со всем в одиночку.