Сокровище Демонов.

Огромный лимузин Люцифера, украшенный золотыми яблоками, плавно затормозил перед главным входом в Отель Хазбин. На улице стоял привычный для Кольца Гордости хаос, но территория вокруг отеля была огорожена. Люцифер вышел из машины первым, поправив свою белоснежную шляпу. Вслед за ним из салона, держась за его руку, осторожно спустилась Аня. На ней было новое, мягкое кашемировое зеленое платьице, а русые волосы были заплели в две аккуратные косички с блестящими заколками. В свободной ручке девочка мертвой хваткой сжимала свою любимую резиновую уточку. Аня с огромным любопытством и детским восторгом уставилась на фасад здания. Отель, перестроенный после битвы с экзорцистами, выглядел эксцентрично, ярко и монументально. — Ого… — прошептала Аня, задрав голову к самому небу. — Папа, это твой второй замок? Он похож на большой торт! Люцифер невольно рассмеялся, и на его душе стало удивительно легко. Слово «папа», которое девочка теперь повторяла с абсолютным доверием, каждый раз вызывало у него теплую улыбку. — Нет, лапушка, это отель твоей старшей сестры Чарли, — мягко пояснил он, беря Аню на руки, чтобы она не споткнулась на высоких ступенях. — Она здесь помогает демонам становиться добрее. Ну что, пошли знакомиться? Люцифер решительно толкнул тяжелые деревянные двери отеля. Внутри просторного вестибюля, как обычно, кипела жизнь. Чарли стояла у стойки регистрации, что-то увлеченно обсуждая с Вэгги, которая сидела на подлокотнике дивана и полировала свое копье. Рядом на ковре Энджел Даст лениво играл с Толстым Наггетсом, а Хаск за барной стойкой протирал стаканы. — Привет всем! — звонко и театрально провозгласил Люцифер, привлекая к себе внимание. — Папа! — Чарли мгновенно просияла и подпрыгнула на месте. — Ты пришел! Мы так рады тебя… Слова Чарли застряли у нее в горле, а ее глаза округлились до невероятных размеров. Она замерла на полпути, уставившись на руки отца. Вэгги от неожиданности чуть не выронила копье, Энджел Даст застыл с открытым ртом, а Хаск на баре с громким стуком уронил хрустальный бокал. На руках грозного Владыки Ада сидел крошечный, миловидный человеческий ребенок с огромными изумрудно-зелеными глазами и русыми волосами. Девочка ничуть не испугалась тишины и удивленных взглядов. Напротив, заметив Чарли — такую яркую, с доброй улыбкой и светлыми волосами, похожую на тетю с семейного портрета — Аня дружелюбно и весело улыбнулась. — Привет! — звонко крикнула четырехлетняя Аня, помахав Чарли ладошкой. — Ты Чарли, да? Папа говорил, что ты строишь отель! А я Аня. Я теперь живу с папой и помогаю ему делать уточек! Она протянула свою резиновую игрушку вперед, словно показывая Чарли главное сокровище. — Че… человек?! Маленький?! — Чарли перевела ошарашенный взгляд на Люцифера, а затем на Аню. На ее лице смешались шок, непонимание и… волна безумного, чистого умиления. — Папа… это… это кто?! И она назвала тебя папой?! — Чарли, Вэгги, ребята… — Люцифер бережно опустил Аню на ковер, но продолжал держать ее за руку, собственнически закрывая своим крылом от возможных опасностей. — Это Аня. Произошел несчастный случай, магический выброс в моей мастерской. Она сирота из человеческого мира, и теперь… теперь она моя приемная дочь. Аня останется жить в Аду, со мной. И она — твоя младшая сестренка, Чарли. Вестибюль Отеля Хазбин погрузился в секундное оцепенение, прежде чем Чарли издала оглушительный, восторженный писк, от которого зазвенели люстры, и бросилась на колени прямо перед маленькой Аней, едва сдерживая слезы счастья от появления новой сестры. Чарли стояла на коленях перед маленькой Аней. Её глаза блестели от подступающих слёз счастья, а на лице блуждала восторженная, абсолютно счастливая улыбка. — Привет, Анечка! — Чарли постаралась сделать свой голос как можно мягче, чтобы не напугать кроху. — Я Чарли. Твоя… твоя старшая сестра! Добро пожаловать в наш отель! Аня внимательно посмотрела на Чарли. Присутствие Люцифера, который ласково придерживал её за плечо, дарило девочке абсолютное спокойствие. Она сделала шаг вперед и доверчиво протянула Чарли свою резиновую утку. — Привет! Папа говорил, что ты хорошая. Держи, это моя уточка. Её зовут Пищалка, — рассудительно произнесла четырёхлетняя девочка. От этого жеста Чарли едва не зарыдала от умиления. Она аккуратно приняла игрушку, тихонько пискнув ею в ладонях, и тут же прижала Аню к себе, бережно обнимая её маленькое тельце. В этот момент к ним осторожно подошли остальные обитатели отеля, которые до сих пор не могли прийти в себя от шока. — Так, ладно, я видела в этом городе всё, но живой человеческий ребёнок на руках у Владыки Ада — это новый уровень, — Вэгги подошла ближе, опустив своё копьё. Она внимательно осмотрела Аню. Привычная суровость бывшей экзорцистки мгновенно испарилась, уступая место искренней тревоге. — Сэр, она же совсем крошечная. Обычный человек! Как мы защитим её от грешников на улицах? Здесь для неё слишком опасно! — Не волнуйся, Вэгги, — уверенно улыбнулся Люцифер, поправив шляпу. — Асмодей уже делает для неё лучшие защитные амулеты. К ней ни одна тварь не посмеет прикоснуться. Из-за спины Вэгги грациозно показался Энджел Даст. Все его четыре руки удивленно взлетели вверх, а пушистая грудь вздымалась от волнения. Он присел на корточки, рассматривая русые хвостики Ани и её зелёное кашемировое платьице. — О боги, какая милашка! — протянул Энджел своим манерным голосом. — Посмотрите на эти щёчки! Малышка, у тебя потрясающий вкус в одежде. Эти заколки просто блеск! Аня весело хихикнула, разглядывая Энджела. Её совершенно не пугало, что у него много рук и необычные глаза. Для неё он был похож на большого, пушистого и очень дружелюбного паучка. — Ты похож на пушистое облачко! — искренне сделала комплимент Аня, указывая на него пальчиком. — А можно мне потрогать твои ручки? Почему их так много? — Чтобы обнимать тебя со всех сторон, конфетка! — рассмеялся Энджел, позволяя девочке коснуться своей пушистой шерстки. В этот момент из-за его ног с негромким хрюканьем выбежал Толстый Наггетс. Маленький розовый поросёнок в чёрных пятнышках подбежал прямо к Ане и уткнулся своим пятачком в её коленку. Аня от неожиданности ахнула, её зелёные глаза округлились от восторга. — Хрюшка! Настоящая живая хрюшка! — закричала девочка. Она мгновенно забыла про стеснение, опустилась на ковёр рядом с Чарли и принялась аккуратно гладить поросёнка за ушком. Наггетс от удовольствия завалился на бок и забавно задрал лапки. — Папа, смотри! Он ручной! Хаск, который всё это время молча наблюдал за сценой из-за барной стойки, тяжело вздохнул и покачал головой, пряча в усах добрую усмешку. Он подошёл к диванам, держа в руке стакан со свежим, только что выжатым яблочным соком и тарелку с печеньем, которые Люцифер незаметно сотворил силой магии секундой ранее. — Держи, мелкая, — ворчливо, но очень мягко пробасил крылатый кот, протягивая ей угощение. — Раз уж ты теперь здесь главная принцесса, привыкай, что вокруг тебя все будут бегать. Я Хаск. Если эти придурки будут слишком сильно шуметь — говори мне, я их быстро приструню. — Спасибо, дядя Хаси! — Аня весело улыбнулась, принимая стакан сока своими крошечными ладошками. — Ты очень добрый котик. У тебя такие красивые крылья! Хаск отвернулся, слегка покраснев под мехом от такой детской похвалы, и пробормотал что-то о том, что «дети слишком проницательны». Внезапно из-за дивана, словно маленькая красно-черная молния, с безумным хохотом вылетела Нифти. В ее руках была зажата огромная перьевая метелка для пыли. Она закружилась вокруг Ани так быстро, что девочка едва успевала следить за ней глазами. — А-а-а! Что это?! Маленький человек?! — Нифти резко затормозила прямо перед лицом Ани, уставившись на нее своим единственным огромным глазом. — На ней есть грязь?! О боже, у нее на платьице крошка от печенья! Нам нужно очистить отель от микробов! Или… подождите! Она ведь девочка? Она поможет мне ловить плохих жуков?! Нифти забавно застрекотала и протянула Ане маленькую дохлую муху. Люцифер уже дернулся, чтобы наколдовать защитный барьер, но Аня среагировала быстрее. Четырехлетний ребенок, не знающий адских ужасов, лишь весело захлопала в ладоши. — Ого! Какой большой глазик! — искренне восхитилась Аня, разглядывая Нифти. — Ты похожа на маленькую балерину. Только платье нужно поправить. Аня аккуратно протянула ручку и расправила подол пышной юбки Нифти. Маленькая горничная замерла. Ее единственный глаз смешно моргнул. Все мысли про «плохих парней» и жуков на мгновение вылетел у нее из головы — детская непосредственность Ани укротила даже ее безумный пыл. Нифти хихикнула, спрятала муху за спину и принялась усердно обмахивать метелкой воздух вокруг Ани, заявляя, что «теперь охраняет эту чистую принцессу от пыли». В этот момент из подвальных помещений отеля, где располагалась лаборатория, медленно вышел Бакстер. Демон-удильщик в своем строгом сером костюме и круглых очках-лупах лихорадочно листал какой-то блокнот, бормоча под нос химические формулы. — Чарли, я просил не шуметь, мои реактивы чрезвычайно нестабильны… — Бакстер поднял взгляд и осекся. Глубоководная рыба-демон застыла, а неоновый фонарик на его голове удивленно вспыхнул ярко-зеленым светом. — К-как… Каким образом в замкнутой экосистеме Преисподней оказался гомо сапиенс в стадии раннего онтогенеза?! Это биологически невозможно! Бакстер сделал шаг назад, поправляя очки, словно перед ним был опасный эксперимент. Но Аня, заметив светящийся огонек над его головой, забавным колобком перекатилась по ковру поближе к нему. — Ух ты! Фонарик! — Аня восторженно захлопала ресницами, глядя на Бакстера снизу вверх. — Дядя - рыбка, а как он горит? Ты волшебник? Бакстер слегка покраснел, а его плавники на щеках смущенно дернулись. Словосочетание «научный волшебник» явно польстило его ученому эго. — Ну… технически это биолюминесценция, дитя, — уже гораздо мягче и важнее произнес он, опускаясь на одно колено, чтобы показать ей огонек поближе. — Но для твоего неразвитого детского разума… да, пусть будет научное волшебство. Только не трогай руками, это может быть токсично! Аня послушно спрятала ручки за спину, преданно кивая, и Бакстер, тяжело вздохнув, достал из кармана маленькую стеклянную колбочку с безопасной светящейся синей жидкостью, протягивая её девочке в качестве «научного сувенира». — Эй, расступись, мелюзга! Дайте посмотреть на королевское пополнение! — раздался громкий, задорный голос, и в холл развязной походкой вошла Черри Бомб. Ёе единственный зоркий глаз лучился хулиганским весельем. Черри окинула Аню оценивающим взглядом, перевела взор на Люцифера и задорно свистнула. — Надо же, наш Владыка обзавелся живой куколкой! Привет, малая. Я Черри. Если эти зануды будут учить тебя манерам — сразу зови меня, мы разнесем тут пару стен! Черри крутанула в руке маленькую, совершенно безопасную петарду-хлопушку. Аня, услышав про «разнесем стены», вспомнила свой вчерашний «бабах» в клубе Оззи и весело закивала своими русыми хвостиками. — Привет, тетя Черри! Ты яркая, как салют! — звонко крикнула Аня. — А твой мячик умеет прыгать? Она указала пальчиком на бомбу. Черри Бомб от такой детской смелости и сравнения оружия с «мячиком» заливисто расхохоталась. Она ловко спрятала настоящую бомбу за спину, а вместо нее щелкнула пальцами и взорвала в воздухе маленькую хлопушку с разноцветными блестками и конфетти. — Ого-о-о! — закричала Аня, когда блестящие розовые и зеленые бумажки посыпались на её кашемировое платье. Девочка принялась ловить их ладошками, весело кружась по ковру. Черри довольно ухмыльнулась, подмигнув Люциферу: — А мелкая-то с характером, мне нравится! Будет кому передать искусство красивых взрывов. Люцифер лишь шутливо пригрозил Черри пальцем, но внутри него ликовала абсолютная отцовская гордость. Его маленькая Аня — дружелюбная, любопытная и совершенно бесстрашная — за считанные минуты очаровала абсолютно весь Отель Хазбин. В самый разгар веселья, когда Аня ловила разноцветные конфетти от хлопушки Черри Бомб, яркий свет в холле отеля внезапно померк. Фиолетовые факелы испуганно затрепетали, а воздух прорезал резкий, отчетливый звук статического шипения и старых радиопомех. Из дальнего угла гостиной, прямо из густой, неестественно черной тени, соткался высокий силуэт. Послышался тихий мотив старого джаза 1930-х годов, транслируемый словно через сломанный граммофон. — О, какая очаровательная и донельзя живая суматоха в нашем скромном заведении! — раздался громкий, искаженный радио-фильтром голос, от которого по спине любого грешника пробежали бы мурашки. Аластор шагнул на свет. Его неизменная широкая улыбка до ушей обнажала острые желтоватые зубы, а в руке он плавно покачивал свой микрофон на трости. Красные глаза-циферблаты сузились, когда он окинул взглядом холл и мгновенно зафиксировал эпицентр всеобщего внимания. Обитатели отеля тут же подобрались. Люцифер сделал быстрый шаг вперед, инстинктивно заслоняя Аню собой. Между ним и Аластором мгновенно пробежала привычная искра взаимной неприязни и соперничества. Король Ада нахмурился, его глаза опасно блеснули алым. — Аластор, — сухо и предупреждающе произнес Люцифер. — Оставь свои радио-штучки для кого-нибудь другого. Перед тобой ребенок. Живой человек. И… моя дочь. Аластор замер. Его радиопомехи на долю секунды превратились в короткий визг сорвавшейся иглы проигрывателя. На мгновение его улыбка показалась слегка натянутой от крайнего, глубокого изумления. Он медленно наклонил голову набок, уставившись на маленькую русую девочку в зеленом кашемировом платьице, которая выглядывала из-за белого королевского пиджака. Аня ничуть не испугалась грозного Радио-демона, чьё имя заставляло трепетать весь Пентаграмм. Для четырехлетней девочки, выросшей на старых сказках, он выглядел невероятно интересно: красные оленьи ушки, забавно дергающиеся на макушке, стильное алое пальто и… потрясающая улыбка. Малышка аккуратно обошла Люцифера, сделала пару шагов навстречу демону и доверчиво заглянула ему прямо в лицо. — Ого… — Аня восхищенно выдохнула, прижав к груди свою резиновую утку. — Дядя, а почему ты так громко разговариваешь? Ты приемник? У моей бабы Оли в приюте был такой на кухне, он тоже пел! Из динамиков Аластора вырвался громкий звук искреннего, записанного на пленку закадрового смеха. Шок Радио-демона сменился искренним, жутким, но в то же время заинтригованным весельем. Детская непосредственность, сравнившая величайшего палача Ада с кухонным радиоприемником, попала в цель. — Ха-ха! Приемник! Какое утонченное и восхитительно точное сравнение, дитя мое! — Аластор изящно крутанул свою трость и с тихим шорохом опустился на одно колено прямо перед девочкой, оказавшись с ней на одном уровне. Он аккуратно убрал руки за спину, чтобы не напугать ее когтями. — Позволь представиться. Можешь звать меня Аластор. И я уверяю тебя, мои передачи куда интереснее, чем у твоей бабы Оли! — А почему ты все время улыбаешься? — любопытно спросила Аня, протянув ладошку и указав пальчиком на его лицо. — Тебе тоже весело? — О, моя дорогая, улыбка — это главное оружие! Она показывает твою силу и заставляет врагов сомневаться, — Аластор заговорил чуть тише, и его радио-эффект смягчился, став похожим на уютную ночную трансляцию. — Никогда не позволяй миру видеть, что ты грустишь. Аня рассудительно кивнула своими русыми хвостиками, словно поняла его взрослую философию по-своему. Она протянула ему свою любимую игрушку. — А это Пищалка. Она тоже всегда улыбается. Смотри! Аня сжала резиновую уточку, и та громко, карикатурно пискнула прямо перед носом Радио-демона. Из микрофона Аластора тут же раздался каскад веселых звуковых эффектов — звон колокольчиков и шутливые фанфары, подыгрывающие детской шалости. На лице демона отразилось странное, непривычное для него выражение: этот хрупкий, маленький человек, находящийся под абсолютной защитой Люцифера, вызвал у него неподдельный интерес. Люцифер внимательно, скрестив руки на груди, наблюдал за их взаимодействием. Его защитные крылья слегка расслабились. Он ожидал от Аластора язвительных шуток или попыток напугать ребенка, но Радио-демон проявил неожиданную, пусть и специфическую, галантность. Между королем и хозяином эфира протянулась первая, едва заметная нить понимания, замешанная на общем удивлении перед этой маленькой русской девочкой. После того как первое знакомство с обитателями Отеля Хазбин благополучно завершилось, перед новоиспеченной семьей встал сугубо бытовой, но очень важный вопрос. Чарли, все еще сияя от счастья, бережно держала Аню за руку, пока девочка увлеченно разглядывала большие напольные часы. Вэгги, скрестив руки на груди, озабоченно обвела взглядом просторный холл. Ее профессиональный взгляд бывшей военной и главной управляющей отеля мгновенно выявил кучу проблем безопасности и комфорта. — Так, это все, конечно, потрясающе, — вздохнула Вэгги, привлекая к себе внимание Люцифера. — Но давайте снимем розовые очки. Сэр, у нас в отеле нет абсолютно ничего для детской комнаты. Ни подходящей маленькой кровати, ни безопасных игрушек без шипов и яда, ни детских замков на окнах. Половина свободных номеров все еще выглядят так, будто там снимали фильм ужасов. Мы просто не можем поселить четырехлетнего ребенка в обычную комнату грешника. Чарли испуганно округлила глаза и прижала ладони к щекам: — О боже, Вэгги права! У нас даже нет детского постельного белья! Только колючие адские простыни! Люцифер лишь снисходительно и мягко улыбнулся, поправив свою белоснежную шляпу. В его глазах не было ни капли паники. Он уверенно подошел к Ане, аккуратно подхватил ее на руки и бережно прижал к своему плечу. Девочка доверчиво обняла его за шею, зевнув от навалившейся усталости — слишком много новых эмоций и знакомств за один день утомили кроху. — Спокойно, девочки, не нужно паники, — спокойно и очень твердо ответил Люцифер, поглаживая Аню по русым волосам. — Моя дочь не будет спать в сомнительных номерах. Девочка пока будет жить со мной, в моих королевских покоях. По крайней мере до тех пор, пока мы вместе не выберем и не купим абсолютно все необходимое для ее собственной идеальной комнаты. Король Ада обернулся к Чарли и Вэгги, и в его голосе прозвучала неподдельная отцовская гордость и нежность: — В моей спальне для нее безопасно. Я наколдую ей самое мягкое человеческое одеяло, а мои крылья защитят ее от любых ночных кошмаров. А завтра мы устроим грандиозный рейд по лучшим магазинам мебели. Так что отставить тревогу, Вэгги. Моя маленькая принцесса сегодня будет спать в абсолютном комфорте. Аня, услышав слова отца, сонно улыбнулась и поудобнее устроилась на его плече, тихонько посапывая. Вэгги посмотрела на эту трогательную картину, ее суровый взгляд окончательно смягчился, и она согласно кивнула, признавая, что под защитой самого Владыки девочке действительно ничего не угрожает.