Осколки чужих зеркал

— Грейнджер, если твой рыжий кавалер не уберет от меня свои руки в течение трех секунд, я зашью его сознание в Омут памяти Министерства на веки вечные, — холодный, абсолютно ровный голос Малфоя разрезал панику, царившую в лаборатории. Рон, который до этого яростно сжимал кулаки и нависал над Драко, заставил себя сделать шаг назад, но палочку не опустил. Джинни тут же присела рядом с Гермионой, накидывая на её плечи теплую мантию, пока Гарри помогал подруге подняться на ноги. — Гермиона, ты как? — Гарри внимательно вглядывался в её лицо, ища следы магического истощения. — Кингсли вызвал нас, как только сканеры Отдела тайн зафиксировали критический выброс ментальной энергии. Мы думали, этот слизеринский хорек... — Я спасал её жизнь, Поттер, — Малфой брезгливо отряхнул невидимую пыль с рукава своего серого пиджака, хотя на ткани отчетливо виднелись подпалины от Адского пламени. Он нагнулся, поднял с пола расколотый надвое золотой стилус и с тихим вздохом спрятал его во внутренний карман. — И, в отличие от Министерства, которое довело её до когнитивного распада, я свою работу выполнил.  Он повернулся к Кингсли Брустверу, который всё это время стоял у двери, анализируя показатели на настенных артефактах. — Мой гонорар переведите на счет в банке Гринготтс, Бруствер. Двойной тариф за работу в экстремальных условиях, — Малфой окинул присутствующих ледяным взглядом, задержавшись на Гермионе на долю секунды дольше, чем следовало. Его серые глаза снова напоминали непроницаемое стекло. — Больше мне здесь делать нечего. Всего хорошего, господа авроры. Грейнджер. Он развернулся и стремительным, хищным шагом покинул лабораторию. Дверь за ним захлопнулась с тяжелым стуком. — Ну и ублюдок, — выдохнул Рон, пряча палочку в карман и усаживая Гермиону на стул. — Изменился, приоделся, а остался всё тем же высокомерным Малфоем. Гермиона, почему ты молчишь? Тебе плохо? Гермиона действительно молчала. Она сидела неподвижно, уставившись в одну точку на полу, где минуту назад лежал Драко. Внутри её головы, там, где раньше пульсировал холодный и липкий ужас вируса, теперь было абсолютно пусто и тихо. Слишком тихо. — Я... я в порядке, — выдавила она, пыталась улыбнуться Джинни. — Просто очень устала. Малфой прав, вирус уничтожен. Я помню всё. Я помню, что моего кота зовут Живоглот. Друзья облегченно вздохнули. Рон начал что-то бурно обсуждать с Кингсли, Джинни обнимала её за плечи, а Гарри продолжал подозрительно хмуриться. Но Гермиона их почти не слышала. Потому что прямо в этот момент на периферии её сознания, словно тихий шелест, раздался отчетливый, бархатистый мысленный вздох. «Мерлин, ну и сборище идиотов. Уизли не меняется. Кажется, его мозг эволюционирует в обратную сторону». Гермиона резко вздрогнула, едва не выронив чашку с восстанавливающим зельем, которую ей протянула Джинни. Голос прозвучал настолько четко, будто его обладатель стоял прямо у неё за спиной. «Что за...» — мысленно закричала Гермиона. «Грейнджер?» — мысленный голос Малфоя в её голове мгновенно растерял всю свою ленивую вальяжность. В нём натянулось искреннее удивление.  «Какого черта я слышу твои мысли?» Гермиона замерла, боясь вздохнуть. Она направила ментальный импульс наружу, туда, где за пределами Отдела тайн стремительно удалялся Драко. «Малфой! Ты где?! Что происходит?!» «Я в лифте на восьмом уровне, Грейнджер. Наш фокус в Исчезательном шкафу... Полная синхронизация импульсов. Мы не просто уничтожили вирус. Мы завязали наши чертоги разума в чертов перманентный узел». Гермиона почувствовала, как по спине пробежал ледяной пот. Отныне самый циничный мужчина магического Лондона имел круглосуточный доступ в её голову. А она — в его. Настоящий ад начался вечером в Норе. Гарри и Рон настояли, чтобы Гермиона приехала на семейный ужин к Уизли — «набраться сил и побыть среди своих». — Гермиона, дорогая, съешь еще кусочек пирога с почками, ты такая бледная! — запричитала миссис Уизли, подкладывая ей в тарелку огромную порцию. Гермиона вежливо улыбнулась, потянулась за вилкой, и в ту же секунду в её голове раздался протяжный, страдальческий стон Малфоя. «Пирог с почками? Серьезно, Грейнджер? Молли Уизли пытается добить твой несчастный мозг холестерином? О господи, я буквально физически чувствую запах этого кулинарного преступления через нашу связь. Прекрати это немедленно, меня сейчас стошнит прямо посреди элитного ресторана в Мейфэре». Гермиона так резко замерла с вилкой в руке, что Рон удивленно посмотрел на неё: — Гермиона? Всё нормально? «Заткнись, Малфой! Подавись своим элитным устрицами и не мешай мне обедать!» — мысленно рявкнула Гермиона, яростно вонзая вилку в пирог. «О, сколько агрессии. Гриффиндорские манеры во всей красе. Кстати, передай своему рыжему недоразумению, чтобы он перестал чавкать. Я слышу это через твои ушные каналы, и это звучит как спаривание болотных хмырей». Гермиона случайно кашлянула, поперхнувшись чаем. Джинни за столом весело прищурилась, заметив, как подруга то и дело краснеет, бледнеет и смотрит в пустоту с выражением лица человека, который ведет ожесточенный внутренний спор.  Весь вечер превратился в ментальную пытку: Драко комментировал каждую деталь, высмеивал старый свитер Рона, издевался над министерскими сплетнями Гарри и искренне наслаждался тем, как Гермиона злится, не имея возможности ответить ему вслух. Ближе к полуночи Гермиона наконец вернулась в свою пустую лондонскую квартиру. Измотанная, уставшая от бесконечного мысленного шума, она приняла горячий душ и рухнула в постель. Малфой в её голове затих около часа назад — видимо, его окклюментивные щиты наконец восстановились, или он просто уснул. Гермиона закрыла глаза, погружаясь в желанный сон. Она проснулась в три часа ночи от дикого, пронизывающего холода. Ей казалось, что её легкие заполняются жидким азотом. Сердце бешено колотилось, а к горлу подступал удушливый, сладковатый запах тлена. Запах Mensa-09. Гермиона резко села на кровати, судорожно хватая ртом воздух. Но её комната была чиста. Её собственный разум был в абсолютном порядке. Холод и паника шли не от неё. Источник пульсировал на другом конце их ментальной связи. «Малфой…» — мысленно позвала она. В ответ тишина. Но связь вибрировала от чужого, нарастающего кошмара. Гермиона закрыла глаза и насильно потянулась по ментальному каналу вглубь разума Драко. То, что она увидела, заставило её закричать в пустой спальне. Его безупречные, стальные чертоги разума были охвачены ядовитым оранжевым огнем. Вирус не был уничтожен до конца. Когда в Выручай-комнате Драко закрыл её своим телом от фантомного Адского пламени, паразит успел мутировать и зацепиться за его собственные триггеры и шрамы. И теперь, пока Малфой спал и его защита была ослаблена, вирус заживо выжигал его личность. Через связь Гермиона почувствовала, как Драко задыхается в своей реальной постели, не в силах проснуться из-за ментального паралича. «Грейн… джер…» — донесся до неё его едва слышный, слабый мысленный хрип, лишенный всякого высокомерия. Это был призыв о помощи. Гермиона сорвала с себя одеяло и вскочила на ноги, мгновенно призывая палочку. Она не знала, где находится его квартира, но их общая связь горела в ночи, как путеводный маяк. Ей придется действовать тайно, без Гарри и Рона, прямо сейчас. Потому что если она опоздает, человек, который спас её разум, навсегда превратится в пустую оболочку.