В горе и радости, пока смерть не разлучит нас/Through Joy and Sorrow, Until Death Parts Us

Na-a-a-a-a Don't know if I can take another bottle, no It's getting hot We tryna turn 'em up, so turn the volume up We goin' dumb

(GMFU - Odetari, 6arelyhuman, 2023)

3rd Chapter

Еще прежде он никогда не ошибался. Сукуна проживал уже не одно тысячелетие. Сильнейший маг эпохи Хэйан - для одних он был воплощенным бедствием, неудачей с какой стороны не посмотри, а для других - самой сутью проклятия, по какой-то неведомой причине обрётшего плоть и душу человека. Его имя произносили шепотом, словно боялись, что сам звук сам по себе навлечет несчастье.

Сукуна Ремен…

Скучающая гримаса исказила бледное лицо Короля Проклятий пока он, все еще находясь в своем истинном обличии, лениво подпер голову одной из своих четырех рук и тяжело выдохнул. Он бегло прошелся темно-красными глазами по распростертым трупам и частям тел по целому залу. Сукуна раздражающе цокнул. — Скукота. Скукотища… Он перебил их всех. Очередная семья, решившая, что им позволено все. Придурки. Думали, что, если они оклеветают самого Сукуна Ремена, так смогут стать в самой верхушке триады главенствующих семей. Сукуна скривился самой мысли об этом.

Ничтожества.

Дети, женщины, мужчины, старики. Все эти их жертвы, бессмысленные смерти и трупы никак не влияли на саму суть его естества и желание подчинить себе весь мир. Сукуна не был робкого десятка. Его не заботили людские убеждения, не заботили их законы и правила. Он, рожденный под кровавой Луной в ночь двенадцати зодиаков, одним уже своим существованием осквернял само понятие жизни и смерти. Родителей он особо не помнил, как и своего места рождения. Стоило только ребенку явиться в сей мир, как императорские шаманы напророчили череду несчастей, которые он принесет. Угнетенные и лишенные выбора, его отец, император и владыка земель, и мать-служанка выбросили его. Как какой-то непотребный мусор. Как вещь. Сукуна закатил глаза, чувствуя, как ярость в нем закипает. Сжав другой рукой подлокотник своего трона, он немного наклонился вперед, все также подпирая немного наклоненную направо голову. И все-таки, как же хорошо, что он тогда перебил их всех. Заставил захлебываться собственной кровью, хрипеть и безуспешно молить о пощаде. Все они были слабоками, не смогли даже и удара сделать. Слегли все как один подобно картонным фигуркам. На его лице расплылась мерзкая улыбка. — Ничтожества. Внезапно главные двери особняки с режущим скрипом отворились и двое его охотников за головами ввалились, держа с обех сторон девчушку. На мгновение Сукуна вздрогнул, стоило ее ничтожным и гнусным крикам дойти к его чувствительным ушам. Но, потом, когда он ощутил ее силу, то его улыбка разом стала еще шире. Редчайшая техника Десяти Теней – лишь однажды ему приходилось сталкиваться со столько могущественным магом, владеющим подобным даром.

— Аргх!

Молодого Сукуну откинуло ударной волной и он больно приземлился на зад. Был ливень, почва под ногами была рыхлой и неустойчивой. Маленькие камушки впились острыми гранями парню в ладони, когда тот в ярости черпнул рукой грязи.

Поздно вечером он решил с войском напасть на лагерь Зенинов, пока те переводили дух в своих шатлах. И это оказалось очень и очень глупой затеей.

В небе вспыхнула яркая молния, когда перед ним встал его победитель.

На земь обрушился гром и Сукуна сглотнул, чувствуя, как из его продырявленной груди хлыстала кровь, заливая красным мокрую землю под ним.

Приставив острый конец меча к его дергающемуся кадыку, лысый старик прищурился.

— Ты мне не ровня, — ровно сказал он как отрезал.

Парень дернулся, когда гроза с грохотом ударила в дерево напротив.

Яркая вспышка на мгновение осветила все вокруг.

Когда старик уже успел раствориться в густом тумане тлеющего в языках пламени леса, Сукуна все еще продолжал опешило сидеть на месте и раз за разом перематывать в голове только что случившееся.

Парень на мгновение задержал дыхание, когда услышал крики своих людей.

Он ведь… тот старик ведь был из клана Зенин?

Зажмурившись что было силы, он замотал головой, отказываясь принимать происходящее. Вопли становились все громче и громче, но Сукуна продолжал сидеть у того же места своего падения. Он смотрел вниз, на своих окровавленные дрожащие руки. И раз за разом в его голове звучал тот же вопрос.

Как..?

Тогда Сукуна впервые за все время проиграл. И не аби кому, а великому магу. Его особый дух, Махорага, способный приспосабливаться к любой технике и отражать ее, выбил Владыку Проклятий из колеи…

Воспоминания пронеслись перед глазами подобно шустрой птице в открытом небе и Сукуна прикусил губу, ощущая едва сдерживаемый интерес.

А что, если она будет такой же, как и он..?

Но, некая гордость внутри заставила все остальные голоса замолчать. Он уже давно как не был тем смазливым, легкомысленным мальчишкой – пройдя не один ад и не одно поле боя, Сукуна смог бы победить даже такого мага. С его-то опытом и силой. — Мегуми. Мегумин… Сукуна нарочно медленно причмокнул губами, словно пробуя имя на вкус. Было в ней что-то… Что-то мягкое, непривычное и почти неуместное. Исходя из слов ее папаши, девушкой она была послушной и покладистой – даже через чур для той, в чьей крови течет столько опасная техника. Сукуна коротко усмехнулся, смотря, как девушка вырывалась из лап похитителей и как они ее били, а ей все было мало. Да неужели такая послушная и покладистая, Тоджи? — Снимите, — вырвалось у него, когда интерес перевесил ожидания. Сукуна еще и надеялся, что под этим мешком окажется что-то еще более интересное и завлекательное, что бы могло его позабавить. Жадным, почти голодным взглядом мужчина окинул ее фигуру в той мешковатой одежде. Сиськами, конечно, природа ее не обделила, и жопой тоже. Раз своей техникой она все еще не овладела, так пока будет развлекать его в роли личной служанки. Пока… Стоило его приближенному, Джеку, со шрамами на лице, грубо сорвать мешок с ее головы, как все ожидания Сукуны рухнулы разом подобно треснувшему стеклу. Ни техники, ни красоты. Цокнув, он прикусил внутреннюю сторону щеки, ощущая небывалое разочарование.

Позор клана Зенинов.

Чуть наклонившись вперед и сложив свои две руки на коленях, он сам себе ухмыльнулся. Но, и даже тогда, было в ней что-то притягательное. — Надо же, — протянул он, чувствуя, как в нем закипает страсть, — это и есть та самая девочка Зенин? Ответ не заставил себя ждать. Аура Сукуны, вольно летающая по всему особняку, разом навалилась на плечи Мегуми. Все те трупы и разлагающиеся останки, их голоса и мольбы засыпали ее сознание. — Нет, — девушка попыталась встать, в попытке держать дистанцию, но ее ослабленное тело подводило, — нет, нет, нет… Видя ее жалкие потуги, Сукуна расплылся в широкой улыбке. Ничего, и так сойдет. Все равно ведь потом пойдет ему на корм. — Только посмотрите на неё, — усмехнулся он. — Какая же она жалкая. Мегуми всхлыпнула, ощущая всю энергию древнего существа, разом навалившуюся на нее. Ее глаза беспорядочно метались по сторонам, по нем самом, как бы пытаясь найти выход. Но, его не было. Сукуна не был столько великодушным, чтобы разрешить кому-либо покинуть его особняк. Не с теми, кто лишил его всего. Чести, титула. Так что, продолжая безучастно сидеть на троне и глумиться над девченкой, маг с явным удовольствием смаковал каждую песчинку ее страданий. Наконец, когда она начала сдаваться под гнетом его могущества, Сукуна решил добить отпрыска Зенинов окончательно. Вытянув все свои четыри руки как в знаке приветствия, он с искаженной от власти и тщеславия улыбкой на лице произнес: — Добро пожаловать в мой дом, Мегумин. С этого моменты ты принадлежишь этому клану. На мгновение некий дикий и опасный огонь вспыхнул в его теле и Сукуна соскалился. — Ты принадлежишь мне. Девушку накрыла истерика. Ее вопли, наверняки, были слишки даже снаружи особняка. Рыдая до последнего вздоха, она молилась кому-то, умоляла. Но, все бестолку. Едва заметно кивнув Майку, второму приближенному, Сукуна вернулся обратно в кресло. Вальяжно откинувшись на спинку трона, он смотрел как тот с ноги бьет девушку с лицо и как та в бессознательности падает на пол. Едва сдерживая свои внутренние инстинкты, сдерживаемые годами, он чуть расширил ноги и своим раздвоенным длинным языком облизнул губы. Все наследующее время обещает быть веселым.

*  *  *  *

Она падала. Мегуми уже и  точно не помнила, что и как случилось, но стоило ей отказаться в этом месте, как она почти сразу начала падать. Очень долго и быстро. Казалось, что это никогда не закончится. Сильный порыв ветра в очередной раз вздымл ее волосы, и она прикрыла глаза, отдаваясь этому чувству. Пребывая в невесомости, Мегуми чувствовала себя запертой в клетке. Невозможно было ни сдвинуться, ни сказать и слова. Ничего. Она падала. Тьма будто становилась явнее, а ощущение безвозвратности окутывало в тисках только сильнее. Внезапный свет в самом конце  резко блеснул и Мегуми чуть приоткрыла глаза. — …Мегумин, — послышался едва тихий, но родной голос совсем рядом с ухом. Не выдержав, девушка заплакала. — Мама, забери меня… И тогда все закончилось. Мегуми чуть вздрогнула и тут же воспоминания нахлынули волной в ее вязкое, неокрепшее сознание, как после долгого сна.

…Ты принадлежишь мне…

Все еще ощущая свое тело ватным и будто слепенным из крехкой глины, она спусть какое-то время наконец открыла глаза. Чуть приоткрыв потрескавшиеся губы, она попыталась вдохнуть и сразу же закашлялась, ощущая резкую боль в легких.

Я… все еще жива?

— Ну, наконец-то, ничтожество. А я уже начал терять надежду на твоё пробуждение, — раздался глубокий, насмешливый голос. Мегуми резко поднялась на ноги и мир тут же качнулся. Она едва удержала равновесие, упершись рукой в холодный каменный пол. В висках болезненно запульсировало, а перед глазами на мгновение потемнело. Сделав несколько глубоких вдохов, девушка заставила себя поднять взгляд. Сукуна всё так же восседал на своём троне из переплетённых костей и черепов. Между пожелтевшими останками всё ещё виднелись потемневшие пятна крови, а в глубине нагромождения мелькали обрывки одежды и чего-то, на чём Мегуми предпочла не задерживать взгляд. Странно, но теперь это зрелище не вызвало у неё прежнего приступа ужаса. Возможно, она просто слишком устала бояться. Однако сам Сукуна выглядел иначе. На нём было свободное тёмное кимоно с широкими рукавами, небрежно запахнутое и перехваченное поясом. Тяжёлая ткань спадала мягкими складками, скрывая его тело. Только на тёмных штанах виднелись бурые, уже подсохшие пятна крови. Мегуми невольно задержала на них взгляд. Она помнила его другим. Перед глазами на мгновение вновь вспыхнуло воспоминание: четыре руки, расслабленно лежащие на подлокотниках трона, второй рот, растянутый в отвратительной улыбке посреди живота, и ощущение животного ужаса, которое захлестнуло её перед тем, как сознание погрузилось во тьму. Сейчас перед ней сидел человек. Только две руки. Ни единой татуировки. Никакого второго рта. Но от этого не становилось легче. Мегуми попыталась сосредоточиться на его лице, однако взгляд то и дело расплывался. Голова всё ещё кружилась после пробуждения, а сердце билось слишком быстро. Она моргнула несколько раз, пытаясь прогнать слабость и убедить себя, что перед ней действительно тот самый Сукуна. И, к сожалению, она не ошиблась. Насмешливая улыбка, спокойный взгляд и та невыносимая уверенность в собственной власти были всё теми же. Девушка медленно сжала руки в кулаки. После некоторого времени игры в гляделки и все еще расплывчато видя перед собой, она откашлялась. — Почему... я всё ещё жива? Король Проклятий усмехнулся. Что значит почему? Разве ей все еще неясно? — Потому что я тебя вылечил, девчушка. Мегуми напряглась. И правда. Нос больше не болел, она могла чувствовать запахи, а в теле уже не было столько боли, лишь едва ощутимая слабость после сна. Девушка с вызовом посмотрела на Сукуну. — Зачем? Мужчина оскорбленно приподнял правую бровь. — Не твоего ума дело. Мегуми раздраженно цокнула, сделав шаг вперед. — Ты издеваешься?! Я тебе не кто-то там из твоих шестерок, чтобы глупо повиноваться. Я спрашиваю, зачем? Сукуна на мгновение похолодел, вновь вспоминая тот проклятый вечер. Сжав кисти пальцев до звонкого хруста, он заскрипел зубами. — Ты… Мегуми и глазом моргнуть не успела, как Сукуна, только что развалившийся на своем троне, резко появился прямо перед ней. Грозно возвысившись над девушкой, он скривился. — Кто тебе давал право говорить со мной в таком тоне? Попятившись, Мегуми оскалилась. — Да пошел ты! — Резко вытянув руку, Сукуна схватил девушку за шею. Неожидающая подобного, Мегуми забилась в его хватке. Впившись своими маленькими, по сравнению с его лапами, руками в его кисть, она попыталась вырваться из цепкой хватки. Сжав руку вокруг ее тонкой шеи, Сукуна обнажил зубы. — Ты жалкая. В тебе течет такая мощная техника, а ты даже еще не овладела ею сполна? Вонзив свои коротковатые ногти ему в руку, Мегуми ощутила, как ее ноги отрываются от пола. Ублюдок. Если он продолжит ее душить в подобном темпе, рано или поздно воздух закончиться в легких. Захрипев, девушка в панике схватилась руками за ворот его темного кимоно. — Я-я… тебя убью… Сукуна усмехнулся. Приблизившись почти вплотную к ее лицу, он свысока посмотрел на ее потуги вырваться. — Правда сможешь? Скривившись от резкой волны дрожи, от того, как его горячее дыхание обдало ее похолодевшую щеку, Мегуми резко боднула его ногой в пах. От удара по самому нежному и дорогу, Король Проклятий зашипел и откинул дерзкую девчонку. Отлетев на несколько метров, Мегуми больно упала на спину. — Т-ты… — Закряхтел Сукуна. Резко выпрямившись, он сложил руки перед собой и с оскалом посмотрел на ее сверху вниз. — Расширение Территории! Внезапный черный купол заслонил тусклый свет особняка и их вдвоём накрыло черной, густой волной горячей смолы. Не успев отреагировать, Мегуми прикрыла голову руками и зажмурилась. Над ними резко потемнело и спустя удар сердца все затихло. С опаской убрав руки от лица, девушка взглянула на Сукуну. Стоя в самом центре нескончаемой тьмы, он с непоколебимым видом смотрел на нее как на что-то ничтожное и маленькое. Его глаза, теперь горящие красным, очень долго и внимательно проходились по очертаниям ее тела, пока издалека слышалось его шумное дыхание. Мегуми от его пристального взгляда хотелось чем-то прикрыться, будто она была голой. Все ее тело дрожало, сердце хотело уже покинуть ее грудь. Но, не разум — внутри она боролась со своими страхами. Ей вовсе не хотелось проигрывать этому проклятию, возомнившему себя богом. Нервно сглотнув, она кое-как приподнялась на дрожащих ногах и сжала кулаки. Сукуна на мгновение расслабился и удовлетворительно хмыкнул. — Давай заключим сделку, — сказал он и сделал шаг в ее сторону. — Если побеждаю я, ты становишся моей рабыней и ученицей до тех пор, пока мне не надоест. Мегуми скривилась. Она уже было хотела огрызнуться, но некая решимость внутри подавила этот порыв. Вместо, она напряглась еще сильнее. — А если я победю, ты меня отпустишь! Король Проклятий подавился смешком и тут же прикрыл рот рукой, будто она сказала что-то и вовсе абсурдное. — М-м-м… Договорились, дочь Зенинов. Сжав кулаки, Мегуми подготовилась к атаке. Да, в этом бое все явно указывало на его победу, да и разница в росте была очень уже большой — этот монстр метров так два в своем людском обличии мог за раз-два раздавить ее в пух и прах. Но и даже тогда некая сила внутри не позволяла ей опустить руки и сдаться. Сглотнув, она невольно сжалась всем телом. Будто готовилась к чему-то. — Давай покончим с этим быстро, — произнёс Сукуна с откровенной скукой в голосе. Мегуми моргнула. Всего на одно мгновение. Но, и этого оказалось достаточно. Она даже не успела понять, что произошло. Всё закончилось раньше, чем началось. Сукуна резко сорвался с места. Его движение было настолько стремительным, что человеческий глаз едва мог за ним уследить. Мужчина пронёсся мимо неё подобно тени, и его левая рука, превратившаяся в смертоносное лезвие, одним безупречным движением отсекла ей голову. Взгляд Мегуми застыл. Тело ещё мгновение сохраняло вертикальное положение, словно не осознавая случившегося, а затем безжизненно рухнуло на пол. Голова с глухим стуком ударилась о камень и, оставляя за собой кровавый след, покатилась к ногам победителя. На губах Сукуны появилась неприятная, почти хищная улыбка. Однако в его глазах по-прежнему читалась лишь безразличная скука. Он негромко хмыкнул, словно увидел нечто обыденное и совершенно не заслуживающее внимания. — Мда, — сухо выдохнул он, окидывая взглядом ее мертвое тело, — а я-то думал, что будет веселее. Размечтался. И вдруг время остановилось. Мир в потускневших серых глазах Мегуми замер на грани между жизнью и смертью. Затем всё начало двигаться вспять. Голова оторвалась от пола и медленно вернулась на место. Кровь, растёкшаяся по черному полу, потянулась обратно тонкими алыми нитями. Безжизненное тело поднялось, словно подчиняясь невидимой силе. Разорванные ткани шеи быстро восстановились, не оставляя ни следа от ранения. И, когда сердце наконец сделало первый удар, Мегуми резко вдохнула и закашлялась. Её вернувшие себе блеск глаза распахнулись от ужаса, когда она неверяще уставилась на свои ноги, все еще не понимая происходящего. — Я... я... — Ты только что умерла, — спокойно произнёс Сукуна. — Но благодаря обратной технике смогла вернуться к жизни. Мегуми замерла, словно не сумев осознать смысл услышанного. — Что?.. Ее голос прозвучал хрипло и надломленно. Она машинально коснулась собственной шеи. Пальцы скользнули по коже, не находя ни раны, ни шрама. Ничего. Только бешено бьющийся под ладонью пульс. Она прижала дрожащие ладони ко рту, не понимая, чего хочет больше — закричать или разрыдаться. Момент смерти словно отпечатался на ее радужке. Боль от удара, чувство как голова падает на пол и катиться дальше подобно игровому мячу прямо к его ногам показались ей целой вечностью. Такое не передать словами. Даже думать о таком сложно, что уж говорить. Сукуна негромко прочистил горло, как бы напоминая о себе, и Мегуми вздрогнула. Резко подняв на него взгляд, девушка попятилась назад, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Нет. Это не могло быть правдой. — Нет... — едва слышно выдохнула она, отступая на шаг. — Нет, это невозможно... Её взгляд заметался по полу, будто она надеялась найти доказательство того, что всё произошедшее было лишь кошмаром. Но память была слишком яркой, слишком реальной. Она помнила момент своей смерти. Помнила абсолютную пустоту, наступившую после неё. Ледяная волна страха прокатилась по телу от макушки до самых пяток, когда осознание ударило посильнее хлыста.

Неужели именно так ощущается смерть?..

Сукуна иронично рассмеялся и сделал шаг в её сторону. Мегуми почувствовала, как по всему телу пробежала холодная дрожь. Она уже знала, что произойдёт дальше. — Н-не подходи! — выдохнула Мегуми, судорожно вцепившись одной рукой в ворот собственной кофты, а другую выставив перед собой в бесполезной попытке остановить его. Словно наслаждаясь её реакцией, Сукуна лишь усмехнулся. Медленно стянув с себя кимоно, он небрежно отбросил его в сторону. Затем, нарочито растягивая движение, провёл языком по губам. Внезапно на его коже одна за другой начали проступать чёрные татуировки. Тонкие линии стремительно расползались по шее, груди и рукам, складываясь в знакомые, пугающие узоры. С тихим, неприятным хрустом из-под его плеч начали проступать ещё две руки. Кожа натянулась, мышцы дрогнули, и через несколько секунд дополнительные конечности полностью сформировались, медленно расправляя пальцы, словно после долгого сна. Второй рот, возникший на его рельефном животе, раскрылся в такой же жуткой ухмылке. Из него медленно высунулся длинный язык, скользнувший по ряду острых зубов. Сукуна удовлетворённо выдохнул, будто наконец принял свой привычный облик. Две верхние руки он лениво сложил на груди, а двумя нижними упёрся в бёдра, слегка наклонившись вперёд. На его лице застыла самодовольная улыбка, а взгляд стал ещё более насмешливым. — Ну, что же ты это, рабыня... Пора ублажать своего Господина! Сорвавшись в бег, девушка сбежала. Его территория, очень темная и бескрайняя внезапно протяжно загудела. Звук напомнил то, если бы кто-то потянул огроменный якорь по полу. Мегуми споткнулась о выступ в полу и с криком упала. Когда черная жижа под ней странно зашевелилась, девушка поспешила встать. — Что за черт!? Непонятная чёрная субстанция на полу внезапно дрогнула и начала стремительно разрастаться, вспучиваясь уродливым бугром. Мегуми вскрикнула и, потеряв равновесие, рухнула на колени. В следующее мгновение из тёмной массы вырвались несколько блестящих чёрных щупалец. Они двигались с пугающей скоростью, словно живые существа, подчиняющиеся чьей-то злой воле. Двое склизких щупалец обвились вокруг её лодыжек, пока два других мгновенно перехватили руки. Не успев даже оказать сопротивление, девушка почувствовала резкий рывок и в следующее мгновение её спина с силой ударилась о каменный пол. Щупальца натянулись, надёжно удерживая её на месте. Любая попытка вырваться оказалась бесполезной. Последний шанс на побег исчез так же быстро, как и появился. Над ней раздался тихий смешок. Сукуна медленно приблизился и остановился рядом. На его губах играла довольная усмешка. Он окинул взглядом распростёртую на полу девушку, пригвозденную его тентаклями, и негромко рассмеялся. — Мегуми, — протянул он с откровенной насмешкой, — тебе от меня не сбежать. Подняв руку, он указал на раскинутый над ними зловещий купол территории, скрывавший всё вокруг за искажённой пеленой проклятой энергии. — Не в моей территории! Забившись с новой силой в крепкой хватке щупалец, Мегуми яростно зарычала сквозь стиснутые зубы. Ее грудь тяжело вздымалась от сбившегося дыхания, а мышцы ныли от бесплодных попыток вырваться. Собрав всю накопившуюся слюну, она метко плюнула Королю Проклятий прямо в лицо. На мгновение повисла тишина. Мегуми уже внутренне приготовилась к изощеронийшим пыткам, которые Сукуна ей протворит в ответ на плевок. Но, тот не то, что не разозлился – подобная реакция, наоборот, рассмешила его. Он рассмеялся. Сначала тихо, почти удивлённо, а затем всё громче и громче. В его глазах не было ни злости, ни раздражения. Лишь снисходительное веселье. Словно перед ним находился не опасный противник и даже не человек, а забавная игрушка, которая отчаянно пытается показать характер.

Вещь.

Нечто, с чем можно развлекаться до тех пор, пока это не надоест.

Согнувшись пополам, Сукуна громко расхохотался. Его плечи подрагивали от смеха, а жуткий второй рот на животе растянулся в широкой ухмылке и тоже издал хриплый, мерзкий смешок. Услышав этот двойной хохот, Мегуми почувствовала, как внутри неё что-то надломилось. Она запрокинула голову и бессильно вскрикнула в пустоту. Горло болезненно сдавило, а на глазах выступили горячие слёзы. Они быстро покатились по щекам, оставляя влажные дорожки на коже. Щупальца словно почувствовали её отчаяние. Они сильнее сжались вокруг рук и ног, окончательно лишая её возможности пошевелиться. Именно тогда прямо перед её лицом чёрная масса на полу вновь пришла в движение. Небольшой бугор вздулся и задрожал. Из него медленно показалось ещё одно щупальце. Оно было гладким и блестящим, как остальные, но выглядело иначе. На его поверхности не было ни присосок, ни наростов. От одного взгляда на него по телу Мегуми пробежал холодный, необъяснимый ужас. Бугристое и с блестящей головкой, оно подобно змее медленно обвило тонкую шею Мегуми и чуть сжало. Девушка дернулась, когда головка щупальца с легким давлением потерлась о ее губы — она инстинктивно сжала челюсти, почти мгновенно поняв, что к чему. Сжав губы в тонкую линию, Мегуми не позволяла тентаклю проникнуть внутрь своего рта. Но и даже тогда этого было недостаточно. Настойчивое щупальце, обвившее её горло, с каждой секундой сжималось всё сильнее, методично и неумолимо лишая её воздуха. Давление нарастало медленно, но безжалостно — так, что сопротивление становилось бессмысленным. Мегуми судорожно дёрнулась, но силы стремительно покидали её. Пальцы беспомощно скользнули по склизкой поверхности, не находя опоры. Осознав тщетность попыток вырваться, она резко перевела взгляд на Сукуну. В её глазах, сквозь нарастающую панику и боль, вспыхнула отчаянная, почти инстинктивная надежда — слабая, хрупкая, противоречащая всему, что она уже успела о нём понять. Она смотрела прямо на него, словно цепляясь за последнюю возможность, за случайную милость, за то, что он вдруг решит остановиться. Но Король Проклятий даже не изменился в лице. Его противная зловещая улыбка была все такой же ужасающей. Он явно наслаждался зрелищем. Отчаянные потуги Мегуми освободиться из цепкой и липкой хватки его злого порождения веселили его. Особенно ему нравилось наблюдать за тем, как ее тело понемногу начинало сдаваться. Мегуми отвернулась и зажмурилась что было силы. Мир перед глазами начал темнеть по краям, расплываясь и теряя чёткость. И спустя несколько мучительно долгих секунд организм сдался первым — тело предательски заставило её приоткрыть рот в отчаянной попытке вдохнуть. И этого мгновения хватило, чтобы караулящее щупальце с рывком проникло в рот девушки. Ее глаза в ужасе расширись, когда тентакль взобрался ей в рот. Она не могла закричать, даже собственными руками вытянуть щупальце. Ее веки задрожали, а слезы начали скатываться градом, уходя в волосы. Сверху послышался короткий смешок, но Мегуми даже не посмотрела на него. Болезненно замычав, она попыталась стиснуть зубы вокруг горькой склизкой плоти, но напрасно — из-за того, как щупальце все глубже проталкивалось в ее рот, медленно растягивая челюсти, ей было сложно закрыть рот. Оно пульсировало и извивалося, стимулируя ее рот и горло изнутри. Противная темноватая слизь стекала по ее дрожащему подбородку, пока щупальце двигалось взад и вперед, насилуя ее рот. Резко одна из его рук подняла ее кофту прямо по самое горло и оголила ее грудь. Сукуна не стал особо церемониться с лифчиком и одним пальцем сорвал его. Девушка вздрогнула, когда его большой палец руки закружил вокруг твердеющего розового соска. Ее щеки и шея покрылись красными пятками от осознания, что он сейчас ее трогает. — Не плачь, — начал утешающе он, пока его вторая рука скользнула вниз по ее оголенному содрогающемуся животу и остановилась у пояса штанов, — я ведь даже еще ничего не сделала по-настоящему. В подтверждении слов его когтистые пальцы скользнул по ее прикрытому тканью лобку, надавливая на чувствительный бугорок под ним. Подскочив от неожиданного теплого чувства внизу живота, Мегуми чуть свела бедра, пытаясь избежать его тошнотворных касаний. Но, у Сукуны явно были другие планы на сей счет. Ловко разорвав одним движение руки ее штаны у ее промежности, Король Проклятий захихикал. Кинув на него быстрый взгляд, девушка подавилась всхлипом, продолжая безучастно позволять в жесткой хватке щупалец трахать свой рот. Унижение жгло ее щеки от того, как ее предательское тело реагировало на его касания и голос. — Мне понравиться тебя ломать. И, пожалуй, я начну прямо отсюда! Медленно оттянув промокшие насквозь трусики на сторону, Сукуна чуть сильнее надавил на розовый бугорок и мягко скользнул среднем пальцем меж гладких и мокрых складок ее пульсирующей киски. Зажмурившись, она хотела отвернуться от пристального взгляда Короля Проклятий. Но, тот не дал ей это сделать. Грубые и сухие пальцы болезненно впились в ее дрожащий подбородок и заставили девушки посмотреть ему в лицо. — Смотри мне в лицо, когда я говорю с тобой, — угрожающе прошипел он, грубо сжимая ее подбородок. Мегуми задрожала. Тяжелый взгляд алых глаз прожигал насквозь, заставляя сердце сбиваться с ритма. — Вот та-а-ак, — мягко протянул Короля Проклятий, пальцами раздвигая розовые складки и проникая глубже, — здесь твое самое грешное место. Наверняка узкое и сладкое, как и упоминал твой папаша! Мегуми нахмурилась, услышав последние слова Сукуны. И он это заметил. — Думаешь, когда он продал тебя, то не знал, что обо мне говорят? — На губах Сукуны появилась усмешка. — Я ем людей. Ломаю их. Делаю с ними всё, что пожелаю. А ты... Он внезапно наклонился вперёд, оказавшись так близко, что Мегуми почувствовала своей кожей исходящий от него жар. — Ты послушная. И сделаешь всё, что я прикажу, — почти ласково произнёс он. — Тоджи продал тебя мне, прекрасно понимая, что тебя ждёт. Мегуми замерла.

А знал ли он действительно об этом всем?

Или же этот монстр просто нагло ей врет?

Она почувствовала, как по спине пробежал холодок, но вместо того, чтобы поверить в сказанное им, она напряглась еще больше. Сукуну позабавила подобная реакция — на меньшее он и не надеялся. Глаза Мегуми расширились, когда она заметила, как на огромной лапе этого монстра появился рот. Он растянулся в такой же ухмылке, как и на лице самого Сукуны, а затем приоткрылся, выпуская длинный язык, отдаленно напоминающий змеинный. Чуть подвигав пальцами внутри, он неудобно приставил ладонь к ее горячей дырке и позволил своему языку медленно лизнуть ее. Девушка забилась в хватке щупалец, почувствовав его раздвоенный горячий и мокрый язык между складок. Странное и тягучее ощущение мигом разлилось по всему телу и с этим возникло острое чувство гадкости. Она не могла… попросту не могла наслаждаться подобным. Ее киска запульсировала, пока его язык мягко, но с ощутимым напором вылизывал ее. — Только посмотри на себя, — прорычал Сукуна, вновь добавляя сухие пальцы, — такая отзывчивая! Вообще не понимаю Тоджи. Мог бы наплевать на все и взять тебя. Щупальце, продолжающее неумолимо трахать ее узкое горло, продвинулось еще глубже и Мегуми зажмурилась, когда ее скрутило от нового рвотного позыва. — Зачем же ты сопротивляешься, когда можешь получать удовольствие со мной! В ответ Мегуми попыталась ударить локтем в лицо Сукуны и тот с розмаху шлепнул ее по лицу. Удар получился размашистым, но не особо травмирующим. Скорее, как способ показать место. — Но, знаешь, такая как сейчас, ты мне нравишься больше, — прорычал он сквозь зубы он и впился губами в ее грудь, пока его пальцы все также безжалостно вдалбливались в ее узкую пизду, а язык вылизывал клитор. Замычав что-то, она зажмурилась, когда щупальце вновь достигло сфинктера ее кишечника. Слюни, рвота и слезы толстыми струйками стекали по ее щекам на пол и на грудь, оставляя после себя мокрые дорожки на похолодевшей коже. Судорожно пытаясь ухватиться руками хоть за что-то, она кое-как умудрилась вцепиться пальцами в руку Сукуны. Животный страх и цепкая хватка тентаклей лишали ее какой-либо возможности шевельнуться, но уступать ему она не собиралась. Мегуми что было силы сжала зубы вокруг плоти щупальца и то дернулось внутри глотки и резко вышло. С громким «чпок» оно покинуло рот девушки, и та закашлялась, отворачиваясь. Сукуна, играющий с ее острым соском, тоже внезапно оторвался от дела и зашипел. Его пальцы, безжалостно трахающие ее узкую дырку, тоже резко остановились. Что-то безразборчиво бормоча себе под нос, Король Проклятий с громким хлюпаньем вынул их бросил настолько тяжелый и грозный взгляд на Мегуми, что та даже невольно внутренне сжалась. — Решила испытать меня? Одним резким движением освободив ее из плена щупалец, он отбросил ее от себя. Мегуми пролетела весь зал и ударилась о стену, едва успев выставить руку. Боль пронзила все тело, а воздух вырвался из легких. Несколько секунд в помещении стояла напряженная тишина. И вдруг что-то изменилось. По барьеру территории пробежала едва заметная рябь. Сукуна нахмурился и медленно поднял голову. Пространство вокруг дрогнуло еще раз, после чего стены его владения начали рассыпаться в клочья темной энергии. Купол территории стремительно рассеивался. Усмешка исчезла с его лица. — Что?.. Давящая атмосфера мгновенно стала тяжелее. Сукуна обернулся к Мегуми, и в его взгляде вспыхнула ярость. Он сделал шаг вперед. — Это из-за тебя. Голос прозвучал непривычно низко и опасно. Остатки территории окончательно растворились в воздухе. Сукуна сжал кулак так сильно, что побелели костяшки пальцев. Он был в бешенстве и Мегуми поняла — медлить нельзя. Она действовала на инстинктах. Руки сами сложились в непонятном жесте, а по телу прокатилась знакомая, но все еще чужая сила. Тени под ногами ожили. Черная рябь стремительно расползлась по полу, и из нее вырвались полупрозрачные существа. Не дожидаясь приказа, они бросились на Сукуну с разных сторон, вынуждая его отвлечься. Мегуми воспользовалась этим мгновением. Развернувшись, она помчалась прочь. Коридоры особняка тянулись один за другим. За спиной гремели удары, слышался треск ломающихся стен. Она прекрасно понимала, что ее тени не смогут задержать Сукуну надолго. Но ей было нужно лишь немного времени. Стиснув зубы, Мегуми сосредоточилась на своих ощущениях. Проклятая энергия пронизывала особняк, словно невидимая паутина. Сквозь стены и перекрытия она могла почувствовать, что и где находилось. Именно тогда впереди мелькнули две мощные ауры. Она резко замедлилась. В конце одного из коридоров находились массивные входные двери.

Выход.

Мегуми нахмурилась. Однако рядом с ними стояли двое. Даже на расстоянии ощущалось, насколько они крупные. Настоящие громилы, неподвижные, словно статуи. Их внимание было полностью сосредоточено на дверях. Они охраняли выход. Мегуми тихо выругалась себе под нос. Пробиваться через них сейчас было слишком рискованно. Особенно если Сукуна уже освободился от ее теней. Не теряя больше ни секунды, Мегуми отвернулась от коридора с выходом и бросилась в противоположную сторону — глубже в особняк. Если выбраться наружу невозможно, значит, придется искать другой путь. Или то, что поможет ее покинуть это злосчастное место. Чем глубже Мегуми забиралась в особняк, тем сильнее ей становилось не по себе. Сначала она решила, что дело в погоне. В боли, пульсирующей во всем ее теле. В осознании того, что ее изорванная одежда едва прикрывала тело. Что Сукуна вот-вот настигнет ее. Стыд и отвращение бушевали в ее животе, когда она вспоминала ощущения: скользкий холод щупальца, пульсирующего у нее во рту, толстые пальцы Сукуны, проникающие в ее беззащитное лоно, его влажный язык, ласкающий ее пульсирующий клитор. Она хотела кричать, плакать, но из нее вырвался лишь слабый стон, когда она, шатаясь, остановилась у каменной стены. Но спустя несколько минут девушка поняла, что причина была другой. Особняк был слишком пустым. Коридоры сменяли друг друга. Закрытые двери, лестницы, просторные залы. Однако нигде не было ни слуг, ни охраны, ни хотя бы следов недавнего присутствия людей. Словно все это место существовало только для видимости. Мегуми тяжело выдохнула и пошла дальше. Ее чувство проклятой энергии подсказывало, что центр особняка находится совсем рядом. Именно оттуда исходило нечто странное. Не мощное и не угрожающее. Наоборот, оно непонятным образом влекло Мегуми, будто хотело что-то показать. Она свернула за очередной угол и внезапно остановилась. Впереди находилась широкая лестница, ведущая вниз. Из темноты подземного этажа тянуло холодом. Мегуми нахмурилась. Чем дольше она прислушивалась к своим ощущениям, тем сильнее убеждалась: источник находится именно там. Где-то глубоко под особняком. За спиной послышался отдаленный грохот. На этот раз намного ближе. По ее позвоночнику пробежал холодок.

Сукуна продолжал искать ее.

И, судя по всему, был уже совсем рядом. Мегуми бросила быстрый взгляд назад, а затем на темный проем лестницы. Выбора не оставалось. Она начала осторожно спускаться вниз. С каждым шагом воздух становился тяжелее. А странное чувство впереди — отчетливее. Словно в самом сердце особняка ее ожидало что-то, чего она совершенно не должна была увидеть Лестница уходила всё глубже. Воздух становился холоднее с каждым шагом, будто сам особняк постепенно выдыхал из себя тепло. Мегуми остановилась у последней ступени. Перед ней тянулся длинный каменный коридор. Узкий. Тихий. По обеим его сторонам через равные промежутки располагались тяжёлые двери — старые, потемневшие от времени, каждая с вырезанными на поверхности символами, которые она не могла понять. От большинства из них исходило лишь слабое, затухающее эхо проклятой энергии. Но одна дверь... Одна из них ощущалась иначе. Будто за ней что-то ждало. Мегуми не стала раздумывать. Она сорвалась с места и быстро пересекла коридор, чувствуя, как с каждым шагом тяжесть в груди становится всё сильнее. Дверь поддалась неожиданно легко. Она вошла внутрь — и замерла. Перед ней раскинулось широкое подземное помещение. В нем практически ничего не было. Девушка огляделась и немного наклонила голову. В самом центре комнаты был массивный саркофаг. Темный камень, покрытый тонкими трещинами печатей. Символы проклятой энергии медленно пульсировали по его поверхности, будто удерживая внутри что-то… не живое. И одновременно — не до конца мертвое. Мегуми медленно подошла ближе. Ее дыхание стало тяжелее. Саркофаг не излучал силу Сукуны. Наоборот. Он будто сдерживал что-то другое. Что-то старое, забытое. И очень важное. Она уже было протянула руку, но остановилась в последний момент. Чувство опасности ударило резко — как предупреждение. Сзади, где-то наверху, раздался глухой удар. Стены дрогнули. Сукуна был уже близко. Очень близко. Нельзя задерживаться. Не сейчас. Она бросила последний взгляд на саркофаг — и развернулась прочь. Мегуми сжала пальцы в кулак и зажмурилась всего на мгновение.

Пожалуйста.

Она не знала, к кому именно обращается. К технике. К теням. К тому странному, живому ощущению, которое всё это время вело её вперёд.

Помогите мне. Ещё один раз.

На долю секунды ничего не произошло. А затем тени у её ног дрогнули. Они взметнулись вверх, словно откликнувшись на её просьбу, и с рёвом устремились в каменную стену. Раздался оглушительный треск. Каменная кладка не выдержала. Обломки разлетелись во все стороны, а в стене образовался неровный, вырванный проход, уходящий в темноту. Мегуми застыла лишь на мгновение.

Получилось!

И именно в этот момент где-то наверху раздался резкий, почти яростный смех. — Нашла… У Мегуми похолодело внутри. Его голос был тихим. Но от него по всему подземелью будто прошёлся удар давления. Сукуна уже спускался.

*  *  *  *

Лес снаружи встретил её ливнем. Дождь бил по земле так, будто пытался стереть саму реальность. Гроза разрывала небо, и каждый раскат грома сотрясал кроны деревьев. Мегуми вырвалась из дыры в стене и почти упала на мокрую землю. Она тяжело выдохнула. Холодный воздух ударил в грудь, смешиваясь с болью в плече и животе. Ее тело неистово дрожало. Но останавливаться было нельзя. Она поднялась и, прихрамывая, побежала дальше — сквозь лес, между деревьями, по скользкой земле, не разбирая дороги. Сзади особняк оставался темной громадой. И где-то внутри него уже двигалось то, от чего она только что сбежала. Сукуна. И он был зол. Очень зол.

*  *  *  *

Мужчина медленно спустился по лестнице. Шаг. Ещё шаг. Подземный этаж встретил его сыростью и глухой тишиной, нарушаемой только редкими каплями воды где-то в глубине коридора. Он провёл рукой по щетинистой щеке, стирая пятна проклятой крови теней. Часть из них он просто разорвал голыми руками. Сукуна чертыхнулся — даже на губы попало. Их кровь была на вкус как пепел и земля. Людская плоть была намного слаже. И вкуснее. — Досадно, — холодно бросил он себе под нос, шумно выдыхая сквозь зубы. — Еще и эта шерсть во рту… Он резко сплюнул в сторону, словно избавляясь не только от крови и частичек плоты теней, но и от раздражения. И двинулся дальше. Коридор подвала был тускло освещён — старые лампы мерцали, отбрасывая рваные тени на стены. Воздух здесь был тяжелее, плотнее, и в нём всё ещё держался слабый след проклятой энергии. Её след. Сукуна медленно втянул воздух и на его потрескавших губах появилась тень усмешки. — Нашёл. Он шёл по коридору медленно, почти лениво. Словно охотник, который уже знает, что добыча никуда не денется. Каждый его шаг отдавался в подземелье тяжелым, давящим эхом, будто сам воздух не хотел его пропускать дальше. И вдруг… Скрип. Очень тихий. Сукуна остановился. Он обернулся на источник звука и заметил, как полуприкрытая дверь в комнату саркофага едва заметно качнулась. Его выражение лица изменилось мгновенно. — …Ты была здесь. В следующее мгновение он уже оказался у двери. Резкий удар — и она распахнулась настежь. Он вошёл внутрь и резко замер. Его взгляд скользнул по стене. Точнее — по тому, что от неё осталось. В каменной кладке зияла неровная дыра. Края были обуглены и разорваны, словно что-то вырвало проход изнутри с чудовищной силой. Пыль ещё не успела осесть. Сукуна молча наклонил голову. На мгновение в подземелье стало слишком тихо. — …Вот как. Голос прозвучал спокойно. Слишком спокойно и сдержанно будто он уже был на грани. Но прежде чем смотреть дальше, его взгляд остановился на саркофаге. Массивный каменный блок по-прежнему стоял в центре комнаты. Мужчина подошёл к нему и медленно провёл ладонью по шершавей холодной поверхности. Печати не были нарушены. Он прикрыл глаза и немного приоткрыл губы, что-то едва слишно шепча. Он все еще мог чувствовать след её энергии. Словно она была совсем рядом. Его взгляд стал холоднее. Он резко обернулся и вновь посмотрел на пролом в стене — неровный, вырванный силой теней, ведущий наружу. На мгновение в комнате воцарилась такая тишина, что даже воздух словно перестал двигаться. А затем Сукуна медленно выдохнул. И его губы дрогнули в едва заметной усмешке. — …Ты решила играть в это. Он резко выпрямился. И его пальцы сжались. Вся комната будто дрогнула от давления его проклятой энергии. — Ладно, будет по-твоему.

*  *  *  *

Лес поглотил её почти сразу. Дождь хлестал по лицу, забивался в глаза, стекал по волосам и рванной одежде, делая каждый шаг тяжелее. Земля под ногами скользила, сухие корни деревьев цеплялись за обувь, будто пытались удержать её на месте. Мегуми не оглядывалась. Она знала — если остановится, хотя бы на секунду, всё закончится. Сзади не было слышно шагов. И именно это пугало больше всего. Гром расколол небо. Молния на мгновение осветила лес — и тени деревьев вытянулись, словно живые. Мегуми резко повернула за ствол, прижимаясь к нему плечом, пытаясь восстановить дыхание. И тогда она почувствовала это. Слабое давление, присутствие еще кого-то. Словно воздух за её спиной стал плотнее. Она медленно повернула голову. Ничего. Никого. Только дождь. И лес вокруг. Но ощущение никуда не исчезло. Наоборот — стало ближе. Намного ближе. Где-то впереди ветка тихо треснула. Мегуми вздрогнула и резко развернулась в другую сторону, срываясь с места.

Он играет…

Эта мысль ударила холоднее, чем дождь. Сукуна явно никуда не торопился. Не догонял. Он просто позволял ей бежать. Лес снова вспыхнул от молнии. И в этот короткий белый миг Мегуми увидела силуэт между деревьями.

Сукуна.

Ее сердце резко ушло вниз. Она рванула с места так быстро, как только могла. И только за спиной был слишен тихий, почти насмешливый голос, который она могла почувствовать каждой клеткой своего тела: — Беги.