Проблема вероятностей

***30 октября 1998***

— Драко не любит Хэллоуин, — Тео что-то яростно зачеркивал в своём сочинении по Трансфигурации. — Не любить и считать глупым — разные вещи, Нотт, — Драко бросил сумку с учебниками на свободный стул. Книги выплыли на поверхность стола и сложились аккуратной стопкой перед носом Гермионы. — А вот твои кроличьи уши с четвертого курса я действительно ненавижу. — По-моему, они мне очень шли, — Тео надулся и сложил руки перед собой. — Гермиона, мы же пойдем на вечеринку Блейза без этого зануды? — Вообще-то я хотела заранее написать работу по Заклинаниям, — девушка прятала взгляд за выбившимися из причёски прядями. Ей нравилось общаться с Тео. Но ей было неуютно в больших, шумных компаниях. О причинах говорить не хотелось. Ни с кем. — Потом будете умолять меня рассказать подробности пьяных выходок Пэнси Паркинсон, — Тео непринужденно откинул перо и невербально сжёг пергамент с начатым эссе. Драко взглянул на Гермиону и вдруг обнаружил, что она смотрит на него в ответ. Он знал, что ей ни капли не интересны эти сплетни. Он также знал, что Нотту это прекрасно известно. И он знал, что не может сказать об этом. Он поспешно отвёл взгляд. — Я обещала помочь девочке с пятого курса с Рунами, — Гермиона торопливо начала собираться. — Но ты еще не помогла мне с Транфигурацией, — возмутился Тео, подскочив с места. Он схватил девушку за плечи и надавил на них сверху, посадив её обратно на место. — ЖАБА важнее каких-то СОВ. Гермиона взяла палочку и послала лёгкое Жалящее проклятие Тео в лоб. — Как будто я когда-то собиралась тебе помогать, — она улыбнулась, отправила взмахом палочки свои вещи в сумку и, не оборачиваясь, поспешила на выход. Она делала так всегда, как только они оставались втроем. Она сбегала.

***Сейчас***

— Тео, ты вечно всё усложняешь, — снисходительно улыбнулась Гермиона. — Сердце исчезало. Я пытался поймать его, — Тео выразительно уставился на нее. — И вообще, это страшная клевета. — Статистика не врёт. — Какая ещё статистика? — Тео насупился. Ему не нравилось, что остальные были согласны с его оппонентом. — Ты однажды попытался выяснить, можно ли сварить кофе в котле для зелий, — продолжила будущая Гермиона, начиная загибать пальцы. — И что? — Ты расплавил котёл, — она загнула еще один палец. — Я думаю, это был научный эксперимент, — отмахнулся Тео. — Ты расплавил ещё и стол. — Побочные эффекты. — И часть стены. — Детали, — его наигранная уверенность таяла на глазах. — И почему-то павлина. — До сих пор не понимаю, откуда он там взялся, Настоящая Гермиона закрыла лицо руками. Малфой задумчиво кивнул: — Да, звучит как Нотт. — Предатели, — задохнулся Тео, обиженно сложив руки на груди. Будущая Гермиона тяжело вздохнула. — Ладно. Если сердце исчезало до того, как им попытался завладеть Тео, то я уже не совсем уверена, что во всём виноват именно он. Я думаю, комната просто передумала отдавать вам Сердце. Она решила, что вы ещё не готовы. — По-моему, у комнаты слишком высокие стандарты, — заметил Нотт, угрюмо посмотрев по сторонам. — Ты здесь для того, чтобы помогать, а не запутывать нас еще больше. В следующий раз будь добра выяснить все обстоятельства, прежде чем бессовестно обвинять человека в сбоях древней магии. — Я теперь вообще не могу быть ни в чём уверенной! — вдруг вскипела будущая Гермиона, яростно размахивая руками. Тео попятился. — Почему ты злишься? — осторожно спросил Драко, удивлённо нахмурив брови. — Да потому что я ничего не понимаю! — она закричала на Драко, отчего он отшатнулся назад. — Я не человек и не программа с заводскими настройками, я всего лишь возможная версия будущего Гермионы. Вы нарушили естественный порядок Зеркала Вероятностей до того, как я явилась к вам, а сейчас, похоже, сломали его окончательно, — она устало опустила плечи, затем закрыла лицо ладонями. Глубоко вздохнув, она продолжила: — Зеркало не работает на вас так, как на остальных. Я не понимаю, почему. Я не понимаю, чего оно хочет, и это жутко бесит меня. Гермиона с сочувствием посмотрела на свою будущую версию. Она знала, о чём та говорит. Каждый раз, когда какая-то загадка не поддавалась объяснению, она испытывала полнейший ужас. И первой реакцией, чтобы как-то справится с этим страхом неизвестного, была злость. — Пойдем. Я вам кое-что покажу, — будущая Гермиона подошла к одной из двери в стене и распахнула её. Оглянувшись на других, она проскользнула внутрь и исчезла в темноте. Остальные проследовали за ней. Узкий коридор был абсолютно черным, они шли буквально наощупь вплотную друг к другу. Гермиона плелась за Тео, взявшись за его мантию со спины, и чувствовала тепло, исходящее от Драко сзади. Они оказались посреди тёмного пространства. Оно напоминало звёздное небо, но вместо звёзд — сотни светящихся нитей, которые тянулись во все стороны. Какие-то пересекались, какие-то одиноко блуждали. Одни были яркими, другие — едва заметными. Им не было ни конца, ни края. — Что это? Будущая Гермиона не ответила. Она шла между нитями и просто любовалась ими. Она будто погрузилась в собственные мысли, забыв обо всём, что сейчас происходит. Драко внимательно за ней следил. Он пытался считать её поведение, её реакции, её мимику. Он часто так делал и научился понимать то, что часто сложно выразить словами. Она закрыла глаза. Он вдруг осознал, что среди этих прекрасных проявлений магии ей было спокойно. — Это вероятности, — догадался Драко. Будущая Гермиона обернулась. — Их так… много. — Потому что будущее постоянно меняется, — она тепло улыбнулась. — Зеркало показывает то возможное будущее, которое сильнее всего отзывается в душе смотрящего. Но остальные возможности по-прежнему существуют, — она нежно провела пальцами вдоль одной из линий, которая при приближении её ладони засветилась чуть ярче. — Это ведь так прекрасно — иметь выбор. И не один, — она снова прикрыла глаза. Её голос немного надломился, будто ей мешал говорить подкатывающий ком в горле. Драко захотелось уйти отсюда. Это бесконечное количество чьих-то выборов невыносимо давило на него. Потому что раньше он всегда видел только одно правильное решение. Простое или сложное, от которого могло быть больно или очень приятно. Но оно всегда было одно. Он почувствовал себя трусом. Ему было гадко от осознания того, как много было возможностей бороться. А он сдавался. Или сбегал. С поля боя, от своего отца, от позора, от ответственности, от мудрости прощения. От первого шага к примирению. Но он пока так и не понял простую истину: не ошибался лишь тот, кто не выбирал. Он выбирал много раз. Но пока не видел этого. Будущая Гермиона продолжала блуждать среди нитей, теперь смотря куда-то в высокую даль. — Но Зеркало действовало на всех одинаково до того, как столкнулось с вами. Вы стали исключением из правил. Вы каким-то образом открыли для самого Зеркала его новые возможности, — она выглядела очень счастливой. Гермиона узнала в самой себе этот блеск в глазах. Он появлялся всякий раз, когда она находила решение какой-то очень сложной задачи. — Сотни лет Зеркало работало по одному принципу: оно ориентировалось на самые сильные эмоции, которые испытывает человек. Тот, кто больше всего в жизни боялся одиночества, увидит себя одиноким. Если сердце желало достичь карьерных высот, отражение предстанет в роли чиновника. Как только менялся ориентир, появлялась и другая вероятность. Настоящая Гермиона шагнула ближе. Она завороженно рассматривала каждую попавшуюся на глаза нить. Некоторые нити сливались вместе, затем разъединялись. Какие-то пускали побеги. Какие-то едва пульсировали, а другие, замерев, источали стабильное свечение. — Значит, зеркало не показывает судьбу? — вмешался Тео, он выглядел непривычно серьезным. — Конечно, нет, — будущая Гермиона по-доброму усмехнулась. — Оно показывает лишь то, кем человек может стать, приняв то или иное решение. Но с вами происходит что-то удивительное. Оно читает вас одновременно. — Это звучит очень запутанно, — заметил Драко. — Это звучит как единственное объяснение того, как выглядят ваши нити сейчас. — А какие из них наши? — блуждая взглядом по пространству, спросила Гермиона. Её будущая версия указала вперёд на толстую серебристую нить — самую яркую из всех. Рядом плыли ещё десятки других. — Странно, — Тео внимательно разглядывал её. — Что? — Гермиона из настоящего торопливо подошла ближе к нити, чтобы не упустить ни единую деталь. — Она выглядит очень счастливой, — он нахмурился. — Обычно в пророчествах всё гораздо мрачнее. — Поищи свою. Уверен, она будет угольно-черной, потому что ты слишком любишь драму, — закатив глаза, пробормотал Драко. Гермиона внимательно смотрела на нить, но не заметила в ней счастья. Почему Тео так сказал? Чьей из них она была? Девушка внимательно следила за направлением нити, которая плавно шевелилась и уходила куда-то вглубь пустоты. Она захотела дотронуться до неё, но неожиданно почувствовала что-то родное и тёплое. Наверное, это было похоже на ощущение дома. Множество воспоминаний, которые еще не случились. Вдруг она осознала, что нить ярче остальных, потому что она была не одна. Их было три. Туго переплетенные. У неё перехватило дыхание. Она оглянулась и увидела Малфоя, который, нахмурив брови, тоже уставился на их общую нить. Он застыл и не моргал. Гермиона ощутила острую необходимость узнать, что творится в его голове в этот момент. Он сглотнул и поднял на Гермиону взгляд, полный немого осознания. Они одновременно обернулись на Тео, наблюдавшего за происходящим чуть поодаль. На лице читалось замешательство и какая-то тоска. Он сделал шаг назад. Он был абсолютно уверен, что если поверит хоть на секунду в то, что видит, то он больше не сможет смириться с чем-то другим. Зеркало показывало их и по-отдельности, а это значит, была возможность будущего и друг без друга. Раздался низкий, очень неприятный гул. Под ногами затряслась земля. — Что случилось? — спросила настоящая Гермиона. Будущая Гермиона лихорадочно искала что-то в небе. Она задержала взгляд в одной точке и открыла рот от ужаса. — Этого не должно быть, — она указала пальцем на угасающую нить, которая начала чернеть на глазах. — Она… меняется. Она… умирает. Гермиону охватил приступ паники. Она нашла глазами еще одну моргающую линию рядом с их нитью. Почти погасшая первая нить внезапно разорвалась с громким звуком, словно лопнула струна. И в ту же секунду вся Выручай-комната резко содрогнулась. Началось настоящее землетрясение. Теодор едва удержался на ногах. Гермиона потеряла равновесие и выставила руки в стороны, но не нашла опоры. Малфой автоматически поймал её за локоть. Как будто делал это уже тысячу раз. Пространство вокруг них начало рушиться. Световые нити исчезали одна за другой. Становилось темнее с каждой секундой. — Что происходит?! — Кто-то вмешивается в вероятность! — закричала будущая Гермиона и ухватилась за Тео, пошатнувшись от особенно резкого толчка. — Кто?! — Нам нужно немедленно уходить! — Гермиона боялась, что небо буквально обрушится на них. — Они нашли нас, — будущая Гермиона в отчаянии закрыла лицо руками. Она будто оцепенела. — Кто?! Тео обхватил Гермиону из будущего за плечи, подталкивая, и бросился бежать вслед сорвавшимся с места Гермионе и Драко. Они с трудом удерживали равновесие, комнату невыносимо трясло из стороны в сторону. Будущая Гермиона постоянно озиралась на их яркую нить, парящую в воздухе среди немногих оставшихся мерцающих вероятностей. — Они найдут нас, — бормотала она. — Они нас поймают. Они всё разрушат. Они лишат нас всего. — О ком ты говоришь?! — Тео остановился, потому что будущая Гермиона вырвалась у него из рук. Она воинственно заняла оборонительную стойку прямо перед распахнутой дверью. — Я не позволю им отобрать его у нас, — она наблюдала, как пространство заполнял красный дым. — Они уже отобрали слишком много у других. Дым распространялся всё больше, светящиеся нити исчезли с поля зрения. Гермиона встала перед самой собой и обхватила её лицо ладонями, пытаясь поймать её взгляд. Он был полон слёз и боли. Тео и Драко встали перед ними и вытащили палочки, готовые сражаться. — Что им нужно? — Гермиона ласково погладила девушку по щеке. — Пожалуйста, мы должны знать, с чем столкнёмся. — Это охотники за вероятностями, — ответила она, влажные дорожки бежали по щекам. — Им нужно Сердце Зеркала. Из дыма начали появляться черные силуэты. Они медленно приближались. Два. Три. Пять. У них не было лиц, только чёрные маски. — Но у нас его нет, — вмешался Драко. — Сердце где-то прячется. Мы должны найти его раньше них, — Гермиона, почувствовав острую необходимость защитить Сердце, умоляюще посмотрела на свою версию. Она знала, что битва с неизвестным врагом скорее всего приведет к поражению. — Пожалуйста, выведи нас отсюда. Пространство продолжало трястись и разрушаться, почти ничего уже не было видно, кроме десятков фигур на фоне алого тумана. Нити, находящиеся вблизи силуэтов, сразу гасли. Будущая Гермиона, очнувшись, схватила себя же за руку и бросилась бежать. Тео и Драко прикрывали им спины. В них полетели синие лучи противников, ударившиеся о захлопнутую дверь. Они петляли в бесконечном лабиринте. Тео, перед тем, как они вбегали в новую дверь, распахивал соседнюю, чтобы запутать преследователей. Драко держал широкий щит позади себя и бежал последним. Это казалось бесконечным. Гермиона чувствовала, как сердце стучит в горле. Вдруг они остановились у стены. Их проводница провела ладонью по шероховатому камню. Прямо на глазах стена стала полупрозрачной. Все прошли сквозь неё. Драко наложил блокирующее и отталкивающее заклятие на проход. Стена снова казалась обычной, не было ни намека на скрытую дверь. Тео упал на четвереньки, устало склонив голову, и глубоко закашлялся. — Что ещё за охотники за вероятностями? — сипло спросил Драко, до сих пор держа в руке палочку. — Они лишают людей возможности делать выбор, — глядя куда-то в пустоту, ответила будущая Гермиона. — Они не скоро доберутся сюда. Это даст нам фору найти Сердце Зеркала. — Что, если они не пойдут за нами? — вдруг спросил Тео, отдышавшись. — Что, если они уже ищут Сердце? Если найдут его раньше? — Тогда мы уже не сможем ничего изменить. Гермиона испытала панический страх загнанного в клетку зверя. Отчаяние приходило тогда, когда человек был беспомощен. Она помнила, когда именно почувствовала его впервые. Оно хотела бы это забыть. Через мгновение ей почудился тихий, знакомый голос. Она прислушалась. «Гермиона…» — Вы это слышали? — первым спросил Тео. — Кто-то назвал моё имя. — Твоё? — в замешательстве уточнила Гермиона. — Я ничего не слышу, — будущая Гермиона настороженно озиралась по сторонам. Драко сосредоточенно закрыл глаза. «Драко…» В центре тесной, плохо освещенной комнаты появился маленький, светящийся голубоватым светом шарик. «Торопитесь…» — голос стал чуть громче. На этот раз все услышали одно и то же. Тео посмотрел сначала на Драко. Потом на Гермиону. Они одновременно кивнули друг другу и протянули руки прямо к парящему шарику. Они исчезли с яркой вспышкой.