Я говорю о том, что сейчас

Я говорю о том, что сейчас ______________________________________________ 86 лет со дня смерти героя Гиммеля, неизвестное подземелье в регионе Тарг, что в Срединных землях ______________________________________________ «Учитель, что мы вообще здесь ищем?» Это вопрос, которым Сатору не мог не задаться. Нет, серьёзно, они уже около часа блуждали по какому-то злосчастному подземелью, ему начинало казаться, что он уже видел половину этих коридоров. Может, они вообще ходили кругами?.. «В двух метрах спереди от тебя ловушка, будь осторожнее», — будничным тоном поступило предупреждение от эльфийки. Действительно, там была какая-то нажимная плита, что, по-видимому, являла собой ловушку. И всё же... «Вы не ответили на мой вопрос, учитель», — раздражённо пробормотал беловолосый. «Хм, действительно, ну, полагаю, что ты заслуживаешь знать...» Сатору был не иначе как возмущён: почему она говорит это таким тоном, будто делает ему какое-то одолжение?.. «Я не знаю. Точнее сказать, моя богатая тысячелетним опытом интуиция подсказывает, что здесь что-то есть, однако что именно — я не знаю», — ответила эльфийка всё тем же тоном. Сатору почувствовал, как задёргалась его бровь. «Вы действительно хотите сказать, что мы уже час бродим по неизвестному подземелью из-за вашего "не знаю что"?» «Ну, по большому счёту так, хотя, помимо всего прочего ,— она прервалась, чуть поёжившись ,— на улице ужасно холодно, январь всё-таки...» «В любом случае, — сказала Фрирен, согревая руки заклинанием , — я уже встречала подземелья подобного типа, и уже скоро мы должны оказаться у сокровищницы — там, вероятно, и будет то, ради чего мы сюда спустились». «Ради чего ВЫ сюда спустились», — категоричным тоном поправил эльфийку её ученик. С этим мысли Сатору устремились к тому, что он наблюдал здесь за последний час: огромные тёмные, иногда развилистые, коридоры, высота от пола до потолка которых составляла около шести метров. Пока что они не встретили здесь ничего, кроме пары метровых пауков-переростков, которые, несмотря на свой мерзкий вид, не представляли как таковой опасности. Сейчас единственным его опасением было то, что они могли заблудиться, ибо как уже подметил для себя Сатору — некоторые участки подземелья имели свойство повторяться. Впрочем... из рассказов старика он знал, что во время путешествия они покорили подземелий больше, чем любой прочий отряд авантюристов. В общем — у его наставницы должен быть приличный опыт в этом вопросе, если только... «Если только она всё не забыла...», — пробормотал Сатору. «О чём ты?», — услышав бормотания мальчика, задалась вопросом эльфийка. «Вам, кажется, послышалось, учитель», — ответил мальчик, вместе с тем проклиная свою привычку думать вслух. И всё же, возвращаясь к теме подземелий — он не мог не найти свой первый опыт посещения одного из таковых несколько разочаровывающим. Рассказы старика Гайтера о зачистке их отрядом подземелий звучали гораздо более интересными, да и сам старик, как помнилось мальчику, всегда рассказывал об этом так, будто скучал по тем моментам больше всего на свете. Его же текущий опыт явно с этим контрастировал... «Вот мы и на месте», — голос Фрирен вырвал Сатору из раздумий. Опомнившись, беловолосый увидел перед собой огромные врата, что вели в, по-видимому, упомянутую Фрирен ранее сокровищницу. Они были украшены фреской, которая, однако, практически полностью выцвела. «И как мы попадём внутрь, учитель?», — осматривая ворота, спросил мальчик «Крайне просто», — c неким предвкушением проговорила эльфийка. В мгновение она материализовала у себя в руках посох — Сатору это не понравилось. «Зольтрак». Тотчас слово сорвалиось с её уст, к воротам устремилось с десяток белых лучей. ... Да, ему это определённо это не нравилось. ... Секунду спустя врата были пробиты насквозь. Сатору застыл, в ожидании худшего. Он был готов ко всему: что на них упадёт с десяток валунов, стены коридора схлопнутся, и всё такое прочее, однако ничего из этого не произошло. «Ну и чего ты встал? Пойдём уже», — прикрикнула эльфийка, уже вошедшая в сокровищницу. Сатору, расслабившись, последовал за своей наставницей. Видимо он просто зря переживал. Войдя в сокровищницу, он начал осматриваться, как вдруг... За спиной раздался какой-то скрежет. Обернувшись, он увидел, что на месте, где он стоял 10 секунд назад, более не было пола. Повернувшись к своей наставнице, чьё внимание также было привлечено исчезновением пола, он сквозь бинты окинул её многозначительным взглядом. «Ну... кажется, я забыла о том, что в подземельях подобного типа есть такой защитный механизм...», — чуть неловко пробормотала Фрирен. Многозначительный взгляд никуда не делся. «Однако нам повезло, что механизм, в силу своего возраста, не сработал как должен. Радостно, не так ли?», — она попыталась разрядить обстановку. Сатору лишь тяжело вздохнул. В этот момент Фрирен он напомнил Гайтера. Его похожая реакция обратила её внимание к ещё одному их сходству — долговязость. Когда он стал таким высоким?.. ______________________________________________ «Заклинание, что удаляет ржавчину», — вслух подумала Фрирен. Её воспоминания не могли не вернуться к моменту, когда она с её учеником несколько часов очищали статую Гиммелю. «И почему я нахожу тебя только сейчас?..», — едва не плача пробормотала эльфийка. Сокровищница подземелья не представляла собою что-то особенное: несколько гримуаров да один сундук. Сундук что она решила оставить «на десерт». И похоже время этого десерта пришло. «Учитель, я чувствую в этом сундуке что-то странное», — услышала она от Сатору, что уже стоял у сундука. «И что же?», — подходя, полюбопытствовала эльфийка. Мальчик приподнял повязанные на голове бинты, открывая правый глаз, и несколько секунд посмотрел на сундук. «Я чувствую в этом сундуке ману, похожую на ту, что у чудовищ. Если бы мне пришлось предполагать, я бы сказал, что это мимик». Словно пропустив его слова мимо ушей, Фрирен подошла к сундуку и, готовясь к открытию, начала его ощупывать. «Учитель, вы вообще меня слушали? Мои глаза говорят мне, что перед нами мимик...», — в его голосе присутствовала толика раздражения. «Да, слушала, — продолжая ощупывать сундук, бормотала Фрирен, — однако...» «Ты не можешь полностью полагаться на свои глаза, иногда ты должен прислушаться к тому, что говорит твоё сердце». «В моём случае не сердце, но интуиция, а также мой богатый опыт говорят мне, что в этом сундуке лежит какой-то могущественный гримуар», — с этими наполненными предвкушением словами и блеском в глазах, эльфийка открыла сундук. ... Сундук, оказавшийся огромной пастью, захватил верхнюю половину тела эльфийки. «ПОМОГИТЕ, ТУТ ТЕМНО, И СТРАШНО!» Картина, которую наблюдал Сатору, была не иначе, как жалкой — великая волшебница, пытаясь освободиться из пасти чудища, истерично болтала ногами. Какой позор... «И всё же я беру свои слова назад, это действительно весело», — с лёгкой улыбкой на губах подумал Сатору. «ЧЕГО ТЫ ЖДЁШЬ? ПОМОГИ МНЕ!» «Простите, учитель, но сердце подсказывает мне, что я должен уйти». ______________________________________________ 86 лет со дня смерти героя Гиммеля, окрестности города Варм, что в Срединных землях ______________________________________________ «Шесть глаз?» Это был ясный весенний день. Беловолосые учитель держали свой путь средь бесконечных, ярко-жёлтых полей. «Да, Шесть глаз, неплохо звучит, правда?», — спросил Сатору, шагая спиной вперёд и глядя на эльфийку. Это был рапс. Он цвёл густо, сплошным жёлтым полотном, таким ярким, что в нём терялись сами тени. При малейшем дуновении ветра цветы приходили в движение, и поле начинало колыхаться — колыхаться, словно море. «Раньше я даже не задумывался о том, чтобы дать своим глазам какое-то название», — продолжил мальчик, по-прежнему идя спиной вперёд. Воздух был медово-сладким, до головокружения наполненным жизнью. Из света, запаха цветов и тёплого ветра складывался этот день. «Понятно... Ну, звучит действительно неплохо», — проговорила Фрирен, и внезапно на её лице возникла улыбка. День, в который хочется жить. «Чему вы улыбаетесь, учитель?», — с непониманием спросил Сатору. Со всё той же улыбкой, эльфийка указала взглядом на что-то за спиной мальчика. Всё ещё непонимающий, в чём дело, он наконец повернулся вперёд, повернулся и увидел проблеск синего в бескрайнем горизонте. Тотчас он стянул с глаз бинты и, используя заклинание полёта, взмыл метров на десять вверх, побуждая свою наставницу сделать то же самое. Наконец зависнув в воздухе, он позволил себе насладиться открывшимся ему видом. Перед его глазами возникло то, что, вероятно, было Вармом, портовым городом. Однако вовсе не это было объектом его внимания. «Это ведь оно, учитель?», — спросил он подлетевшую к нему эльфийку. «Это ведь море?» Вопрос, что не нуждался в ответе. Фрирен не могла не улыбнуться такой... ребячьей радости, радости чему-то, что, казалось бы, было таким простым. «Глазам не верю... Красота» Фрирен могла лишь представить, какой восторг испытает мальчик, когда увидит красоты Северных земель. Это будет нечто. Ещё некоторое время Сатору неподвижно висел над землёй, не отрывая взгляда от далёкого горизонта. Затем, вдоволь насладившись видами, он опустился на дорогу, и они продолжили путь. Теперь уже в тишине. Сатору всё ещё находился под впечатлением от увиденного. То, что он увидел, сильно отпечаталось на его сознании. Море словно раздвинуло границы знакомого ему мира. Всё, что ещё утром казалось огромным, теперь виделось ему удивительно малым, незначительным. Он попытался вспомнить, каким воспринимал мир "до", но это "до" почему-то казалось странно далёким. Будто между ним и наступившим "после" лежало что-то огромное, что-то безграничное. Будто прошёл не час — десять лет. Сатору не мог дать имени этому чувству. И всё же оно не было совершенно новым. Нечто подобное он уже испытал однажды, очень-очень давно... Непривычное, оно было удивительно приятным. И Сатору совсем не хотелось от него избавляться. Интересно, доведётся ли ему испытать нечто подобное вновь? «Учитель, скажите... Весь остальной мир столь же красив?», — нарушил тишину Сатору. «Нет». Он ощутил что-то похожее на разочарование, неужели это действительно было так?.. На лице Фрирен возникла лёгкая улыбка. «В мире существуют вещи гораздо красивее». Улыбка, которую Сатору не мог не разделить. ______________________________________________ 86 лет со дня смерти героя Гиммеля, город Варм, что в Срединных землях ______________________________________________ «Непривычно всё как-то...» Они наконец добрались до Варма. И пребывание здесь было весьма... необычным. Из открытых дверей пекарен то и дело тянуло свежей выпечкой. По мощёным улочкам катили телеги, торговцы наперебой расхваливали товар, а в небе кружили чайки. Повсюду сновали люди: спешили, торговались, смеялись, спорили. Всё казалось таким... «Непривычно живое?», — уловив бормотания своего ученика, уточнила Фрирен. Сатору кивнул. «Да. Что-то вроде того...» «Полагаю потому, что за последний год большинство встреченных нами поселений были либо разрушены, либо находились в упадке», — задумчиво произнесла Фрирен. И действительно, последней по-настоящему благополучной деревней была та, где они восстанавливали памятник Гиммелю. А единственным на их пути благополучным городом, хотя других они и не встречали, оставался Штраль. В остальном же картина была довольно печальной. Но здесь... здесь всё казалось удивительно живым. Будто за городскими стенами не было ни бесконечной борьбы за выживание, ни охватившего эти земли хаоса. По правде, Сатору и сам был не против ненадолго в это поверить... «Мы остановимся здесь на неделю: передохнём, пополним запасы, а затем снова отправимся в путь», — голос наставницы вырвал его из размышлений. «На неделю? Почему так долго? В Штрале мы не пробыли и трёх дней», — удивился он. «Всё довольно просто — я не знаю, представится ли нам возможность спокойно остановиться в ближайший год или два. Так что сейчас следует как следует отдохнуть и набраться сил», — объяснила Фрирен. Мальчик понимающе кивнул. «Ну, пойдём. Нам ещё нужно подыскать приличный постоялый двор». ______________________________________________ «Хм, сегодня, кажется, мой день рождения...» Это было утро, утро довольно прохладное — свойственное началу апреля явление. Сатору стоял неподалёку причала, слушая, как о каменные стены разбиваются волны, взметая брызги вверх и окатывая ими пристань. Над головой кричали чайки, а пробирающий до костей морской бриз то и дело ударял в лицо. «Шестнадцать, получается...», — задумчиво произнёс Сатору, разглядывая свою ладонь. Половину жизни назад он открыл для себя магию. Половину жизни назад он... его спас старик Гайтер. Однако, вскоре его мысли обратились к другому. «Интересно, чем вы сейчас занимаетесь, учитель?», — проговорил Сатору в пустоту. «Хотя, глупый вопрос — вы ведь никогда не просыпаетесь в такую рань...» «В таком случае... Учитель, чем вы будете заниматься сегодня?» Вопрос, ответом на который стала лишь очередная ударившая о причал волна. В глубине души Сатору надеялся получить от наставницы хоть какой-то подарок, хотя умом прекрасно понимал, насколько это маловероятно. Прежде она ограничивалась короткими поздравлениями, а иногда забывала и о них. Но не потому, что его наставница была бесчувственной, какой порой могла казаться. Вовсе нет. Просто дни рождения для неё почти ничего не значили — в том числе и собственный. Она как-то обмолвилась, что не помнит даты своего: лишь месяц, хотя и в этом, судя по голосу, она не была до конца уверена. По мнению Сатору это было... грустно — не знать, в какой день ты появился на свет. Не иметь возможности разделить радость этого дня с кем-то другим — ещё печальнее. Хотелось бы ему когда-нибудь отпраздновать и день рождения наставницы... На лице мальчика появилась грустная улыбка, взгляд устремился в морскую даль. «И всё же...» Ветер вновь ударил ему в лицо, наполняя лёгкие солоноватой прохладой. «Сегодня хороший день, чтобы жить». ______________________________________________ «Хм, и что бы могло ему понравиться?» Фрирен стояла посреди торговой площади, стояла в полном непонимании того, что ей нужно. Несколько дней назад она вспомнила, что приближается день рождения Сатору, и с тех пор размышляла, как ей поступить. Раньше, ещё до начала их путешествия, она ограничивалась короткими поздравлениями и никогда ничего ему не дарила. Фрирен понимала, что с её стороны это было не слишком красиво. Для людей день рождения считался едва ли не важнейшим праздником, праздником, на который полагалось делать подарки. Но начинать только сейчас казалось ей по меньшей мере странным, впрочем... «Никогда не поздно начать». Эта мысль пришла ей этим утром. Ну, точнее днём, когда она наконец проснулась. Она-то и привела Фрирен на этот злосчастный рынок, на котором она по-прежнему стояла и не представляла что ей купить. Эльфийка прилагала все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы выбрать подарок, проведя так час. Возможно. Она не могла сказать наверняка. Внезапно её взгляд зацепился за что-то, и это "что-то", пожалуй, могло стать подходящим подарком. Особенно принимая во внимание вспомнившиеся ей прежние жалобы её ученика. «Да, возможно, это будет в самый раз». ... «Теперь мне, наверное, стоило бы озаботиться поиском кондитерской...» ______________________________________________ «Хм, уже вечереет?» Сатору всё ещё стоял у причала — на том самом месте, куда пришёл ранним утром. Погружённый в собственные мысли, он и не заметил, как почти весь день смотрел на далёкий морской горизонт, находя в этом странное успокоение. «Быстро же летит время...», — вслух подметил для себя Сатору. «И не говори». Голос, раздавшийся из-за спины, вырвал его из задумчивости. И хотя Сатору сразу узнал его источник, от неожиданности он не мог не вскрикнуть. «Учитель! И давно вы подслушиваете?» «Хм, во-первых, как я уже говорила, никто не просит тебя думать вслух...», — начала перечислять Фрирен. Он чувствовал, как начинает дёргаться его бровь. «А во-вторых, я пришла сюда только сейчас, до этого проискав тебя около часа ,— она ещё раз окинула его взглядом ,— И давно ты здесь стоишь?» «С самого утра, полагаю», — пробормотал мальчик. Фрирен несколько секунд молча смотрела на него. «Ты хотя бы ел?» «Какая вообще разница?» «Значит, нет». Она едва заметно вздохнула. «Вы, люди, действительно странные». «Вы, по собственным словам, четырежды прочитали гримуар по созданию сладкого льда...», — напомнил Сатору. «Я никогда не утверждала, что сама не странная ,— невозмутимо отозвалась она ,— Пойдём, пока кондитерская не закрылась». ______________________________________________ «Напомните мне, что мы вдруг забыли в кондитерской?», — спросил Сатору, увлечённо рассматривая открывшийся с их столика пейзаж. Морская гладь, окрашенная лучами заходящего солнца в десятки оттенков розового, простиралась до самого горизонта. Над водой кричали чайки, внизу о пристань разбивались волны, а вдоль побережья раскинулся залитый вечерним светом город. Поистине великолепное зрелище. «У тебя ведь сегодня день рождения, разве нет?», — Фрирен непонимающе посмотрела на ученика. Неужели она всё-таки перепутала даты? Ну, на неё это было похоже... «Так вы всё же не забыли...» «Разве я могла?»,— слегка возмутилась эльфийка, предпочтя не вспоминать о двух предыдущих случаях. «В любом случае — заказывай всё, что захочешь. В дороге мы почти не тратим денег, поэтому сегодня можем себе это позволить». ... «Тогда я, пожалуй, возьму малиновое мороженое и яблочный сок, — пробормотал Сатору, разглядывая меню , — А вы что будете, учитель?» Он передвинул табличку к наставнице. «Пудинг Меркур», — ответила Фрирен, лишь убедившись, что он есть в меню. «Понятно...» Сатору вновь посмотрел на закат, и между ними возникла приятная тишина. ______________________________________________ «Вкуснотища...», — пробормотал Сатору, отправляя в рот очередную ложку мороженого. Фрирен, пусть и ела совершенно другой десерт, не могла не согласиться. Пудинг был восхитителен — пожалуй, один из лучших, что ей доводилось пробовать. А чудесный вид и прохлада вечернего бриза лишь дополняли сие удовольствие. Она мысленно пообещала себе когда-нибудь заглянуть сюда снова. Конечно, если к тому моменту это место не закроется. «Учитель, у меня к вам вопрос». Голос её ученика вырвал её из раздумий. «Спрашивай», — с набитым пудингом ртом ответила эльфийка. «Когда я впервые увидел море, то почувствовал нечто незнакомое... Словно всё вокруг стало меньше, а границы мира расширились...» Сатору ненадолго замолчал. «Я уже испытывал нечто похожее, когда впервые вышел за пределы деревни и увидел озеро. Тогда оно показалось мне таким огромным... необъятным, непостижимым моему детскому уму». Он взглянул на наставницу. «Вам знакомо это чувство?» Вопрос, заставивший Фрирен глубоко задуматься. «Будто границы моего мира расширились...»,— повторила она, словно примеряя его слова на себя. Она вспоминала красоты, которые ей довелось увидеть за долгую жизнь — в одиночестве и вместе с отрядом Героя. Но среди множества воспоминаний её мысли остановились лишь на одном. ______________________________________________ «Я, по правде говоря, думал, что мы всего лишь собираемся немного подзаработать, но... Даже представить не мог, что найдём здесь такую красоту», — пробормотал голубоволосый. «Невероятно...»,— добавил стоявший рядом дворф. Перед четвёркой путников раскинулись бескрайние снежные пустоши, залитые лучами восходящего солнца. Однако не только они приковывали взгляды. Прямо перед ними из снега воздымались сотни ледяных кристаллов. Они тянулись далеко вперёд, переливаясь в солнечном свету, будто внутри каждого из них теплился собственный рассвет. «Восхитительно...»,— подумала Фрирен. Гиммель некоторое время молча смотрел в бескрайнюю снежную даль. «Думаю, именно ради этого Король Демонов и должен быть побеждён». Фрирен взглянула на него. «Чтобы однажды каждый смог увидеть нечто столь прекрасное». Всё ещё заворожённая открывшимся видом, Фрирен тихо ответила: «Да. Пожалуй, так». ______________________________________________ «С вами всё в порядке, учитель?», — Сатору осторожно потряс эльфийку за плечо, пытаясь привести в чувства. «А?.. ,— Фрирен непонимающе моргнула ,— Что случилось?» «Вы слишком долго смотрели в одну точку. И выглядели так... так грустно», — ответил Сатору, убирая руку с её плеча. Неужели со стороны её погружение в воспоминания выглядело именно так? Фрирен ненадолго задумалась, затем вернулась к ранее заданному вопросу. «Что до твоего чувства... Возможно, я испытывала нечто подобное, но я... я не знаю, как оно называется, не знаю»,— в её голосе звучала нотка сожаления. Затем она достала небольшой деревянный футляр. «Я также не знаю, что могло бы тебе понравиться, и всё же... ,— она протянула его Сатору ,— на день рождения ведь принято дарить подарки?» С плохо скрываемыми удивлением и предвкушением, Сатору принял его. «Ты, кажется, жаловался на бинты. Говорил, что их долго снимать, что они неудобные и выглядят не слишком эстетично...»,— пробормотала Фрирен, всё сильнее сомневаясь в своём выборе. Мальчик открыл футляр. «Несмотря на пять лет, проведённых вместе, я, вероятно, всё ещё слишком мало о тебе знаю. Прости». Внутри лежала чёрная повязка на глаза. Сатору достал её и некоторое время молча рассматривал, осторожно прокручивая между пальцами. По лицу невозможно было понять, что он думает. «Большое спасибо, учитель...» ,— наконец прошептал он и надел повязку. Ткань оказалась мягкой, лёгкой и дышащей. Она не давила на лицо и куда лучше сочеталась с его чёрным одеянием, чем то что было прежде. Прекрасный подарок. Особенно учитывая, насколько эти бинты ему осточертели — до этого отказаться от них он всё равно не мог: уже через несколько часов без них у него начинала болеть голова. Впервые он заметил это ещё в десять лет, когда его восприятие начало обостряться. «Учитель, мне идёт?»,— улыбнувшись, спросил Сатору. Улыбнувшись своей удачной догадке, Фрирен подпёрла голову рукой. «Даже слишком. Выглядишь гораздо солиднее». «Должно быть, не так уж плохо вы меня знаете...», — тихо произнёс мальчик. Фрирен ничего не ответила, но её улыбка стала чуть теплее. Вскоре между ними вновь возникла тишина, что в лучах закатного солнца казалась удивительно тёплой. ______________________________________________ «Учитель, насчёт того моего вопроса...» Вечерело. Солнце только скрылось за горизонтом, и в городе один за другим зажигались первые фонари. Учитель и ученик понемногу собирались уходить. «Хм?» «Я тут подумал... Быть может, мне и неведомо, как называется то чувство, и всё же...» Сатору вновь посмотрел на море, над которым медленно угасал закат. «Я знаю, что нужно сделать, чтобы каждый однажды смог увидеть нечто подобное. Чтобы каждый получил возможность испытать это чувство». Он ненадолго замолчал. «Король Демонов должен быть побеждён». Фрирен невольно улыбнулась. Когда-то она уже слышала похожие слова среди бескрайних снегов, озарённых рассветом. Теперь перед ней лежало столь же бескрайнее море, на глади которого угасали последние лучи заката. «Как думаете, учитель, у нас получится? Мы сумеем довести задуманное до конца?» «Понятия не имею». Сатору не смог скрыть улыбки. «Помнится, раньше вы говорили, что это невозможно». Фрирен промолчала, предпочтя себя не поправлять. И всё же... Сегодня и впрямь был хороший день, чтобы жить. ______________________________________________ 86 лет со дня смерти героя Гиммеля, окрестности леса Грёсэ, что в Срединных землях ______________________________________________ На лесной поляне разворачивалось ожесточённое сражение. Беловолосый юноша бросился на эльфийку, пытаясь навязать ей ближний бой. Он атаковал стремительно, почти безостановочно: чередовал удары с ослепительно-белыми лучами Зольтраака, старался зайти сбоку, вынудить её хоть как-то ошибиться. Но та без особых усилий уклонялась от каждого выпада, а те немногие атаки, которых нельзя было избежать, встречала мгновенно возводимыми барьерами. Юношу её невозмутимость постепенно начинала раздражать. Наконец Сатору отступил, прекратив наступление, и вскинул руку. Мгновение спустя на Фрирен со всех сторон обрушился целый дождь белых лучей. Теперь ей пришлось сосредоточиться на защите: вокруг эльфийки один за другим вспыхивали "чешуйки" барьеров. «Пытается меня измотать?»,— на мгновение задумалась Фрирен. Нет. Сатору не был настолько глуп. Даже с его поразительно бережным расходом маны ему не удалось бы истощить мага, обладавшего её запасами. «Что ты задумал?..» Шквал атак внезапно прекратился. И тогда Фрирен поняла. «Неужели заметил?» Она резко развернулась и выставила посох. Его кончик упёрся точно в грудь Сатору, возникшего у неё за спиной. Юноша замер, не успев нанести удар. «Ты проиграл», — ровным тоном произнесла эльфийка. На лице его отразилось разочарование. «Но в этот раз у тебя получилось гораздо лучше». Он тут же приободрился. «Скажи, ты ведь заметил?»,— спросила Фрирен, желая подтвердить свою догадку. «Что во время сотворения заклинаний вы на мгновение перестаёте отслеживать чужую ману? Да». Сатору задумчиво коснулся подбородка. «На самом деле я заметил это ещё несколько тренировок назад. Просто до сих пор не понимал, как этим воспользоваться». «Поэтому ты заставил меня непрерывно создавать барьеры». «И скрыл среди собственных атак перемещение за вашу спину, — с довольной улыбкой закончил он ,— Пока вы отражали последний луч Зольтрака, пусть на мгновение, но я получил небольшое окно, в котором исчез из вашего восприятия». Улыбка чуть ослабела. «Но вы всё равно меня раскусили...» Фрирен кивнула. «Атаки прекратились слишком резко. Было нетрудно догадаться, что ты что-то задумал». «Значит, в следующий раз нужно будет...» «Не подсказывай мне заранее». «Справедливо...» Она опустила посох. «Если тренировка тебя не слишком вымотала, можем отправляться. Нам нужно кое-кого навестить». Сатору непонимающе посмотрел на наставницу. Кого они вообще могли навещать в этих краях? «И к кому же мы направляемся, учитель?» «К мудрецу Квалу , — спокойно ответила Фрирен ,— демону, создавшему Зольтрак». ______________________________________________ 86 лет со дня смерти героя Гиммеля, лес Грёсэ, что в Срединных землях ______________________________________________ «Я не понимаю... Вы действительно хотите, чтобы я убил Квала?» ,— растерянно спросил Сатору. До места, где, по словам Фрирен, был запечатан демон, оставалось не больше двух дней пути. Сатору понимал, что теперь Квал едва ли представлял ту неудержимую силу, которая некогда вынудила отряд Героя прибегнуть к запечатыванию. Зольтраак давно утратил свою уникальность, а человечество разработало способы защиты от него. И всё же мальчик не мог избавиться от пробегавшего по телу холодка, от некого трепета. За больше года путешествия им встретились десятки демонов, но ни один из них не представлял как таковой угрозы. Бой с Квалом должен был стать его первым настоящим испытанием. Первым сражением, в котором ценой ошибки могла оказаться жизнь. «Да , — спокойно ответила Фрирен ,— Неужели я о многом прошу?» Сатору поразился беззаботности, с которой она это произнесла. Словно попросила подать ей кружку чая или гримуар. Заметив сомнение на лице ученика, Фрирен продолжила: «Если ты хочешь иметь хотя бы шанс одолеть Короля Демонов, тебе придётся научиться прыгать выше головы. А этого не произойдёт, пока ты сражаешься с теми, кто гораздо слабее тебя». Это была суровая, но понятная истина. Сильнее всего маг рос в бою — в бою, вынуждавшем выйти за пределы собственных возможностей. «К тому же я видела Квала в деле , — добавила Фрирен ,— и не попросила бы тебя об этом, если бы считала, что ты непременно проиграешь». Она посмотрела на него. «Выше голову». ______________________________________________ До нужной им деревни оставалось несколько часов пути. Однако с каждым пройденным шагом внутри обоих нарастало нехорошее предчувствие. Оно не имело ни ясного источника, ни объяснимой причины — лишь постепенно нарастало, становясь всё сильнее. ... Вдруг Фрирен остановилась. Её лицо во мгновенье стало серьёзным. «Я чувствую ману». Оторванный от размышлений, Сатору повернулся к наставнице. «Сильного демона, — продолжила она ,— Несомненно, это Квал». Короткая пауза. «Печати больше нет». Сатору застыл. Как... как это вообще могло произойти? Фрирен мысленно перебирала возможные объяснения, но правдоподобным казалось лишь одно. И всё же... сейчас размышлять об этом было некогда. Им следовало как можно скорее добраться до деревни. Ведь возможно, они ещё не опоздали. Возможно, ещё могли что-нибудь изменить. Ещё была надежда, ведь так? ______________________________________________ «И на что мы только надеялись?..» Они опоздали. От деревни остались лишь руины. Улицы были усеяны останками жителей, тела которых оказались разорваны и стёрты Зольтраком. Среди всего этого, почти задумчиво, глядя на дело собственных рук, сидел Квал. Сатору, с перекошенным от злости лицом, вскинул руку, готовясь нанести первый удар, но Фрирен мгновенно перехватила его за запястье. Злость на лице мальчика сменилась непониманием. «Хотя он и не скрывает своей маны — он явно настороже. Даже воспользуйся мы внезапностью, атаку он наверняка заблокирует». Фрирен ещё раз обвела руины взглядом. «Спасать нам больше некого, а убить его ты ещё успеешь». ... «Поэтому, как бы странно это ни звучало, сейчас с демоном нужно поговорить». Она должна была узнать, как Квал освободился от печати. Она должна была... Сатору неохотно опустил руку, доверившись суждению наставницы. Более не скрывая своё присутствие, они вышли к демону. Квал по-прежнему сидел к ним спиной. «Выходить ко мне так открыто... ,— первым нарушил тишину он ,— А вы похоже гордецы». «Как и когда ты освободился от печати?»,— пропуская его слова мимо ушей, в лоб спросила Фрирен. Знакомый голос пробудил в демоне интерес — медленно, Квал повернулся. «Фрирен?..» Он внимательно её осмотрел. «Сколько же лет мы не виделись? Может быть, ты подскажешь? Я имел глупость убить всех этих людей прежде, чем спросил, сколько времени минуло со дня моего заточения». Сатору Квал показался необычайно спокойным — насколько это слово вообще было применимо к демону, сидевшему среди уничтоженной им деревни. Но... получается ли, что он действительно не знал? Или лишь делал вид? «Неважно, сколько прошло лет , — ровно ответила Фрирен ,— Сегодня ты всё равно умрёшь». Квал лишь рассмеялся. «Смотрю, у тебя появился новый спутник. Твой ученик, если бы мне пришлось угадывать»,— предположил он, переводя взгляд на стоящего обок эльфийки мальчика. «Ещё и догадливый...», — подумал Сатору. «Прежде чем ответить на твой вопрос, будь добра, ответь на мой, — продолжил Квал ,— Наш Король мёртв?» «Это не имеет значения»,— спокойный, её голос едва заметно дрогнул. И Квал заметил. «Понятно. Значит, он жив». Он задумчиво провёл рукой по тому, что можно было назвать подбородком. «Вашему отряду не удалось его победить. Как занятно...» Фрирен молча ждала. «Что до твоего вопроса: я освободился около недели назад». «Каким образом?» «Понятия не имею». Фрирен внимательно посмотрела на демона. В данном случае у него не было особой причины лгать. «Тогда расспросы окончены ,— её взгляд обратился к своему ученику ,— ну, Сатору, дальше дело за тобой». С этими словами эльфийка скрылась среди руин, оставляя их наедине. ______________________________________________ Некоторое время Квал и Сатору лишь молча изучали друг друга. «Сомневаюсь, что она оставила бы тебя сражаться со мной, будь тебе совершенно нечего мне противопоставить , — наконец заговорил демон ,— Так покажи же, из чего ты слеплен, юный маг». «Непременно»,— с неким трепетом пробормотал Сатору, стягивая повязку. Взгляду Квала открылись — ненормально голубые глаза, каких прежде он не встречал за всю свою долгую жизнь. Всё его естество закричало об опасности. Что это был за мальчишка?.. «Впрочем, неважно»,— подумал он, вскидывая огромную руку. «Зольтрак». Воздух пронзил единственный чёрный луч, несущий смерть. Перед Сатору мгновенно вспыхнул шестиугольный, точно стеклянный, барьер. Луч ударился о его поверхность и рассеялся, не оставив на нём видимых повреждений. В глазах Квала мелькнуло что-то, похожее на шок. «Ты сумел отразить Зольтрак? Удивительно, сколь мощное защитное заклинание...» Он внимательно изучил барьер, по-прежнему висящий перед мальчиком. «Похоже, за время моего заточения людская магия значительно продвинулась. Возведённый тобою барьер нейтрализует моё заклинание, вступая с ним в резонанс... Действительно занятная техника». С улыбкой, Квал пытливо наклонил голову. «Интересно, сколько маны оно выжигает за раз?» В следующий миг в Сатору устремилось больше десятка чёрных лучей. Все из них разбились о возникшие перед ним «чешуйки» барьеров. Но Квал не остановился. Движениями дирижёра он обрушил следующую волну атак: она пришла с разных высот, под разными углами, а между отдельными лучами возникли короткие задержки. Под таким напором Сатору пришлось двигаться. Его улыбка стала чуть напряжённее, однако не исчезла. Демон по-прежнему не знал, что он владел Зольтраком. Не знал он и того, где именно находилась наставница. И этим следовало воспользоваться. Продолжая отражать атаки, Сатору начал стремительно перемещаться вокруг демона. Он петлял между руинами, то приближаясь, то вновь разрывая дистанцию. «Быстр», — отметил Квал. Но действия противника оставались непонятными. Мальчик обладал выдающимися физическими способностями и превосходной защитной магией, однако до сих пор не применил ни одного атакующего заклинания. Ещё более подозрительным было отсутствие Фрирен. «Он пытается приблизиться, — заключил Квал, расплываясь в ухмылке ,— а значит, его атакующие способности ограничены ближней дистанцией». Перемену в настроении демона Сатору не оставил незамеченной. Превосходно — он всё таки клюнул. Теперь ему следовало показать слабость — заставить Квала поверить, что постоянная защита постепенно истощает его. В этом и была суть победы над демонами. Перехитрить их. Позволить им увериться в собственном превосходстве. Посеять сомнение. В нужный момент заставить их смотреть в совершенно другую сторону. Именно этому учила его наставница. Сатору продолжал уклоняться и блокировать Зольтраак, но теперь «чешуйки» возникали всё ближе к его телу. Если прежде они останавливали атаки в двух метрах от него, то сейчас лучи не долетали лишь каких-то полметра. Отчасти это было притворством. Отчасти. Квал продолжал приспосабливаться к его стилю. Его атаки становились точнее, сложнее и быстрее. «Он истощается», — решил демон. Однако куда сильнее его беспокоило другое: где находилась Фрирен? Она не могла просто оставить подростка сражаться с ним в одиночку, не с её ненавистью к их роду. Наверняка ждала подходящего момента, чтобы ударить исподтишка. Переосмыслив приоритеты, он направил часть внимания на поиск эльфийки. Именно этого Сатору и добивался — маленькая, но брешь. «Учитель, сейчас!»,— крикнул он. Взгляд Квала начал метаться по сторонам. Никого. Он не чувствовал Фрирен. Не видел её. Но именно это пугало сильнее всего. «Где она?..» Демон начал поворачивать голову, почти судорожно выискивая источник возможной атаки. Вокруг не было никакой эльфийки. «Зольтрак». По телу Квала пробежала дрожь. Ведь слова принадлежали не ему. Он обернулся, обернулся слишком поздно. Пять ослепительно-белых лучей ударили почти одновременно. Поспешно возведённая защита раскололась, а остальные атаки прошили тело демона насквозь. «Я проиграл ,— он пошатнулся ,— проиграл собственной магии...» Взгляды Квала и мальчика, застывшего с вытянутой рукой, встретились. На губах беловолосого играла до боли омерзительная ухмылка. «Чёртов монстр...» И это демонов люди называли чудовищами?.. Нет. Настоящее чудовище сейчас смотрело ему прямо в глаза. «Скажешь что напоследок?»,— вызывающе спросил Сатору. «Конечно...» Хотя большая часть его тела уже пошла прахом, Квал сумел выдавить свои последние слова. «Тебя не ждёт ничего, кроме забвения, Годжо Сатору». С этим демон окончательно растворился. «Как скажешь»,— протянул Сатору голосом, полным эйфории. Сердце бешено колотилось. По телу разливалась непривычная лёгкость. «Только что значила эта часть с “Годжо”?..» «Хорошая работа, мой ученик». Раздавшийся позади голос вырвал его из мыслей. Фрирен вышла из-за разрушенного дома и направилась к нему. «Ты использовал неосведомлённость Квала, в конечном итоге обманув. Действительно мой ученик». «Спасибо, учитель...»,— пробормотал он, окидывая взглядом деревню. Эйфория улетучилась. Улыбка исчезла Пришло осознание. Квал был мёртв. Но стать победителями они опоздали. ______________________________________________ «Я подвела вас всех, не так ли?..» Эльфийка стояла среди руин деревни, уничтоженной освободившимся Квалом, и смотрела на тех, кого не успела спасти. Воздух был пропитан запахом крови, гари и разложения. Разум твердил, что они всё равно не успели бы. Что деревня погибла задолго до их прихода. И всё же, душа её продолжала твердить: «А что, если?..» Внезапно взгляд Фрирен остановился на одном из тел. Оно принадлежало старику. Глубокому старику, возле которого лежала соломенная шляпа, что показалась ей странно знакомой. Старая, истёртая, покрытая десятками заплаток, она навеяла ей воспоминание. ______________________________________________ «Тётенька, скажите, нам ведь нечего бояться?» Фрирен обернулась. Перед ней стоял мальчик лет пяти или шести в соломенной шляпе. Это была та самая деревня, подле которой они запечатали Квала, так и не сумев его одолеть. Теперь Фрирен вернулась сюда одна. С Гайтером и Айзеном она рассталась в провинции Бретт, но перед этим оба заставили её поклясться, что, чем бы она ни решила заниматься дальше, сначала проверит состояние печати. Как оказалось, беспокоились они напрасно. Печати предстояло продержаться ещё не меньше ста лет, и за это время в этих землях появятся проблемы куда большие, чем запечатанный демон. «В ближайшие сто лет вам незачем его бояться», — неохотно ответила Фрирен и направилась к выходу из деревни. Мысль о том, что в ближайшие сто лет им придётся побеспокоится о чём-то ином, осталась невысказанной. «Большое вам спасибо! ,— донёсся вслед ей голос мальчика ,— Уверен, даже через сто лет вы всё равно нас спасёте!» Фрирен не обернулась. На мгновение на её лице появилось что-то похожее на сожаление. ______________________________________________ «Надеюсь, теперь вы сможете обрести покой...»,— произнёс Сатору, закрыв глаза и сложив ладони в молитве. Небольшой холм, у которого прежде был запечатан Квал, теперь стал могилой уничтоженных им жителей. Перед камнем, ставшим надгробием, стояли Сатору и Фрирен. На вершине камня, потрёпанная временем, лежала соломенная шляпа. Закончив молитву, Сатору посмотрел на наставницу. Она стояла немного поодаль, не сводя глаз со шляпы. По её лицу невозможно было понять, о чём она думает. Сожалеет ли? Винит ли себя? Сатору не знал. Но одно было очевидно: на душе ей было тошно. «Вам незачем винить себя, учитель...» — тихо произнёс он. «Я знаю». Взгляд Фрирен остался прикован к шляпе. «Знаю это лучше кого-либо. И всё же...» Она ненадолго замолчала. «Сердцу этого не объяснишь». После этого они ещё долго стояли перед могилой в тишине. ______________________________________________ «Похоже, пришло время тебе рассказать», — идя средь леса, почти задумчиво сказала Фрирен. «Рассказать о чём, учитель?», — с любопытством спросил Сатору. О чём наставница могла прежде не говорить? ... «О Великих Демонах».