Прах моей сестры.

Майки притормозил байк у входа в парк и заглушил двигатель. Тишина сразу накрыла его после ровного гула мотора, и он несколько секунд просто сидел, опираясь руками на руль и осматриваясь вокруг. Центральный парк был довольно оживлённым дети бегали по дорожкам, кто-то катался на велосипедах, пожилые люди неторопливо гуляли, а возле ларька с напитками стояла небольшая очередь. Обычный день. Он снял шлем и повесил его на руль, затем потянулся за пакетом, который аккуратно лежал в багажнике. Внутри были дораяки свежие, тёплые, купленные по дороге. Он даже специально заехал в ту самую лавку, где их делали лучше всего. Dorayaki. Майки ухмыльнулся сам себе, глядя на пакет. — Если она не придёт, я всё равно их съем… тихо пробормотал он. Но, конечно, он взял их не для себя. Он слез с байка и медленно пошёл по дорожке, оглядывая парк. Скамейки, деревья, небольшая площадь с фонтаном всё было точно так, как он помнил. Именно здесь они и договорились встретиться. Затем посмотрел на часы. Рано. Ну ладно. Он пожал плечами и сел на одну из скамеек. Пакет с дораяки он положил рядом и снова огляделся. Может, она уже где-то здесь, просто он её не заметил. Прошло несколько минут. Потом ещё немного. Он встал и прошёлся по дорожке, заглянул за угол аллеи, даже посмотрел возле фонтана. Ничего. Ни знакомой фигуры, ни тёмных волос, ни той самой спокойной походки. Он снова вернулся к скамейке и сел, доставая телефон. Экран загорелся. Чат. С ней. Сано несколько секунд смотрел на переписку, затем быстро набрал сообщение. «Ты где?» Он отправил его и уставился на экран. Прошла минута. Ничего. Он снова проверил статус. Не в сети. Последний раз она была онлайн тогда, когда он отправил ей последнее сообщение перед выездом. И всё. Больше ничего. Майки откинулся на спинку скамейки, положив руку на пакет с дораяки. Лёгкий ветер колыхал листья над головой, где-то рядом смеялись дети. Он не паниковал. Вообще нет. Он просто смотрел на телефон и ждал. Минуты шли медленно. Он снова поднялся и прошёлся по дорожке, осматривая людей. Может, она просто опаздывает. Может, застряла где-то по дороге. Но внутри появилась тихая мысль, которую он не сразу захотел признавать. А что если… Она просто не пришла. Он остановился возле дерева и снова посмотрел на телефон. Экран всё так же показывал одно отправленное сообщение. Без ответа. Майки тихо вздохнул и почесал затылок. — Хм… Он не выглядел злым. Скорее задумчивым. «Может, я просто ей не понравился.» Мысль была странной. Он редко об этом думал. Обычно всё происходило проще люди либо были рядом, либо нет. Он снова сел на скамейку и взял пакет с дораяки, покачивая им в руке. «Ну… бывает.» Но в глубине души что-то подсказывало ему, что это не похоже на неё. Он видел, как она стояла тогда перед Такемичи Ханагаки, защищая его. Видел, как спокойно смотрела на Киёмаса. Такие люди обычно не бросают слова на ветер. Не исчезают просто так. Он снова посмотрел на телефон. Тишина. Не в сети. Ни ответа, ни даже прочитанного сообщения. Майки слегка нахмурился, но всё равно не выглядел особо встревоженным. Майки просто сидел, глядя на дорожку перед собой, и тихо крутил пакет с дораяки в руках. — Хм… — пробормотал он. — Странно. Но уходить он не стал. Почему-то ему казалось, что если он сейчас уедет, то она появится именно в этот момент. Поэтому он просто сидел на скамейке посреди парка, иногда поглядывая на телефон, иногда на людей вокруг. И ждал. Спокойно. Как умеет ждать только тот, кто почему-то уверен, что человек всё-таки придёт. ——— Солнце уже медленно клонилось к горизонту, и свет в парке становился мягче, золотистее. Тени от деревьев вытянулись по дорожкам, людей вокруг стало заметно меньше. Кто-то уже расходился по домам, родители уводили детей, лавочки постепенно пустели. А Манджиро всё так же сидел на той же самой скамейке. Пакет с Dorayaki лежал рядом, уже немного помятый. Он иногда брал один, лениво откусывал кусочек и снова смотрел на дорожку перед собой. Телефон лежал в руке. Экран время от времени загорался, когда он проверял сообщения. Ничего. Она так и не появилась. Время шло. Сначала он просто сидел. Потом снова прошёлся по аллее, осмотрелся возле фонтана, даже обошёл парк по кругу, будто мог случайно её пропустить. Но каждый раз возвращался обратно к той самой скамейке. Телефон вдруг завибрировал. На экране высветилось имя: Кен Рюгуджи. Майки спокойно нажал на кнопку ответа и поднёс телефон к уху. — Да, Кенчик. На другом конце сразу раздался громкий, раздражённый голос Дракена. — Ты где, блять, пропал?! Майки лениво посмотрел на небо, будто его это вообще не касалось. — В парке. — В каком ещё парке?! — продолжал рычать Дракен. Ты вообще понимаешь, что происходит? Эмма весь дом на уши подняла! Сказала, что ты выбежал из дома как сумасшедший и заявил, что идёшь на свидание! Майки спокойно слушал, не перебивая. — Ну да. — НУ ДА?! — голос Дракена стал ещё громче. С кем, блять?! С какой ещё девушкой?! Ты вообще можешь нормально объяснить, куда тебя понесло?! Сано слегка почесал затылок, сидя на скамейке и лениво болтая ногой. — С одной девушкой. — С КАКОЙ ЕЩЁ ДЕВУШКОЙ?! — Дракен явно начинал выходить из себя. Ты хоть имя скажи! Я вообще не ебу, где ты сейчас и что делаешь! Блондин немного помолчал, глядя на пустую дорожку перед собой. — Я жду. — Кого? — Её. На том конце повисла короткая пауза. — Майки… — голос Дракена стал подозрительным. Только не говори мне, что ты всё ещё там. Он посмотрел на часы. — Угу. — СКОЛЬКО ТЫ ТАМ СИДИШЬ?! — Ну… — Майки немного задумался. — Долго. Дракен шумно выдохнул в трубку. — Ты издеваешься, что ли?! Сано наконец слегка нахмурился и тихо сказал: — Она не пришла. На секунду повисла тишина. А потом Дракен неожиданно рассмеялся. Громко. — ХА! — раздалось в трубке. — Так она тебя кинула! Майки спокойно слушал. — Вот это да… — продолжал ржать Дракен. Майки, тебя реально кинули! тихо вздохнул. — Нет. — В смысле «нет»? — Она придёт. Дракен снова усмехнулся. — Братан, если она не пришла за весь день… ты правда думаешь, что она появится? Манджиро посмотрел на телефон. Чат всё ещё был пустым. Ни одного нового сообщения. Он немного помолчал. И впервые за весь день в его голосе появилась лёгкая тень беспокойства. — Кенчик… — Ну? — Она не из тех. — В смысле? — Она бы не сделала так. Майки посмотрел на дорожку, где уже почти никого не осталось. — Она защищала Такемичи Ханагаки. Перед Киёмаса. Он слегка нахмурился. — Такие люди не кидают просто так. Дракен на секунду замолчал. Потом снова заговорил, уже спокойнее: — Майки… — М? — Ты просто ей не понравился. Бывает. Забей. Майки тихо покачал головой, хотя Дракен этого не видел. — Нет. — Да ладно тебе. — С ней что-то случилось. Дракен снова тяжело вздохнул. — Ты серьёзно сейчас? — Угу. — Майки… успокойся. Девчонки иногда просто так делают. Обещают прийти и потом забивают. Майки снова посмотрел на пустую дорожку парка. Ветер тихо шевелил листья. Небо уже темнело. Он крепче сжал телефон. — Она придёт. Дракен тихо усмехнулся в трубку. — Упрямый ты, конечно. Майки спокойно ответил: — Угу. И снова поднял глаза на дорожку, будто всё ещё ждал, что в любой момент среди деревьев появится знакомая фигура.

***

————— Сознание возвращалось медленно. Сначала пришёл холод тяжёлый, липкий, пробирающий до самых костей. Он будто полз по коже, цеплялся за пальцы, за шею, за спину. Всё тело дрожало, но даже это не помогало согреться. Потом пришла боль в голове глухая, тяжёлая, словно кто-то долго и упорно бил молотом где-то за висками. Такэмио тихо застонала и медленно открыла глаза. Сначала она вообще ничего не увидела только густую, вязкую темноту, которая будто давила на глаза. Но постепенно зрение начало привыкать. Появились тени. Неровные стены. Сырость. В нос ударил тяжёлый запах сырого бетона, пыли и чего-то металлического. Подвал. Мысль появилась в голове раньше, чем она окончательно проснулась. Она попыталась пошевелиться и сразу поняла, что её держат. Две руки. Жёсткие, чужие. Кто-то стоял по обе стороны от неё и удерживал её за плечи, не давая упасть. Пальцы впивались в куртку почти болезненно. Сердце резко дёрнулось. Такэмио подняла голову и увидела их. Перед глазами постепенно вырисовывались фигуры несколько парней. Один стоял прямо перед ней, остальные чуть позади. Те двое всё ещё держали её. Их силуэты были одинаковыми. Почти одинаковые куртки. Форма. Эта деталь ударила по сознанию сильнее всего. Банда. Мысль вспыхнула мгновенно. Страх накрыл её так резко, что дыхание на секунду сбилось. Он прошёл по телу холодной волной от шеи до кончиков пальцев. Это было именно то, чего она боялась больше всего. Ещё с того дня. С того момента, когда она увидела, во что ввязался Такемичи. Её руки слегка задрожали. Она попыталась глубоко вдохнуть и в этот момент сознание резко зацепилось за ещё одну деталь. Телефон. Где телефон? Мысль вспыхнула почти панически. Она машинально дёрнула рукой, будто могла нащупать его в кармане, но руки почти не слушались, а карманы были пустыми. Телефона не было. Сердце забилось быстрее. Нет… нет, нет, нет… В голове началась настоящая паника. Она не знала, где находится. Не знала, сколько времени прошло. Не знала, как она сюда попала. Последнее, что она помнила парк, мысль о встрече, сообщения. Манджиро Сано. Майки. Он должен был ждать её. Осознание ударило больнее всего. Он ждёт. А она… она где-то в чёртовом подвале среди каких-то людей в форме банды, без телефона и без малейшего понятия, где находится. Сердце начало колотиться быстрее, дыхание стало неровным. И тут её накрыла ещё одна мысль та, от которой внутри всё похолодело сильнее, чем от самого подвала. Кислородная трубка. Она резко дёрнулась. Где она? Она всегда носила её с собой. Всегда. Она была в сумке. Сумка… где сумка? Такэмио быстро огляделась, насколько позволяли чужие руки. Пусто. Никакой сумки рядом не было. Вообще ничего. Её дыхание стало быстрее. Слишком быстро. Грудная клетка болезненно сжалась. Чёрт… нет. Нет, только не это. Мысли начали путаться. Если трубки нет… если сумки нет… то сколько времени она уже без неё? Сколько? Минуты? Час? Больше? Холод подвала вдруг показался в десятки раз сильнее. Воздух стал тяжелее, будто его стало меньше. Такэмио судорожно втянула воздух, стараясь дышать глубже, но паника только усиливала ощущение, что кислорода катастрофически не хватает. Голова начала слегка кружиться. Нет. Нельзя паниковать. Нельзя. Но тело не слушалось. Сердце билось так быстро, что гул стоял в ушах. Она снова попыталась дёрнуться, но руки, удерживающие её, только сильнее сжались. Пальцы на её плечах стали жёстче. Кто-то из них тихо усмехнулся. И в этот момент парень, стоящий прямо перед ней, наконец сделал шаг ближе. Тень его фигуры закрыла слабый свет лампы над головой. Сознание возвращалось медленно. Сначала пришёл холод — тяжёлый, липкий, пробирающий до самых костей. Он будто полз по коже, цеплялся за пальцы, за шею, за спину. Всё тело дрожало, но даже это не помогало согреться. Потом пришла боль в голове — глухая, тяжёлая, словно кто-то долго и упорно бил молотом где-то за висками. Такэмио тихо застонала и медленно открыла глаза. Сначала она вообще ничего не увидела — только густую, вязкую темноту, которая будто давила на глаза. Но постепенно зрение начало привыкать. Появились тени. Неровные стены. Сырость. В нос ударил тяжёлый запах сырого бетона, пыли и чего-то металлического. Подвал. Мысль появилась в голове раньше, чем она окончательно проснулась. Она попыталась пошевелиться — и сразу поняла, что её держат. Две руки. Жёсткие, чужие. Кто-то стоял по обе стороны от неё и удерживал её за плечи, не давая упасть. Пальцы впивались в куртку почти болезненно. Сердце резко дёрнулось. Такэмио подняла голову и увидела их. Перед глазами постепенно вырисовывались фигуры — несколько парней. Один стоял прямо перед ней, остальные чуть позади. Те двое всё ещё держали её. Их силуэты были одинаковыми. Почти одинаковые куртки. Форма. Эта деталь ударила по сознанию сильнее всего. Банда. Мысль вспыхнула мгновенно. Страх накрыл её так резко, что дыхание на секунду сбилось. Он прошёл по телу холодной волной — от шеи до кончиков пальцев. Это было именно то, чего она боялась больше всего. Ещё с того дня. С того момента, когда она увидела, во что ввязался Такемичи Ханагаки. Её руки слегка задрожали. Она попыталась глубоко вдохнуть — и в этот момент сознание резко зацепилось за ещё одну деталь. Телефон. Где телефон? Мысль вспыхнула почти панически. Она машинально дёрнула рукой, будто могла нащупать его в кармане, но руки почти не слушались, а карманы были пустыми. Телефона не было. Сердце забилось быстрее. Нет… нет, нет, нет… В голове началась настоящая паника. Она не знала, где находится. Не знала, сколько времени прошло. Не знала, как она сюда попала. Последнее, что она помнила — парк, мысль о встрече, сообщения. Мандзиро Сано. Майки. Он должен был ждать её. Осознание ударило больнее всего. Он ждёт. А она… она где-то в чёртовом подвале среди каких-то людей в форме банды, без телефона и без малейшего понятия, где находится. Сердце начало колотиться быстрее, дыхание стало неровным. И тут её накрыла ещё одна мысль — та, от которой внутри всё похолодело сильнее, чем от самого подвала. Кислородная трубка. Она резко дёрнулась. Где она? Она всегда носила её с собой. Всегда. Она была в сумке. Сумка… где сумка? Такэмио быстро огляделась, насколько позволяли чужие руки. Пусто. Никакой сумки рядом не было. Вообще ничего. Её дыхание стало быстрее. Слишком быстро. Грудная клетка болезненно сжалась. Чёрт… нет. Нет, только не это. Мысли начали путаться. Если трубки нет… если сумки нет… то сколько времени она уже без неё? Сколько? Минуты? Час? Больше? Холод подвала вдруг показался в десятки раз сильнее. Воздух стал тяжелее, будто его стало меньше. Такэмио судорожно втянула воздух, стараясь дышать глубже, но паника только усиливала ощущение, что кислорода катастрофически не хватает. Голова начала слегка кружиться. Нет. Нельзя паниковать. Нельзя. Но тело не слушалось. Сердце билось так быстро, что гул стоял в ушах. Она снова попыталась дёрнуться, но руки, удерживающие её, только сильнее сжались. Пальцы на её плечах стали жёстче. Кто-то из них тихо усмехнулся. И в этот момент парень, стоящий прямо перед ней, наконец сделал шаг ближе. Тень его фигуры закрыла слабый свет лампы над головой. Холод пробирал до самых костей. Казалось, будто этот переулок впитал в себя всю сырость и мрак города, и теперь медленно отдавал их обратно, обволакивая тело липким холодом. Такэмио едва держалась на ногах. Двое парней по бокам держали её за руки, но это было больше похоже не на поддержку, а на захват их пальцы впивались в кожу так сильно, что она чувствовала, как под ними уже начинают проступать болезненные пятна. Перед ней стоял третий. Он был выше, шире в плечах, и его форма почти не отличалась от формы остальных. Та же длинная куртка банды Мёбиус, тот же ленивый, наглый взгляд человека, привыкшего смотреть на других сверху вниз. Он медленно склонил голову набок, разглядывая её так, будто перед ним стояла не живая девушка, а какая-то грязная находка, которую он только что поднял с улицы. Его губы растянулись в неприятной усмешке. — Так ты, значит… девка Майки? Голос был ленивым, тягучим. Словно он разговаривал не с человеком, а с уличной собакой, которая случайно попалась ему под ноги. Он сделал шаг ближе, и запах дешёвых сигарет ударил в нос. Такэмио почувствовала, как пальцы парней, державших её, сжались сильнее. Один из них даже чуть дёрнул её руку назад, будто проверяя, сможет ли она вырваться. Боль прострелила плечо, и на секунду у неё потемнело в глазах. Сердце билось так громко, что она почти не слышала звуков вокруг. Четыре. Или пять. Она даже не могла точно понять, сколько их здесь. И ни одного прохожего. Ни одного окна с включённым светом. Ни одного человека, который мог бы увидеть, что происходит. Только узкий переулок, холодный асфальт и несколько парней, которые смотрели на неё так, словно уже решили, что с ней делать. Он шагнул ещё ближе. Теперь между ними оставалось всего пару шагов. — Слышал, ты крутого из себя строишь рядом с Майки, — протянул он, лениво оглядывая её с головы до ног. Думал, девка у него будет… поинтереснее. Парни за её спиной тихо засмеялись. Один из них внезапно сжал её запястье так сильно, что она невольно вздрогнула. Боль прошла по руке до самого плеча. — Эй, не дёргайся, — хмыкнул он. В этот момент внутри что-то щёлкнуло. Страх никуда не исчез. Он по-прежнему стоял в горле комом, заставлял руки холодеть, а дыхание сбиваться. Она прекрасно понимала, что окружена. Что здесь никто не поможет. Что перед ней не школьники, которые просто решили пошутить. Это была банда. И она одна. Но вместе со страхом поднялось и другое чувство. Злость. Та самая злость, которая иногда вспыхивала в ней, когда кто-то начинал считать её слабой. Голова резко поднялась. — Ты вообще кто такой? — прохрипела она. Парень перед ней слегка удивился. Видимо, ожидал совсем другой реакции. Но она уже не могла остановиться. — Какой ещё Майки?! — выдохнула она, дёрнув руками так резко, что парни на секунду потеряли хватку. Я понятия не имею, о ком ты говоришь! Слова вылетали резко, почти срываясь на мат. — Отпустите меня, суки! Один из тех, кто держал её, раздражённо толкнул её обратно. — Ого, — усмехнулся другой. — С характером. Передний парень медленно прищурился. — Не знаешь Майки? — протянул он. Он шагнул ещё ближе, почти вплотную. Теперь Такэмио чувствовала, как его тень падает на её лицо. — Забавно. Он наклонился чуть вперёд. — Потому что он, похоже, очень даже знает тебя. Парни за её спиной снова рассмеялись. И именно в этот момент Такэмио по-настоящему почувствовала, насколько она одна. Руки были скованы чужими пальцами. Телефон пропал. Сумка пропала. Кислородной трубки тоже не было мысль о ней вспыхнула где-то на краю сознания, но сейчас даже паниковать об этом было некогда. Только тёмный переулок. Холод. И чужие руки, которые держали её слишком крепко. Но она всё равно упрямо сжала зубы. — Сказала же, — процедила она сквозь дыхание. Не знаю я вашего Майки. И в её голосе звучала такая злость, будто она действительно была готова вцепиться им в горло. ————- Слова повисли в холодном воздухе переулка так тяжело, будто сами стали частью этого сырого мрака. Парень перед ней больше не улыбался так лениво, как раньше. Его взгляд стал внимательнее, холоднее. Он смотрел на Такэмио так, словно уже прикидывал, сколько пользы из неё можно выжать. Он медленно выпрямился и сунул руки в карманы куртки с символикой Мёбиус. Его голос стал почти скучающим, будто он объяснял очевидные вещи. Если она начнёт дёргаться будет хуже. Намного хуже. Никто из них не собирается церемониться. Он прямо сказал, что она для них сейчас просто удобная наживка. Если всё пойдёт как надо она поживёт подольше. Если начнёт устраивать проблемы… её просто выкинут где-нибудь за городом, в лесу, и никто никогда не узнает, что с ней случилось. Он говорил это так спокойно, что по спине у Такэмио пробежал ледяной холод. Не было ни угроз крика, ни агрессии. Просто констатация факта. И именно это пугало сильнее всего. Парни вокруг тихо переглядывались, кто-то усмехался. Один из тех, кто держал её, лениво провёл пальцами по её плечу, будто проверяя, насколько она напугана. Сердце в груди Такэмио колотилось так сильно, что ей казалось — его слышат все. Она понимала одну простую вещь. Это не те люди, которые бросаются словами просто так. Если они сказали, что закопают - значит, закопают. Если сказали, что никто не найдёт - значит, никто не найдёт. Паника поднималась внутри волнами. Мысли путались, дыхание сбивалось. На секунду ей даже показалось, что ноги просто перестанут держать её. Но вместе с паникой появилась и другая мысль. Если она сейчас начнёт кричать, вырываться, угрожать всё закончится очень быстро. Очень. Поэтому Такэмио медленно опустила голову, будто страх наконец сломал её. Плечи чуть поникли. Она даже позволила рукам расслабиться в чужой хватке. Парни сразу заметили это. — О, смотрите, — усмехнулся один. До неё дошло. Она резко подняла голову. — Эй… — голос сначала сорвался, но она заставила себя продолжить. — Лучше… лучше не трогайте меня. Парни на секунду даже притихли. Один из тех, кто держал её за руки, хмыкнул. — Чё? — усмехнулся он. — Испугалась наконец? Другой сильнее сжал её запястье, и боль снова прострелила руку. — Поздно, — лениво бросил третий. Но Такэмио уже не останавливалась. Она заговорила быстрее, будто слова сами вырывались из неё. — Я серьёзно… вам лучше держаться подальше. Парень перед ней прищурился. — И почему это? Такэмио на секунду опустила взгляд, будто колебалась. А потом сказала это. — Потому что я больна. На секунду наступила тишина. — …Чё? — переспросил один из парней. Она подняла голову и посмотрела прямо на них. — У меня СПИД. Переулок будто завис. Один из тех, кто держал её, даже автоматически ослабил хватку. — Ты гонишь, — фыркнул другой. Но она сразу начала говорить дальше, быстрее, нервнее, будто сама уже устала от этого. — Думаете, я шучу?! — резко бросила она. — Я почти постоянно в больнице! У меня иммунитет почти нулевой! Она нарочно кашлянула, закрыв рот рукой. — Мне даже люди рядом опасны… — продолжила она уже тише. — Поэтому я и ношу с собой медицинские вещи. Парень перед ней нахмурился. — Какие ещё вещи? — В моей сумке, — быстро сказала она. — Там кислородная банка… лекарства… мне иногда плохо становится. Без неё я долго не могу. Один из парней за её спиной тихо выругался. — Бля… — Да она пиздит, — сказал другой, но уже не так уверенно. Такэмио заметила их взгляды. И решила сделать ещё хуже. Она нервно усмехнулась. — Честно… я даже не понимаю, зачем вы меня схватили. От меня одни проблемы. Анализы, кровь, врачи… она слегка наклонила голову. — Если вдруг кто-то поцарапается… или кровь попадёт… Она специально не договорила. Парни переглянулись. Один из них резко убрал руку с её плеча. — Слышь… — пробормотал он. — А если она не врёт? — Да заткнись ты, — раздражённо бросил другой, но теперь он тоже смотрел на неё немного иначе. С брезгливостью. Именно этого она и добивалась. Такэмио продолжила, будто уже совсем устала от своей «болезни». — Меня даже в школе сторонятся… пробормотала она. — Думаете, я бы просто так сказала? Она снова кашлянула, чуть согнувшись. Теперь уже несколько парней смотрели на неё с явным отвращением. — Фу бля… — тихо сказал один. — Серьёзно, отойдите от меня, — добавила она уже почти шёпотом. — Вам же хуже будет. Внутри неё всё тряслось от страха. Но снаружи она продолжала играть свою роль. И на несколько секунд в этом холодном переулке парни из Мёбиус действительно зависли, не зная врёт она… или нет. Значит, это работает. Значит, надо давить дальше. Она вдруг резко закашлялась. Сначала тихо. Потом сильнее. Она согнулась чуть вперёд, прижимая руку ко рту, будто пытаясь остановить приступ. — Кх… кх… чёрт… — пробормотала она сипло. — Эй, бля… — один из парней сразу отшатнулся. — Чё с ней? — Я же сказала… — прохрипела Такэмио, поднимая голову. — Мне иногда плохо… Она снова кашлянула, и на этот раз специально сделала шаг вперёд. Парень, который держал её за руку, не успел отреагировать. Она резко схватилась за его рукав, будто теряет равновесие. — Подожди… голова кружится… — ЭЙ! — он дёрнулся. — Не трогай меня, бля! Он резко отпустил её руку и отскочил назад. Остальные тоже напряглись. Такэмио медленно выпрямилась, тяжело дыша, будто действительно боролась с приступом. — Простите… — пробормотала она, но тут же снова закашлялась. На этот раз она специально наклонилась ближе к другому парню. — Кх… кх… — БЛЯ, ОТОЙДИ! — тот буквально отпрыгнул. Кто-то позади выругался: — Я ж говорил, не трогайте её! Такэмио провела рукой по губам и устало посмотрела на них. — Я предупреждала… — сказала она тихо. — Врачи сказали, что мне лучше не контактировать с людьми. Она сделала ещё один шаг. Теперь уже сама. Парни автоматически начали пятиться. — Эй, стой там! — резко сказал один. — Не подходи! Такэмио снова кашлянула. — Почему вы нервничаете? — тихо спросила она, наклоняя голову. — Вы же говорили, что со мной можете сделать что угодно… Она снова потянулась рукой вперёд, будто собиралась опереться на одного из них. — Может… поможете? Мне правда плохо… — НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ, БЛЯТЬ! — тот резко отшатнулся. — Ты чё творишь?! — рявкнул другой. Теперь уже половина из них держалась на расстоянии, будто перед ними стояла не девчонка, а ходячая инфекция. Кто-то тихо пробормотал: — Фу нахуй… если она реально больная… Такэмио устало опустила плечи и снова кашлянула, чуть пошатнувшись. — Я же говорила… — пробормотала она. — От меня одни проблемы. Она сделала ещё один маленький шаг вперёд. И с каким-то почти невинным выражением лица протянула руку. — Кто-нибудь… поддержит меня? Парни из Мёбиуса одновременно сделали шаг назад. Впервые с того момента, как её схватили, ситуация хоть немного начала выходить из их контроля. Такэмио сидела на холодном цементе, руки наконец свободны, но это не приносило никакого облегчения. Напротив с каждой секундой становилось тяжелее дышать. Сердце колотилось, будто пыталось вырваться из груди, грудная клетка сжималась, лёгкие жгло изнутри, и воздух будто исчезал. Сзади раздался звонок телефона. Она отчетливо слышала голос того, кто держал её ранее, он шептал в трубку: — Алло, Осанаи… да, та самая. Она… да, она больная… СПИД… если мы её тронем, заразимся все… давайте от неё избавимся. Он сделал паузу, слушая ответ на том конце, потом добавил: — Нет, она не просто слабая… она реально опасна. Идиот, она пытается заразить нас! Эти слова застряли в её голове, стали как приговор. Сердце заколотилось ещё быстрее. Девушка попыталась сделать вдох резкий, судорожный, но казалось, что лёгкие просто не слушаются. Горло сжималось, голос пропал, а каждая попытка вдохнуть приносила резкую боль в груди. Руки судорожно сжались, пальцы впились в холодный бетон, словно пытаясь удержать хоть что-то, но даже это не помогало. — Ты слышишь меня?! — громче заорал он в трубку, — Я сказал, она больна! Мы все можем подхватить, давай быстрее решай, что с ней делать! Паника усиливалась с каждой секундой, дыхание становилось всё более прерывистым, грудь сжималась, руки дрожали. Такэммо почти чувствовала, как тёмное, холодное пространство подвала обвивает её, поглощает полностью, лишая сил. Каждый мускул напряжён, пальцы посинели от холода и страха, глаза наполнились слезами, но слёзы не шли они застряли внутри. — Нет, я сказал — убираем её! — крикнул он, его голос дрожал от раздражения. — Она заразная! Всё, хватит! Ханагаки пыталась сосредоточиться, найти хоть каплю контроля, повторяя себе: «Дыши… дыши… всё будет хорошо… просто дыши…» но лёгкие будто не слушались, тело дрожало, а мир сужался до холодного пола и звуков, которые казались настоящей угрозой. Сердце колотилось так сильно, что казалось, будто оно вот-вот разорвёт грудную клетку. — Чёрт… — слышала она сзади. — Она реально что-то замышляет… Или просто сдохнем все. Паника смешалась с физической болью, и Такэммо оказалась полностью одна с этим ужасом, с безысходностью, с невозможностью вдохнуть хотя бы нормальный воздух. Это был тот момент, когда страх перестал быть просто эмоцией он стал физическим состоянием, которое управляло её телом, не оставляя ни единого кусочка контроля.