Сокровище дракона

      Кабинет Джуда Хартфилии был погружен в тишину, нарушаемую лишь шелестом бумаги и тихим скрипом пера. Высокие окна пропускали внутрь холодный дневной свет, и он ложился ровными полосами на массивный стол, заваленный контрактами, отчетами и письмами. Все было строго упорядочено — под стать хозяину кабинета.       Рабочее безмолвие прервал четкий, без лишней нерешительности стук.       — Войдите, — ответил он, не поднимая глаз, изучающих очередную накладную.       Дверь бесшумно отворилась, впуская в помещение сладкий запах ванильных духов, который он узнал бы из тысячи.       — Отец, — голос пришедшей гостьи прозвучал ровно, без малейшего намека на какое-либо волнение.       Люсьена Хартфилия переступила через порог, прикрывая за собой дверь. Ее движения были выверенными, лишенными суеты, словно она сотню раз репетировала этот момент.       На ней была белая рубашка с закатанными рукавами, подчеркивающая тонкие, но натренированные руки, и темные высокие брюки, облегающие стройные ноги. На ее бедрах болталась связка золотых ключей, которые мелодично позвякивали при каждом движении, а чуть ниже выглядывала ручка Звездной Реки, касающаяся острым кончиком высоких сапог с устойчивым каблуком.       Джуд наконец оторвался от бумаг и поднял взгляд. Он смотрел на дочь и видел перед собой не просто взрослую девушку, а поразительную копию своей покойной жены. Но как бы сильно Люси ни была похожа на мать, характер и упрямую целеустремленность она определенно унаследовала от него.       Несмотря на то, что его сердце переполняла окрыляющая гордость за дочь, его лицо по-прежнему оставалось невозмутимым, не позволяя дрогнуть ни единому мускулу.       — Отец, — повторила Люси. — Я готова отправляться в путь.       — Дочь, ты уверена? — спросил Джуд, откладывая перо в сторону. В его голосе прозвучала почти неуловимая нотка мольбы, которая была ему совершенно несвойственна. — Ты можешь остаться здесь, — он обвел ладонью свой кабинет, подразумевая все поместье Хартфилия. — Я передам тебе все свои дела и титул.       — Уверена, — твердо ответила Люси, не раз проходившая через этот разговор. — Я хочу стать волшебницей и вступить в сильнейшую гильдию Фиора.       На неуловимую секунду в глазах Джуда мелькнуло одобрение, смешанное с такой тоской, что у Люси болезненно сжалось сердце. Но она не могла поступить иначе. Она не хотела поступать иначе.       — Раз ты уже все решила, — вздохнул он, тяжело поднимаясь с кресла, будто каждое движение стоило ему огромных усилий. — Я не буду тебя останавливать, — Джуд смиренно развел руками, и его губы растянулись в грустной, но теплой улыбке, которую Люси видела всего лишь пару раз за всю свою жизнь. — Я сделал для твоей защиты все, что мог.       И это была правда. Джуд Хартфилия сделал все, что было ему по силам: он отыскал ключи врат, книги заклинаний, самых лучших учителей. Он осознавал, что путь волшебницы, который избрала его дочь — опасен, но ни капли не сомневался в том, что Люси справится с любыми трудностями и всегда сможет постоять за себя.       — Спасибо, папа! — в глазах Люси мелькнули слезы благодарности, и она бросилась к отцу, чтобы заключить его в крепкие объятия.       Они простояли так еще несколько минут, наслаждаясь таким редким мигом, когда все обиды забывались, и оставалось лишь родное тепло, напоминающее о доме.       Люси отстранилась первой и, оставив на щеке отца невесомый поцелуй, чтобы не испачкать его вишневым блеском, выскочила из кабинета навстречу новым приключениям.       — Она совсем не изменилась, — улыбнулся Джуд, глядя на распахнутую дверь, за которой только что скрылась его дочь. Он перевел взгляд на стоящий на столе портрет и нежно провел пальцами по лицу женщины, чей образ навсегда останется в его сердце. — Присмотри за нашей дочерью, Лейла…