нить судьбы

Портал закрылся за спинами с привычным сухим треском. Хоррор первым огляделся. Лес. Высокие сосны. Солнечный свет пробивался сквозь кроны, ложась на землю длинными золотыми полосами — настолько мирное место, что само это спокойствие заставляло насторожиться. Найтмер не отправлял их туда, где было безопасно – было незачем. — Что ищем? — спросил Даст, лениво теребя край рукава своей куртки. — Если бы он сказал, было бы подозрительно, — буркнул Кросс. Хоррор промолчал. Он давно привык к заданиям без подробностей. Они двинулись по тропе. Не прошло и пяти минут, как воздух впереди изменился — не визуально, просто что-то сдвинулось в ощущениях. Чьё-то присутствие. — Стойте. Голос прозвучал спокойно. Не угрожающе — но с той уверенностью, которая появляется только у тех, кто способен себя защитить и знает об этом. Хоррор, напрягаясь, сжимает покрепче бедренную кость – привычка с его мира, когда дело касалось опасности. Из-за деревьев вышли трое. Первым Хоррор заметил золотистый шарф. Его обладатель держался прямо, без напряжения — в руках тетива, но стрел нигде не было. Рядом стоял невысокий, одного роста с золотым, скелет в голубой бандаме и бронёй стража, который улыбался так, будто происходящее было поводом познакомиться, а не начать драку – он был так сильно походил на младшего брата, что поневоле Санс ахнул. Последним вышел высокий — с кистью за спиной и разноцветными глазами, которые внимательно изучали гостей. Никто не нападал. Но и доверия в их взглядах не было. — Вы не отсюда, — сказал высокий. Кросс чуть сдвинулся вперёд. — Можно сказать и так. Повисла пауза. Потом голубой неожиданно махнул рукой: — Меня зовут Свап! Золотой едва заметно вздохнул. — Свап, мы ещё не решили, стоит ли представляться... — А мне кажется, так проще. — улыбка стала шире. — Это Дрим. А это Инк. Теперь ваша очередь, – показывая своих, представляет Свап. — Кросс, – вздохнул Крест, а после отразил действие маленького скелета. – Даст и Хоррор. Инк медленно повторил имена — беззвучно, как повторяют что-то незнакомое. Потом покачал головой. — Не слышал. — А должны были? — спросил Даст. — Обычно я хотя бы примерно представляю, кто путешествует между вселенными. Вас вижу впервые. — Мы работаем на одного, — выдаëт Кросс. — На Найтмера. Улыбка исчезла с лица Дрима. Совсем, моментально — как свет, когда выключают выключатель. Он сделал едва заметный шаг вперёд. — Повтори. — Мы работаем на Найтмера. Тишина. Даже ветер будто перестал шелестеть в ветвях. — Моего... брата? — тихо спросил Дрим. — Брата? — повторил Хоррор, который до этого молчал. Кажется, реакция Дрима заинтересовала его. — Мы близнецы. Несколько секунд никто ничего не говорил. Первым нарушил молчание Даст. — Он никогда об этом не рассказывал. — Не удивлён, — сказал Дрим. Тихо, без горечи — просто как факт, с которым давно примирился. Он опустил взгляд. — Значит... он действительно больше не один. Хоррор заметил, как изменилось его лицо. Не радость, не облегчение — скорее что-то похожее на осторожное спокойствие. Как у человека, который долго думал, что брат окончательно замкнулся в себе и возненавидел всё живое, — и вдруг узнал, что это не совсем так. — Он создал команду? — спросил Дрим. — Ну, как команду, – пожимает плечами Мëрдер. – Нас всего шестеро, если считать Босса: мы втроём, Найтмер и с нами ещё Киллер и Эррор. В частности, последний никогда не участвовал в наших походах. — Эррор? — переспросил Инк. — Кто? Теперь удивились уже они. — В смысле «кто»? — Никогда не слышал. Даст нахмурился: — Ты путешествуешь по мультивселенной. — Да. — И не знаешь Эррора? — Нет. Инк говорил спокойно — без попытки спорить, просто констатировал. Хоррор смотрел на него и думал: либо врёт, либо их пути действительно никогда не пересекались. Второе казалось невозможным. Но Инк выглядел честным скелетоподобным монстром. — Это невозможно, — тихо сказал Даст. — Потому что он Разрушитель Мультивселенной. Инк немного подумал. Повисло молчание. Первым его нарушил Свап. — Вообще-то... я встречал. Все посмотрели на него. Даже Инк. — Правда? Свап кивнул. Улыбка исчезла с его лица — не резко, а как уходит что-то, что держишь намеренно, когда больше нет смысла держать. — Это было давно. Очень. Он смотрел куда-то сквозь деревья — туда, куда смотрят, когда перед глазами стоит совсем другое место. — Тогда мой мир начал разрушаться. Мы, я и брат, даже не сразу поняли из-за кого, а потом... Потом появился он. Серьёзный в своих убеждениях, готовый захватить в свои нити. Хоррор понял сразу. Ещё до того, как Свап договорил. — Он сказал, что наш мир бесполезен. Что его пора стереть. Инк удивлённо нахмурился. — Ты никогда не рассказывал... — Не было повода. — Свап произнёс это без горечи, просто как факт. — Потом он открыл портал. И забрал меня. — Куда? — тихо спросил Хоррор. — В место, где ничего нет. Совсем. Ни неба, ни земли — только белизна. Самым пугающим были только нити, на которых висели три версии кукольных скелетов – один был точной копией меня. — Анти-Пустота, — почти одновременно произнесли Даст и Кросс. Свап кивнул. — Наверное. Названия я тогда не знал. Дрим тихо спросил: — Тебе было страшно? Свап помолчал. — Да. Но не так, как я ожидал. — он замолчал, качнулся на цыпочках. — Там не было ничего угрожающего. Просто... пустота. И тишина такая, что начинаешь слышать собственные мысли слишком отчётливо. — Он чуть улыбнулся, без особой радости. — Это оказалось страшнее, чем если бы там что-то было. — Он говорил с тобой? — спросил Дрим. — Немного. В основном молчал, иногда отвечал кому-то. Но когда обращался ко мне — это было очень... точно. Как будто знал, что именно скажет больно. — И всё равно отпустил, – удивился Хоррор. — Всё равно отпустил. Дрим смотрел на младшего из группы, задумался о своëм, а потом перевёл взгляд в деревья. Инк слушал молча. Впервые за весь разговор его обычная лёгкость исчезла — не демонстративно, просто ушла. — И что дальше? — Он хотел, чтобы я посмотрел на то, что остаётся после уничтожения альтернативных миров. Сказал, что мой мир скоро станет таким же, как они. Хоррор почувствовал, как внутри неприятно холодеет. Он легко мог представить Эррора, говорящего именно это — без эмоций, как простую констатацию. Порой, Глючный говорил нечно подобное и ему, и Кроссу, и даже Киллеру. — Почему ты жив? — спросил Даст. — Не знаю. В какой-то момент он просто... передумал. Вернул меня домой. И исчез. — Просто отпустил? — Да. — Без причины? — Возможно, причина была. Но я её не понял. Хоррор посмотрел на Свапа — на то, как тот говорит об этом: ровно, без надрыва, как говорят о чём-то очень старом, что давно перестало быть острым. Потом подумал, что это, наверное, и есть лучший способ носить подобное в себе. Не забыть — но и не дать этому стать тем, что определяет тебя целиком. — Ты сказал, что мир начал разрушаться ещё до него, — произнёс Хоррор. — Что с ним стало потом? Свап немного помолчал. — Уцелел. Медленно восстановился, словно что-то спасло его. — все смотрели на него, кроме Дрима. — Иногда думаю, что именно поэтому он меня и отпустил. Посмотрел — и решил, что незачем. — Или понял, что не было смысла, – отвечает Алоглазый. Свап посмотрел на него. Немного удивлённо — как смотрят, когда кто-то незнакомый формулирует точнее, чем ты сам. — Может быть, — сказал он. — Я об этом не думал. Молчание вернулось. Другое — не то напряжённое, которое бывает перед дракой, а то, которое бывает, когда все одновременно думают об одном и том же. Инк смотрел на Свапа. — Пока я путешествовал по своим маршрутам... существовал кто-то настолько сильный — и я ни разу его не встретил. — Похоже на то, — сказал Кросс. — Это не случайность, — заметил Хоррор. Все посмотрели на него. — Эррор не появляется там, где его помощь с разрухой не нужна – где он не считает надобностью тратить силы. Он работает в определённых пределах. — Хоррор тянется к пустой глазнице. — Возможно, ваши маршруты никогда не пересекались именно поэтому. Инк обдумал это. — Значит, кто-то не хотел нашей встречи? — Или сложилось само. Но результат одинаковый – никакой встречи. Дрим, который до этого молчал, негромко спросил: — Он часто так делает? Забирает кого-то — и возвращает? — Нет, — сказал Кросс. — Почти никогда. Точнее, мы не видели, – а Хоррор хмыкнул и не стал говорить правду. Свап снова посмотрел в деревья. — Я знаю. Потому и не рассказывал. Объяснить всё равно нельзя. Хоррор смотрел на него и думал о том, что у Эррора редко бывает что-то совсем без причины. Просто его причины не всегда те, которые можно назвать вслух. Или те, которые он сам признал бы причинами, если бы его спросили. Вслух он этого не сказал. Некоторые вещи лучше оставлять при себе. Дрим тем временем смотрел на троицу. — Какой он сейчас? Ну, мой брат. Найтмер. — Строгий, — добавил Кросс. — Постоянно недовольный, — фыркнул Даст. Хоррор немного подумал: — Очень своеобразно — но заботится. Дрим опустил голову. Улыбнулся — не широко, уголком рта. — Значит, не всё потеряно. — Он помнит тебя? Вопрос задал Хоррор — и сразу почувствовал, что, возможно, не стоило. Слишком прямо. Слишком близко к тому, на что может не быть хорошего ответа. Но Дрим не отвернулся. — Не знаю, — сказал он. — Скорее всего — да. Он всегда всё помнил. — Пауза. Долгая пауза. — Вопрос не в том, помнит ли. Вопрос в том, хочет ли. Хоррор понял. Это был другой вид тоски — не по тому, кто забыл тебя, а по тому, кто помнит, но всё равно не возвращается, ненавидит тебя. Одно было бы, наверное, легче. Он ничего не сказал. Просто кивнул. — Когда вы в последний раз виделись? — спросил Хоррор. Дрим не ответил сразу. — Давно. До того, как всё стало... вот так. — Он помолчал. — Последний раз мы говорили по-настоящему — ещё когда были просто двумя братьями у Древа. До плодов. До всего. — И с тех пор — никак? — Мы встречались. После. Но это были уже другие встречи. Хоррор подумал о том, что значит встречаться с кем-то, кто стал другим, — и знать это, и всё равно встречаться. — Ты не пытался поговорить? — Пытался, — сказал Дрим. — Несколько раз. Он умеет закрываться так, что слова просто не доходят. Ты говоришь — а он уже за стеной. Хоррор молчал. — Но иногда, — сказал Дрим очень тихо, — я вижу в нём что-то, что было раньше. Очень коротко. Почти незаметно. — Он поднял взгляд. — И это не даёт мне сдаться окончательно. — Ты скучаешь по нему? Вопрос сорвался у Хоррора раньше, чем он успел его обдумать. Наверное, потому что слишком хорошо знал это ощущение изнутри. Дрим не ответил сразу. Посмотрел куда-то мимо, в лес — туда, куда смотрят, когда думают о чём-то, что давно стало привычным, но не перестало болеть. — Каждый день. Молчание. Хоррор думал о том, что они похожи — не внешне и не характерами, а вот этим конкретным чувством. Тоской по брату, которого нет рядом. Хоррор знал, что Папайрус жив, не голодный, но не мог к нему вернуться. Дрим знал, что Найтмер жив — и тоже не мог.

Разные обстоятельства. Одна и та же форма.

— Если увидите его... — начал Дрим. Потом остановился. Покачал головой. — Нет. Неважно. — Что передать? — спросил Хоррор. Долгое молчание. — Просто скажите, что его брат всё ещё существует. Не враг. Не противник. Брат. Хоррор медленно кивнул. — Передам. «Наверное, передам» – мысленно добавил он, словно не знал, скажет ли это когда-нибудь Найтмеру. Не знал, захочет ли он это слышать. Но обещание было дано — а обещания он старался держать.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

Когда обе группы разошлись, Инк поравнялся с Дримом. — Странное чувство. — Какое? — Будто мы только что случайно нашли целую ветвь мультивселенной, о которой не знали. — Он посмотрел на тропу, по которой ушли трое. — Или знали, просто...Она гораздо больше, чем я думал. Свап догнал их и некоторое время шёл рядом молча. — Знаешь, что странно? — сказал он наконец. — Что? — спросил Инк. — Он мог меня уничтожить. Вместе с миром. Но не уничтожил. — Свап подумал о Эрроре. – А ещë они заодно с братом Дрима. И говорят о нём так, будто знают его вечность уже. Дрим не ответил сразу. — Ты думаешь о том, что у людей бывает больше одного лица? — спросил он наконец. — Я думаю о том, что иногда мы видим только то, что нам показывают, — сказал Свап. — А за этим может быть что-то совсем другое. Дрим промолчал. Но посмотрел на тропу, по которой ушли трое, — и в этом взгляде было что-то новое. Не надежда в полном смысле слова. Скорее — разрешение надеяться. Небольшое. Но настоящее. — Ты думаешь о том, чтобы поговорить с ним вновь? — спросил Свап. Дрим помолчал. — Не знаю, но, — сказал он наконец. — Мы не разговариваем так просто. Я не могу просто прийти и сказать Найтмеру всё, что так хотел эти пятьсот лет. — Может, и не нужно говорить напрямую. — Что ты имеешь в виду? Свап пожал плечами. — Иногда достаточно просто быть. Продолжать существовать где-то рядом. Чтобы он знал — ты не ушёл. Что бы ни случилось. Даже, когда ему это не нужно. Дрим долго молчал. — Я и так это делаю, — сказал он наконец. Тихо. — Уже очень долго. — Знаю. Больше никто ничего не сказал. Они шли по лесу, в котором недавно встретили трёх незнакомцев — и который стал немного другим от этой встречи. Не изменился. Просто стал чуть больше, чем был.