Ведьма и волчонок

Мы с Полом уходим, попрощавшись с его друзьями, и сложно признаться, но мне становится легче. Мне все еще неудобно рядом с ними и, честно говоря, с Полом тоже. Несмотря на близость, нам все еще неловко друг с другом. Но я безумно счастлива…. ТЫ МОЯ НАРЕЧЕННАЯ! Пол ведет меня к моей машине, чтобы отвезти домой. Он надевает мои солнцезащитные очки и я смеюсь от его вида. На нем черная футболка, которую он, вероятно, взял у кого-то из друзей, и джинсы. Красивые черные часы украшают запястье его правой руки. Он заводит машину и поворачивается ко мне, я отворачиваюсь. Пол заметил, что я смотрю на него, как идиотка. Включает музыку, я наблюдаю за домами, мелькающими в окне. Я вспоминаю, как прижималась к Полу этой ночью, как он гладил меня по голове, говоря всякие нежности. Это было прошлой ночью? Я поворачиваюсь к нему и наблюдаю, как он ведет. Как можно выглядеть так сексуально, делая что-то настолько простое? То, как напрягаются его мышцы, когда он переключает передачу, и та уверенность, с которой он держит руль, делают его неотразимым. Не в силах сдержаться, я приподнимаюсь и целую его. Пол останавливается на заправке, я жду в машине. Мое внимание привликает пришедшее на мобильный сообщение от Сэма. Пол садится в машину и выезжает. Он улыбается мне, и наклонившись нежно поцеловал. – Пол… – Что? – Я… – Люблю тебя, люблю тебя, хочу быть с тобой. – Так… ничего. Я смотрю на него, как дура, пока он ведет машину. Моя одержимость… Мой прекрасный серый волк.                         *** Пол Мне так хорошо с ней, её запах, улыбка, поцелуи, и это застает меня врасплох. Я откашливаюсь, прежде чем сказать: – Тебя домой или к подруге? – Cпрашиваю, сжимая руками руль машины при повороте. Элисон сидит рядом, сложив руки на коленях. Она нервничает? – К подруге. – Она называет адрес, и между нами повисает тишина. Я чувствую необходимость заполнить ее, поэтому включаю радио. Звучит песня на английском, и от ее слов Элисон улыбается. Я ненавижу себя за то, что так долго мучил нас. Все эти недели Сэм конкретно занялся моим обучением по контролю волка внутри меня. Он знал, что мне было тяжело из-за отсутствия контакта с Элисон. Но убеждал меня в том, что это поможет мне быстрее научиться контролю, и это является моим большим стимулом. Сэм ответственно подошёл к моей проблеме, ведь в его время ему не кто не мог помочь с этим, из-за чего Эмили пострадала. Я люблю тебя. Я ненавижу себя, но люблю тебя. Я начинаю петь ее с желанием разрядить обстановку между нами. Я скучаю по тебе, когда не могу уснуть. Или сразу после кофе. Или когда не хочу есть. – Вау, Пол Лейхот поет, – подкалывает она меня. – Надо записать это на видео. И разослать всем. Я широко улыбаюсь ей. – Ты сделаешь меня еще популярнее среди девушек. Ты этого хочешь? – Твоей популярности среди девушек? Боже, ты не настолько хорош. – Не настолько хорош? Сегодня утром ты не так говорила. Мне напомнить, что ты умоляла меня сделать с тобой между стонами? Я смотрю на нее, и она краснеет, улыбаясь. Ну, это не так уж плохо, кажется, ей намного комфортнее рядом со мной. – Не стоит. Я кладу руку на ее бедро. – Хорошее начало дня. – Извращенец. Нежно сжимаю ее бедро. – Но тебе нравится этот извращенец, не так ли? – О, какой же ты эгоист. – Кажется, я уже слышал это утром от тебя. Она бьёт меня по плечу. – Эй! Хватит думать о грязных вещах! К сожалению, мы не могли пробыть вместе долго, уже на горизонте виднелся дом её подруги. Я припарковал машину и повернулся всем телом к Элисон, наклонившись, я её поцеловал. Она незамедлительно обхватила меня за шею, притягивая ближе. И когда мои руки уже начали скользить по её бедрам, она отстранилась тяжело дыша. - Пол, - она опустила стыдливо глаза краснея, - Не здесь… Я усмехнулся, какая она красивая. - Хорошо – я чмокнул её в лоб и отстранился. Выйдя из машины, я на прощание поцеловал её и направился в сторону леса, дела стаи никто не отменял.                         *** - Я слушаю. – Микки уже около получаса допытывала от меня информацию о том, что же вчера было. И её интересовал не Пол, а Джек. – Ладно, вчера он признался и … поцеловал меня. – О-о-о-о! – Микки прыжком садится на кровати. – Вот это да! И как? Тебе понравилось? Ты поцеловала его в ответ? Он целовался с языком? Что ты почувствовала? Подробности, Элисон, подробности! Я закатываю глаза и тоже сажусь. – Было… нормально. Микки поднимает бровь. – Нормально? И это все? – Что мне еще сказать? Он… Он всегда был рядом, и я… у меня возникли к нему платонические чувства. Я и не думала, что нравлюсь ему… поцелуй был прекрасен, но будто бы… ненастоящий. Не знаю, как объяснить. – Тебе понравилось, но это было не так захватывающе, как когда целуешься с Полом. – Было по-другому. – Ты пропала, Элисон. Ты по уши влюблена в Пола. Опускаю голову, не в силах отрицать это. Микки приобнимает меня. – Все в порядке. Я понимаю, как страшно испытывать сильные чувства к кому-либо, но все будет в порядке. – Я не знаю, что сказать Джеку. – и не только Джеку. Что я скажу Белле и Эдварду? Они же пушечный выстрел меня не подпустят к нему. – Правду, скажи, что сейчас не хочешь ничего и ни с кем. У тебя чувства к другому человеку, пусть и безответные, но это не значит, что ты можешь так быстро забыть о них. Скажи, что не хочешь его использовать. – Мне не надо было отвечать на поцелуй. – А мне не надо было есть гамбургер так поздно, но мы все совершаем ошибки. Я смеюсь, отстраняясь от нее. – Ты съела гамбургер без меня?                         *** Прощаюсь с Микки и наконец-то возвращаюсь домой. Я зеваю, закрывая дверь за собой. – Я дома! Тишина. Захожу в гостиную и с удивлением обнаруживаю там Джека и Чарли. Джек все еще в той же одежде, что и был на вечеринке. Он пришёл сразу после неё? Зачем? – О, привет, не ожидала тебя тут увидеть, – признаюсь ему. Чарли выглядит очень серьезным. – Где ты была? – Дома у Микки, по дороге ещё заехала за коф… – Я останавливаюсь, потому что меня пугают выражения их лиц. – Что-то случилось? Джек опускает голову, папа встает. – Джек, мне нужно поговорить с Элисон. Видя мое растерянное лицо, Джэк что-то шепчет мне, проходя мимо. – Прости. Провожаю его взглядом, пока он не исчезает за дверью. В это время папа оказывается передо мной. – Папа, что слу?.. У него красные глаза, будто он сдерживает слезы. – Я так разочарован. О чем ты думала? – О чем ты? Что сказал Джек? – О чем я? О том, что моя дочь безответственно занимается сексом! – Папа… Его глаза наполняются слезами, и от этого у меня до боли сжимается сердце. Очень тяжело видеть, как плачет твой отец. – Я дал тебе столько доверия, столько свободы, и как ты мне отплатила? Не знаю, что сказать, только со стыдом опускаю глаза. Я слышу, как он глубоко вздыхает. – Я думал, что ты не такая, что станешь умной девушкой, которая будет уважать себя. – Его голос ломается. – Что ты не станешь такой. Я всхлипываю, потому что не знаю, как оправдать себя. Поднимаю взгляд, и мое сердце разбивается. Чарли держит себя за грудь, будто пытаясь облегчить боль. – П…прости, папа. Он качает головой, вытирая слезы. – Я так разочарован, Элисон. Я тоже, Чарли, я тоже разочарована собой. Он садится на диван. – Мне так больно, я думал, что ты не такая, что ты лучше. Думал, что мы одна команда. – Мы одна команда, папочка. – В чем я ошибся? – Мое сердце обрывается. – В чем я облажался? Я встаю перед ним на колени и беру в руки его лицо. – Ты ни в чем не ошибся, ни в чем, папочка. Это моя вина. Он притягивает меня к себе и обнимает. – Ах, моя Эли. – Он целует мои волосы и продолжает плакать, и мое разбитое сердце так сильно болит, что я плачу вместе с ним.                         *** Я уволилась с магазина Ньютонов. Ведь теперь я наказана, и мне запрещено даже ездить на работу. Микки и Белла были вне себя от ярости, когда я рассказала о том, что сделал Джек. Микки предложила избить его или сделать кое-что пожестче, о чем и писать неприлично. Мне пришлось ее успокоить и взять с нее обещание, что она ничего ему не сделает. Я не хочу больше ни драм, ни проблем. Я только хочу, чтобы время шло, мои раны начали затягиваться и чувства прошли. Да, я хочу чуда. Можно было подумать, что Джек будет умолять меня о прощении, но он только избегает меня и опускает голову каждый раз, когда мы встречаемся с ним в школьном коридоре. Я хотела ответить ему, наорать на него, дать ему пощечину, услышать его оправдания, но у меня просто нет на это сил. Протяжно выдыхаю, уже суббота, и я прибираюсь в доме. Я двигаюсь как зомби, машинально. Наверное, я в легкой депрессии. Не знаю, из-за обиды, из-за ситуации с папой или с Джеком… Наверное, все вместе. Белла, видя моё состояние, просто молча подходит и обнимает. – Помнишь, как в детстве? Ты и я против целого мира, Эли. Папа заглядывает ко мне в форме шерифа. – Я пошёл, у меня сегодня ночная смена. – Хорошо. – Ты помнишь, никуда не выходить и никаких гостей, кроме Микки. – Да, сэр. Его строгое лицо смягчается. – Я на вечер забираю твой телефон, буду периодически звонить на домашний. От этого я прихожу в себя. – Ты шутишь? – Нет, у тебя было мое доверие, дочь, и ты использовала его, чтобы ходить на вечеринки и таскать мальчиков домой. – Папа, это не преступление, просто… - но телефон он всё же забрал. – Тихо, я уже опаздываю. Веди себя хорошо. Давлю из себя улыбку, прижимая кулаки к бокам. Не могу поверить в происходящее. Мои отношения с отцом разрушаться, и всё из-за Джека. Кем он себя возомнил, чтобы разболтать мои секреты Чарли? Опускается ночь, окутывая комнату темнотой, я не хочу ни двигаться, ни включать свет. Внезапно звенит дверной звонок. Я смотрю в глазок и вижу своего бывшего лучшего друга в беспокойном ожидании. На нем его любимый свитер и шерстяная кепка. Очки слегка запотели… На улице, должно быть, прохладно. Осень уже опустилась на нас, оставив позади жаркое лето. Не хочу открывать ему, но и оставить его на холоде не могу. – Я знаю, что ты там, Элисон. Открой. – ещё как на зло Белла уехала до Эдварда. Нехотя открываю дверь, разворачиваюсь и иду к лестнице. Слышу, как дверь закрылась. – Элисон, подожди. Не реагирую и иду дальше, и когда встаю на первую ступеньку, он хватает меня за руку, поворачивая к себе. – Подожди! Бью его по руке, заставляя отпустить. – Не трогай меня! Он поднимает руки. – Хорошо, просто выслушай, дай мне пару минут. – Я не хочу с тобой разговаривать. – Мы друзья, я заслужил пару минут. – Я холодно смотрю на него. – Дай мне пять минут, и я оставлю тебя в покое. Я скрещиваю руки на груди. – Говори. – Я вынужден был это сделать, Элисон. Ты по уши влюблена в этого типа. Ты представляешь, как больно мне было видеть, как он тобой пользуется раз за разом, а ты это позволяешь? Мы выросли вместе, я переживаю за тебя. – Он кладет руку на грудь. – Несмотря на мои чувства к тебе, ты моя лучшая подруга, я желаю тебе лучшего. – И поэтому решил рассказать моему отцу? Ты издеваешься? – Да, так я решил, к сожалению, если бы я поговорил с тобой, ты бы меня не послушала. – Ну конечно. – Будь честной, Элисон. Ты бы этого не сделала, подумала бы, что я ревную, и не обратила внимания, потому что ослепла от любви и не видишь дальше своего носа. - Пошёл нахер! – я сама не ожидала от себя таких слов, но меня просто взбесило его слова и поведения, стрит из себя благодетеля! – Твое время вышло, – говорю я, разворачиваюсь, и слышу, как он сломленно шепчет: – Эли… – Меня зовут Элисон. – Мой голос еще холоднее, чем я думала. – Спасибо за объяснения; вне зависимости от твоих мотивов ты разрушил доверие за несколько секунд, и я не знаю, можно ли все вернуть. Спокойной ночи, Джек. Он остается внизу, у лестницы, как джентльмен в ожидании своей спутницы. За исключением того, что он разрушил все, что у него могло быть с этой спутницей. Когда я захожу в свою комнату, я слышу, как он уходит и закрывает дверь. Приготовила себе ужин и сидя в одиночестве уплетала его. Снова раздается звонок в дверь, и я, ворча, кричу: – Иду! Неужели с первого раза не понятно? Снова раздается звонок в дверь, и я спешу открыть. Я перестаю дышать. Сначала меня поражает осенний холод, а потом человек, который стоит передо мной, которого я совсем не ожидала увидеть. Пол Лейхот. Мое сердце подпрыгивает и начинает биться как сумасшедшее. Пол стоит передо мной в таком виде, будто не спал прошлой ночью. Волосы растрепаны, под прекрасными глазами – огромные синяки. На нем белая мятая рубашка, верхние пуговицы расстегнуты. Его губы растягиваются в глупой улыбке. – Привет, ведьма. - Привет… - Впустишь? Как бы я не хотела, но мне придётся это сделать: - Не сегодня, тебе лучше уйти. – я опустила взгляд вниз, боясь смотреть в его. - Нет! Я пришёл с тобой поговорить! – выражение его лица поменялся, и он кажется… волнуется? – Пол, не сейчас... – он нагло протискивается мимо меня в дом. Поворачивается так, что стоит боком ко мне, уставив глаза в пол. – Я думал, что никогда не вляпаюсь в это дерьмо, я бежал от него, и все равно это случилось со мной, и я не знаю, верно ли чувствую, но больше не могу отрицать… – Он полностью поворачивается ко мне, побежденный, плечи опущены, голубые глаза взволнованны. – Я влюбился, Элисон. Я перестаю дышать, и мой рот открывается в большой букве «О». Он улыбается сам себе, как глупец. – Я так чертовски сильно влюбился в тебя. Мое сердце переворачивается, и в животе появляется волнение. Я, верно, расслышала? Пол Лейхот только что сказал, что влюблен в меня? Он не сказал, что хочет меня, не сказал, что хочет меня в своей постели, он сказал, что влюблен в меня. Я не могу ничего ответить, не могу двигаться, могу только наблюдать за ним. Я вижу, как эти холодные стены рушатся передо мной. Пол смеется, качая головой, но в его глазах нет радости. – Теперь ты ничего не говоришь. Не знаю, что сказать. Я слишком удивлена поворотом нашей беседы. Мое сердце сейчас разорвется, я с трудом дышу. Пол отворачивается, бормоча: – Черт. – Он упирается лбом в стену. Я начинаю хохотать. Я громко смеюсь, и Пол снова поворачивается ко мне с явным смущением на лице. – Ты… сумасшедший… – говорю я, смеясь, я даже не понимаю, почему смеюсь. – Даже признание у тебя неуравновешенное. Это какой-то бред! Я просто не могу в это верить, после стольких мучений, он сам приходит ко мне и признаётся в чувствах! – Я не понимаю тебя, наконец у меня хватило смелости сказать тебе, что я чувствую. И ты смеешься? Я откашливаюсь. – Прости, правда, я просто… Думаю, это нервное. Его серьезность колеблется, и на губах появляется кривая улыбка. – У тебя получилось. Я хмурюсь. – Что? – Помнишь, что сказала тогда на кладбище? – Тогда чего ты хочешь? – Все просто, чтобы ты влюбился в меня. Я не могу не улыбнуться. – Да, и ты посмеялся надо мной. И кто теперь смеется, волчонок? Он наклоняет голову, наблюдая за мной. – Я уже тебя любил, но ты тоже влюбилась. – Кто сказал, что я влюблена? – Стоп. Мне не послышалось? – То есть как уже любил? Он приближается, заставляя отступить, я упираюсь спиной в дверь, без возможности убежать, он наклоняется ко мне, уперевшись руками в дверь, заключая меня между ними. От него восхитительно пахнет дорогим парфюмом. Я сглатываю, передо мной такое прекрасное лицо. – С первой нашей встречи я был влюблён в тебя Элисон Свон, и мне никто не нужен кроме тебя. Но а если не влюблена, то почему перестала дышать? Выдыхаю, понимая, что неосознанно перестала дышать. Я не знаю, что ему ответить, и он это понимает. – Тогда почему твое сердце стучит быстрее, а ведь я даже тебя не коснулся? – С чего ты взял, что быстрее? - Волчий слух – напоминает он мне о свои способностях. Он берет мою руку и прикладывает к своей груди. – Потому что мое – да. – Мое сердце вздрагивает, когда я чувствую ускоренные удары его сердца. – Я пытался показать тебе, когда мы виделись в последний раз, что я чувствую к тебе. Он прислоняется ко мне лбом, и я закрываю глаза, чувствуя удары его сердца, его близость. Он снова говорит, нежно: – Прости. Я открываю глаза и оказываюсь в бескрайнем море его глаз. – За что? – За то, что так поздно признался в своих чувствах. Он снимает мою руку со своей груди и целует. – Пожалуйста, прости. Он приближается, наши дыхания смешиваются, и я понимаю, что он ждет моего согласия. Я не возражаю, и его сладкие губы касаются моих. Поцелуй нежный, чуткий, но такой чувственный, что в животе порхают пресловутые бабочки. Он берет мое лицо обеими руками и целует глубже, наклонив голову. Наши влажные губы движутся синхронно. Боже, я люблю этого парня. Я пропала. Он останавливается, не отрывая своего лба от моего, я дышу и говорю: – Третий раз. Он немного отстраняется, чтобы взглянуть на меня. – Что? – Третий раз ты целуешь меня несексуально. Его нелепая улыбка оголяет зубы. – Кто сказал, что несексуально? Я смотрю на него убийственным взглядом, он перестает смеяться, и его лицо мрачнеет. – Я вообще не понимаю, что делаю, я знаю только то, что хочу быть с тобой. Ты хочешь быть со мной? – Он внимательно смотрит на мое лицо, со страхом ожидая моего ответа. И в каком-то смысле я чувствую свою власть. Он пришел ко мне и признался, своими словами я могу осчастливить или сломать его. Я открываю рот, чтобы ответить, но звон дверного звонка меня перебивает. И я не понимаю откуда, но знаю, что это Джек. Черт! Пол с удивлением смотрит на меня. – Ботан? – Тихо! – Я закрываю ему рот рукой и вынуждаю отойти от двери. Снова звенит звонок, и за ним раздается голос Джэк. Я так и знала. – Элисон! Черт, черт, вот черт! – Тебе нужно спрятаться, – шепчу я ему, убираю руку от его рта и веду к лестнице. Пол освобождается. – Почему? В его голосе слышен упрек. – Не время ревновать. Давай, иди. Вы когда-нибудь пытались сдвинуть кого-то выше и сильнее вас? Это как толкать огромный камень. – Пол, пожалуйста, – умоляю я, прежде чем Джек позвонит моему отцу, а он позвонит мне и устроит скандал. – Я потом объясню, пожалуйста, иди наверх и не шуми. – Чувствую себя как любовник, когда вернулся муж, – шутит он, но наконец уходит. Когда он исчезает наверху лестницы, я почему-то поправляю волосы и иду открывать дверь. Я слишком поздно замечаю телефон Пола на журнальном столике и скрещиваю пальцы, молясь, чтобы Джэк не заметил. Господи, помоги мне, пожалуйста!                         *** Никто и ничто не совершенно. Совершенство может быть таким субъективным. Многим признание Пола могло показаться совсем не романтичным, но мне? Мне оно показалось совершенным. Он совершенный для меня, вместе со своей неуравновешенностью. Наверное, я ослепла от любви, наверное, не могу ничего увидеть за своими чувствами, но, если есть хотя бы малейшая возможность быть с ним счастливой, я рискну. Я хочу быть счастлива, я заслужила после всего, через что прошла. Кому не понравилось мое решение? Конечно, Джеку. Мой ласковый лучший друг стоит передо мной, в его глазах пылает злость, в руке – телефон Пола. – Он здесь, так? Я открываю рот, чтобы возразить, но не могу издать ни звука. Джек сжимает губы и отводит взгляд, будто ему неприятно на меня смотреть. – Ты ничему не учишься, Элисон. Это меня злит, и я упираю кулаки в бока. – И что ты сделаешь, наябедничаешь моему отцу? У тебя это хорошо получается. Прежде чем он успевает ответить, продолжаю: – Скажи мне, Джек, – я замечаю выражение боли на его лице, от моего тона, – чего мне еще ожидать? Что ты расскажешь ему о том, как я впервые напилась? Или как пропустила уроки, чтобы пойти к Микки? Скажи, чтобы я была готова. – Элисон, не делай из меня плохого. Я так поступил, потому что… – Потому что ты в нее влюблен и ревнивый идиот. Голос Пола застает меня врасплох, и я вижу, как он спускается с лестницы, холодно глядя на Джека. Джек тут же начинает защищаться: – Это не твое дело. Пол останавливается передо мной, берет за талию и притягивает к себе. – Ну уж нет, все, что касается ее, касается и меня. – Правда? – Джек ухмыляется. – И с каких пор у тебя — это право? Ты причинил ей только вред и причинишь еще. – Я хотя бы не испортил ее отношения с отцом в припадке ревности. – Я с удивлением смотрю на него, Пол качает головой. – Ты хоть понимаешь, какой ты эгоист? Учись играть честно. Погодите-ка. Как Пол узнал о поступке Джека? Догадываюсь, что Белла не удержалась и рассказала об этом Джейкобу, а он, наверное, Полу. С Беллой я поговорю. Джек смотрит на Пола убийственным взглядом. – Мне не о чем говорить с тобой. Я здесь из-за нее, не из-за тебя. Тебя не должно быть здесь, тебе лучше уйти. Пол ухмыляется в ответ: – Выгони меня. Пол отпускает меня и идет к нему. Джек выглядит таким маленьким перед ним. – Давай, попробуй меня выгнать, дай мне повод ударить тебя за то дерьмо, что ты сделал моей девушке. «Моей девушке»… От этого я перестаю дышать. Джек держится уверенно. – Как обычно, прибегаешь к насилию, когда нечего сказать. – Нет, я прибегаю к насилию, когда этого заслуживают. – Тогда ты можешь ударить самого себя, – ядовито отвечает Джек. – Никто не заслуживает этого больше, чем ты. Вижу, как плечи Пола напрягаются, а руки сжимаются в кулаки. Я тут же встаю между ними. – По-моему, хватит. – С мольбой смотрю на Джека, хочу попросить его уйти, но понимаю, что так сделаю только хуже. Единственный способ предотвратить ссору – попросить уйти обоих. – По-моему, вы оба должны уйти. Я смотрю на Пола через плечо, и он, похоже, не удивлен моей просьбой. Он поднимает руки в воздух. – Ладно, как хочешь. Он идет к двери, но останавливается перед ней, ожидая Джека, который грустно смотрит на меня перед тем, как уйти. Оба исчезают за дверью. Часть меня боится, что они подерутся на улице, но теперь они не у меня дома, оба взрослые и могут самостоятельно принимать решения. Я протяжно вздыхаю и падаю на диван. Ну и вечер! Мало того, что Пол признался в своих чувствах и оставил меня в эмоциональном беспорядке, мне также пришлось столкнуться с тем, что Джек узнал о нас, и почему-то слова Пола о Джека застряли у меня в голове. Потому что ты в нее влюблен и ревнивый идиот. Я хотя бы не испортил ее отношения с отцом в припадке ревности. Ты хоть понимаешь, какой ты эгоист? Учись играть честно. Пол прав? Я пыталась поверить в то, что Джек причинил мне боль, потому что желал лучшего для меня, и за это я, возможно, простила бы его со временем. Мы дружим всю жизнь, но он поступил так из-за ревности, и за это я вряд ли его прощу. Снова вздыхаю и очень надеюсь, что он не скажет папе, что видел здесь Пола. Не хочу больше ссор и неприятностей. Я так чертовски сильно влюбился в тебя. Мое сердце начинает биться быстрее, когда я вспоминаю эти слова. Мне все еще сложно в это поверить, Пол влюблен в меня, у него есть чувства ко мне, теперь я не просто девушка, которую он использует, чтобы развлечься. И не просто его наречённая. Вспоминаю его холодные слова, его безразличие после того, как он лишил меня девственности, как я проснулась в пустой кровати и услышала, как он просит свою маму выпроводить меня. Он так часто делал мне больно. Но виноват не только он, я знала на что шла, он был честен со мной, и, несмотря на это, я все равно снова и снова шла к нему. Но теперь… Он впервые показал, что я ему нужна. У неуравновешенного идиота есть сердце. Я вспоминаю его признание и глубину его красивых глаз. Не в силах удержаться, взвизгиваю как ребенок. Влюблена не только я. С глупой улыбкой на лице поднимаюсь в свою комнату. Несмотря ни на что, снова засыпаю. Знаю, у меня есть сверхчеловеческая способность спать при любых обстоятельствах.                         *** От Беллы и Эдварда скрыть не удалось, парень сразу с порога понял, что в доме был оборотень, поэтому я всё эму рассказала. Но кажется они уже были готовы к такому повороту событий. Мы так и не пришли к согласию относительно оборотней, но я позвонила Полу и Джейку без зазрения совести – когда подвернулась такая возможность: Эдвард отгонял «вольво» домой, прежде чем вернуться в спальню сестры через окно. Мы сказали, что приедем в субботу. С отцом я поговорю, надавлю на жалость. И постараюсь вернуть всё на круги своя. И это вовсе не было нечестным поступком. Эдвард прекрасно знал мои чувства. - И если он снова сломает наш пикап, то Джейк может за нами заехать: Форкс – территория нейтральная, как и Швейцария – как и мы сами. Я рада, что вы разобрались в своих отношениях. – Белла всегда меня поддерживала при любом моём выборе и поступке, за что я ей безмерно благодарна. Поэтому поначалу я ничего не заподозрила, когда в четверг после школы в «вольво» нас ждала Элис, а не Эдвард. Дверца пассажирского сиденья была открыта, и незнакомая музыка сотрясала машину звуками баса. – Привет, Элис! – завопила Белла, залезая в машину и пытаясь перекричать завывания певца. – А где твой брат? Элис подпевала, беря на октаву выше и сплетая сложную гармонию между голосом и музыкой. Она кивнула нам, пропустив её вопрос мимо ушей и целиком сосредоточившись на мелодии. Я захлопнула дверцу и зажала уши руками. Элис усмехнулась и убавила звук до фонового. А потом одновременно нажала на газ и на кнопку, закрывающую все дверцы на замок. – Что происходит? – Меня начали одолевать подозрения. – Где Эдвард? Элис пожала плечами: – Они уехали пораньше. – Ясно. – с разочарование сказала сестра. – Все мальчишки уехали, и мы можем устроить девичник на всю ночь! – объявила Элис звенящим голосом. – Девичник на всю ночь? – повторила я. Мои подозрения явно не безосновательны! – Разве вы не рады? – мурлыкнула Элис. Я молча встретила ее сияющий взгляд. – Ты нас похитила, верно? – прищурившись спросила Белла. Элис засмеялась и кивнула. – До субботы. Эсми договорилась с Чарли: вы переночуете две ночи у меня, а завтра я отвезу вас в школу и заберу после школы. Я стиснула зубы и отвернулась к окну. – Извини, понимаю, что ты бы хотела провести это время с Полом, – сказала Элис без тени сожаления в голосе. – Он мне заплатил сполна. – Чем? – прошипела я. – Купил мне «порше». Точно такой же, какой я угнала в Италии. – Она восхищенно вздохнула. – Мне нельзя ездить на нем по Форксу, но, если хочешь, давай посмотрим, сколько времени займет поездка до Лос-Анджелеса. Могу поспорить, что привезу тебя домой еще до полуночи. – Без меня, – со вздохом ответила я, еле сдерживая дрожь. Мы мчались (всегда быстрее положенного) по извилистой подъездной дорожке. Элис остановилась возле гаража, и я бросила взгляд на машины: там, между «джипом» Эмметта и красным кабриолетом Розали, стоял сверкающий желтый «порше». Элис ловко выскочила из «вольво», подошла к своему подарку и провела рукой по капоту. – Красавчик, верно? – Не слишком ли Эдвард расщедрился? – недоверчиво проворчала я. – Он подарил тебе такое лишь за то, чтобы подержать меня пару дней под стражей? Элис скорчила гримасу. – Это за все те разы, когда Эдварда не будет рядом? – уточнила Белла. Она кивнула. Я захлопнула дверцу и сердито затопала к дому. Вовсе не раскаивающаяся Элис пританцовывала рядом. – Элис, тебе не кажется, что это чуточку выходит за рамки? Может, даже чуточку похоже на психоз? – Нет, не кажется. – Она шмыгнула носом. – Сдается мне, ты не представляешь, насколько может быть опасен молодой оборотень. Особенно если я не в состоянии его видеть. Эдвард не может быть уверен, что ты в безопасности. Тебе не следует поступать так легкомысленно. – Ну да, а провести ночку с вампирами – это самое безопасное занятие на свете, – ядовито ответила я. Элис засмеялась. – Я сделаю тебе педикюр и все остальное, – пообещала она. Все было не так уж плохо – если не обращать внимания на то, что меня там держали насильно. Эсми привезла итальянские блюда – пальчики оближешь! – из самого Порт-Анджелеса, а Элис приготовила мои любимые фильмы. Даже Розали тихонько сидела с нами. Элис и правда настояла на том, чтобы сделать мне педикюр. Кажется, у нее был приготовлен целый список всего: наверное, насмотрелась дурацких сериалов. – Как поздно ты собираешься ложиться спать? – поинтересовалась Элис, когда мои ногти заблестели кроваво-красным цветом. Мое настроение ничуть ее не смущало. – Допоздна я сидеть не собираюсь. Мне завтра в школу. Элис надулась. – И вообще, где именно я буду спать? – Я смерила взглядом диван: коротковат. – Неужели ты не могла просто присмотреть за мной у меня дома? – Тогда какой же это был бы девичник? – отчаянно потрясла головой Элис. – Спать ты будешь в моей комнате, а Белла в комнате Эдварда. Она вздохнула. - Его черный кожаный диван был и впрямь длиннее этого. Вообще-то, золотистый ковер в его комнате, пожалуй, достаточно толст, чтобы устроиться прямо на нем. – Можно мне, по крайней мере, поехать домой за вещами? Элис ухмыльнулась. – Они уже здесь. – А по телефону я могу позвонить? – ведь мой до сих пор у Чарли. – Чарли знает, где ты. – Я вовсе не Чарли собиралась звонить. – Я нахмурилась. – Похоже, мне придется отменить кое-какие планы. Элис хмыкнула. – Насчет этого я не уверена. – Элис! – громко заскулила я. – Да ладно тебе! – Ну хорошо, – ответила она, выскакивая из комнаты. Через секунду Элис вернулась, держа в руке сотовый телефон. – Он не запретил этого напрямую… – пробормотала она себе под нос, передавая мне мобильник. Я набрала номер Пола, надеясь, что сегодня вечером он не бегает по лесу с друзьями. Мне повезло – он взял трубку: – Алло? – Привет, Пол! Это я. Мгновение Элис наблюдала за мной бесстрастным взглядом, потом повернулась и села рядом с Белой, Розали и Эсми на диван. – Привет, ведьма, – ответил Пол и вдруг насторожился. – Что случилось? – Ничего хорошего. Оказывается, я все же не смогу приехать в субботу. Пол помолчал. – Чертов кровосос! – наконец пробормотал он. – Я думал, он уезжает. Неужели тебе нельзя заняться своими делами, когда его нет? Или он тебя в гробу запирает? Я засмеялась. – Не вижу ничего смешного. – Я смеюсь, потому что ты почти угадал, – объяснила я. – Но в любом случае, в субботу он будет здесь, так что это не имеет значения. – Значит, он будет охотиться в Форксе? – язвительно спросил Пол. – Нет. – Я не стала реагировать на его издевку: я и сама злилась почти так же сильно, как Пол. – Он уехал раньше. – Вот как. Ну тогда приезжай сейчас! – воскликнул Пол. – Еще не поздно. Или я заеду за тобой. – Не могу. И я не дома, – призналась я. – Меня вроде как взяли в плен. Пол замолчал, обдумывая сообщение, а потом зарычал: – Мы придем и освободим тебя, – бесстрастно пообещал он, невольно перейдя на «мы». По спине пробежал холодок, но я ответила шутливым тоном: – Соблазнительное предложение. Меня здесь пытали – Элис накрасила мне ногти на ногах. – Я не шучу. – Расслабься. Они просто стараются обеспечить мою безопасность. Пол опять зарычал. – Я понимаю, что это глупо, но ведь они от всей души. – Души! – фыркнул он. – Извини, что не удастся встретиться в субботу. Мне пора ложиться спать, но я скоро тебе позвоню. – Уверена, что они тебе позволят? – ядовито поинтересовался он. – Не совсем, – вздохнула я. – Спокойной ночи, Пол. – Люблю тебя! – послышались гудки, а я улыбнулась. Элис внезапно оказалась рядом со мной, но я уже набирала новый номер. – Вряд ли он взял телефон с собой, – сказала она, увидев, кому я звоню. – Я оставлю сообщение. После четырех гудков включился автоответчик: приветствия не было. – Ну я тебе задам, – медленно произнесла я, делая ударение на каждом слове. – Я тебе такое устрою! По сравнению с тем, что тебя ждет дома, злые медведи гризли покажутся белыми и пушистыми. Я рывком захлопнула телефон и положила его в протянутую руку Элис: – Теперь все. – А мне нравится держать тебя в плену, – ухмыльнулась Элис. – Я иду спать! – заявила я и двинулась к лестнице. Элис пошла следом. – Элис, – вздохнула я, – не бойся, не убегу. Если бы мне это пришло в голову, ты бы узнала, а если бы я попробовала, ты бы меня поймала. – Я просто покажу, где твои вещи, – с невинным видом заявила она.