Flamme du Dragon

Дверь распахнулась. За ней стояла высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зеленых одеждах. Лицо её было очень строгим, и Гарри Поттер сразу подумал, что с такой лучше не спорить и вообще от неё лучше держаться подальше. — Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей Хагрид. — Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница. — Я их забираю. Она повернулась и пошла вперед, приказав первокурсникам следовать за ней. Они оказались в огромном зале — таком огромном, что там легко поместился бы дом Дурслей. На каменных стенах горели факела, потолок терялся где-то вверху, а красивая мраморная лестница вела на верхние этажи. … Профессор МакГонагалл вела их в маленький пустой зальчик. Толпе первокурсников тут было тесно, и они сгрудились, дыша друг-другу в затылки и беспокойно оглядывались. — Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их женщина. — Прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Этот отбор — очень серьёзная процедура. … С сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьей: вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведенной для вашего факультета. … Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. … Не прошедших отбор первокурсников оставалось все меньше. Лили Мун, Теодор Нотт, Пэнси Паркинсон, девочки-близнецы Парвати и Падма Патил, затем Салли-Энн Перке. И, наконец… — Гарри Поттер! Гарри сделал шаг вперед, и по всему залу вспыхнули огоньки удивления, сопровождаемые громким шепотом. — Она сказала Поттер? — Тот самый Гарри Поттер? Последнее, что увидел Гарри, прежде чем Шляпа упала ему на глаза, был огромный зал, заполненный людьми, каждый из которых подался вперед, чтобы получше разглядеть его. А затем перед глазами встала черная стена. — Гм-м-м, — задумчиво произнес прямо ему в ухо тихий голос. — Непростой вопрос. Очень непростой. Много отваги я вижу, и ум весьма неплох. Есть талант — о да, мой бог, это так, — и имеется неукротимое желание проявить себя, это тоже любопытно… Куда же определить Вас? Гарри крепко вцепился обеими руками в сиденье табурета. «Только не в Слизерин, — подумал он. — Только не в Слизерин». — Ага, значит, не в Слизерин? — переспросил тихий голос. — Вы уверенны? Знаете ли, Вы могли бы стать великим — всё здесь, в Вашей голове. Слизерин поможет Вам достичь величия, в этом нет сомнения. Так что — не хочешь? Ну ладно, если Вы так в этом уверенны… Что ж, тогда… ГРИФФИНДОР! Гарри показалось, что Шляпа выкрикнула этот вердикт куда громче, чем предыдущие. Он снял Шляпу и, ощущая дрожь в ногах, медленно пошел к своему столу. Он испытывал такое сильное облегчение по поводу того, что его все-таки выбрали и что он попал не в Слизерин, что даже не замечал, что ему аплодируют более бурно и продолжительно, чем другим. Рыжий староста Перси вскочил со своего стула, схватил руку Гарри и начал её трясти, а близнецы Фред и Джордж в это время вопили во весь голос: — С нами Поттер! С нами Поттер! Пожав руки всем желающим, Гарри плюхнулся на свободный стул, оказавшись как раз напротив призрака в трико, которого он видел перед началом церемонии. Призрак похлопал его по руке, и Гарри внезапно испытал очень неприятное, испугавшее его ощущение — ему показалось, что он сунул руку в ведро с ледяной водой.

***

Гарри Поттер уснул прямо в гостиной, поджав под себя ноги, на потертом, но удивительно мягком диване. На коленях у него лежала толстая книга с побитыми временем страницами - Сириус Блэк накануне извлёк её из дальней полки библиотеки, где хранил что-то среднее между запрещенными и просто необычными книгами (действительно, близкие по значимости литературы - особенно для молодого волшебника). Гарри увяз в чтении о древних магических контрактах и не заметил, как уснул - то ли от жары камина, то ли от бессонных ночей, то ли от странного нервного напряжения, ставшего постоянным спутником вместе с окончательным возвращением тёмного лорда Волан-де-Морта. Дождь стоял над Лондоном, словно тяжёлая серая завеса, висящая прямо над протекающими крышами и закопченными дымоходами. Он сыпался не крупными каплями, а вязкой стеной из воды, от которой казалось, что сами улицы становятся акварельными — размытыми, плохо различимыми, будто пролитые бесчисленными краски. На площади Гриммо под номером двенадцать, которую вездесущий ливень как будто обходил стороной, всё же казалось, что в воздухе стоит стойкий запах сырости — дом впитывал влажность не хуже губки. Даже если заклинания и защищали его от прямых струй дождя. Дом Блэков, с его бесконечными коридорами, обросшими мраком, и портретами, шепчущими нехорошие вещи по вечерам, казался одновременно убежищем и ловушкой. Сириус делал всё, чтобы они с Гарри чувствовали себя здесь свободно, с тех недавних пор как они стали совместно проживать. Сама структура здания, его характер, его прошлое — всё это делало дом живым, держащим дыхание у самых ушей. — Гарри! — оклик Сириуса прорезал воздух. Поттер не сразу понял, откуда он, но этого вскрика оказалось достаточно для пробуждения. — Если увидишь крыс, то не пугайся. Это не Питер, а просто мерзкие соседи - я проверил. Гарри хмыкнул и складывая книгу, ответил тем же тоном: — Приму к сведению! Он понял, что Сириус был сейчас где-то на верхнем этаже дома. Судя по звону и ругани, он пытался что-то переместить, и, по всей слышимости, оно упорно сопротивлялось магии. Уже третий час он разбирал старый шкаф с вещами своего дяди — он же фанатик чистоты крови. Тёмные артефакты, проклятые предметы, книги с нарочито мрачными названиями — всё это Сириус либо уничтожал, либо относил в специальную комнату, куда Гарри велено было не входить. Дом становился чуточку светлее с каждым вынесенным предметом, но атмосфера всё равно оставалась густой и настороженной. Поленья в камине вдруг треснули так резко, будто кто-то наступил на ветку в лесу. Гарри вздрогнул. Пламя взметнулось на секунду выше обычного, и в этот момент раздался тихий звук, едва заметный, но абсолютно ясный. Стук в дверь. Не было ни Фреда с Джорджем, ни миссис Уизли, ни профессора Люпина - Орден сейчас был занят своими делами, и никто не обещал прийти. Тем более, в такую погоду и время. Стук повторился. Глухой, упорный. Ровно три раза. Гарри медленно поднялся, закрывая книгу. Небольшое беспокойство кольнуло рёбра. Он бросил взгляд на лестницу, но Сириус наверху шумел так, что его можно было отзывать кричащим заклинанием - и всё равно не услышит. Его шаги отозвались в пустоте дома, и чем ближе Гарри подходил ко входной двери, тем отчётливее чувствовал какое-то странное … предчувствие. Не чувство опасности, к счастью, но чего-то, все равно, неладного. Чего-то, что нельзя охарактеризовать однозначно одним словом. Может быть, это просто дождь? Или тишина играет с его подсознанием? Он положил руку на холодную бронзовую ручку. — Nox, — прошептал себе под нос, и в коридоре погас единственный фонарь. Если это кто-то враждебный, то лучше ему не знать, где именно стоит хозяин дома. Гарри медленно снял один из семи защитных замков, затем второй. Остальные автоматически отозвались на присутствие владельца и начали щёлкать сами. Последний - тяжёлый засов. Дверь приоткрылась и холодный воздух ворвался в дом, ударив влажностью и запахом мокрого камня. На пороге стоял человек. Сиротливый, неловкий гость, будто не зная, как поставить ноги, чтобы не упасть. Вода стекала с его плаща, волосы прилипли ко лбу, а за спиной висели две сумки, настолько тяжёлые, что одна лямка почти впилась в плечо. Лицо было бледным. Слишком знакомым. До невозможности знакомым, что Гарри не мог поверить своим глазам и пол секунды моргал. — … Малфой?