Мэттьюс. После войны.

***

      Машина мягко затормозила перед высокими коваными воротами Бранвен Хауса. Роберт вышел первым, обошёл автомобиль и открыл дверцу Петунье. Затем помог ей вывести сонного Гарри.       — Прошу за мной, — тихо сказал он, забирая их скромный багаж.       Они прошли через арку ворот и оказались во внутреннем дворе. Старый каменный дом возвышался перед ними — величественный, немного мрачный, но удивительно живой. Из трубы поднимался лёгкий дымок, а в окнах первого этажа теплел мягкий свет. В просторном каминном зале их уже ждала Софи Мэттьюс.       Когда Петунья переступила порог, крепко держа за руку четырёхлетнего мальчика, Софи невольно нахмурилась. Перед ней стояла измождённая, слишком худая женщина в потрёпанном пальто и маленький бледный ребёнок, который явно давно не ел нормально. Оба выглядели так, будто последние месяцы провели на грани выживания.       Софи перевела пронзительный взгляд на сына.       — Роберт… — в её голосе слышалось тяжёлое сомнение. — Ты уверен, что эта женщина справится с поместьем? Ей самой, похоже, нужна помощь.       Роберт поставил чемодан на пол и спокойно подошёл к Гарри. Он опустился перед мальчиком на одно колено, мягко убрал с его лба спутанные тёмные пряди волос. В свете камина отчётливо проступил тонкий багровый шрам в форме молнии.       Роберт поднял голову и посмотрел на мать долгим, серьёзным взглядом.       — Ты сама выбрала её резюме и отправила приглашение, мама. О том, кто именно к нам едет, я понял только по дороге. Это — Гарри Поттер. А мисс Эванс — его тётя. Сестра Лили Поттер.       В зале воцарилась абсолютная тишина.       Софи медленно опустилась в кресло у камина. Её синие глаза расширились, когда она наконец внимательно посмотрела на ребёнка. Мальчик смотрел на неё настороженно, но без страха.       — Гарри Поттер… — тихо повторила она. В её голосе смешались удивление, горечь и что-то очень похожее на благоговение. — Мальчик, которого весь магический мир считает спасителем. Тот, кому приписывают падение Тёмного Лорда.       Петунья вздрогнула и инстинктивно притянула Гарри к себе.       — О чём вы говорите? — её голос дрогнул. — Какие ещё слухи? Какой «спаситель»? Лили и Джеймс погибли в результате террористического нападения… а Гарри просто чудом выжил.       Софи и Роберт переглянулись. Женщина тяжело вздохнула, провела рукой по лицу и жестом предложила Петунье сесть напротив.       — Садитесь, мисс Эванс. Похоже, вам известно далеко не всё.       Она помолчала несколько секунд, собираясь с мыслями, затем заговорила тихо, но чётко:       — После гибели ваших сестры и её мужа Альбус Дамблдор очень быстро взял ситуацию под контроль. Он объявил Гарри «Мальчиком-Который-Выжил». Сказал, что в ту ночь произошло чудо, которое уничтожило Тёмного Лорда. Теперь почти весь магический мир считает вашего племянника живым символом победы. Его имя известно каждому ребёнку в Британии.       — Ему всего четыре года… — прошептала Петунья.       Роберт стоял у камина, молча слушая мать. Наконец он заговорил, глядя прямо на Петунью:       — Мы не собираемся выдавать вас и уж точно не собираемся сообщать Дамблдору. Если вы согласны остаться, мы обязуемся обеспечить вашу безопасность.       Софи посмотрела на измученную женщину и ребёнка, потом перевела взгляд на сына. В её глазах впервые за весь вечер мелькнуло что-то тёплое.       — Роберт прав, — тихо сказала она. — Вы можете остаться. Но я должна быть с вами честна: жизнь в Бранвен Хаусе будет нелёгкой. Работа большая, поместье старое. Петунья посмотрела на Гарри, который уже начал клевать носом, и тихо кивнула.       — Я согласна.       Софи Мэттьюс медленно кивнула. В её взгляде впервые появилось нечто похожее на уважение.       — Тогда добро пожаловать в Бранвен Хаус, миссис… — она запнулась, заметив отсутствие обручального кольца.       — Просто Петунья, — тихо ответила женщина. — Петунья Эванс. За окном начал моросить мелкий весенний дождь. А в каминном зале Бранвен Хауса впервые за многие годы зазвучали голоса, которые больше не были одинокими.