Пламя среди теней

https://i.supaimg.com/cb58328d-e098-4b85-bddb-b13b8f5a9c9d/8e8a1187-1dcf-4b0a-8b3c-60634a392812.png

pov: Киллуа

Впереди раздался громкий голос. — ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА ВТОРОЙ ЭТАП ЭКЗАМЕНА! Несколько кандидатов вздрогнули. На платформе стояли двое экзаменаторов. Здоровяк с усами уже жевал что-то с таким счастьем, будто смысл жизни наконец был найден. А рядом… — Хм… — протянул Гон. — Она злая. Я хмыкнул. «Хорошее первое впечатление». — Я Менчи, экзаменатор второго этапа. Менчи смотрела на толпу так, будто заранее ненавидела каждого здесь. — А я Бухара, второй судья. Девушка со странной причёской сидела на диване, а её напарник, Бухара, сидел позади неё. Внезапно раздалось ужасное урчание, которое заставило землю содрогнуться. Я посмотрел на источник звука, Бухару, и удивлённо моргнул. — Ох, ты уже проголодался? — Менчи, всё ещё сидя на диванчике, повернула к нему голову. — Умираю с голода. Я бы съел сейчас всё, что угодно. — Сейчас наешься, — сказав это, она встала и повернулась к нам. — Итак, Второй этап — кулинария. Тишина. Потом кто-то нервно переспросил. — …чего? Кулинария? На лицах претендентов читалось недоверие, и было ясно, что почти никто не умел готовить. Впрочем, как и я. Меня учили убивать. Терпеть голод, боль и бессонницу. Но не готовить. Я думал, что второй этап будет состоять из рукопашных боёв и навыков выживания, но, похоже, я ошибся. — Всё правильно услышали. На втором этапе вы должны приготовить блюдо, что придётся нам по вкусу. — С чего мы вообще должны готовить? — практически все возмущались из-за этого задания. — С того, что мы Хантеры-Гурманы. Повисла долгая пауза, а затем раздался взрыв смеха, причём большинство не воспринимали её всерьёз. Менчи сжала челюсти и опустила голову. Похоже, смех её задел. Когда её терпение лопнуло, она грозно посмотрела на всех — и тут же воцарилась тишина. — Итак, Бухара, тебе слово. — Хорошо. Главный ингредиент — свинина. Можете использовать свиней в лесу Биска и ваши способности в готовке. А пройти вы сможете только в том случае, если мы оба признаем ваше блюдо вкусным. — Однако, оценивать мы будем не только вкус, но и внешний вид, — подняв палец вверх и состроив важную гримасу, дополнила Менчи. — Объявляю начало Второго Этапа!

***

Лес встретил нас шумом. Тяжёлые шаги и треск веток. После болот Милси это ощущалось почти ненормально. Слишком тепло. Слишком шумно. Люди начали расслабляться, едва поняв, что прямо сейчас их никто не пытается сожрать. «Глупо». Я лениво шёл рядом с Гоном, засунув руки в карманы. Леорио что-то громко рассказывал Курапике, размахивая руками так активно, будто уже забыл, как чуть не умер пару часов назад. — Не понимаю, почему мы вообще должны готовить! — возмущался он. — Мы сюда экзамен сдавать пришли или поварами устраиваться?! — Возможно, экзаменаторы проверяют не только силу, — спокойно предположил Курапика. — Да что тут проверять?! — Вашу неспособность заткнуться, например. — Чего сказал, белобрысый?! Я усмехнулся и перевёл взгляд вперёд. Лина шла чуть в стороне от остальных. Как всегда. Она никогда полностью не расслаблялась. Даже сейчас. Плечи напряжены. Взгляд постоянно двигается. Замечает всё. Иногда начинало казаться, что она просто не умеет иначе. «Странная она». Гон, будучи сгустком энергии, радостно скатился вниз по травянистому склону. Со стороны это выглядело весело, и я решил последовать за ним. Я не понял, когда и почему Гон остановился, из-за чего в него врезался, а потом в меня врезались Лина, Леорио и Курапика. Приземление было не самым мягким, даже болезненным. — Что ты, чёрт возьми, делаешь? — сердито проворчав посмотрел на Гона. Взглянув вдаль, он моргнул и указал вперёд. — Я нашёл свиней! — воскликнул он, указывая туда, где их заметил. По всей округе паслись большие, толстые свиньи с розовой кожей, намного крупнее обычных, но не это было главной проблемой. Свиньи грызли кости. — Подождите… только не говорите мне, что они хищники! — воскликнул Курапика. Несколько свиней прекратили свои занятия и повернули головы в сторону нас, отчего все мы пятеро слегка вспотели. — Зачем я сдавал экзамен в этом году? Зачем я сдавал экзамен в этом году? — пропищал Леорио и задрожал от страха. — Что случилось, старик? — спросил я с ухмылкой на губах. — Ты испугался? — Я не боюсь! И я не старик, сколько ещё раз я… ах! — закричал Леорио, спасаясь бегством и убегая от свиней, которые гнались за ним, желая съесть его на ужин. Я рассмеялся и легко ушёл от преследующих свиней. Огромные свиньи неслись через заросли, ломая деревья так легко, будто это были сухие палки. Большинство кандидатов рванули вперёд толпой. Ошибка. Слишком шумно и тупо. — ВААА! ОНА БЕЖИТ ПРЯМО НА НАС! — ИДИОТ, НЕ СТОЙ! — ОТКУДА ИХ ТАК МНОГО?! Я легко перепрыгнул через поваленное дерево и лениво увернулся от очередной туши. Слишком медленные. — Ребята, их слабое место — лоб, — прокричал Гон. Впереди мелькнули алые волосы. Лина. И… Я замедлился. Она двигалась почти бесшумно. Не как охотник, а как уличный зверёк. Низко, быстро и экономно. Не пыталась атаковать в лоб, не тратила силы зря. Сначала заставляла свинью промахнуться. Потом уходила в сторону. Потом снова. Ждала ошибку. Я прищурился. Даже интересно. Огромная туша снова понеслась прямо на неё. Большинство кандидатов уже попытались бы отпрыгнуть. Она — нет. Последний момент. Шаг в сторону. Пальцы резко вцепились в шерсть на шее зверя. Инерция дёрнула её тело вперёд, но Лина уже вытащила нож. Короткий удар ножом в лоб — и свинья рухнула с таким грохотом, что птицы сорвались с деревьев. Тяжело выдохнула и убрала волосы с лица тыльной стороной ладони. Щека испачкана грязью. Руки — в крови. Дыхание тяжёлое. Но глаза спокойные. Будто всё нормально. «Почему я вообще продолжаю смотреть? Раздражает». — Ух ты! — Гон подбежал к ней почти сразу. — Это было круто! — Спасибо. — Ты охотилась раньше? Пауза. Очень короткая. — Иногда. Ложь. Снова. Гон, конечно, не заметил. Он уже восторженно рассказывал про свою свинью. Я подошёл ближе и посмотрел на тушу у её ног. — Неплохо. Она подняла взгляд. На секунду будто удивилась. — Это был комплимент? — Не привыкай. Лина тихо фыркнула. И почему-то именно этот звук снова заставил внутри что-то неприятно дёрнуться. «Чёрт». Подняв свою тушку свиньи, я понёс её на «кухню».

***

Запах горелого мяса стоял такой, что хотелось сдохнуть. Кандидаты носились вокруг костров как сумасшедшие. Кто-то орал, кто-то ругался, кто-то уже спалил еду до углей. Леорио выглядел особенно трагично. — ДА КАК ОНО МОГЛО СГОРЕТЬ ТАК БЫСТРО?! — Потому что ты идиот, — спокойно ответил я. — ДА ПОШЁЛ ТЫ! Гон сидел рядом с костром и внимательно крутил мясо над огнём. Слишком серьёзно. Будто от этого зависела судьба мира. Курапика выглядел спокойным. Но только выглядел. А Лина… Я перевёл взгляд чуть в сторону. Она готовила молча. Без суеты и разговоров. Движения слишком привычные. Сначала очистила нож. Потом проверила огонь. Потом начала разделывать мясо так быстро, будто делала это сотни раз. Не ресторанно. Нет. Практично. Как человек, который готовил ради выживания. Пальцы двигались автоматически. И это снова цепляло сильнее, чем должно. — Всё готово! — радостно объявил Леорио. Через минуту: — ОТВРАТИТЕЛЬНО! — ЧЕГО?! Я фыркнул. Гон тоже провалился. Курапика — тоже. Потом очередь дошла до Лины. Она молча поставила тарелку перед Менчи. Экзаменатор даже не попробовала нормально. — Жёсткое. Пережаренное. Грубое. Следующий. Всё. Лина замерла всего на секунду. Но я заметил. Пальцы чуть сильнее сжали поднос. Взгляд опустился. Плечи напряглись. Её это задело. Сильнее, чем должно было. Она спокойно забрала тарелку и ушла чуть в сторону от остальных. Толпа уже вовсю возмущалась. — ЭТО НЕ ЭКЗАМЕН! — ДА ОНА ПРОСТО ИЗДЕВАЕТСЯ! — ЧТО ЕЙ ВООБЩЕ НАДО?! Я лениво отошёл от шума и сел рядом с Линой. Она даже не посмотрела в мою сторону. — Ты выглядишь так, будто тебя предали. — Я старалась. — Это была ошибка. Она резко подняла голову. Несколько секунд смотрела на меня. Потом вдруг тихо рассмеялась. Не громко. Не как Гон. Тихо. Устало. Но по-настоящему. И я завис. Буквально на секунду. Потому что… Ей шёл смех. Осознание ударило неожиданно и неприятно. Я сразу отвёл взгляд. «Да что со мной вообще сегодня»? — Ну спасибо, — всё ещё усмехаясь, сказала она. — Очень поддержал. — Обращайся. Рядом раздался голос Гона: — О! Вы тут! Он плюхнулся рядом с нами прямо на землю. — Нас всех провалили! — Мы заметили, — сухо ответил я. Гон рассмеялся так легко, будто это вообще не проблема. И почему-то рядом с ним даже Лина выглядела менее напряжённой. Совсем немного. Шум стоял такой, будто сейчас начнётся драка. Кандидаты орали друг на друга, спорили с Менчи и размахивали руками так активно, словно это могло помочь пройти экзамен. — ДА ЧТО ВАМ ВООБЩЕ НУЖНО?! — МЫ ЖЕ ВСЁ СДЕЛАЛИ! — ЭТО НЕ ЭКЗАМЕН, А БРЕД! Менчи раздражённо дёрнула бровью. — Ваши блюда отвратительны. Все провалены. Толпа взорвалась ещё громче. Леорио выглядел так, будто его сейчас хватит удар. — ДА КАК МОЖНО ПРОВАЛИТЬ ЖАРЕНОЕ МЯСО?! — Очень легко, как оказалось, — лениво ответил я. — ЗАТКНИСЬ! Рядом тихо хмыкнула Лина. Я перевёл взгляд в её сторону. Она уже не выглядела расстроенной так сильно, как пару минут назад, но пальцы всё ещё были слишком напряжены. Сжимали край подноса сильнее, чем нужно. — Эй, ты. Как ты смеешь смеяться надо мной?! — один из парней, что ранее возмущался из-за этого этапа, решил напасть на Менчи, однако Бухара откинул его в сторону, как обычную муху, да так, что он отлетел дальше, чем входные ворота. — Бухара, не лезь. — Ну, в таком случае ты бы его убила. — Это неважно, — Менчи встала со своего дивана и начала спускаться с лестницы к нам. — Позвольте пояснить, для чего было это задание. Если вы хотите стать Хантерами, это значит, что вам приходится выживать в разных ситуациях, где еда есть не везде, поэтому вы должны уметь использовать то, что есть под рукой. Ветер внезапно усилился. Странно. Я первым поднял голову вверх. Тень накрыла площадку почти мгновенно. Шум начал стихать сам собой. Огромный дирижабль медленно опускался над площадкой экзамена, закрывая солнце. Металл тихо скрипел. Потоки воздуха били по земле, поднимая пыль и запах дыма от костров. Кто-то в толпе нервно выдохнул: — Смотрите! Это знак ассоциации Охотников! Даже экзаменаторы замолчали. Интересно. Люк дирижабля открылся медленно. И через несколько секунд на платформу спрыгнул старик. Невысокий. Лысый. В странной одежде. Слишком обычный. Но… Я замер. Тело среагировало раньше мыслей. Что-то не так. Нет давления. Нет угрозы. Нет ощущения силы. И именно это было неправильным. Старик двигался спокойно. Даже расслабленно. Будто вообще не замечал напряжения вокруг. Но при этом… Менчи сразу выпрямилась. А второй экзаменатор перестал жевать. «Интересно». — Ох-хо-хо, — старик улыбнулся так легко, будто пришёл на прогулку. — Похоже, здесь возникли небольшие проблемы. — Председатель Нетеро! — выдохнул кто-то из кандидатов. Исак Нетеро. Так вот он какой. Я прищурился. Странный дед. Но опасный. Очень. Менчи раздражённо скрестила руки. — Я просто выполняла свою работу. — Конечно-конечно. — Нетеро добродушно кивнул. — Но, возможно, вы были немного… строги? — Строги?! Они вообще не умеют готовить! — Это экзамен охотников, а не шеф-поваров, — спокойно заметил он. Толпа сразу оживилась. — ВОТ ИМЕННО! — НАКОНЕЦ-ТО НОРМАЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕК! — СПАСИБО, ДЕДУЛЯ! Нетеро засмеялся. Легко. Будто происходящее его действительно забавляло. И это почему-то напрягало ещё сильнее. Он правда был расслаблен? Или просто слишком силён, чтобы воспринимать нас всерьёз? Менчи шумно выдохнула. — Итак, Менчи… ты отклонила заявки всех кандидатов, потому что тебе не понравилось их нежелание пробовать что-то новое? - спросил Нетеро, но в его голосе чувствовалась какая-то неожиданность. — Нет, сэр, я потеряла самообладание, когда один из кандидатов оскорбил «Охотников за деликатесами». И я сделала экзамен сложнее, чем нужно», -— призналась Менчи и стыдливо опустила голову. — Иными словами, вы в курсе, что этот экзамен неприемлем. — Да, но когда дело доходит до готовки, я теряю контроль, — сказала Менчи председателю, прежде чем резко вздохнуть. — Я уйду с должности экзаменатора, поэтому, пожалуйста, пересдайте вторую часть экзамена! Слегка поклонившись, женщина обратилась к председателю с мольбой и опустила голову. — Хм… но найти другого экзаменатора в такие короткие сроки будет сложно. — заметил Нетеро, потирая бороду. Опустив голову, Менчи избегала взгляда мужчины и продолжала извиняться. — Как насчёт этого? Я хотел бы, чтобы вы продолжили работать экзаменатором, но вы также должны принять участие в следующем предложенном вами тесте. — предложил Нетеро. — Это приемлемо? Выпрямившись, Менчи быстро кивнула, и её глаза загорелись. — Председатель, не могли бы вы доставить нас на гору Расколотая пополам на своём дирижабле? — взмолилась Менчи, и Нетеро утвердительно кивнул. — Гора Расколотая пополам. А, я понимаю, что вы имеете в виду. — пробормотал председатель Нетеро. — Конечно.

***

Дирижабль медленно летел над скалами. Большинство кандидатов столпилось у окон. Кто-то восхищался видом. Кто-то нервничал. Кто-то уже жалел, что вообще пришёл на экзамен. Я сидел у стены, лениво наблюдая за остальными. Гон буквально прилип к стеклу. — УХ ТЫ! СМОТРИТЕ, КАК ВЫСОКО! — Не ори ты так… — простонал Леорио. Курапика спокойно наблюдал за облаками. А Лина… Я снова поймал себя на том, что ищу её взглядом раньше остальных. Она стояла чуть в стороне у окна. Молча. И смотрела вниз. Не как остальные. Не с восторгом. Скорее… Будто она не верила, что мир может быть настолько огромным. Облака отражались в её глазах бледными размытыми пятнами. Ветер из приоткрытого окна шевелил алые волосы. Она даже не замечала этого. Просто смотрела. Слишком долго. И почему-то именно в этот момент перестала казаться опасной. Наоборот. Очень маленькой. Странное чувство неприятно кольнуло где-то внутри. Я сразу отвёл взгляд.

***

Мы добрались до очень сухой и безлюдной земли. В ней виднелась большая и глубокая трещина. Мягкий порыв ветра ласкал кожу претендентов, поднимая волосы, когда они всматривались в пропасть. — Вот и всё, — сказала Менчи. — Внимательно посмотрите, что там внизу. Все с удивлением и любопытством заглядывали за край расщелины в горе; хотя некоторые испытывали больше мурашек по коже, чем предвкушения. Когда густой туман рассеялся, можно было увидеть паутину, имеющую определённую форму. Подобно свежевыпавшему снегу, эта паутина излучала величественную атмосферу благодаря солнечному свету, проникающему сверху. И в то же время на дне оврага витала смертоносная атмосфера, словно в тени таился смертоносный зверь, готовый утолить свой ненасытный голод. — А теперь посмотрите под паутину, — скомандовал Менчи, и все так и сделали. На её лице сияла уверенная улыбка, руки упёрлись в бока, она была готова показать экзаменуемым, на что способна настоящая охотница за деликатесами. — Это… — Это яйца паукообразного орла. — Орлы-пауки плетут паутину в глубоких оврагах, чтобы защитить свои яйца от любого вреда и хищников. Из-за этого их яйца являются одним из самых труднодоступных ингредиентов — кратко пояснил председатель Нетеро, медленно поправляя завитую бороду. — Их также называют яйцами мечты. — П-подожди… ты же не имеешь в виду, что мы должны… — удивился борец, широко раскрыв глаза от страха. — Конечно — улыбнулась в ответ Менчи, глубоко вдохнул и выдохнул, прежде чем прыгнуть вниз в овраг. Как только ей это удалось, она ухватилась за паутину и несколько раз перепрыгнула через неё, чтобы стабилизироваться. Наблюдая, как она схватила одно из гигантских яиц, она продолжила падать, но налетела на сильный порыв ветра из оврага и взлетела обратно, невредимая. — Выглядит забавно… — пробормотал я , на губах сама появилась улыбка. — В овраге есть восходящий поток воздуха, который помогает вылупившимся птенцам взлететь к паутине — сообщил председатель Нетеро, формально сложив руки за спиной. Благополучно приземлившись на каменистую землю, Менчи, удерживая в одной руке большое яйцо, улыбнулась толпе претендентов. — Вот. Теперь мне осталось только сварить яйцо. — Ты что, с ума сошла?! - выдохнул борец, Ветер бил сильнее обычного. Высота ощущалась даже отсюда. Скалы уходили вниз почти отвесно, теряясь где-то в тумане. Внизу — пустота. Некоторые кандидаты уже отказывались идти дальше. Кто-то дрожал, кто-то ругался, кто-то просто не мог заставить себя сделать шаг. Я засунул руки в карманы и спокойно пошёл вперёд. Не сложно. Главное — удержаться до порыва воздуха. Позади раздался голос экзаменатора, объясняющего правила про яйца пауков. Большинство слушало слишком внимательно. Ошибка номер два. В таких местах главное — не слова. Главное — страх. Он ломает людей быстрее высоты. Гон уже прыгнул вниз без колебаний. Курапика последовал за ним осторожно, но уверенно. Леорио выглядел так, будто мысленно уже попрощался с жизнью. А потом я увидел её. Лина стояла у края неподвижно. Ветер трепал длинные алые волосы, бросая пряди ей в лицо, но она даже не убирала их. Просто смотрела вниз. Слишком долго. Пальцы сжимали край скалы так крепко, что костяшки побелели. Страх? Нет. Не совсем. Это было что-то глубже. Не обычный испуг перед высотой. Будто тело уже помнило падение ещё до того, как оно случилось. — Эй, — голос вырвался раньше, чем я успел подумать. — Ты там решила сдаться? Она резко подняла голову. Голубые глаза на секунду расширились, будто она вообще забыла, что здесь кто-то есть. Потом лицо снова стало спокойным. Слишком быстро. — Думаю. — О чём? — О том, насколько тупо будет умереть из-за паучьего яйца. Я фыркнул. Нормально. Значит, ещё соображает. Ветер ударил снизу, взметнув волосы и одежду. Лина на секунду задержала дыхание. Её нога скользнула. Коротко, почти незаметно. Но тело уже дёрнулось вниз. Слишком быстро. Пальцы Лины вцепились в паутину, но рука сорвалась ниже. Нить резко натянулась под её весом. Несколько кандидатов вскрикнули. Леорио выругался. А я уже двигался. Не подумал. Не решил. Просто тело сорвалось раньше головы. Следующая секунда — и я уже был рядом. Пальцы сами вцепились в её запястье. Холодное, слишком тонкое. Паутина под нами опасно дрогнула. — Не дёргайся, — тихо сказал я. Она подняла голову. В глазах не было паники. Ни слёз, ни просьбы о помощи. Только злость на себя. Будто хуже падения для неё было то, что кто-то это увидел. — Отпусти, — тихо сказала она. Я уставился на неё. — Ты сейчас серьёзно? — Я сама. — Ага. Особенно хорошо видно. Её пальцы сильнее сжали паутину. Нить снова натянулась. Внизу клубился туман, густой и белый, будто он только и ждал, когда кто-нибудь сорвётся. — Киллуа… — голос стал ниже. — Отпусти. Странно. Она не просила, а требовала. Даже вися над пропастью. Даже понимая, что один неправильный рывок — и всё. Я почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось. Не страх. Нет. Злость. Только непонятно на кого. На неё — за упрямство. На себя — за то, что держу слишком крепко. На эту чёртову паутину — за то, что она может порваться. — Не командуй, — процедил я. Она замолчала. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Ветер бил снизу, рвал дыхание, тянул волосы вверх. Паутина скрипела под пальцами. Потом Лина медленно перевела взгляд на мою руку. Я держал её так крепко, что, наверное, оставлю след. Почему не отпускаю? Вопрос ударил резко. И сразу стало раздражающе ясно: потому что не хочу. Чёрт. Лина второй рукой крепче схватилась за паутину и подтянулась. Движение было неловким, тяжёлым. Не из-за слабости — из-за злости. Она будто пыталась доказать не мне, а себе, что всё ещё контролирует ситуацию. Я отпустил её только тогда, когда она снова держалась нормально. Она тяжело выдохнула и сразу отвернулась. Будто ничего не произошло. Но пальцы дрожали. Совсем немного. Почему-то захотелось сказать: «Ты чуть не сорвалась». Но это было бы тупо. Она и сама знает. Поэтому вместо этого я только хмыкнул: — Осторожнее. — Переживаешь? — Нет. Ответил слишком быстро. Она слабо улыбнулась. — Врёшь. Я прищурился. — Много на себя берёшь. — Зато не падаю. Я посмотрел на её руку. Она тоже заметила. Улыбка исчезла. Потом рядом раздался голос Гона: — Ух ты! Киллуа, ты испугался за неё? — Чего?! — Ты так быстро спрыгнул. — Я просто решил не отставать от вас. — Ага-а… — Заткнись, дурак. Гон засмеялся. Чёртов Фрикс. Я раздражённо отвернулся, но всё равно краем глаза видел Лину. Она снова смотрела вниз, но теперь уже не застывала. Держалась крепко. Дышала ровнее. Делала вид, что ничего не случилось. И именно это цепляло сильнее самого падения. Будто я уже видел такое раньше. Людей, которые продолжают идти, даже когда им страшно. Тех, кто не умеет показывать страх нормально. Тех, кто скорее сорвётся молча, чем попросит помощи. В груди снова появилось это странное неприятное чувство. Мы крепко держались за паутину и ждали подходящего момента, чтобы спуститься вниз. — Хорошо, пошли, — подбодрил Леорио. — Ещё нет, — остановил я его. — Ветра нет. — Не всегда есть восходящий поток воздуха, — добавил Курапика, наблюдая, как кто-то отпустил руку и теперь падает, трагически погибая. — Поэтому нам нужно дождаться подходящего момента. — Он прав, — согласился Гон, сосредоточившись и закрыв глаза. Все с нетерпением ждали, когда он подаст сигнал, но из-за большого количества людей и веса, натягивавшего паутину, хрупкая нить была близка к тому, чтобы оборваться и положить конец их судьбам прямо здесь и сейчас. — Ну что, Гон? — спросил я, но ответа не получил. Тишина. — Сейчас! Все тут же отпустили паутину, и, к счастью, нить не порвалась, и все, кто проявил терпение, успешно схватили яйцо. После этого нас подхватил сильный порыв ветра, и мы благополучно приземлились обратно на землю.

***

Люди шумели. Кто-то смеялся слишком громко, кто-то спорил, кто-то уже ел так, будто не видел еды несколько дней. После болот Милси и прыжка в пропасть напряжение немного спало, но не исчезло полностью. Оно просто стало другим. Более живым. Менее острым. Я сидел чуть в стороне, лениво подпирая щёку рукой и наблюдая за остальными кандидатами. Многие расслабились слишком быстро. — Эй, Киллуа! — Гон махнул рукой. — Ты чего там один сидишь? — Отдыхаю от вас. — Врёшь. — Он широко улыбнулся. — Иди сюда. — Какой догадливый. Всё равно подошёл. Леорио уже спорил с кем-то из кандидатов, Курапика спокойно наблюдал за ним, а Лина сидела чуть дальше остальных, опустив взгляд на своё яйцо. Она ела быстро. Не жадно — нет. Но слишком сосредоточенно. Будто тело привыкло: еду могут отнять в любой момент. Пальцы двигались автоматически. Точно. Экономно. И ещё… Она почти не смотрела по сторонам, но замечала всё. Когда рядом кто-то резко повысил голос — плечи едва заметно напряглись. Когда один из кандидатов прошёл слишком близко — её взгляд сразу поднялся. Инстинкты. Слишком острые для обычного ребёнка. Я отвёл взгляд первым. «Почему вообще продолжаю за ней наблюдать? Раздражает». — Лина, ты вообще пробовала что-нибудь нормальное до этого? — спросил Гон, уплетая яйцо с таким счастьем, будто это был смысл жизни. Она подняла глаза. — В смысле? — Ну… такое вкусное. — Да, — спокойно ответила она. — Иногда. Слишком быстрый ответ. Будто приготовлен заранее. Даже думать не пришлось. Курапика, кажется, тоже это понял, но ничего не сказал. Гон — тем более. Он просто улыбнулся ей так легко, будто этого ответа было достаточно. Странный парень. Лина опустила взгляд обратно на яйцо. Через несколько секунд её рука автоматически сдвинула часть еды ближе к краю стола. Прячет. Я прищурился. Да ладно… Она заметила мой взгляд почти сразу. Пальцы замерли. Потом спокойно подвинула тарелку обратно, будто ничего не произошло. Но было уже поздно, я понял. «Голодала долго». В груди появилось неприятное чувство. Не жалость, а что-то другое. Я раздражённо отвёл взгляд. — Завтра скорее всего третий этап, — вдруг сказал Курапика. — Не думаю, что он будет легче предыдущих. — Да ладно! — Леорио фыркнул. — После болот я уже ничему не удивлюсь. — Не говори так, — спокойно ответил я. — А то экзаменаторы услышат. Гон рассмеялся. Лина тихо хмыкнула. И почему-то именно этот короткий звук заставил меня снова посмотреть в её сторону. — Поздравляю с завершением второго этапа экзамена, — сказала Менчи, а Бухара кивнул, всё ещё доедая свою порцию. Кандидаты шумели. Кто-то смеялся, кто-то спорил о вкусе яиц, кто-то уже хвастался, будто только что совершил подвиг. После пропасти и паутины все слишком быстро решили, что опасность закончилась. Глупо. Я сидел чуть в стороне и смотрел на них без особого интереса. Второй этап закончился. Можно было расслабиться. Наверное. Гон что-то оживлённо рассказывал Леорио. Курапика слушал спокойно, иногда поправляя его. Лина сидела рядом, опустив взгляд на пустую тарелку. Ветер шевелил её алые волосы, а на запястье всё ещё виднелся слабый след от моих пальцев. Я задержал взгляд. Всего на секунду. Она заметила. Конечно, заметила. Медленно подняла глаза и чуть прищурилась, будто спрашивала без слов: «Что?» Отвернулся первым. — Ничего. — Я ничего не спрашивала, — тихо сказала она. Чёрт. Гон рассмеялся где-то рядом. А я почему-то всё ещё помнил её руку в своей. Холодную, тонкую, упрямую. И то, как она сказала: «Отпусти» — будто падение было не таким страшным, как помощь. Второй этап закончился. Но почему-то казалось, что настоящие проблемы только начинаются. https://i.supaimg.com/cb58328d-e098-4b85-bddb-b13b8f5a9c9d/8e8a1187-1dcf-4b0a-8b3c-60634a392812.png