Пламя среди теней

https://i.supaimg.com/cb58328d-e098-4b85-bddb-b13b8f5a9c9d/0310e201-3527-470f-afd1-f651ce797645.png

Pov: Лина

Следующее утро встретило остров прохладой и сыростью. Ночью снова прошёл дождь, и теперь лес казался ещё более диким, чем раньше. Капли воды медленно стекали по листьям, влажный мох пружинил под ногами, а между деревьями всё ещё тянулись полосы тумана, не успевшие раствориться под утренним солнцем. Я шла уже довольно долго, внимательно прислушиваясь к каждому подозрительному звуку вокруг. После вчерашнего разговора с Гиттаракурой сон оказался роскошью, которую мой организм так и не получил. Стоило закрыть глаза, как перед внутренним взглядом снова появлялось его лицо, неподвижные глаза и спокойный голос, предупреждающий держаться подальше от Киллуа. Несколько раз я ловила себя на том, что снова возвращаюсь мыслями к этим словам, хотя прекрасно понимала, что никакой пользы от подобных размышлений сейчас нет. Что бы ни связывало Киллуа и Гиттаракуру, разбираться в этом посреди экзамена было не самой разумной идеей. Куда важнее оставалась другая проблема. Мне всё ещё нужны были очки. После вчерашнего дня одно стало совершенно очевидно: охота на Гиттаракуру закончилась раньше, чем успела начаться. Стоило вспомнить его взгляд, и желание приближаться к номерку 301 исчезало само собой. В Секторе 17 я довольно рано усвоила простую истину — не каждая драка стоит того, чтобы в неё ввязываться. Некоторые люди опасны настолько, что единственной правильной стратегией становится держаться от них как можно дальше. Поэтому сегодня я искала более реалистичные варианты. Лес постепенно оживал вокруг. Несколько раз вдали мелькали силуэты других участников, однако всякий раз расстояние оказывалось слишком большим. Один человек быстро исчез между деревьями раньше, чем я успела рассмотреть номер, другой явно заметил меня первым и предпочёл сменить направление. Преследовать кого-либо вслепую не хотелось. Слишком легко самому превратиться из охотника в добычу. Время шло, а результатов по-прежнему не было. Я уже начала задумываться о том, чтобы найти новое место для наблюдения, когда внимание привлекли следы на влажной земле. Сначала они показались совершенно обычными, однако через несколько метров стало ясно, что кто-то совсем недавно пробежал здесь на большой скорости. Глубокие отпечатки обуви уходили вперёд между деревьями, а рядом виднелись сломанные ветки и примятая трава. Я остановилась и внимательно осмотрелась: следы выглядели совсем свежими, и по состоянию земли было ясно, что их оставили всего несколько минут назад. Внутри сразу проснулся охотничий азарт: если человек двигался с такой скоростью, значит, его к этому что-то подталкивало. Возможно, он преследовал кого-то, а возможно, сам пытался уйти от погони, но в любом случае подобные вещи редко происходят без причины и почти всегда приводят к чему-нибудь интересному. Некоторое время я двигалась по следу, стараясь сохранять дистанцию и не шуметь. Постепенно лес начал меняться. Всё чаще попадались сломанные ветки, а на одном из кустов я заметила тёмное пятно, подозрительно похожее на кровь. Это заставило меня насторожиться сильнее. Через несколько минут впереди раздался глухой удар. Звук был настолько неожиданным, что я мгновенно замерла на месте. Затем последовал ещё один. После него послышалось тяжёлое дыхание и чей-то болезненный кашель. Похоже, где-то впереди совсем недавно закончилась драка. Я осторожно двинулась дальше и вскоре добралась до небольшой поляны. Открывшаяся передо мной картина сразу привлекла внимание. Возле дерева сидел незнакомый участник. Его одежда была разорвана в нескольких местах, лицо покрывали синяки и ссадины, а по состоянию правой руки становилось очевидно, что без травм не обошлось. Судя по тяжёлому дыханию, бой закончился совсем недавно, и победа далась ему очень дорого. Несколько секунд я молча наблюдала за происходящим из укрытия. Мужчина выглядел измотанным настолько, что даже не пытался осматриваться по сторонам. Сейчас его волновало только одно — возможность немного передохнуть. Наконец он полез в карман и вытащил две карточки. Моё внимание сразу сосредоточилось на них. Одну он быстро убрал обратно, а вторую ещё некоторое время рассматривал с довольной улыбкой человека, который только что достиг своей цели. Я медленно прищурилась, разглядывая два номерка. Всё было предельно ясно: совсем недавно он победил свою цель и забрал её жетон, но победа обошлась ему недёшево. Теперь передо мной сидел обладатель очков, который после тяжёлого боя едва ли находился в состоянии дать полноценный отпор. Картина складывалась слишком удачно: два номерка, тяжёлые травмы и полное отсутствие сил. В голове сразу начали выстраиваться варианты действий, а вместе с ними появилось ощущение, что удача наконец-то вспомнила о моём существовании. Спешить с решением было бы глупо. В Секторе 17 подобные ошибки нередко стоили слишком дорого, поэтому, взяв эмоции под контроль, я продолжила внимательно наблюдать за происходящим. Незнакомец всё так же сидел возле дерева, тяжело дыша и время от времени морщась от боли, когда пальцы касались повреждённого плеча. На первый взгляд он выглядел почти побеждённым. Но именно это меня и настораживало. За время экзамена я уже успела понять, что самая опасная ловушка — поверить, будто противник больше не способен дать отпор. Одного взгляда на поляну хватило, чтобы понять, насколько ожесточённой была схватка. Несколько молодых деревьев оказались сломаны почти у основания, трава была истоптана и примята, а среди следов борьбы неподалёку валялся длинный нож с треснувшей рукоятью. По состоянию поляны нетрудно было догадаться, что бой получился жестоким. При этом второго участника нигде не было видно. Значит, он либо успел уйти до моего появления, либо оказался в таком состоянии, что больше уже никуда не мог уйти. Незнакомец тем временем убрал номерки обратно в карман и запрокинул голову, прикрыв глаза. Несколько секунд он просто сидел неподвижно, наслаждаясь возможностью перевести дух. Картина выглядела достаточно простой: сейчас преимущество было на моей стороне, но с каждой минутой оно могло исчезнуть. Долго ждать не стоило, однако прежде чем действовать, хотелось понять, сколько сил у него осталось и насколько опасным он всё ещё был. Словно почувствовав на себе чужой взгляд, мужчина неожиданно открыл глаза и медленно обвёл взглядом лес перед собой. Я тут же замерла, стараясь не выдать своего присутствия ни единым движением. Несколько секунд незнакомец неподвижно стоял на месте, после чего всё же заставил себя идти дальше. Однако двигался он настолько медленно, что это сразу бросалось в глаза. Для участника экзамена охотников такая скорость выглядела почти жалкой. Выждав, пока между нами появится ещё несколько метров, я бесшумно двинулась следом. Когда незнакомец поднялся на ноги, его заметно качнуло в сторону, и только опора на ствол дерева не позволила ему упасть. Для любого наблюдателя это могло выглядеть как обычное проявление усталости после тяжёлого боя, а для меня стало ещё одним подтверждением того, что момент для атаки был выбран удачно. Несколько секунд мужчина неподвижно стоял на месте, после чего всё же заставил себя идти дальше. Однако двигался он настолько медленно, что это сразу бросалось в глаза. Для участника экзамена охотников такая скорость выглядела почти жалкой. Выждав, пока между нами появится ещё несколько метров, я бесшумно двинулась следом. Почти десять минут я бесшумно следовала за ним, внимательно наблюдая за каждым движением. Этого времени оказалось достаточно, чтобы убедиться: мужчина был серьёзно истощён. Он всё чаще сбавлял шаг, время от времени останавливался на несколько секунд, а один раз даже присел возле поваленного дерева, пытаясь отдышаться. Вскоре лес начал редеть, и впереди показалась небольшая поляна, на которую незнакомец вышел первым. Оставшись среди деревьев, я остановилась и внимательно посмотрела ему вслед. Похоже, это был лучший шанс. Если упустить его сейчас, другого могло уже не представиться. Пальцы сами собой легли на рукоять ножа. Сердце билось ровно и спокойно, а все лишние мысли постепенно исчезали, уступая место привычной сосредоточенности. Несколько секунд я наблюдала за мужчиной, оценивая расстояние, возможные пути отхода и его состояние. Затем медленно шагнула вперёд, выходя из-за деревьев. Под ногой тихо хрустнула ветка. Мужчина мгновенно обернулся, и наши взгляды встретились. Сначала на его лице мелькнуло удивление, но почти сразу ему на смену пришло понимание — быстрое и холодное. Такое понимание появляется у тех, кто ещё недавно сам был охотником и слишком хорошо знает, что чувствует загнанная добыча. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Затем его взгляд скользнул к ножу в моей руке, и на губах появилась невесёлая усмешка. — Похоже, сегодня не мой день. — Похоже на то, — спокойно ответила я. Он покачал головой и медленно выпрямился. Даже сейчас, несмотря на усталость и раны, в его взгляде не было ни капли страха. Лишь мрачное раздражение человека, который слишком хорошо понимал, что в охоте роли жертвы и охотника могут поменяться в любой момент. — Давно следишь? — Достаточно. — Видела бой? — Только следы. Тишина затянулась на несколько долгих секунд. Потом уголок его губ едва заметно дёрнулся вверх, складываясь в усталую и немного горькую усмешку. — Значит, решила воспользоваться ситуацией. В ответ я лишь пожала плечами. — Это экзамен. — Справедливо. Несмотря на спокойный тон, его рука медленно потянулась к поясу. Я заметила это сразу, и он тоже понял, что остаться незамеченным не удалось. Кажется, разговор подошёл к концу. Теперь начиналось то, ради чего нас отправили на этот остров. Несколько секунд никто из нас не двигался. Лес словно затаил дыхание вместе с нами: ветер утих, ветви замерли, а птицы где-то вдали внезапно умолкли. Всё вокруг перестало иметь значение. Остались только человек передо мной и его рука, медленно тянущаяся к оружию. Он прекрасно понимал, что момент для разговоров остался позади. Стоило его руке дрогнуть, как я сразу заметила это, а он, в свою очередь, понял, что остаться незамеченным не получилось. Но отступать было уже поздно. Каким бы ни был исход, действовать ему всё равно приходилось. В следующую секунду мужчина резко рванулся вперёд. Для человека, который ещё недавно едва держался на ногах, он оказался удивительно быстрым. В одно мгновение расстояние между нами исчезло, а в его руке сверкнул короткий нож. Я успела уйти с линии атаки прежде, чем нож достиг цели. Лезвие прошло мимо, а противник сразу бросился в следующий выпад. Однако тело больше не подчинялось ему так же хорошо, как раньше. Скорости не хватило. Я легко уклонилась и мощно ударила его ногой в раненое плечо. Он сдавленно выругался и сделал шаг назад. Удар явно пришёлся куда болезненнее, чем ему хотелось бы признать, но вместо того, чтобы дрогнуть, мужчина лишь стал серьёзнее. Раздражение и усталость исчезли без следа, а в глазах осталась только настороженная сосредоточенность человека, осознавшего свою ошибку. Несколько секунд мы кружили по поляне, не сводя друг с друга глаз. От моего внимания не укрылось ни тяжёлое дыхание, ни кровь на рукаве, ни осторожность, с которой он щадил повреждённую руку и переносил нагрузку на здоровую ногу. Он всё ещё представлял угрозу. Но с каждой секундой становилось всё очевиднее, что время работает на меня. И мы оба это понимали. Первым вновь атаковал он. Без предупреждения и без лишних слов нож стремительно рассёк воздух перед самым моим лицом, заставляя отклониться назад. За первым ударом последовал второй, затем третий. Мужчина явно пытался закончить бой как можно быстрее, пока остатки сил ещё позволяли ему сохранять инициативу. Но именно в этом заключалась его главная ошибка. Он спешил. Я — нет. Сектор 17 научил меня простой вещи: побеждает не всегда сильнейший, а тот, кто умеет ждать. Мне не требовалось ломать противника в открытом противостоянии или доказывать, что я лучше. Нужно было лишь пережить его силы. И очень скоро стало ясно, что ждать осталось недолго. Во время очередной атаки его качнуло всего на долю секунды. Незначительная ошибка, которую многие могли бы не заметить. Но не я. Сократив расстояние одним шагом, я перехватила его запястье и резко рванула в сторону. Нож тут же вылетел из ослабевших пальцев и исчез в высокой траве. Мужчина дёрнулся, пытаясь освободиться, однако момент был упущен. Удар локтем пришёлся точно в живот, заставив его согнуться и с шумом выдохнуть, а следующий толчок окончательно отправил его на землю. Некоторое время он просто лежал, тяжело дыша и безуспешно пытаясь подняться. Он всё же попытался подняться. Сначала опёрся на локти, затем с трудом подтянулся на колени, но на этом его силы закончились. Одного взгляда хватало, чтобы понять: продолжать бой он уже не способен. Несколько секунд мужчина молча смотрел на меня, а затем неожиданно усмехнулся. В этой усталой, почти обречённой улыбке не было ни злости, ни страха — только понимание. — Ненавижу этот экзамен. На губах появилась короткая усмешка. — Понимаю. — Нет, не понимаешь. Он покачал головой и устало провёл ладонью по лицу. — Час назад я думал, что мне невероятно повезло. — Нашёл свою цель? — Нашёл свою цель, победил её, забрал номерок... На какое-то время даже поверил, что всё складывается как надо. С его губ сорвался короткий смешок. — А потом появилась ты. На мгновение мне даже стало его жаль. Совсем чуть-чуть. Но жалость не помогала пройти экзамен и уж точно не стоила потерянных очков. Поэтому я лишь спокойно протянула руку. — Номерки. Мужчина ещё несколько секунд не сводил с меня взгляда, будто ожидал, что я вдруг передумаю. Не дождавшись этого, он лишь тяжело вздохнул и полез в карман. Судя по всему, до него наконец дошло, что исход этой встречи уже решён. Через мгновение мужчина протянул мне две карточки. Быстро скользнув взглядом по номерам, я поняла, что вижу их впервые. Ничего удивительного — за время экзамена мне встретилось слишком много людей, чтобы помнить все лица и номера. Скорее всего, один жетон принадлежал ему самому, а второй достался после недавней победы. Несколько секунд я задумчиво разглядывала карточки, а затем спокойно протянула руку. Мужчина невесело усмехнулся, словно другого исхода и не ожидал. — Даже не спросишь, кому они принадлежат? — А это что-нибудь изменит? Он ненадолго задумался. — Нет. — Тогда не вижу смысла. Уголок его губ едва заметно дёрнулся, словно происходящее забавляло его куда больше, чем должно было. Спустя мгновение карточки легли мне в ладонь, а сам мужчина устало прислонился к дереву. Я сразу убрала добычу в карман и лишь после этого позволила себе расслабиться. Пять очков. До конца испытания оставался всего один номерок. После разговора с Гиттаракурой, постоянного напряжения и бесконечных поисков эта мысль неожиданно подняла настроение. Впервые за всё время на острове казалось, что финиш действительно находится совсем рядом. — Надеюсь, тебе повезёт больше, чем мне, — неожиданно сказал мужчина. Я вопросительно приподняла бровь. — С чего такая забота? — Просто наблюдение. Он перевёл взгляд на лес и коротко усмехнулся. — На этом острове удача редко остаётся с человеком надолго. Отвечать я не стала. После встречи с Гиттаракурой и бесконечной охоты по лесу мне не требовались дополнительные объяснения. Я и без того прекрасно понимала, о чём он говорит. Несколько секунд мы ещё молча смотрели друг на друга, после чего я развернулась и направилась обратно в лес. Мужчина ничего не сказал мне вслед. Возможно, потому что прекрасно понимал: сегодня ему ещё повезло. На этом острове хватало людей, которых интересовали не только номерки. Очень скоро поляна осталась позади, скрывшись за стеной деревьев. По привычке коснувшись кармана, я нащупала карточки и мысленно пересчитала очки. Пять. До прохождения испытания оставался всего один номерок, и после всего, что произошло за последние дни, это казалось почти невероятным. Но жизнь давно отучила меня радоваться раньше времени. Стоило поверить, что всё наконец складывается хорошо, как неприятности обязательно напоминали о себе. Лес постепенно возвращался к своей привычной жизни. Где-то перекликались птицы, ветер негромко шелестел листвой над головой, а между деревьями скользили солнечные лучи. После вчерашней встречи с Гиттаракурой эта спокойная, почти безмятежная картина казалась на удивление странной. Я уже начала присматривать место, где можно было бы ненадолго остановиться и разобраться с дальнейшим планом, когда впереди внезапно раздался голос. Очень раздражённый голос. Заинтересовавшись, я сразу замедлила шаг и осторожно направилась вперёд. Чем ближе становился источник шума, тем отчётливее звучали знакомые интонации. К тому моменту, когда между деревьями начали появляться очертания небольшой поляны, сомнений почти не осталось. Киллуа. — Вы серьёзно? Осторожно раздвинув ветви кустарника, я выглянула вперёд и едва сдержала смешок. Посреди небольшой поляны стоял Киллуа, причём выражение его лица ясно говорило о том, что терпение закончилось ещё несколько минут назад. А примерно в десяти метрах от него неловко переминались с ноги на ногу трое братьев Амори. Несколько секунд я молча наблюдала за происходящим, пытаясь понять, что именно здесь происходит. Ситуация выглядела настолько нелепо, что казалось, будто я пропустила половину разговора. Потом мой взгляд остановился на Киллуа. Нет. Ничего я не пропустила. Он действительно был раздражён. Причём настолько, что братьям Амори стоило начинать беспокоиться. — С самого утра, — произнёс он, медленно переводя взгляд с одного брата на другого. — Вы таскаетесь за мной с самого утра. Братья Амори нервно переглянулись. — Мы просто... — Нет. Киллуа поднял руку, останавливая его на полуслове. — Даже не начинайте. Один из братьев предпринял ещё одну попытку: — Мы только хотели... — Нет. — Но... — Нет. Киллуа даже не дал ему закончить ни одной фразы. Судя по выражению его лица, подобный обмен репликами продолжался уже довольно давно, причём с каждым новым «нет» настроение у него становилось всё хуже. Я едва сдержала улыбку. Похоже, братья Амори совершили невозможное и сумели по-настоящему вывести Киллуа из себя. Наконец один из братьев не выдержал: — Откуда ты вообще всё время знаешь, где мы? Киллуа несколько секунд просто смотрел на него, после чего медленно закатил глаза. — Потому что вы ужасно прячетесь. На несколько секунд повисла тишина. — Что? — Вы правда считаете, что я вас не замечаю? В голосе Киллуа звучало такое искреннее недоумение, словно он действительно не понимал, как вообще можно было рассчитывать на успех с таким планом. Братья Амори дружно замолчали. Киллуа тяжело вздохнул и провёл рукой по волосам, выглядя так, будто последние несколько часов героически боролся с желанием кого-нибудь придушить, но его терпение стремительно подходило к концу. — Первый всё время наступает на ветки. Второй чихнул три раза за последние двадцать минут. А третий вообще прячется за деревьями, которые уже, чем его плечи. — Первый всё время наступает на ветки. Второй чихнул три раза за последние двадцать минут. А третий вообще прячется за деревьями, которые уже его плеч. Я отвернулась и прикусила губу, но сдержаться всё равно не смогла. Негромкий смешок вырвался сам собой. Этого хватило. Все четверо одновременно повернули головы в мою сторону. На поляне повисла тишина. Киллуа несколько секунд смотрел прямо на кусты, за которыми я пряталась, после чего медленно прищурился. Кажется, теперь объясняться придётся уже мне. — Можешь выходить. После этих слов стало окончательно ясно, что скрываться дальше бессмысленно. Да и сегодняшний день, похоже, решил проверить на прочность терпение абсолютно всех участников экзамена. Спустя несколько секунд я спокойно вышла из-за деревьев. Киллуа внимательно посмотрел на меня, затем скользнул взглядом по кустам за моей спиной, словно на всякий случай убеждаясь, что я пришла одна. Лишь после этого уголок его губ едва заметно дёрнулся. — Только не говори, что ты тоже следила за мной. — Вообще-то нет. — Отлично. — Что именно? Киллуа молча посмотрел на братьев Амори, потом на меня и обречённо потёр переносицу. — Теперь их четверо. — Четверо? — Да. Четверо. — Он ткнул пальцем в сторону братьев. — Эти хотя бы честно следят за мной. А ты ещё пытаешься притворяться, что всё получилось случайно. — Так и было. — Конечно. Судя по тону, Киллуа поверил мне примерно настолько же, насколько братья Амори верили в собственные навыки скрытности. Сами братья тем временем выглядели окончательно сбитыми с толку. Их взгляды метались между мной и Киллуа, словно они пытались разобраться в происходящем и никак не могли угнаться за разговором. Моё появление явно стало для них неожиданностью. Хотя, если честно, серьёзной угрозой они сейчас не казались. Больше всего они напоминали группу особенно настойчивых людей, которым категорически не везло с выбранной целью. — Так вы нападать будете или нет? — наконец спросил он. — Что? — Вы уже несколько часов ходите за мной. Обычно после этого люди хотя бы пытаются что-нибудь сделать. Братья переглянулись. — Мы пока просто наблюдаем. — Зачем? На этот вопрос ответа почему-то не нашлось. Киллуа тяжело вздохнул. Выглядел он так, словно окончательно устал от происходящего. — Потрясающе. — Что именно? — Вы сами не знаете, зачем за мной ходите. — Знаем. По тому, как неуверенно это прозвучало, я бы на месте Киллуа поспорила. Снова повисла тишина. Я заметила, как едва заметно дёрнулся уголок его глаза, и окончательно убедилась, что терпение у него подходит к концу. В отличие от Гона, который в подобной ситуации наверняка попытался бы разговорить всех присутствующих, найти что-нибудь общее и каким-то образом превратить это в дружескую беседу, Киллуа воспринимал происходящее исключительно как бессмысленную трату времени. — Слушайте, — наконец произнёс он. — У меня есть цель. У вас есть свои цели. Может, займётесь чем-нибудь полезным? — А вдруг ты приведёшь нас к своей цели? Киллуа замер. Несколько секунд он просто смотрел на говорившего, а затем медленно закрыл глаза. — Вот оно что. В его голосе прозвучало такое разочарование, будто он только что разгадал невероятно глупую загадку. — Вы решили использовать меня вместо собственных мозгов. Один из братьев возмущённо открыл рот. Затем закрыл. Через секунду снова открыл, но, судя по всему, ничего убедительного так и не придумал. Киллуа лишь покачал головой. — Это даже немного грустно. Я усмехнулась. Киллуа сразу повернул голову в мою сторону. — А ты чего смеёшься? — Ничего. — Врёшь. — Возможно. Несколько секунд его взгляд внимательно скользил по мне, будто он только сейчас по-настоящему присмотрелся. Потом брови едва заметно нахмурились. — Ты ранена? Я моргнула от неожиданности — Что? — Куртка порвана. Я моргнула и только тогда вспомнила о недавней схватке. Опустив взгляд, заметила на рукаве небольшой разрез. — Ничего серьёзного. — Угу. Ответ прозвучал настолько скептически, что мне сразу стало ясно: не поверил. Тем не менее расспрашивать дальше он не стал. Вместо этого Киллуа отвёл взгляд и снова повернулся к братьям Амори, словно решил отложить этот разговор на потом. — Ладно. Последний раз объясняю. Почему-то именно от этой фразы мне захотелось рассмеяться. Судя по выражению лица Киллуа, никакого «последнего раза» уже давно не существовало. — Если хотите напасть — нападайте. Братья Амори переглянулись. — Если хотите следить — следите. Они переглянулись ещё раз. — Но тогда хотя бы перестаньте прятаться каждые пять минут. — Почему? Киллуа устало прикрыл глаза. — Потому что смотреть на это физически больно. На несколько секунд над поляной вновь воцарилась тишина. Я отвернулась, чтобы не рассмеяться. Проблема заключалась в том, что Киллуа был совершенно прав. А от этого ситуация становилась только забавнее. Судя по выражению его лица, он уже находился в том состоянии, когда человек либо уходит, либо начинает решать проблему радикальными методами. Последний из братьев Амори уже набрал воздуха в грудь, явно готовясь к очередному объяснению, но закончить мысль так и не успел. Один из его братьев неожиданно рванул вперёд. — Хватит издеваться! Киллуа даже не шелохнулся. В какой-то момент мне показалось, что он вообще собирается проигнорировать атаку. Только в последнее мгновение его голова едва заметно качнулась в сторону, пропуская удар мимо. На секунду я даже не поняла, что произошло. Амори по инерции проскочил вперёд, тогда как Киллуа спокойно сместился в сторону. Настолько спокойно, будто заранее знал не только направление удара, но и место, куда в итоге шагнёт противник. — Серьёзно? — устало спросил он. Только сейчас Амори заметил неладное. Его рука мгновенно метнулась к карману, но почти сразу замерла. Глаза широко распахнулись. — Что?.. Киллуа невозмутимо покрутил между пальцами карточку. — Это ищешь? На белом картоне чётко виднелся номер 198. На несколько секунд поляна погрузилась в полную тишину. От неожиданности я моргнула. Всё произошло настолько быстро, что даже я не заметила момента, когда он успел вытащить номерок. А ведь наблюдала за происходящим с самого начала. На несколько секунд поляна погрузилась в полную тишину. Всё произошло настолько быстро, что даже я не заметила момента, когда он успел вытащить номерок. А ведь наблюдала за происходящим с самого начала. — Ты... — Ты слишком медленный, — спокойно произнёс Киллуа. Затем его взгляд неожиданно остановился на мне. — Кстати. — Что? — Сколько очков тебе ещё нужно? Я удивлённо моргнула. — Одно. — Серьёзно? Всего одно? — Да. На мгновение на его лице промелькнуло что-то похожее на одобрение. Затем Киллуа перевёл взгляд на номерок в своей руке и без каких-либо объяснений бросил его мне. Я машинально поймала карточку и только после этого посмотрела на номер. 198. На несколько секунд мысли словно остановились. Судя по всему, Киллуа только что отдал мне недостающее очко. — Подожди... — Подожди... — Всё равно он мне не нужен. Амори уставился на него так, словно только что стал свидетелем величайшей несправедливости в своей жизни. — Это мой номерок! — Уже нет. — Как это вообще работает?! Киллуа пожал плечами. — Без понятия. Но, если честно, мне нравится результат. — Верни! Второй брат Амори не выдержал и рванул вперёд. На этот раз всё закончилось ещё быстрее. Киллуа даже не стал уклоняться — просто шагнул навстречу и коротким движением ударил его ребром ладони по шее. Всё произошло настолько быстро, что я едва успела заметить сам удар. В следующую секунду Амори уже лежал на земле без сознания. На поляне повисла тишина. Киллуа спокойно присел рядом с ним, вытащил из кармана карточку и быстро взглянул на номер. 197. — Скучно. Киллуа поднялся и посмотрел на последнего из братьев Амори. После судьбы двух своих родственников тот выглядел заметно менее уверенным в себе. — Так... Киллуа на секунду задумался, сверяясь с карточкой в руке, а потом снова поднял взгляд. — Если память меня не подводит, у тебя номер 199? Последний из братьев Амори перевёл взгляд на лежащего без сознания родственника, потом на второго брата, который всё ещё выглядел глубоко оскорблённым произошедшим. Несколько секунд он молча размышлял, после чего медленно полез в карман. — Да... — Отлично. Тяжело вздохнув, парень достал карточку и протянул её Киллуа. — Забирай. Судя по выражению его лица, спорить с судьбой он больше не собирался. На лице Киллуа появилась довольная ухмылка. — Вот видишь. С тобой гораздо приятнее общаться. Амори выглядел так, будто вот-вот окончательно потеряет веру в справедливость. Я поспешно отвернулась, чтобы не рассмеяться, а Киллуа тем временем задумчиво покрутил в пальцах карточку с номером 197. Когда в его глазах мелькнул знакомый озорной блеск, мне сразу стало ясно, что на этом всё не закончится. Опыт подсказывал: такие идеи редко приносили кому-то спокойную жизнь. — Знаешь... Киллуа неожиданно посмотрел на меня. — Хочешь фокус? — Нет. — Поздно. Услышав это, я уже начала подозревать неладное, но остановить его не успела. Одним движением Киллуа размахнулся и швырнул номерок далеко в лес. Карточка пролетела между деревьями и исчезла где-то в зарослях. Несколько секунд все просто смотрели ей вслед. — Ты что сделал?! — хором завопили братья Амори. В тот же миг из ближайших кустов вылетела тёмная фигура. Ханзо. Он даже не посмотрел на нас, словно остальных участников на поляне попросту не существовало. Всё произошло настолько быстро, что я успела заметить только мелькнувший силуэт, который уже через секунду исчез среди деревьев вслед за номерком. На поляне воцарилась полная тишина. Кажется, никто до конца не понял, что именно сейчас произошло. А потом Киллуа вдруг расхохотался. — Видели бы вы свои лица. Киллуа раскрыл ладонь, показывая номерок 197. — Пошутил. Братья Амори смотрели на него так, будто одновременно испытывали облегчение и острое желание придушить его. — Ты... — Да-да, — невозмутимо кивнул Киллуа. Киллуа ухмыльнулся ещё шире, и мне сразу не понравилось это выражение лица. Через секунду он снова размахнулся и на этот раз действительно отправил номерок в полёт. Карточка исчезла среди деревьев быстрее, чем кто-либо успел среагировать. Над поляной повисла мёртвая тишина. — Теперь уже не пошутил, — спокойно сказал Киллуа. — У вас есть четыре дня, чтобы его найти. Братья Амори несколько секунд стояли совершенно неподвижно. Кажется, их мозг всё ещё пытался принять тот факт, что это произошло на самом деле. Потом они одновременно рванули в сторону леса. Киллуа посмотрел им вслед и наконец заметно расслабился. — Наконец-то. — Они настолько тебя раздражали? — Ты даже не представляешь. Я усмехнулась. — Представляю. — Нет, не представляешь, — без колебаний возразил Киллуа. — Это был совершенно новый уровень раздражения. Засунув руки в карманы, Киллуа несколько секунд задумчиво смотрел куда-то между деревьями. Я уже решила, что разговор закончился, когда он вдруг снова повернулся ко мне. — Кстати. — Что? — У тебя есть какие-нибудь важные дела? Вопрос застал меня врасплох. — Не особо. — Даже цель больше не ищешь? Пальцы сами собой коснулись кармана, где лежали номерки. — Нет. Киллуа кивнул, словно только что получил именно тот ответ, на который рассчитывал. — Тогда можешь остаться со мной до конца этапа. Я удивлённо моргнула. — Что? — Ну а что такого? Он пожал плечами с нарочито безразличным видом. — До конца испытания осталось всего несколько дней. Да и, если честно, одному здесь скучно. Последнюю фразу он произнёс так небрежно, словно в ней не было ничего особенного. Но почему-то именно она заставила меня замолчать. После вчерашней встречи с Гиттаракурой в памяти сразу всплыли его слова. «Не подходи к Киллуа». На мгновение внутри неприятно кольнуло раздражение. Я почти сразу отбросила эту мысль. Гиттаракура мог предупреждать меня сколько угодно. Это были его слова, а не мои решения. — Ты сейчас предлагаешь мне объединиться? — Не начинай всё усложнять. — Это "да"? — Это "если тебе нечем заняться". — Очень убедительное приглашение. — Я старался. — Врёшь. — Возможно. Уголок губ Киллуа едва заметно дёрнулся. — Ладно. — Ладно? — Да. Киллуа кивнул так, словно другого ответа и не ожидал, после чего развернулся и направился в сторону леса. — Тогда пошли. — И всё? — А что ещё? — Не знаю. Обычно люди радуются. — Зачем? — Например, потому что нашли компанию. Киллуа задумался на пару секунд. — Хм. — Что? — Кажется, Гон на моём месте сейчас сказал бы что-нибудь вдохновляющее. Я не смогла сдержать смешок. — Скорее всего. — Хорошо, что я не Гон. — Иногда. — Почти всегда, — совершенно серьёзно ответил он. И уже вместе мы направились дальше через лес, оставляя произошедшее позади. Остаток дня прошёл гораздо спокойнее, чем я ожидала. Мы просто шли через остров, время от времени замечая следы других участников, но ни у кого из нас не возникало желания их преследовать. После бесконечной охоты последних дней такая передышка казалась почти непривычной. К вечеру солнце начало скрываться за верхушками деревьев, а лес постепенно наполнился длинными тенями. Когда стало заметно темнеть, мы нашли небольшую поляну возле ручья, надёжно спрятанную среди густых деревьев. — Здесь нормально, — коротко оценил Киллуа. Я внимательно осмотрелась. Место действительно выглядело удачным. Поляна находилась достаточно далеко от основных троп, рядом тихо журчал ручей, а густые ветви деревьев над головой надёжно скрывали её от посторонних взглядов. — Значит, ночуем здесь? — Ага. После этого он без лишних объяснений направился к ручью. — Ты куда? — За едой. — За какой ещё едой? Киллуа посмотрел на меня так, словно ответ был совершенно очевиден. — За рыбой. — Ты умеешь ловить рыбу? — Конечно. — Откуда? — Гон научил. Минут через двадцать Киллуа действительно вернулся с несколькими довольно крупными рыбинами. Я недоверчиво посмотрела сначала на улов, потом на него. Почему-то до этого момента мне казалось, что он просто шутит. — Серьёзно? — Что? — Ты действительно поймал рыбу. — Звучит так, будто ты ожидала другого результата. — Если честно, да. Киллуа фыркнул. — Обижаешь. — Я просто никогда не представляла тебя рыбаком. — Зато Гон представлял. Пока он занимался рыбой, я собрала сухие ветки и развела небольшой костёр. Пламя быстро разгорелось, разгоняя вечернюю прохладу. Некоторое время я молча наблюдала за тонкой струйкой дыма, поднимающейся между деревьями. — Нас не найдут? Киллуа поднял голову. — Из-за чего? — Из-за костра. Я указала на дым. — Если кто-нибудь увидит его, то поймёт, что здесь люди. Несколько секунд он смотрел на меня, потом пожал плечами. — Пусть приходит. — Очень обнадёживает. — Я серьёзно. Судя по выражению лица, он действительно не шутил. — Если кто-то решит напасть, разберёмся. Прозвучало это настолько спокойно, словно он обсуждал плохую погоду, а не возможную драку посреди экзамена. Спорить я не стала. После того, что произошло с братьями Амори, сомневаться в способностях Киллуа было довольно сложно. Вскоре над костром уже жарилась рыба. Запах оказался настолько аппетитным, что я начала лучше понимать, почему Гон так любит рыбалку. Ужин прошёл на удивление спокойно, а когда мы закончили есть, вокруг окончательно стемнело. Лес постепенно затихал, уступая место ночным звукам. Где-то вдали стрекотали насекомые, тихо журчал ручей, а треск костра почему-то казался особенно громким среди окружающей тишины. Некоторое время мы просто сидели молча. Костёр тихо потрескивал, время от времени выбрасывая в темноту россыпь искр. Ночь окончательно накрыла остров, превратив лес вокруг в бесконечное море теней. За границей света, отбрасываемого пламенем, уже невозможно было ничего разглядеть. Почему-то именно тогда мне снова вспомнились слова Гиттаракуры. — Кстати. Киллуа поднял взгляд от огня. — Что? — Вчера я встретила одного странного участника. — На этом экзамене все странные. Я усмехнулась. — Этот был особенно странным. — Теперь стало интересно. Несколько секунд я подбирала слова, а затем начала рассказывать. О странном ощущении чужого взгляда, которое преследовало меня весь день. О поляне. О человеке с неестественным лицом, настолько неправильным, что при первом взгляде хотелось отвернуться. Пока я говорила, Киллуа почти не перебивал. Он молча смотрел на огонь, лишь время от времени задавая короткие вопросы, когда хотел что-то уточнить. — И он просто стоял там? — Да. — Ничего не делал? — Только разговаривал. Киллуа поморщился. — Жуткий тип. — Согласна. Когда речь зашла о самом разговоре, Киллуа перестал отвлекаться на костёр и полностью сосредоточился на моих словах. Чем дальше я рассказывала, тем внимательнее становился его взгляд. — Подожди. Он нахмурился. — Он попросил тебя держаться от меня подальше? — Именно. — Очень странно. — Я тоже так подумала. На несколько секунд повисла тишина. — И кто он вообще такой? — Представился как Гиттаракура. Киллуа задумчиво повторил имя про себя, словно проверяя, не слышал ли его раньше. — Нет. Не знаю такого. Видел его пару раз на экзамене, но лично не разговаривал. Я задумчиво посмотрела на огонь. — Он вёл себя так, будто знает о тебе гораздо больше, чем должен. — Возможно, просто псих. — Очень обнадёживающая версия. — Зато правдоподобная. Я негромко рассмеялась. Киллуа даже едва заметно усмехнулся в ответ, но уже через несколько секунд улыбка исчезла. Судя по задумчивому взгляду, история с Гиттаракурой всё же не давала ему покоя. — Но если честно... Он ненадолго замолчал. — Мне уже не нравится этот тип. — Потому что он говорил про тебя? — Потому что он следил за тобой. Я удивлённо подняла взгляд. Киллуа пожал плечами. — Нормальные люди обычно так не делают. — Это экзамен охотников. — Даже здесь. На несколько секунд между нами повисла тишина. Потом он кивнул в сторону тёмного леса за пределами поляны. — Если ещё раз его встретишь, лучше будь осторожна. — Настолько опасный? — Не знаю. Киллуа честно покачал головой. — Но если какой-то жуткий тип несколько часов следит за человеком, а потом начинает рассказывать, с кем ему можно дружить, а с кем нельзя, я бы предпочёл держаться от него подальше. Я усмехнулась. — Звучит разумно. — Потому что это разумно. — Иногда ты меня удивляешь. — Спасибо. — Это не был комплимент. — Всё равно спасибо. После этого разговор постепенно сошёл на нет. Мы просто сидели возле костра, прислушиваясь к ночным звукам леса. Киллуа время от времени поправлял ветки в огне, а я смотрела на искры, исчезающие в темноте над головой. Постепенно навалилась усталость. Напряжение последних дней, бесконечная охота за номерками и постоянная настороженность наконец начали брать своё. Тепло костра казалось удивительно уютным, а тихий треск огня всё сильнее напоминал колыбельную. — Я спать, — пробормотала я. — Угу. — Ты вообще собираешься спать? Киллуа пожал плечами. — Потом. Почему-то именно такого ответа я и ожидала. Устроившись возле дерева и подложив под голову рюкзак, я ещё несколько минут смотрела на огонь. Тихо потрескивал костёр, где-то неподалёку журчал ручей, а из темноты доносился стрёкот ночных насекомых. Странно, но впервые за всё время на острове мне не хотелось постоянно прислушиваться к каждому шороху. Последним, что я увидела перед тем, как уснуть, был силуэт Киллуа по другую сторону костра. После этого усталость окончательно победила. https://i.supaimg.com/cb58328d-e098-4b85-bddb-b13b8f5a9c9d/80bde949-1daa-46ce-9e0f-d024b5d11510.png