Гром, что принесет надежду

Глава 12. Теория Макао и Экзаменационный Тупик

Серый гранит давил со всех сторон. Казалось, сами стены дышали, медленно смыкаясь, чтобы раздавить тех, кто осмелился бросить вызов древнему лабиринту. Миражанна провела пальцами по холодному камню в третий раз — та же трещина, тот же скол в форме неправильной звезды. Воздух здесь был спёртым, пахло сыростью и застарелой магией, которая въелась в породу за сотни лет. — Мы ходим по кругу, — выдохнула Кана, опускаясь на колени. Её пальцы судорожно сжимали колоду, костяшки побелели. — Я уже видела этот знак. И эти руны… они светятся одинаково. Везде. Мы не движемся вперёд, мы просто топчемся на месте. Мира кивнула, стараясь подавить глухое рычание, поднимающееся из груди. Демон внутри неё ворочался, раздражённый бесконечными тупиками и ощущением загнанности в угол. Она уже трижды пыталась пробить стены Душой Демона — но магия лабиринта гасила удары, перенаправляя силу в пустоту, словно каменный монстр просто пожирал её энергию. — Это бессмысленно, — процедила Мира, и в её голосе прорезались низкие, вибрирующие нотки, которых раньше не было. — Каждая моя атака уходит в никуда. Словно стены живые. Кана подняла голову, вытирая пот со лба. Её глаза, ещё недавно полные уверенности, теперь тускло мерцали от усталости. — Лексус бы уже нашёл выход, — с горечью сказала она. — Он чувствует магию, как никто. Он бы просто закрыл глаза и пошёл, куда ведёт его драконье чутьё. А мы… мы как слепые котята. При упоминании Лексуса Мира невольно сжала кулаки. Осознание того, насколько огромна пропасть между их возможностями и силой парня, обладавшего мощью Логии и магией Убийц Драконов, обожгло уязвлённую гордость. Им приходилось буквально выгрызать каждый шаг, пока он двигался на совершенно ином уровне. Внезапно одна из стен дрогнула. Каменная кладка пошла рябью, и из неё, словно пробка из бутылки, вывалился Макао Конбалт — весь в саже, с обгоревшими усами и дико вращающимися глазами. Он с размаху ударил кулаком по камню, оставляя на нём тёмное пятно копоти: — Чтоб тебя, Гилдартс, с твоими дурацкими шестерёнками! Я уже четвертый раз прохожу мимо этой трещины! — он перевёл дух, заметил застывших девочек и неловко кашлянул. — А, это вы… Не пугайте так. Я думал, новая ловушка. Мира опустила трансформированную руку, но не расслабилась. Её глаза всё ещё подозрительно сузились. — Ты тоже блуждаешь? — спросила она. — Или у тебя есть план? — Блуждаю, — признался Макао, усаживаясь прямо на пол и вытирая лицо рукавом. — Но я кое-что знаю. Лексус уже прошёл свой путь. Сказал, что чувствует «изменение давления маны» на севере — и рванул к Гилдартсу, даже не оглянувшись. — Он хмыкнул, смешивая уважение с лёгкой досадой. — Этот пацан — ходячая молния. Мы тут мучаемся, а он уже, наверное, чай пьёт и обсуждает, как мы тут ползаем. Глаза Миры вспыхнули багровым. Демоническая сущность внутри взревела от обиды — не злой, а скорее уязвлённой спортивной злости. Кана сжала карты так, что те начали дымиться, едва не воспламеняясь от её раздражения. — Он опять нас обогнал, — прошептала она, и в её голосе послышались стальные нотки. — Но мы не отстанем. Мы не для того столько тренировались, чтобы просто сидеть и ждать, пока он всё сделает за нас. Макао внимательно посмотрел на них, переводя взгляд с одной на другую. Его лицо, обычно расслабленное и чуть ленивое, стало серьёзным, почти отеческим. — Ладно, девчонки, — сказал он, постукивая пальцем по полу. — У меня к вам серьёзный вопрос. Кто из вас вообще идёт на S-класс? Вы обе? Вы подумали, что будет, когда вы доберётесь до выхода вдвоём? Вам придётся драться. Друг с другом. В кровь. Вы к этому готовы? Мира и Кана переглянулись. Наступила долгая, тяжёлая тишина. Они действительно не думали об этом. Все их мысли были заняты лабиринтом, монстрами, ловушками — но не финальной дуэлью. Они шли к одной цели, но не осознавали, что в конце их ждёт не общая победа, а выбор. — Мы… мы не хотим драться, — тихо сказала Мира. Её демоническая рука медленно вернулась в человеческий облик, словно сама сущность внутри неё сникла от этой мысли. — Мы — напарницы. Мы прошли через столько трудностей плечом к плечу. — А вы и не будете драться, — неожиданно широко улыбнулся Макао, и в его глазах заплясали хитрые огоньки. — У меня есть план. Слушайте сюда внимательно. Он поднялся, отряхивая пыль с куртки, и обвёл рукой пространство вокруг: — Смотрите. Макаров и Гилдартс контролируют входы и выходы, чтобы проверять магов. Но старик не запрещал нам работать сообща внутри самого лабиринта. Нам нельзя заходить толпой, но никто не говорил, что нельзя объединиться внутри, чтобы преодолеть ловушки пространственной магии. Да и что будет, если мы попытаемся пройти все вместе? Скорее всего, нас не будут дисквалифицировать. Нас попытаются остановить, но если мы победим мастера или убедим его пропустить нас, то пройдём все на следующий этап! Кана прищурилась, её пальцы уже сами собой начали перебирать карты: — То есть… ты предлагаешь нам пройти оставшийся путь как группа? — Именно! — Макао хлопнул ладонью по колену. — Мы взламываем этот тупик и двигаемся дальше одной командой. Мы не нарушаем правил в лоб — мы просто используем серые зоны. А когда дойдём до финала, мы все втроём выйдем к Мастеру Макарову. Старик, конечно, поворчит для виду и попытается нас разогнать, но я знаю его как свои пять пальцев. Он не станет дисквалифицировать нас за то, что мы проявили смекалку и сплочённость. В «Хвосте Феи» командный дух ценят выше тупого следования букве закона. Мира нахмурилась, но в её глазах зажглась искра интереса: — А Гилдартс? Почему мы не можем пойти к нему? Макао усмехнулся, явно довольный тем, что девочки начали включаться в обсуждение: — К Гилдартсу соваться сейчас — самоубийство. Лексус — его личный проект на этом экзамене. Макаров перед стартом проговорился, что для нашего громовержца подготовлено отдельное, усложнённое испытание. Гилдартс сейчас гоняет его на полную катушку по индивидуальной программе, там щепки летят по всему подземелью. Если мы припрёмся туда, то просто попадём под горячую руку сильнейшего мага гильдии. Так что наш единственный логичный путь — южное крыло, к Мастеру Макарову. Мы пройдём лабиринт быстро, не давая старику опомниться, и предстанем перед ним втроём. Ну что, рискнём? Кана медленно улыбнулась, и в её улыбке проступила та самая дерзость, которую так ценил Лексус: — Значит, действуем по-умному. Мне нравится. Мира шагнула вперёд, и её глаза засияли багровым отблеском Души Демона. Внутри неё больше не было ощущения загнанности — только чистая решимость. — Хорошо. Я согласна. Но сначала нужно выбраться из этой каменной ловушки. Макао повернулся к стене, которая только что казалась непреодолимым тупиком, и провёл рукой по её поверхности. Под его пальцами проступили едва заметные линии — не руны, а скорее магические вены, пульсирующие слабым светом. — Этот тупик — не просто камень, — сказал он, и в его голосе появилась уверенность ветерана. — Это магический щит. Он гасит одиночную атаку, потому что перераспределяет энергию по всей площади. Но если мы ударим в одну точку одновременно, втроём… барьер не выдержит резонанса. Кана тут же встала рядом. Она ловко соединила в пальцах три карты: «Камень», «Взрыв» и «Копьё». Магические формулы на долях секунд перетекли друг в друга, концентрируя колоссально плотный заряд энергии на кончиках её пальцев. — Я готова. Скажи только когда. Мира рванула вперёд, и её правая рука мгновенно покрылась тёмно-бордовой чешуёй. Когти удлинились, мышцы взбугрились, а на лбу проступили демонические отметины. — Я слышу структуру этой магии, — пророкотала она глубоким, изменившимся голосом. — Она боится синхронного давления. Демон хочет разорвать её. Макао зажёг на ладони фиолетовое пламя — вязкое, тягучее, как жидкий металл. Он усмехнулся, глядя на двух молодых волшебниц, готовых к бою: — Ну что, покажем этому лабиринту, как умеют работать в «Хвосте Феи»? По моей команде. Три… два… один… БЬЁМ! Три атаки слились в единый ослепительный луч — багровый, фиолетовый и золотой переплелись в вихре чистой энергии, ударив точно в центр пульсирующей жилы. Стена взорвалась фонтаном осколков. Гранитная крошка и магические искры разлетелись во все стороны, открывая за собой широкий, тёмный туннель, уходящий глубоко в южное крыло лабиринта. Когда пыль осела, Макао присвистнул, вытирая пот со лба: — Ничего себе… Сработало как по маслу. Молодцы. Шаг сделан, теперь главное не сбавлять темп. Мира и Кана стояли рядом, тяжело дыша, но с победными улыбками на лицах. Усталость отступила перед пьянящим чувством командного триумфа. — Ну что, вперёд, к нашему любимому Мастеру, — Макао подмигнул девочкам и первым зашагал вглубь открывшегося прохода. — Только помните: если старик заставит нас сдавать письменный тест на знание устава гильдии из-за нашего мухлежа, я за вас отдуваться не буду! Девочки рассмеялись — легко, искренне, впервые за весь этот изнурительный день. Они переглянулись, и в этом взгляде без слов читалось нерушимое обещание. Лексус научил их, что вместе они сильнее, и они докажут это Макарову. Кана крепко сжала ладонь Миры, и они вместе шагнули в темноту туннеля, следуя за фиолетовым огоньком Макао. Внутри каждой из них окончательно выковалась та самая сталь, которую закаляли месяцы тренировок, боли и общей борьбы. Они были готовы встретить Мастера. Вместе. Плечом к плечу. Продолжение следует…