База крепких отношений

      — Твоя мама мне звонила, предупредила, что нашлёпает нас обоих под зад, если мы опять не приедем к ним в следующие выходные…              — Хан Джисон?! — неожиданно громко воскликнул Феликс, широко распахнув глаза и приоткрыв от удивления рот. Он застыл посредине просторного коридора в нерешительности. Минхо, который до этого с причитаниями легко пропихивал его побыстрее в квартиру, резко вздрогнул и остановился, словно споткнувшись.              — Минхо, блин, хоть бы сказал, что у нас будут гости! — взвизгнул практически самый популярный айдол Кореи Хан Джисон в одних нелепых арбузных, слегка выцветших, трусах и скрылся с ворчаниями в адрес Минхо из коридора.              — Вы живёте вместе?..              Феликс закрыл рот, но оставался в неподвижности. В его голове царил настоящий хаос, а разрозненные мысли не желали объединяться в единую картину. Мелкие детали, которые он замечал, словно в одно мгновение преобразовывались в нелогичное и запутанное изображение.              В компании он часто наблюдал, как Минхо всегда нежно и ласково общается с Хан Джисоном — единственным другим айдолом в их агентстве, помимо Хёнджина. Феликс удивлялся, что его брат, похоже, очень близко с тем знаком. Раньше он не акцентировался на этом, но теперь осознал всю странность. Ведь обычно Минхо сторонился людей, которые не были ему близки, проявлял равнодушие к другим айдолам, стаффу и коллегам. И бо́льшую часть времени занимался только своим Хёнджином. Ох, у брата, оказывается, не один, а два айдола. С одним живёт, с другим работает. Надеясь, что мысленно, нервно хихикнул Феликс.              Значит, отношения брата с Хёнджином такие натянутые из-за Джисона? Те друг друга не выносили, и их перепалки (такие же частые, как и у Минхо с его подопечным) на всех общих шоу и мероприятиях, не только окружающие, но даже камеры улавливали. Но Феликс всегда считал, что это из-за конкуренции, а тут, оказывается, и личное навалилось. Отношения между людьми такие сложные. И зачем Ликси во всё это полез?              Мысль о том, что его брат гей, Феликс мужественно игнорировал. Они друзья. Близкие друзья. Очень-очень близкие, раз в одних трусах разгуливают по квартире и встречают сожителя в коридоре после работы. Вполне могут жить вместе, потому что квартиры в Сеуле дорогие, даже если вы айдолы или их менеджеры, и вообще общежития распространены повсеместно, а его шок связан с мыслями не об их совместном проживании, совершенно не гейском, а о натянутых отношениях между популярными айдолами, и роли Минхо в этом.              — Типа, у нас отношения?              Но Минхо не дал ему и шанса на собственное оправдание разного рода мыслей в голове.              Так не бывает. Феликс уснул в машине, вот сто процентов. Он постарался незаметно себя ущипнуть, но, судя по весёлому взгляду вернувшегося обратно к ним в коридор Джисона, это не удалось. Феликс же Минхо с рождения знает, и они так близки были… И ничего гейского или чего-то подобного в брате не наблюдалось. Постойте, это же в обе стороны работает. Минхо никогда не упоминал о своих каких-либо отношениях с девушками, но и Ликси тоже…              — Отношения? Я правильно тебя понял? Ты в отношениях с этим мужчиной? Не дружеских?              Догадка всё же вырвалась, ему надо убедиться, что он всё правильно понимает. Прежде, чем грохнуться в спасительный обморок.              — Да, на сто процентов любовных, — хихикнул Джисон. Айдол не обращал внимания на состояние замерших столбом братьев в коридоре. Открыто улыбался Феликсу и явно с них веселился.              — Я отвезу тебя в гостиницу, если… Ох, Феликс, прости, что раньше не рассказывал. Но ты на вечеринке не выразил никакого неприятия, и я решил, что моя ориентация не имеет значения.              Минхо, очевидно, непривычно нервничал. Выражение лица у брата становилось всё более взволнованным на фоне долгого ошарашенного молчания Феликса. Наконец, Ликси смог вернуть себе самообладание. Пусть хаос в голове так и не утих. Удалось выдавить из себя пару предложений и главный вопрос.              — Нет-нет, всё нормально, — ну, не с Феликсом, а в другой параллельной реальности, — определённо твоя ориентация не имеет значения, хоть я и удивлён неожиданным каминг-аутом. Но Хан Джисон? Они же с Хван Хёнджином главные конкуренты в компании?..              Он поэтому Джисона практически и не видел в компании, хотя мечтал об автографе, но не Минхо же просить о таком. Расписание этого айдола с Хёнджином максимально не совпадало. А Феликс, не специально, конечно, но тёрся вечно со знакомым ему учеником, приезжал пораньше, типа ждал занятия, уезжал попозже, типа с братом потусить подольше. Но, если признаться откровенно хотя бы себе — где Минхо, там и Хёнджин, и соответственно сталкер Ликси хвостом. А вот Хан Джисона рядом почти никогда видно не было. Феликс лишь краем глаза видел их редкие взаимодействия с Минхо. Радовался, что они знакомы, и думал попросить автограф попозже, возможно, на день рождения. Сам он стеснялся общаться с другими, ему казалось, ориентация сразу выплывает, все догадаются, как и Хёнджин. Другие тоже его особо не замечали, в компании все строго занимались своим делом (не считая сплетен). Феликс старался не мешаться. А сейчас словно осенило. В памяти всплывали отрывочные детали случайных встреч и разговоров между Джисоном и Минхо, и, ого, кажется, это был флирт, а не просто дружеские милые беседы.              — Да блин. Это слухи. Я гораздо лучше этого долбоёба. И талантливее. Минхо просто терпила и не умеет расставлять приоритеты.              Братья были в смятении: переваривающий информацию Феликс и испуганный его неоднозначной реакцией Минхо. Джисон же продолжал с улыбкой наблюдать их сложные выражения лица.              — Это мой брат, Феликс, помнишь, я рассказывал? И он безобидный, — резко вспомнил о вежливости Минхо.              — Приятно познакомиться, — догадливый Джисон быстро сменил тему, — Твоя мама…              — Почему она всегда тебе звонит первому?              Минхо облегчённо выдохнул. Сцена в коридоре логически завершилась, и брат Феликса, успокоившись, взял себя в руки и сделал вид, что всё происходящее в порядке вещей. Как будто мир внутри головы Феликса не перевернулся.              — Она любит меня больше, чем тебя.              Джисон довольно бормотал, забирая их куртки и провожая в просторную гостиную. Слушая их голоса на фоне, Феликс пытался отвлечься, разглядывая обстановку квартиры, в которой случайно оказался.              Светлая просторная кухня-гостиная, обустроенная современно и аккуратно, задерживала его внимание маленькими деталями. И небольшим хаосом, проявляющимся во всём. Беспорядок одежды на кожаном диване, какие-то цветные пакеты на столе, мягкие игрушки, одеяла и подушки, валяющиеся на полу (присмотревшись, до Ликси дошло, что это такой уютный «домик» перед телевизором), различные фигурки динозавров и кошек на полках стеллажа. Повсюду на стенах абстрактные картины (Феликс сделал мысленную заметку узнать о них у брата, обычно он не любил живопись, но чем-то именно эти его зацепили) и смешные, почти детские рисунки, а ещё… Целая куча рамок с фотографиями с влюблённой парой. Каждое совместное фото пропитано откровенной любовью даже по взглядам их друг на друга. Большая часть казалась откровенно нелепыми и смазанными. Феликс подозревал, что из-за веселящегося на них Джисона и снисходительного, любяще на него смотрящего, Минхо. Нет, Феликс не завидует.              — Я ей позвоню сам и договорюсь, чтобы не сердилась…              До Феликса, неприлично внимательно разглядывающего помещение, доносились обрывки чужих разговоров. Парочка ворчливо перешёптывалась, делилась эмоциями прошедшего дня, а когда, судя по звуку открывающейся двери, скрылись дальше по коридору в спальне, он не прислушивался, но скорее дофантазировал звуки лёгких поцелуев и смеха.              Первым в кухню-гостиную вернулся Минхо, уже переодевшийся в домашнюю пижаму и умывшийся.              — На ужин есть только рамен, прости, но Джисон готовить ничего кроме него не умеет, — улыбаясь проговорил тот, подбираясь к плите, чтобы, видимо, его разогреть.              — Да, это Минхо у нас хозяюшка, но сегодня заебавшаяся, — хихикнул его партнёр, появившийся следом.              У Феликса до сих пор голова шла кругом от новых открытий, но он кивнул и улыбнулся в ответ.              — Всегда заебавшаяся. Проводи Ликси в ванную, и… Отлепись от меня! Мы же не одни.              Уши Минхо покраснели от смущения, а у охреневающего Феликса — всё лицо с веснушками, когда Джисон подошёл к своему партнёру, который суетился у плиты, и нежно обнял его сзади, слегка коснувшись губами шеи.              Айдол притворно недовольно вздохнул.              — Я уверен, что он не против посмотреть, — подмигнул покрасневшему и смущённому Феликсу Джисон. Но всё же оторвался и отвернулся от ворчащего Минхо, тут же отхватив по заднице.              В отличие от происходящего на вечеринке, Ликси не испытывал никаких негативных чувств от увиденной картины. Парочка выглядела усталой, но такой милой и счастливой, воссоединившись. Он наблюдал за ними буквально несколько минут, но, кроме радости и умиления, совершенно не испытывал привычного стыда, наблюдая за близостью других мужчин между собой. Несмотря на сложный день, насыщенный график, конфликт с Хёнджином, как только дверь квартиры парочки закрылась, Минхо расслабился, вся злость ушла, глаза заблестели, на лице появилась радостная улыбка. И сердце Феликса не могло не отзываться трепетом на счастье брата, которое ощущалось в каждом его жесте.              Джисон кивнул на рядом стоящую ванную, где Феликс, пока умывался, дал себе пару секунд, чтобы прийти в себя. Его голова, наполненная хаосом, внезапно прояснилась. Лишь немного дрожащие руки выдавали его состояние.              Минхо раскладывал перед вернувшимся в гостиную Феликсом столовые приборы, а Джисон накладывал в тарелку их поздний ужин.              — Прости, если я слишком… Смущаю тебя, — устало произнёс Джисон, став серьёзным, стоило всем сесть за стол. — Просто дома хочется немного расслабиться.              — Нет-нет, ничего страшного, — торопливо успокоил Феликс.              — Я очень долго привыкал не стесняться нас… Хотя бы дома. Поэтому сложно переключиться. Гости к нам редко заходят, разве что бесячий Хёнджин. Таскается, как к себе домой…              — Джисон! — приструнил парня Минхо, чтобы не затрагивать явно больную тему для всех.              — Всё в порядке! Правда! — снова поспешил ответить Феликс.              — Минхо сказал, что тебе некомфортно от открытых проявлений чувств, — с сомнением посмотрел на него Джисон.              — Мне не было это некомфортно. Вы очень милые, правда, мне нравится ваша нежность, — покраснел Ликси. — И я никогда не видел так быстро смущающимся своего брата! Это забавно.              Феликс воспользовался возможностью и быстро подколол Минхо, догадавшись, кто успел нашептать Джисону и раздать пистонов за «недостойное» поведение, в то время, пока он был в ванной.              Услышав его слова, пара заметно расслабилась. Джисон быстро положил свою руку на колено к Минхо и, пока ел, легко и нежно поглаживал. В ответ старший улыбался и косился в сторону возлюбленного. Они, казалось, погрузились в свой мир и даже позабыли о Феликсе. И Ликси словно потерял дар речи и проглотил все свои вопросы, просто любуясь на чужую такую естественную ласковую привязанность.              Портить момент не хотелось, но кое-что из разговоров пары засело в голове Феликса, и он не удержался, чтобы не уточнить.              — Твои родители знают?..              — Конечно, они же мои самые близкие, — замер, но не смущаясь, легко ответил Минхо.              — Не осуждают?.. — тихо продолжил Ликси.              — Ну, им больше не нравится, что Джисон айдол и уделяет мне мало времени! — посмеиваясь и приступая к еде, выдал Минхо.              — Что? Твои родители меня обожают! — ласково возмутился Джисон и пнул своего парня по ноге.              — Я шучу. Конечно, это было нелегко, но они любят меня, и Хани приняли, как родного. Мы уже несколько лет вместе.              Феликс был мягко говоря ошарашен таким ответом, но промолчал.              — Уровень твоей заёбанности сегодня? — вдруг резко поменял тему Джисон и хихикнул. Минхо бросил укоризненный взгляд на того, но тоже засмеялся.              Парни, ничего не объясняя, просто, словно в КНБ, выбросили вперёд кулаки и на счёт три оба показали раскрытые ладони. Развеселившись непонятно чему, те покачали в сторону друг друга головой.              — По крайней мере, мы совпали, — фыркнул Джисон.              Феликс ничего не понял, его глаза слипались слишком быстро, чтобы спрашивать о чём-то и следить за разговором и действиями парочки. Заметив это, брат молча отправил его в душ и на диван. Обиженного Джисона, который намеревался узнать Ликси получше и стал задавать ему множество вопросов на пороге ванной, насильно затолкали в соседнюю дверь спальни.              

***

             — Почему ты отвез Ликси не в гостиницу, а к нам?              Джисон плюхнулся своим телом на Минхо, тот запыхтел под его весом, но прогонять не стал, прижимая к себе поближе и нежно водя носом и губами по подставленной шее.              — Не знаю. Это было спонтанным решением — открыться. Всё равно я планировал ему о тебе рассказывать и познакомить вас. Возможно, чтобы он испытывал меньше отвращения к геям, чем когда… Познакомился с любимым местом Хёнджина.              Минхо смирился со своей тягой к мужчинам ещё в подростковом возрасте, принимать себя таким не легко, но со временем и правильным окружением, ему всё удалось.              Не то чтобы Минхо легко давался камин-аут кому бы то ни было. Но с годами он повзрослел, поумнел, набрался кое-какого опыта общения с другими людьми, в том числе, много разного рода осуждения, даже не касаемо ориентации, пережил. Научился разделять важное и остальное, близких и чужих, полезное и ненужное. Обрёл некую свободу мыслей и поведения. Не такую, как у Хёнджина, а ответственную за свой выбор. Его родители всегда поддерживали, любимый оставался долгие годы рядом, близкие друзья знают и не осуждают. Особых причин скрывать и стесняться своей неправильности у него нет.              Но Феликс… Слишком впечатлительный и чувствительный. Младший, о котором он заботился с детства. Колючий и замкнутый без видимой причины в последние годы. Ликси не только страшно спугнуть, но и очень легко. Одно неверное действие и тот снова закроется. Особенно не хотелось обсуждать эту тему сейчас, когда Феликс уставший от одиночества, как когда-то в детстве, стал необычайно нежный и ласковый с Минхо.              Минхо растерялся, когда Хёнджин… Проклятый Хёнджин первым раскрылся перед его братом. Пока он боялся спугнуть Феликса своей личной жизнью, приручал к себе и своим рукам повторно… Айдол не постеснялся, влез и открыл все самые порочные стороны. Не только свои, но и всех этих гей-комьюнити, которых они с Джисоном активно избегали, догадываясь, ЧТО там за закрытыми дверями творится. Хёнджин запугал ему любимую «фею». Вот Минхо и пришлось импульсивно привезти Ликси сюда и показать ему немного другой мир, и объяснить, что не всё сообщество мужчин, предпочитающих свой пол… Такое. Не то чтобы он излишне правильный и осуждающий (хотя о чём речь, к сожалению, он именно такой), и не его дело, чем живут другие. Но они с Феликсом очень похожи занудными жизненными установками, романтичностью и порой наивностью. Поэтому, что отталкивает Минхо, то и брату не зайдёт.              Минхо мечтал показать Ликси, что у него не просто «неправильная» ориентация, а любовь, как и у гетеропар. А пол его партнёра не имеет значения. Ликси любит романтичные истории, такие как, к счастью, сложилась у них с Джисоном (не то чтобы у них был простой путь и не было испытаний и сложностей в процессе).              «Джисон немного подпортил плавное знакомство», — с нежностью подумалось Минхо. Он не представлял себе немую сцену в коридоре в своих иллюзиях знакомства Феликса и возлюбленного.              В достаточном количестве получив свою порцию невинных ласк и объятий на ночь, Джисон скатился с Минхо и, повозившись в кровати, пристроился рядом.              — Минхо, твой Феликс гей, — шепнул прямо в ухо партнёру.              — Что?!              Почти подпрыгнул Минхо на кровати, а затем сел и в темноте уставился на Джисона.              — О, твой не работающий гей-радар, — вздохнул тот и придвинулся телом поближе в сторону возлюбленного.              — Такого не существует!              — Я когда-нибудь ошибался?              — Совпадение, — буркнул Минхо, всё ещё ошарашенный этим открытием. — Почему тогда он был в таком шоке?..              — Насколько я понял, он закрытый гей в шкафу, сомневаюсь, что когда-нибудь видел столько всего разом.              — Блин, тогда я зря его ошарашил ещё и камин-аутом.              — Да ты правильно сделал. Его вряд ли можно было оставить со всеми этими мыслями одного. Всё же вечеринки, которые посещает Хёнджин, для такого милого мальчика это слишком. Даже у меня они вызывают отвращение.              — Странно, что моя тётя не поделилась, — Минхо немного успокоился.              — Ты уверен, что вообще кто-нибудь знает?              — Ему двадцать три!              Минхо всё же прилёг, притягивая к себе Джисона и обнимая его.              — Невесты?.. Он приводил?..              — Нет, никогда. И всегда отказывался познакомиться. Ох, он поэтому так замкнулся и никого к себе не подпускал! Феликс… Не умеет ничего скрывать — как только ослабил контроль и вот пожалуйста, словно открытый лист, — расстроенно пробормотал Минхо. — Как я раньше не догадался.              — Проблема в твоем гей-ра…              — Он не существует! Но я склоняюсь тебе поверить. Феликс, похоже, и правда…              — Вот видишь. Возьмёшь под своё крылышко неопытного, чистого, светлого мальчика, ахахах              — Боюсь, это плохо заканчивается, — серьёзно буркнул Минхо, а Джисон испугался. Он знал только одного такого мальчика…              — В каком смысле плохо?..              — Я застрял почти в браке после одного такого неопытного, чистого и светлого…              — Ахахах, мой совратитель, — легко стукнул его по плечу Джисон.              — По крайней мере, буду держать его подальше от Хёнджина. Это была тупая идея. Но я не ожидал, что Феликс… Многое теперь понятно. Он себя боится. Хорошо, что Хвану совсем не понравился.              — Хёнджин… Минхо, может, тебе самому… Я знаю, что он не сможет утянуть тебя на дно с собой. Но разве тебе не больно видеть, как он разрушает себя?              — Больно… Думаю, ты прав. Каждый раз его отходняк — моя очередная головная боль. Но имею ли право бросить его?              — Не думаю, что вопрос стоит так. Попробуй ограничить с ним общение, он даже не заметит.              Минхо вздохнул.              — Спокойной ночи, Хани.              Джисон прижался к нему покрепче.              — Люблю тебя.              — И я тебя.              

***

             Утром Феликс маялся на пороге кухни и не решался войти. Вчерашний вечер выдался чересчур эмоциональным. Ладно вечеринка, не такой уж он ханжа, люди выпивали и расслаблялись. Даже гетеро вечеринки обычно и проводятся для разного рода необременительного общения. Хёнджин производил впечатление того, кому такое может понравиться. Надо было подумать, что пожилые люди и дети с благотворительных вечеров — совсем не то, что заинтересует айдола. Да и лёгкие наркотики, скорее всего, Хёнджин употреблял именно в таком месте.              Но вот что Минхо тоже гей и живёт с парнем, айдолом, а его мать, скорее всего в курсе, ведь они с сестрой очень близки и… Принимает это. Возможно, его семья не такая консервативная и нетолерантная, как казалось. На него никогда не давили с девушками, отношениями и детьми. Может быть, когда-нибудь и он будет готов признаться в недостойном.              Безумно хотелось узнать побольше о Минхо и его отношениях с Джисоном, ведь кроме Хёнджина, тех развратных полуголых людей с вечеринки, он никогда ни с кем своей ориентации не пересекался.              Феликс очень любит свою семью и брата. Мысль о том, что и его могут полюбить и принять таким неправильным, какой он есть, наполняла его радостью.              Увидев, что Минхо, ухмыляется, потягивает кофе и не собирается ему помогать, Ликси вздохнул и наконец-то решился подойти и сесть напротив. Брат встретил его с одобрительной улыбкой и протянул кофе и свежеприготовленный завтрак на тарелке.              — Спасибо. Мне с утра пришло шесть оскорбительных голосовых от Хёнджина, — выпалил Ликси, как только закончил жевать.              — У меня восемнадцать, — поделился в ответ Минхо и показал экран своего телефона.              — И 54 пропущенных???              — Да, решил взять отгул. Кажется, он недоволен. Не хочу снова его приводить в нормальный вид пусть этим занимается кто-нибудь другой, — невозмутимо продолжил брат.              — Тебя не уволят? — забеспокоился Ликси. Сердце тревожно забилось, и, к сожалению, Феликс ясно осознавал, что это были не только переживания за брата.              — Любимый будет меня содержать! — чуть громче проорал Минхо.              — С радостью, дорогой. Но ты всегда можешь стать моим менеджером.              — И самому отправлять тебя в туры? Нет уж.              На кухне появился Джисон, тот был уже совсем собранным и готовым к выходу, сияющим айдолом. Феликс залюбовался красивым мужчиной и даже не смутился, поймав весёлый взгляд брата. Айдол хотел что-то сказать, но их прервал звонок.              — Где мой любимый муж? Дома, ахах, у него отгул, — весело ответил Джисон, но потом нахмурился и резко замолчал, — хорошо, я тебя понял, передам ему. Блядь, Минхо, у Хёнджина проблемы, он попал в аварию…              — Что?! — одновременно крикнули братья и подскочили со стульев.              — Да не нервничайте вы так. На нём, как обычно, ни царапины, но его везут в полицию на тест на наркотики и… — прервался Хан, обратив внимание, что Минхо резко успокоился, отложил свой телефон и, как ни в чём не бывало, принялся допивать свой кофе. Джисон удивлённо уточнил, — ты ничего не будешь делать?.. Обычно ты бы уже в дверях стоял и просил моего водителя тебя подбросить?..              — Нет.              — Почему?              — Я устал. Какой это раз за последние шесть месяцев? Четвёртый? Я опять должен бежать совать всем деньги, лизать зад боссу, чтобы его не вышвырнули и дали последний шанс, подставлять себя, пытаясь договориться с полицией и судьей, или, может, лаборантам дать денег и самому пописать в баночку? Что я ещё должен сделать?..              — Ничего себе! Наконец-то ты перестал быть терпилой, возмужал и послал его!              — Не радуйся так открыто, Джисон, и вали уже на работу, — вздохнул Минхо, — не уверен, что меня надолго хватит.              — Я всегда в тебя буду верить, любимый!              — Проваливай!              — Пока-пока, Феликс. Надеюсь, видеть тебя, как можно чаще, ты хорошо влияешь на моего парня.              Джисон быстро чмокнул Минхо в губы, мимоходом отхватив по заднице, и с весёлым хохотом скрылся в коридоре. Дверь негромко хлопнула.              — Это же не из-за меня?..              — Нет, Ликси, не грузись. Ничего не изменилось, пару дней переживёт без меня, справится. Он уже взрослый, чтобы трахаться и употреблять всякое говно, зачем ему нянька?              — Минхо…              — Проведу день с братом, у тебя, наверное, накопилось море вопросов. Да и мне кое-что интересно узнать.              Феликсу нелогично хотелось самому бежать и выручать Хёнджина из беды, но он вздохнул и положил телефон на место, так и не решившись набрать айдола. Хёнджин уже взрослый и сам несёт ответственность за свои поступки. Тем более, судя по спокойствию его брата, это явно не первый раз, а значит Хёнджин со всем справится, не попадёт в скандал и это не крах его карьеры и… Дурацкая тревожность.              — Так как вы познакомились с Джисоном?..              Минхо ему радостно улыбнулся и погрузился в свои прекрасные воспоминания.              

***

             — Не стыдно?              — Ни капельки.              — Минхо, какого хера происходит?              Крайне раздражённый и злой Хёнджин, которого отчитали все, кто только мог, к тому же жестоко наказали за проёб и проблемы с полицией, уплотнив график до невозможности, очень угрожали рестом и едва замяли начавшийся было в сети скандал, поймал Минхо перед танцевальной практикой. Менеджер трусливо явился лишь на третий день, выпросив у главы их компании отгул.              — Я увольняюсь.              — Ты что?.. — недоумённо и испуганно уставился на Минхо айдол.              — Заебался быть твоей нянькой, — менеджер не изменился в лице, но процедил это сквозь зубы.              — Серьёзно?.. Бросаешь меня и будешь менеджером своему Джисону?              — Что? Нет, причём тут Джисон? Спать с тем, с кем и работать? Никто в здравом уме на это не подпишется. Проблема в тебе, — откровенно уставший от их недомолвок и недопонимая, прямо высказался Минхо, собрав силу воли в кулак. Он обещал Джисону, что сможет поставить Хёнджина на место и решит уже проблему. Или если не получится, то… Уволится наконец.              — Почему ты раньше?.. Тогда в чём заключается причина?..              Хёнджин… Растерялся. Минхо, конечно же, всегда злился и отчитывал за любые проёбы. Но первый раз заговорил о своём увольнении. Да ещё и так серьёзно. И на помощь, как обычно не прибежал сразу по звонку. В принципе, ни на один из них ни разу не ответил за все свои выходные. Приехать к тому домой со скандалом не вышло из-за проблем с полицией. Которые никто не стал решать. Хёнджин не понимал, что изменилось. Но остро чувствовал, что разговор в разы серьёзнее, чем раньше.              — Терпилой был. Я и остался, но единственное, что я тебя попросил сделать за годы нашего общения — это не трогать моего брата. Но тебе настолько срать, что ты привёл его туда. Хёнджин, я не прощу тебя, если бы с Ликси…              — Я был с ним, ничего бы опасного не произошло! — облегчённо выдохнул айдол. Хёнджин расслабился, всего лишь этот проблемный и занудный во всех отношениях… Феликс. Чтобы не зацикливаться на явно не стоящем этого парне, айдол переключил свои мысли на Минхо. Очень злого Минхо. Который, обратив внимание на то, что Хёнджин успокоился, распсиховался ещё сильнее.              — Ты был обдолбаный и пьяный, та часть меня, которая надеялась, что ты… Что в тебе ещё что-то прежнее сохранилось… Просто сдохла, когда ты позвонил!              — С твоим братом всё нормально! Торчит опять здесь с утра вполне довольный.              Хёнджин не смог удержаться и бросил взгляд на «проблему», тоже осторожно поглядывающую на них на определённом расстоянии от танцевального зала и, конечно же, в руках у того была книга. По красному лицу Феликса, Хёнджин заподозрил, что тот, за последние пару минут не прочитал ни строчки, а подслушивал каждое слово. Резко захотелось подойти к тому, отобрать дурацкую книгу, привлечь его внимание, упрекнуть, что правильные мальчики не подслушивают, а потом потрепать по воло… Так, его мысли явно занесло не туда. Кажется, он всё же получил черепно-мозговую ударившись о подушку безопасности. Кому нужен этот Феликс, сталкерящий повсюду. Скучный, занудный и сексуальный в этих очках нерда… В смысле, по-любому, всё ещё нецелованный девственик.              — Последствия — это не всегда физически и материальные, иногда они гораздо глубже!              Минхо, осознав, что его опять не слушают, взглядом отловив, куда там совершенно случайно покосился Хёнджин, врезал ему по плечу и пригрозил кулаком. Айдол закатил глаза.              — Ой, бедненький, чистенький мальчик, словно ангелок…              Хёнджин опять сосредоточился на Минхо, но они почему-то вернулись к обсуждению Феликса, а не своих межличностных проблем.              — Он больше фея, добрая, наивная и очень светлая. С трудом себя принимающая, и меньше всего Ликси нужно было видеть отношения между мужчинами такими!              — Это совершенно естественно иногда расслабиться! Ему было бы полезно.              — Не естественны способы, которые ты выбираешь! Ещё и Ликси их показал.              На них уже все мимо проходящие косились и пришлось сбавить тон. Феликс, пытаясь уловить суть разговора уронил книгу на пол и чуть сам не свалился со стула. Хёнджин, наблюдая за нелепым парнем, едва сдержался, чтобы не заржать.              — Какой же он… — но пришлось вернуться к важному разговору с Минхо, который снова вдарил Хёнджину по плечу, чтобы привлечь внимание айдола. — Тебе просто тяжело принимать меня таким, какой я есть, нравилось, когда я был удобным!              — Ты не такой, Хёнджин. Показывая людям свои пороки, что ты хочешь этим доказать?              Какие пороки? У Хёнджина со времен трейни сплошные ограничения во всех аспектах жизни, в том числе, личной. И особенный, чётко выделенный запрет на любого рода удовольствия и веселье. Не только со стороны агентства и безумно строгого контракта, но и фанатов, возомнивших себя блюстителями чистого образа и непорочности ИХ айдола.              — Мне не надо никому ничего доказывать. Я свободный и могу делать всё, что захочу.              — Если ты хочешь наркотики, одноразовый секс и разгульный образ жизни, у меня для тебя плохие новости.              — А что? Почему, я не могу этого хотеть? Тебе бы тоже не мешало иногда расслабиться, а не мозги всем выносить.              Хёнджин столько лет сдерживался и подавлял себя ради… Чего? Чтобы все вокруг ему указывали, как жить? Что можно, что нельзя? Тернистый путь самоограничений, выговоров от агентства, бесконечных наставлений от Минхо и совсем нельзя расслабиться вне работы? Простому менеджеру без всех этих ограничений явно не понять. Минхо же не стал айдолом. Эта мысль до сих пор дико злила и раздражала. Они шли по этому пути вместе, а потом тот просто… Слился. Наплевал на их дружбу и обещания, неожиданно выбрав чувства. Минхо после работы возвращается в квартиру к своему дурацкому Джисону, который смотрит на него с обожанием и ублажает по-всякому (иначе непонятно почему эти отношения длятся так долго). А Хёнджин… Ладно, срать на Минхо и его мнение.              — Потому что это путь в никуда.              — Да ладно?!              — Удовольствие быстро заканчивается, когда оно приносит тебе не радость, а сплошные проблемы.              — Проблемы у тебя, а у меня их нет. Ты всю жизнь ограничиваешь себя, и Ликси научишь тому же — скучно, однообразно и подавлять истинные желания.              — Да? Давай, расскажи мне кто постоянно спасает твою задницу!              — В этот раз это был не ты. Ладно, обещаю, я буду учить английский даже с твоим братом и ничего ему не сделаю, он так-то не в моём вкусе, я просто забавлялся.              Хёнджин невольно опять покосился в сторону Феликса, который видимо смирился, что ничего из интересующего разговора не слышно, и реально погрузился в очередную романтичную дурацкую новеллу.              — Прощения так не просят.              — Какое прощение? Мы квиты, я накосячил, ты отомстил.              — Я не мстил тебе! Что за детский сад?              — Думай, как нравится, но по факту…              — Пошёл ты со своими фактами.              — Я тебе не подпишу увольнение, ты обещал быть со мной!              — Это было сто лет назад!              — Твой шантаж увольнением удался, можешь порадоваться. Я буду пай мальчиком.              — Когда ты стал таким невыносимым, Хёнджин?              Но айдол уже не слушал его, выскочив за порог танцевальной студии, оставляя открытой дверь. Краем глаза Минхо отметил, что тот пролетел мимо Феликса, типа случайно задев от этого полетевшую на пол книгу, и фыркнул ему. А его брат… Расстроился и с надеждой посмотрел на Минхо.              — Когда наша дружба превратилась в это?..              Оставалось только вздохнуть, собраться и пойти выполнять свою работу. Джисон ещё будет пилить, что Минхо опять не решился с увольнением. Похоже, весь этот цирк, в который превратились их отношения с Хёнджином, будет происходить на глазах его бедной «феи». Чёрт, да и после того, как он узнал, что Феликс гей, все эти взгляды на Хёнджина, посылаемые его братом, вызывали смутную, но сильную, тревогу.