База крепких отношений

      Хёнджин на самом деле не изменился особо. Только на работе с Минхо по-своему старался. Типа накануне важных событий, съёмок и шоу не бухал и приходил хмурый, но трезвый. А в остальном…              С Феликсом оставался холодным и насмешливым.              — А ты стал пораскованнее. Учишься флиртовать?              — Оно само, — покраснел Ликси, удивившись, что Хёнджин и правда заметил некоторую смелость, которая в нём пробудилась после той злополучной вечеринки и увиденного романти́ка в квартире у брата. Минхо ни с кем не трепался о своих отношениях, но был в них счастлив. От семьи и близких не скрывал, и его принимали таким, какой он есть. Совершать подобный радикальный для себя каминг-аут Ликси не собирался в ближайшем будущем, но, может быть, ему пора немного двигаться в любовном направлении. Здоровые нетрадиционные пары из его новелл и фанфиков, оказывается, существуют. Так почему бы Феликсу не попробовать. Как правильно обратил внимание Хёнджин, Ликси ничего не умел и не смыслил в любви, но очень бы хотел этому искусству научиться. А для этого надо с кем-нибудь попробовать встречаться. К сожалению, как это сделать правильно Феликс не имел ни малейшего представления.              — Шушукался со стилистом целых двадцать минут. Даже книжку отбросил. Тоже предложил ему массаж?.. — странно раздражённо на него посмотрел Хёнджин.              — А ты засекал что ли? Чего вдруг мной заинтересовался?              На самом деле, не только Феликс активировался в неизведанном для себя направлении, а в том числе, другие люди, которых он встретил на вечеринке… Видимо, запомнили его и сами могли подойти и даже предлагали выпить вместе кофе, двусмысленно улыбались и подмигивали. Льстило, конечно, пусть и немного пугало. Ликси не всегда чувствовал себя в своей тарелке, когда к нему подходили. И вот на встречи за завтраками и обедами, а тем более ужинами, Феликс стеснялся и не соглашался, но просто поболтать он любит, особенно когда к нему проявляют интерес.              Один из стилистов-визажистов был какой-то слишком настырный, пытался подкараулить Феликса одного, ничего в своих действиях не предпринимал, но липкие взгляды того и попытки заговорить, мягко говоря, не были приятными. Поэтому Феликс на занятие с Хёнджином от стилиста сбежал радостно, пусть и спустя двадцать минут назойливого внимания, ведь айдол даже в кои-то веки не опоздал. Но тому об этом знать не обязательно.              — Да мне похрен на тебя, просто удивился, что Минхо не караулит твою невинность, — отвернулся от него айдол и уткнулся в свой телефон, со злостью откинув учебник.              — Я взрослый парень, не переживай, разберусь.              Только и вздохнул Феликс, потянувшись за очередной новеллой. Ему за нервы и уговоры не доплачивают. Тем более, заметив равнодушие своего учителя английского, айдол сделал вид, что на все важные сообщения ответил за пару минут, и вернул учебник на место перед собой.              — Убирай свою книгу. Нажалуюсь на тебя Минхо, понятно? — буркнул недовольно Хёнджин, привлекая его внимание.              Вот примерно в таком стиле были все их разговоры во время занятий. Хёнджин делал вид, что ему всё равно, но иногда бросал колкие фразы, почему-то обращая внимание на неловко пытающегося поговорить с кем-нибудь его ориентации в компании Феликса. А Ликси краснел, огрызался и возвращал того к учебникам.              

***

             Джисон немного научил Феликса, под задорный смех Минхо, этому гейрадару. Теперь Ликси хотя бы отличал, когда с ним общаются дружески, а когда не против позвать на свидания. Он же продолжал крутиться в музыкальном агентстве и обнаружил, что там, оказывается, было много «неправильных». Но до той роковой вечеринки и знакомства с Джисоном, Феликс не обращал на это какое-то внимание, слишком стесняясь поднять взгляд. Но он всегда был общительный и легко познакомился со многими почти коллегами. Здесь было какое-то прям сосредоточение неправильной ориентации, но ей просто никто не бравировал, всё было скрытно, видать, они отрывались… На вечеринках закрытых. А повстречав там Ликси, расслабились и особо не скрывались. Наоборот, подмигивали и предлагали выпить кофе.              Единственное, Ликси сомневался, потому что, ну, не совсем так он это представлял, и Джисон, вздохнув, тоже посетовал, что сейчас времена поменялись, и встречаться — это узнавать друг друга, но в несколько другой, более горизонтальной, плоскости, чем вроде как мечталось Феликсу, несколько ошарашенному сексуальной свободой, увиденной на вечеринке.              Окружающие делали намёки, не со зла, а просто, ну, не догадывались, насколько Ликси зажатый, подавлял себя много лет и с трудом принимал… Вряд ли кому-то нужны заморочки в отношениях, а чтобы как в новелле — увидел, влюбился и завоевал, сразу вызвал доверие, почему-то не происходило, как у тех же Джисона и Минхо.              — Мне так отчаянно нужен опыт! — застонал и ударился лбом об стол Ликси.              Принимать себя стало легче, когда он понял, что не один такой и смелый шаг из шкафа сделан. Хоть кто-то его понимает.              Джисон в течение вынужденной, придуманной Минхо изоляции своего брата от Хёнджина, недели с ним много разговаривал, и они не только хохотали вместе или обсуждали парней. Феликсу всё равно особо нечем было заняться пока Минхо, а с ним и Хёнджин, на съёмках или тренировках. А с Джисоном у этого айдола графики максимально не совпадали. И Ликси крутился вокруг парня своего брата (так странно думать об этом и называть того именно так).              Джисон был не против, наоборот, радостно вертелся на стуле, пока над ним колдовали стилисты и болтал с Феликсом.              Минхо в настоящий момент занимался танцами с Хёнджином, а Феликс… Ну, не понятно, что у них за отношения. Поэтому он больше не ходил попялиться. Вдруг, это он подавал неверные знаки, Хёнджин неправильно его понял и позвал на вечеринку, где Ликси насоздавал всем неприятностей. Стыдно было за своё поведение. Отношения брата и айдола стали ещё хуже и гораздо натянутее. Минхо был холодным, отстранённым и общался исключительно по рабочим вопросам. А Хёнджин злым, но при этом притихшим. И всё из-за глупого, наивного, трусливого Ликси.              — Ну, — Джисон тоже растерялся, — я понимаю. У нас с Минхо было не так, мы друг друга немного боялись, у меня тоже никогда не было отношений, зато были комплексы и скрытая внутренняя гомофобия. Твой брат был очень понимающий и мы двигались медленно. У него самого не то чтобы был огромный опыт к моменту нашего знакомства. Может быть один или два раза со случайными парнями? Минхо сказал, что это совсем не то, что в отношениях. Поэтому оба, типа, ждали готовности. Но сейчас, когда ты уже не подросток и ходить на свидания…              — Вот именно! Они все свидания назначают у себя дома или у меня в гостинице, — расстроенно пробормотал Феликс, пряча своё покрасневшее лицо в руках. Обсуждать такие темы с Джисоном казалось естественнее, чем с братом, но всё равно тяжело.              — Ну, это особенность в том числе айдольской жизни, — подбодрил его Джисон. — Даже нам с Минхо трудно выбраться на свидание вне дома.              — И стафф тоже назначает свидания у себя дома!              — Дак ты стал популярен? — весело подмигнул ему айдол.              — Ага, вот только не могу решиться. Я же их не знаю, не хочу никого целовать, а тем более заходить дальше. Почему не бывает, чтобы вот вспышка и сразу страсть и любовь навеки?              В его книгах всё происходило именно так. Никаких долгих свиданий и прелюдий. А Феликс чувствовал, что по-другому просто не сможет начать с кем-нибудь общение.              — Потому что ты девственник в свои двадцать три, — не стесняясь добил Феликса заржавший Джисон. Хорошо хоть стафф уже покинул помещение.              — Спасибо! — обижаться на этого клоуна всё равно не получилось, он видел, как искренне относился к нему Джисон. Просто, ну, советы того не особо помогали.              — Нет, в плане у нас с Минхо сразу страсть и любовь навеки, но первый раз был страшный и неловкий для обоих, — успокоившись, признался айдол.              — А тут страшно будет только мне, — тоскливо проныл Феликс.              — Поискать тоже кого-нибудь похожего на тебя?              — Романтичного задрота, типа? Но мне трое заявили, мол мы же не гетеро и прелюдия не нужна.              — Так, Феликс, будь, пожалуйста, осторожен в поисках отношений здесь. Те люди, которых ты видел на вечеринке, они не ласковые, принимающие и бескорыстные, ищущие грандиозных чувств на всю жизнь, как ты. В нашей среде… Много разного рода… Домогательств и даже насилия. В том числе, из-за так понравившейся тебе скрытности происходящего внутри их тесного круга. Чёрт, не знаю, я сам поищу кого-нибудь среди знакомых и предупрежу, что в общем…              — Я хочу обладать хоть каким-то опытом, до своих грандиозных чувств. К тому же, я не навсегда здесь, мой отпуск скоро закончится, и я вернусь домой. А если бы я просто потренировался… Например, с Хёнджином? Ему по-любому пофиг на чувства, и он любит секс без обязательств? Поучит меня немного. Мы с ним в нейтралитете, и когда он молчит, то в принципе… Мне любопытно с ним что-нибудь попробовать, я его уже достаточно долго знаю, в том числе плохие стороны. Он (или фантазии о нём), не вызывают у меня такого мысленного отторжения, как другие, — торопливо забормотал Феликс, пока Джисон на него недоумённо вылупился. — Хёнджин сам позвал на вечеринку! Может, намекал?..              Ликси привлекательный, ему только не хватает опыта и раскрепощения, чтобы влюбиться и встречаться. Хёнджин умелый и беззаботный, а в плане отношений не заморачивается с кем и как долго. И что уж тут скрывать, очень Феликсу нравится.              Джисон закрыл рот и надолго замолчал. Феликс занервничал. Вот почему он такой откровенный, когда не надо?              — Мы не в дораме, Ликси, он не влюбится в тебя и не изменит свой образ жизни, — с какой-то жалостью посмотрел на него Джисон и всё же ответил.              — Мне и не надо! — вспыхнул Ликси.              — Солнышко, плохие парни только в дорамах это круто и весело, а в реальности, жениться надо на своём зануде.              — У меня даже зануды нет, — буркнул Феликс и резко перевёл тему, чтобы больше не позориться за свои глупые спонтанные идеи, — Минхо знает, что он зану… Не крутой парень?              — Когда мы встретились, он был цундэре, расцвел в браке, так сказать, — оправдался Джисон, и повисла неловкая пауза.              К ним постучался молоденький менеджер группы.              — Джисон-хён, готовность три минуты. Чан-хён нервничает.              — Спасибо, Чонин. Не обращай на него внимания, он всегда психует перед важными мероприятиями, — улыбнулся Джисон. — Я сейчас подойду.              — Не говори, пожалуйста, Минхо, — попросил Феликс.              — Про…              — Хёнджина.              — Так ты правда?..              — Да это я так, от отчаяния, подумал, — пробормотал Феликс. — Уже успел наломать дров, и больше не полезу. Минхо только злить.              — Ликси. А ты не хочешь переехать к нам? Зачем тебе гостиница?              — Что? Но… Разве это удобно?              — Минхо боялся тебя ошарашить, но теперь, когда ты всё знаешь, я не вижу проблемы. И, честно говоря, ты меня пугаешь. Не подумай ничего такого, но лучше мы за тобой присмотрим.              — Я взрослый, — буркнул Феликс. — Спасибо, я подумаю.              Но может ему и правда стоит переехать к брату. Всё чаще посещающие его фантазии о Хёнджине, совсем не радуют, а только пугают.              

***

             — Посмотри список, можешь сам выбрать.              — Ого, я могу выбрать?!              Минхо закатил глаза на явный сарказм, но сдержанно объяснил:              — Да, тематика компаний схожая, а ты не можешь представлять конкурирующие между собой бренды.              — Так вот в чём подвох…              Хёнджин, казалось, был недоволен. Но айдол забрал планшет из рук менеджера, который почти не разговаривал с ним на темы, не связанные с работой.              — Ты какой-то нервный?.. Это обычная встреча со спонсором, — Минхо, наверное, уже около получаса наблюдал, как Хёнджин не мог найти себе место, ерзая на стуле. — Это что? Ломка?              — Ёбнулся? Какая ломка?! Ничего такого я не употребляю, — зло отмахнулся от него Хёнджин.              Но Минхо всё равно посмотрел с подозрением. Он, совершенно случайно конечно же, но почитал много статей на тему наркотиков, проконсультировался анонимно со специалистом по зависимостям и пытался найти схожие симптомы употребления у Хёнджина. Приходилось вот такими обходными путями, поскольку на прямые вопросы его подопечный раздражался и психовал. А Минхо, стыдно признаться, да и Джисон постоянно укоризненно качал головой, но после каждого эпизода отслеживал тревожные симптомы, всякие расширенные зрачки, красные глаза или нос, и трясущиеся руки, пытался посмотреть на вены и записывал всё в заметки на телефоне. Хёнджин всё замечал и бесился в два раза больше, но продолжал всё отрицать и скрывать.              — Ты очень наивный, если считаешь, что существуют безопасные наркотики.              Всё-таки не удержался Минхо, начитавшийся в эти выходные всяких ужасов.              — Где твоё приложение?              Хёнджин сжал зубы и перевёл тему, тот в последнее время старался себя контролировать. Едва, но сдерживался, чтобы не начать очередной спор. Минхо не специально, но и сам не мог возвратиться к беззаботному общению или хотя бы привычным мелким ссорам. Так с момента вечеринки с айдолом и не разговаривал практически. Хёнджин воспринимал это, как наказание, а Минхо пытался не оправдываться.              — Хёнджин… Повторяю — не смей его трогать!              Автоматически разозлился Минхо и захотел вдарить Хёнджину, всё-таки обратившему внимание, что Феликс практически всю неделю отсутствовал, за исключением занятий по английскому.              — Я и не собирался. Но ты же осознаешь, что даже я наиболее безопасный вариант по сравнению с некоторыми в этом агентстве.              — Нет, мне кажется, я последний год тебя совсем не знаю. Мозгов же хватило привести его туда, — проворчал Минхо, удивившись чужой заботе. Да, он осознавал, что на вечеринке и, соответственно, здесь в агентстве, были гораздо более опасные для Феликса люди, чем его глупый и беспечный подопечный.              — Может, если бы ты больше времени уделял работе, а не своему развл…              — Не вмешивай сюда Джисона.              — Твой зануда Феликс ненормально активировался после вечеринки, я об этом.              Снова не стал вступать в открытый конфликт Хёнджин, к огромному удивлению Минхо, снизошёл даже объяснить свою странную заинтересованность. Хоть по айдолу было заметно с каким большим трудом тот себя сдерживал, чтобы не нагрубить.              Минхо и сам это заметил. Феликс, насмотревшись на раскованных людей «неправильной ориентации» на вечеринке, а потом на не стесняющуюся себя пару дома у Минхо, видимо, сделал какие-то странные выводы, что быть геем безопасно, хотя бы в среде агентства. И к двоякому ощущению брата из вредной закрытой гусеницы превратился обратно в, в общем-то привычную, социальную бабочку. Робко всем улыбающуюся и обзаводящуюся новыми, зачастую сомнительными, знакомствами. Не то чтобы Минхо не был рад изменениям, наоборот, его брат становился всё ближе к тому открытому и жизнерадостному общительному подростку, но Феликс о любви и отношениях явно знал только через фанфики и новеллы, а в их агентстве, стоило признать, было не самое безопасное гей-комьюнити, скорее, разного рода грязь всплывала постоянно. Конечно, напряжение нарастало, если уж Хёнджин об этом спрашивал, тревожные звоночки в голове Минхо превращались в колокола, не только из-за нездорового интереса Феликса к его подопечному. По сравнению с разными извращёнными людьми, с которыми вынужденно в компании сталкивался Минхо, приходилось признать, что даже лёгкая влюблённость его брата в Хёнджина предпочтительнее, чем если Феликса обманом заставят делать то, к чему тот, казалось, морально готов, но на деле нет.              — Не надо было приводить…              — Блять, откуда я знал, что он такой закомплексованный! И вообще, он должен был испугаться и не лезть.              Приходилось признать, что и в этом Хёнджин прав. Ибо Минхо с Джисоном, к сожалению, тоже внесли свою лепту во внезапную раскрепощённость Феликса. И непонятно, кто из них с Хёнджином больше виноват.              Минхо понимал, что брату захотелось примерно такой же романтичной истории. Ведь об изнанке этой любви он промолчал. Плюс дикая идея Ликси, что в агентстве все скрываются, а тот, несмотря на вернувшуюся социальность, не собирался из шкафа выходить. Минхо явно нужны союзники, чтобы приглядывать за братом. Пусть даже такие, как Хёнджин. Он вполне верил, что айдол по глупости, а не злому умыслу, привёл Ликси в комьюнити. И ничего тому не сделает, по крайней мере, без разрешения Минхо. Как бы он ни злился… Это же Хёнджин. Пусть сейчас под кучей масок порочности. Как же Джисон прав. Минхо доверчивый терпила, не может перестать питаться сплошной надеждой.              — Он с Джисоном.              — Пристроил ребёнка другой няньке? — расслабился и фыркнул Хёнджин, прекращая ёрзать на стуле.              — Трирача проведёт экскурсию в мир создания музыки.              Хёнджин сдерживается, старается, и Минхо ничего не испортит ворчанием. Однако по плечу айдолу всё же привычно молча врезал за излишний интерес к Феликсу. Хёнджин возмущённо вернул удар, и они бы безусловно не закончили на этом и как обычно шутливо подрались… Но айдола пригласили в кабинет на подписание очередного контракта.              Минхо не стал, как преданный пёс, дожидаться своего подопечного, отправившись в комнату отдыха стаффа. Он собирался выпить кофе, расслабиться и, может быть, поискать Джисона и Феликса, чтобы поболтать и узнать, как дела. Стоило добраться до кофеварки, как прямо за стеллажом в укромном уголке, он обнаружил… Сладко спящего своего временного, но самого исполнительного и любимого стажёра.              — Чонин?..              — Минхо-хён?.. Что?.. — пытаясь прийти в себя, потягиваясь, пробормотал тот.              — Опять этот Чан!!! — неожиданно распсиховался Минхо, Чонин покраснел, невольно подтверждая его догадки. — Что мы говорили о личных границах?!              — Ну. Они существу…              — Иди домой спи! Я заменю тебя, — сузив глаза несколько агрессивно проворчал Минхо.              — У Хёнджина разве выходной?              — Нет, но у него плотный график до ночи, который я с ним уже разобрал по пунктам, не заблудится.              — Мне неудобно! Ты и так работаешь больше всех!              — Если ты уволишься, то Джисон опять присядет на уши с мольбами бросить Хёнджина. Только трирачи мне до полного счастья не хватает.              — Спасибо, Минхо-хён!              — Иди!              — Вот, — заторопился сонный Чонин, протягивая Минхо свой планшет, — тоже всё расписание составил, о встречах договорился, вопросы к интервью заготовил. А это на завтра — тоже со всеми созвонился и подтвердил время. И это запись диктофонная того, что Чан просил вставить и распланировать, но, кажется, я уснул, когда слушал его…              — Я разберусь.              Чонина немного встревожил странный злобный блеск в глазах Минхо, но он воспользовался шансом и, быстренько собрав вещи и ещё раз поблагодарив Минхо, убежал на остановку. Работа менеджером оказалась совершенно не такой радужной, как в его представлениях.              

***

             — Познакомься, крайне доставучие люди, с которыми мне приходится работать — Чан-хён и Чанбин-хён.              Джисон привёл Феликса в уютную, напичканную разного рода техникой, небольшую студию звукозаписи. Ликси не мог поверить, что здесь рождается его любимая музыка. Он несколько раз поклонился низко-низко двум присутствующим мужчинам, которых раннее видел только на экране телевизора.              — Для меня большая честь…              — Минхо оставил вашего ребёнка на тебя?.. — не очень-то вежливо хохотнул Чанбин, даже не взглянув на Феликса.              — Разумеется, доверять партнёру самое ценное это нормально, — парировал Джисон, пока удивлённый Ликси не мог подобрать слова.              — Не обращай на него внимания, — зато тепло улыбнулся лидер трирачи, — он не в духе.              — Его только что хорошенько отсчитали за проёбы, — добавил Джисон, слегка подталкивая Феликса вперёд к уютному дивану.              Чанбин им фыркнул и направился к пульту звукозаписи.              Феликс неуверенно посмотрел на Джисона и Чана, но те действительно не отреагировали на плохое настроение согруппника, и он решил не зацикливаться.              — Это Фели…              — Брат Минхо, я знаю, — снова улыбнулся лидер. — Мы вчера записывали песню и… Хёнджин о тебе не затыкается.              — Везде этот придурок… — начал было Джисон.              — Что?..              Но Феликс его перебил, в груди у него успела воспылать смутная радостная надежда.              — Джисон! Вашу личную тупую подростковую вражду не переноси на других.              — Но он правда гонд…              — Кто бы говорил, ты был не лучшим… Подростком. Пора отпустить ситуацию.              — Я хотя бы вырос! — завозмущался Джисон.              — Я знаю, что вы оба продолжаете свои детские проказы у Минхо за спиной, — укоризненно посмотрел на младшего коллегу Чан, а затем перевёл взгляд на смотрящего с нетерпением на него Феликса, — Хёнджин в основном ноет, что Минхо очень хитрый и подсунул ему преподавателя английского, от которого невозможно избавиться, потому что нельзя грубить, хамить и даже трахать опасно. Иначе он кажется в духовке, разогретой на 180 градусов.              — О, — сник Феликс. Это было совсем не то, что он ожидал услышать. Надоедливый и занудный. Хёнджин постоянно это повторял. Джисон вздохнул, посмотрев на него.              — Ну, зато действенно, он впервые сам прочитал иностранные три строчки припева и даже сносно спел на английском, — подмигнул Чан.              Не то чтобы Феликс не порадовался за достижение в виде трёх строчек, но улыбаться расхотелось. Он немного переживал за свои странные отношения с Хёнджином. Именно поэтому, когда Джисон предложил провести день не с Минхо и его по-прежнему очень даже раздражённым, обиженным и злобным Хёнджином, Феликс радостно согласился. Брат, кажется, вздохнул с облегчением. Тот незаметно, но старался ограничивать их общение с Хёнджином и контролировать. Даже сократил количество уроков, ссылаясь на занятость айдола. Ликси очень расстраивался, хоть и пытался не задумываться о причине.              — Сынмин in the building!              — Вообще, если правильно, то произносится…              — Феликс! — воскликнули Джисон и Чан.              — А, ой, простите…              Во время упорной работы, когда трирача спорила между собой, меняла строчки песен, записывала демо-версии новых треков, а Ликси внимательно и восхищённо за ними наблюдал, к ним ворвался Сынмин — айдол компании, преимущественно исполнитель баллад. И, неожиданно, потрепал Феликса по волосам, рассмеявшись.              — Привет!              — Это Фели…              — Милашка-брат Минхо, я в курсе. Тебя там, кажется, Хёнджин потерял…              — Может, Минхо? — буркнул недовольно Джисон, пытаясь убрать поглаживающую руку Сынмина с головы Феликса.              — Не знаю, — с сомнением посмотрел на него айдол. — Меня смутило именно бесконечное нытьё Хёнджина о своём дотошном учителе английского.              — Он что-то?.. — замерло всё внутри у Ликси, но их резко прервали. До этого находящийся в кабинке звукозаписи Чанбин вышел, снимая наушники, и громко крикнул.              — Какого хера ты здесь забыл, Сынмин?!              — В смысле? — напрягся айдол, выражение его лица стало хмурым. Остальные тоже с непониманием уставились на Чанбина, который подскочил к Сынмину и схватил его за локоть.              — Тебе что, не всё сказал глава компании?! Зачем нарываться?              — Какого ты творишь? — вспыхнул Сынмин и попытался вырвать свою руку.              Кажется, Феликс подписался на нетфликс-шоу про айдолов. Изнанка, так сказать. Как будто бы они все бесконечно ссорились, а не, как в различных закулисьях, приторно улыбались, дружили и активно шипперились и скиншипились. Нет, айдолы скандалили и выясняли отношения прямо при нём.              — Нам лучше какое-то время не видеть…              — Да пошел ты нахуй со своими истериками!              Сынмин показал фак Чанбину и выскочил за дверь громко хлопнув.              — А я говор…              — Заткнись, Чан!              В комнате буквально за доли секунды распространилась гнетущая атмосфера. Феликс ничего не понимал.              — А где Чонин? Нам на съёмки пора, — резко сказал Чанбин и, не обращая внимания на остальных, принялся собираться.              — Проспал?.. — осторожно предположил Чан, хватаясь за телефон, чтобы позвонить их менеджеру. Джисон вздохнул и уселся снова на диван к недоумевающему Феликсу.              — Блядь, Чан, ты его опять заёбывал до ночи, пытаясь впихнуть невпихуемое?              Феликс округлил глаза.              — Чанбин о нашем расписании! Выбирай выражения! — покраснел и пояснил Чан.              — Если и он уволится из-за тебя, трудоголика… — начал было Чанбин.              — Да он не собирается…              — Он не собирается?! Ты про предыдущих пятерых менеджеров такое говорил. Шестой за полгода! Джисону придётся круглосуточно сосать Минхо, чтобы тот бросил Хёнджина и всё-таки стал нашим!              — Эй, полегче, но, если тебе так интересна моя личная жизнь… С нашим «невпихуемым» графиком, я уже забыл, как выглядит его член, поэтому я бы не рассчитывал особо на твой план. Пусть Минхо бы точно справился с Чаном. У него только к Хёнджину странная слабость, а так посылать умеет с ненормативным расписанием, — недовольно посмотрел на друзей Джисон. — Давайте просто извинимся перед Чонином и дадим ему выходной. Может и не уволится.              — Не хочу ничего знать о вашей личной жизни и члене моего брата, — заткнул себе уши Феликс и застонал.              Именно этот момент выбрал Минхо, чтобы появиться в студии трирача. Чан, казалось, отпрыгнул на метр от дверей, заметив пристальный взгляд на себя, сразу осознав, с кем прибежал ругаться менеджер Хёнджина. Который тоже, кстати, зачем-то маячил за спиной Минхо с плохо скрываемым злорадством и с весельем игнорирующий выставленный фак от Джисона в свою сторону.              — Какого хера, Чан! Я тебе даю своего лучшего стажёра, а ты заебал его всего за две недели!              — Минхо-Минхо, успокойся, я больше не буду!              — Да что ты говоришь?..              — Забылся! Пожалуйста, не забирай его!              — Последний раз, Чан! Или я отдам тебе то говно, которое настойчиво предлагает компания. Чонин лучший из того, что есть!              — Я дам ему выходной! — встретившись со возмущённым взглядом Минхо, Чан забормотал, — Два! Два выходных! И позвоню только в случае чрезв… Ладно, ни разу не позвоню! — быстро поправился тот.              — Только попробуй, — Минхо выдохнул и даже успел улыбнуться Феликсу, — Ликси, я задержусь с этими придурками, потому что отпустил Чонина, а ты можешь…              — Я подожду вас, у меня планы!.. — выкрикнул Феликс.              — Какие?! — насторожился Минхо.              — Кое-кто… Стилист… Позвал поболтать за ужином после работы?.. — замямлил Феликс.              — Я сам его отвезу домой, если надо! — хмуро, неожиданно первым, среагировал Хёнджин.              — Почему?.. — ошарашенно выдохнул Феликс.              — Ликси, никаких ужинов с незнакомыми людьми. Мы с тобой сначала поговорим о правилах безопасности, — неожиданно поддержал Хвана Минхо, — но я вызову тебе такси. У Хёнджина ещё расписание.              — Туда-обратно буквально полчаса, — закатил глаза айдол. Но при этом демонстративно не обращал внимания на удивлённого его инициативой Феликса.              — Но я уже взрослый!..              — Не знаю, на что ты надеялся, но я знаю твоё расписание наизусть, — проигнорировал Феликса брат и обратился к Хёнджину. — Я думаю, ты просто страстно мечтаешь пропустить тренировку в спортзале. Но нет, собрался и пошёл! — добавил Минхо с раздражением.              Феликс постарался никому не показать, как он расстроился, но проницательный Джисон, который разглядывал их с Хёнджином пару минут, со сложным выражением лица, как будто что-то анализировал, кажется, обратил внимание на это.              — Кстати, — весело улыбнулся парень Минхо, отводя свой напряженный взгляд с Феликса, — Чанбин интересуется — если я буду тебе сутки сосать, ты бросишь Хёнджина и перейдёшь к нам?..              Джисон даже не успел договорить, как со словами «грёбаный предатель», Чанбин попытался улизнуть мимо Минхо к дверям, но наткнулся на Хёнджина, который со смешком пихнул его обратно.              — Что ты?..              Минхо захватил Чанбина за шею и потянулся за салфетками на столе, а на их фоне, к вялому смирению Феликса, нарастала очередная ссора.              — В ваших мечтах! Я первый отхватил себе Минхо, — самоуверенно заявил Хёнджин.              — Да я принципиально буду ему сутки сосать! — завёлся Джисон.              — Твои навыки ничто по сравнению с моими!              — Ты только что завуалированно предложил переспать моему парню, чтобы он не уволился?..              — Прекратите, — закатил глаза Чан и добавил громче, — хорошо, что нас не сформировали в одну группу. Я бы с вами ёбнулся!              

***

             — Чанбин кого-то трахает за твоей спиной?              Сынмин практически подпрыгнул на месте.              — Что?! Нет! Фу, Хёнджин, почему ты настолько не веришь в моногамию мужчин? — и с небольшой потасовкой выхватил сигарету из рук подкравшегося к нему (одиноко стоящему на крыше их агентства и тупо пялящемуся на закат) айдола. — Минхо тебе курить запрещает! Особенно в агентстве у него под носом!              — Он мне все удовольствия в мире запрещает и что теперь?! — но Сынмин его не слушал и насильно засунул в рот Хёнджина леденец, а сигарета отправилась в мусорное ведро. — Потому что моногамии не существует среди геев и айдолов, не смеши меня.              — Любовь…              — Очень знаешь, мне напоминаешь одних занудных братьев. Так что у вас случилось?              Хёнджин не стал выплёвывать леденец, и за второй сигаретой не потянулся, только сморщился и встал рядом с Сынмином. Интересно, Минхо или Джисон показывали Феликсу эту крышу? Глупому романтику по-любому бы зашло, ведь сверху открывался вид практически на всю простирающуюся вдаль разноцветными огонёчками и кронами цветущих деревьев улицу. Да и саму эту крышу, своей небольшой компанией, куда входила трирача, Минхо и Сынмин, они украшали совершенно по-гейски гирляндами каждую весну с тех пор, как стали трейни.              — Ты-то откуда знаешь?!              — Вы орали на всю столовую утром, забыл что ли?!              — Чанбин собрался выбрать карьеру, — выпалил Сынмин.              Не то чтобы они с Хёнджином дружили, но росли и развивались, как трейни, а затем уже будучи айдолами, фактически вместе. У айдолов нет времени на любые отношения, но это не значит, что им бы их не хотелось сохранить подобие дружбы, после стольких лет проживания в одном общежитии, с общими тренировкам, победами и провалами. По крайней мере, Хёнджин и Сынмин никогда не конфликтовали открыто (как вечные поддразнивания и ссоры у того с Джисоном, например), а иногда даже проводили время вместе здесь на уютных диванчиках, без слов в понимающем молчании или за такими вот дурацкими разговорами. Хёнджин ощутимо отдалился от них всех, когда Минхо отказался от карьеры, согласившись остаться в агентстве в качестве менеджера. Поэтому Сынмин поддержал внезапную робкую попытку Хёнджина спокойно пообщаться, пусть и с нетипичной для того темой про чужие отношения. Учитывая, что сам Хёнджин не обладал опытом нормальных связей и почему-то избегал всего подобного. Никто из них (кроме гиперопекающего и считающего себя провинившимся, что не доглядел, Минхо) не верил, что айдол поддался высокомерию и плохой компании, быстро поднявшись по карьерной лестнице и став самым популярным и продаваемым айдолом из их агентства. Сынмин считал, что какие-то другие тараканы преследовали Хёнджина.              — В смысле?.. — отвлёкся Хёнджин от разглядывания соседних улиц и поднял глаза на Сынмина с недоумением. — Разве не мы все строим карьеру здесь?..              — Нас чуть не поймали, мы платили неустойку, получили выговор от компании. Как всегда. Но в этот раз Чанбин закатил мне целую истерику и сказал, что не просрёт свою карьеру из-за «что бы это ни было между нами». То есть наши два года отношений?.. И он всё ещё не знает, что это?..              — А тебе похуй на карьеру? Я согласен с Чанбином, любые отношения мешают, особенно нетрадиционные. И не стоят того, чтобы так заморачиваться.              — Не в этом дело, Хёнджин! Если твоей карьере мешают отношения, то возможно проблема не только в них, — с раздражением буркнул Сынмин. — Хотя… Да. Мне лично плевать, я занимаюсь этим из-за удовольствия. И мы с ним оба из семей чеболей. У нас нет таких рабских условий, как у вас с Джисоном.              — Не напоминай, — помрачнел Хёнджин.              — Я просто не понимаю. Мы постоянно срёмся на эту тему. Наши отношения разрушает не карьера айдолов, а бесконечные страхи Чанбина. Меня так бесит, что он боится абсолютно всего, даже жить вместе, ведь Минхо и Джисон давно это делают!              — Минхо не айдол!              — А айдолам нельзя любить? Джисон пострадает сильнее, если правда всплывёт. Но она не всплывёт, практически у всех айдолов есть скрытые отношения. Ну, если они, конечно, найдут человека, который согласится терпеть их график, видеться раз в две недели и трахаться, если повезёт, раз в месяц, — Хёнджин был явно несогласен с его словами, но промолчал, и Сынмин устало выдохнул, — просто чувства Чанбина не такие сильные, раз он не хочет даже побороться за нас. Ему всё время страшно. Он выбирает не меня.              — Кидаешь его?.. — шокированно переспросил Хёнджин.              — Да, я хочу предложить расстаться. Возможно, Минхо всё-таки был прав, когда отказался от карьеры айдола.              — А я говорил про пустую трату времени и усилий на отношения, но вы меня никогда не слушаете.              — Всё возможно, Хёнджин. Просто, очевидно, Чанбин не мой человек.              — Сочувствую, — прозвучало даже вполне искренне.              — Спасибо.              — Не вашему расставанию, это вопрос времени, а тому, что ты всё-таки прозрел и осознал…              — Ой, да иди ты в жопу, — проворчал Сынмин, но всё равно, как бы невзначай, опёрся на плечо Хёнджина.              Они ещё какое-то время молча стояли, любуясь городом.              — А Феликс… Твой учитель английского… — внезапно озарило Сынмина. — Кажется в очень активном поиске и хороший мальчик!              — Не трогай его! — Хёнджин аж заледенел весь и отодвинулся от практически облокотившегося на него Сынмина.              — Чё вдруг ты так завёлся? — недоумённо возмутился Сынмин, который на секунду потерял равновесие, без опоры и едва выровнялся. — Я же просто спросил!              — Он брат Минхо! — как будто это всё объясняло буркнул по-прежнему недовольно Хёнджин.              — Я знаю. И что? Ему не нужен нормальный парень?              — Ему не нужен айдол! — Сынмин всё ещё странно косился на Хёнджина и тот добавил, — плюс он подавляет себя и в сексе не обрадует тебя точно.              — Для меня секс не на первом месте, — отмахнулся Сынмин. — Меня на работе хорошенько так заебали. Я только расстался, не хочу ничего планировать долгосрочного. Позову его на свидание, познакомимся поближе, пообщаемся.              Хёнджину стало максимально неприятно, но он промолчал. Что вообще за хуйня с ним творится, какая ему разница… Сынмин действительно хороший парень, обижать не будет. Не ищет ничего серьёзного сейчас, а Феликсу не помешал бы курортный роман, чтобы расслабиться и стать раскрепощённее. И покатится в свою деревню любовь ждать. Даже Минхо, скорее всего, будет не против. Пристроить мальчика к Сынмину, ещё и спасибо скажет. Блядь, нахуй эти мысли. Бесят все эти правильные мальчики и их нестабильные отношения.