Посланец человеческий

      Вставать никак не хотелось. Тело, помнившее вчерашнюю смерть, казалось чужим и ватным, каждая мышца ныла, будто меня и вправду переехал носорог. Но и лежать без дела было нельзя — стоило закрыть глаза, как перед внутренним взором снова вставала эта многотонная туша, проламывающая стену, и алый росчерк рога, летящий в лицо. В груди закипала злость. Горячая, нерациональная, но придающая сил. У меня появилась цель — отомстить. Отомстить той бронированной твари, что раздавила меня, как пустую консервную банку. И пусть это было глупо, пусть месть мёртвому животному — идея, достойная безумца, но почему-то, как только эта мысль вошла в мою голову, я уже никак не мог от неё избавиться. Она пульсировала в висках, заглушая даже новость о том, что где-то рядом могут быть выжившие разумные. Выжившие — ладно. Сперва — носорог.       В голове уже начали прокручиваться различные способы убийства этой туши. Выстрел в глаз? С такого расстояния я вряд ли попаду, да и калибр маловат. Заложить мину? Где я её возьму? Взорвать газовый баллон? Уже теплее, но как заманить его в ловушку? Я перебирал варианты один за другим, и все они разбивались о его чудовищную костяную броню. Самоубийственные атаки — вроде как забраться на спину и долбить в основание черепа — я отмёл сразу. Да, я бессмертен. Относительно. Но боль-то никто не отменял. Я до сих пор помнил этот хруст собственных костей, и второй раз испытывать такое удовольствие не было никакого желания. Да и кто знает, как работает моё возрождение? Вдруг у него есть лимит? Вдруг у меня всего три жизни, как в какой-нибудь древней аркаде? Нет, рисковать я не собираюсь.       Тогда что остаётся? Прокачка. И поиск оружия посерьёзнее. Чтобы убивать немертвых издалека, нужен огнестрел. Или что-то, что может его заменить. Я задумался, и тут в голове словно лампочка зажглась.       — У меня же гвоздемёт был? Почему я его до сих пор не опробовал?       С такими мыслями я наконец заставил себя подняться. Прошлёпал босиком по холодному полу в коридор, где у стены аккуратной кучей лежало собранное за прошлые дни барахло.       Среди него, дожидаясь своего часа, покоился тот самый пневматический гвоздемёт, который я подобрал в продуктовом магазине ещё в первый день. Я взял его в руки, повертел, осмотрел придирчивым взглядом. И увиденное меня не особо порадовало. Во-первых, баллончик. Крошечный, на пол-ладони, баллон со сжатым воздухом, что крепился прямо под стволом, выдавал слишком мало атмосфер. Это я понял, едва взглянув на манометр — стрелка болталась в нижней трети шкалы. Хоть я и не знал местные цифры и единицы измерения, но мог с точностью заявить, что такой мощностью гвозди будут лететь от силы метров на пять, а потом безвольно падать на землю, как осенние листья. Во-вторых — гвозди. К этому гвоздемёту нужны были особые, тонкие гвозди в специальных обоймах, а не те строительные «сотки», что я подобрал в том же магазине. Те просто болтались в стволе и вылетали криво.       И всё это вместе означает что? Правильно. Новый поход в магазин с товарами для дома и сада.       Я быстро позавтракал — выпил бутылку воды, умял банку поднадоевшего холодного гороха прямо из банки, стараясь не думать о том, что этот вкус уже начинает вызывать у меня тошноту. Затем собрался: топор и монтировка на пояс, пистолет в кобуру, патроны, гвоздемёт, вода, фонарик — всё в инвентарь. Места оставалось ещё прилично, так что я мог рассчитывать на хороший улов. Выйдя из подъезда, я быстрым шагом направился в сторону уже знакомого мне огромного магазина садовой техники. К счастью, на пути мне никто не попался — видимо, все местные твари попрятались после вчерашней суматохи. Или носорог распугал. Я без приключений добрался до цели.       Только вот внутри меня уже поджидало это знакомое, липкое чувство. Огромное, замкнутое помещение без света. Зомби, что могут таиться в любом проходе. И я, один, с фонариком. Не самое лучшее сочетание, если, конечно, это не компьютерная игра, где всегда есть кнопка «загрузиться» и нет боли. Если в первый свой визит я передвигался быстро, целенаправленно, зная, что ищу, то теперь я вынужден был осматривать каждый закоулок, каждую полку, каждый тёмный угол. Это затягивало. И действовало на нервы.       День тянулся бесконечно. Я бродил по лабиринтам стеллажей, освещая фонариком полки с болтами, гайками, садовыми шлангами, какими-то загадочными агрегатами, о назначении которых оставалось только догадываться. Несколько раз натыкался на немертвых — к счастью, одиночек, которых удавалось быстро и тихо зарубить топором. Но это выматывало.       Наконец, когда я уже начал подумывать, что придётся возвращаться ни с чем, я наткнулся на дверь. Тяжёлую, металлическую, с трубой-задвижкой поперёк, заменявшей засов. Дверь вела в небольшое подсобное помещение, оказавшееся чем-то вроде мастерской.       Верстак, тиски, полки с инструментами, лампа под потолком, которая — о чудо! — загорелась, когда я щёлкнул выключателем. Видимо, мастерская была подключена к отдельной линии от генератора. Кроме как через эту дверь, сюда никто не мог попасть. Вентиляция? Была. Но такая узкая, что пролезть по ней не смогла бы даже кошка. Идеально.       Я немедленно обосновался здесь. Перенёс всё, что могло пригодиться: трубы, баллоны с газом, металлические и резиновые шланги, горелки, банки с краской, WD-40 — словом, всё для «крафта», как в какой-нибудь песочнице на выживание. Инструменты здесь уже имелись. Для уюта прихватил с одного из стеллажей старый, но чистый матрас и древний, советского вида тепловентилятор. В мастерской было не так уж и тепло, а постоянно мёрзнуть не хотелось. Электричество работало, и я включил обогрев на полную, с наслаждением подставляя окоченевшие пальцы под поток тёплого воздуха.       Закрыв дверь на задвижку и дождавшись, пока температура в мастерской станет приемлемой, я приступил к работе. Первым делом — гвоздемёт. Я достал найденные в отделе крепежа барабанные обоймы, похожие на магазины к пистолету-пулемёту. В каждой помещалось по две сотни тонких, длинных гвоздей. То, что доктор прописал. Засовываю обойму, навожу на бетонную стену, нажимаю на спуск. Гвоздемёт с негромким «чпок» выплёвывает несколько снарядов. Они высекают искры из стены метрах в восьми от меня. Неплохо, я явно недооценил дальность полета в расчетах, но против живых — или неживых — целей всё равно слабовато. Слишком маленькая начальная скорость.       Снимаем маленький, штатный баллон со сжатым газом и откладываем в сторону. Вместо него я подсоединяю специально подобранный резиновый шланг, армированный металлической оплёткой. Другой конец шланга прикручиваю к большому, литров на пять, баллону со сжатым воздухом. Тот шипит, плюётся конденсатом, но крепление держит намертво, примотанное синей изолентой. Теперь, в теории, гвоздемёт должен выдавать куда большую убойную силу. Но что делать с самим баллоном? Он тяжёлый, его надо носить с собой. Я нашёл крепление на спину — систему ремешков, рассчитанную, судя по всему, на два баллона. Если повесить только один, будет перевешивать на одну сторону, идти будет неудобно.       И тут у меня возникла идея. Возможно, гениальная. Возможно, идиотская. Второй баллон — с горючим газом. Пропан, бутан, не знаю точно, что там, но горелка работала от него исправно.       Я практически уверен, что моя идея настолько же невероятно глупа, насколько и опасна, но проверить её стоило. В чём план? Берём обычную ручную горелку, снимаем насадку. Расширяем сопло, приделываем короткую стальную трубу — получается подобие ствола. К ней прикручиваем простейший пьезоэлемент для искры. Всё это, опять же, фиксируем синей изолентой. Подсоединяем шланг к баллону с горючим газом. На всё про всё у меня ушло полтора часа, четыре мотка синей изоленты, одна банка WD-40 и какое-то немыслимое количество нервов. И да, я не забыл помянуть матерей разных известных, и не очень, личностей. Но результат того стоил. Я держал в руках то, что мой интерфейс окрестил «Горелкой-2000».       Перед глазами всплыла карточка оружия.       Горелка-2000. Крафтовое.       Редкость: обычное.       Состояние: приемлемое.       Примитивный огнемёт, позволяющий поджечь противника. Урон по подожжённым врагам увеличен на 30%. При длительном применении получает «Нагрев».       Нагрев — увеличивает наносимый урон оружием на 50%, но и вы получаете урон в 1%. Если нагрев поднимется до 100%, то баллон с топливом взорвётся.       Я присвистнул. Взорвётся — значит, и мне мало не покажется. Рядом с этим описанием высветилось второе.       Гвоздемёт-2000. Крафтовое.       Редкость: необычное.       Состояние: приемлемое.       Улучшенная версия гвоздемёта, имеющая бо́льшую дальность стрельбы и бо́льшую пробивную силу за счёт увеличенной силы и начальной скорости. Гвозди, выпущенные из этого оружия, имеют 50% шанс застрять в теле противника, из-за чего их можно снова подобрать и использовать.       Синергия с «Горелкой-2000»: Урон по подожжённым врагам увеличен на 100%, но вероятность застревания гвоздей в теле противника снижается до 1%. Если гвоздь при активной синергии застрянет, вы сможете подобрать жареный гвоздь.       — А вот это уже хорошо, вот это звучит вкусно, — размышлял я вслух, закончив читать описание. «Жареный гвоздь» — звучало, конечно, по-идиотски, но что поделать, если система так это называет.       Я надел баллоны на спину, затянул ремешки потуже. Тяжесть приятно давила на плечи — чувство, что ты вооружён и опасен. В левую руку я взял гвоздемёт, в правую — горелку. На секунду замер, представляя себя со стороны. Два баллона за спиной, в одной руке пыхающая горелка, в другой — трещащий гвоздемёт. Эдакий постапокалиптический пожарный, только наоборот.       — Не хватает жуткого противогаза для полного антуража, — усмехнулся я. — Либо примотанного колючей проволокой сейфа на голову.       Но, положа руку на сердце, вряд ли немертвые испытывают страх. Так что все эти атрибуты создавали бы больше неудобств, чем пользы. Цеплялись бы за косяки, ограничивали обзор. А теперь — пора опробовать своё оружие на ком-то, кто не против побыть мишенью.