ГривИстория

После обеда Молот подозрительно долго возился у порога, перебирая какие-то верёвки и инструменты. — Крафт, — позвал он наконец. — Пойдёшь со мной? — Куда? — я как раз домывала последнюю тарелку, щупальца ловко оперировали губкой и полотенцем. — К реке. Где я вчера… ну, тонул. Надо посмотреть, почему я туда свалился. Я там хожу каждый день, тропинку знаю как свои четыре копыта. А вчера — раз, и полетел в воду. — Хочешь проверить, не случилось ли чего? — поняла я. — Ага. Может, берег осыпался. Или коряга какая вылезла. Надо глянуть, чтоб другие не пострадали. Я отложила полотенце. — Идём. — Только оденься потеплее, — посоветовал Молот. — У реки ветер, да и вечером холодно будет. Я посмотрела на свой фиолетовый костюм, который после вчерашнего купания и сегодняшней работы в кузнице выглядел так себе. — У меня другого нет, — призналась я. — Нитка! — крикнул Молот в сторону дома. — У нас есть что-нибудь для Крафт? Попону какую старенькую? Через минуту Нитка вынесла тёплую вязаную попону — не новую, но ещё крепкую, с красивым узором по краю. — Вот, носи. Я её для Молота вязала, но он не носит, говорит, жарко в кузнице. А тебе в самый раз. Я накинула попону. Щупальца поверх неё смотрелись немного диковато, но зато тепло. — Спасибо, — улыбнулась я. — Очень уютно. — Иди уже, — махнула копытом Нитка. — К ужину возвращайтесь. *** Мы пошли вдоль реки той же дорогой, которой вчера со спасенным Молотом шли в сумерках. При свете дня всё выглядело иначе — ярче, спокойнее, совсем не страшно. — Вот здесь я шёл, — Молот указал на тропинку, вьющуюся вдоль берега. — Каждый день хожу, воду для кузницы беру чуть выше по течению. Там хороший спуск, пологий. — А вчера? — А вчера я задержался в городе, возвращался уже в сумерках. И вдруг — раз! — нога поехала, и я в воде. — Покажи, где примерно. Молот прошёл немного вперёд, остановился у кустов. — Где-то здесь. Я точно не помню, темно было. Я подошла к берегу и начала осмотр. Щупальца включились в работу автоматически — прощупывали траву, заглядывали под кусты, проверяли край обрыва. — Вот, — сказала я через минуту. — Смотри. Молот подошёл ближе. Я указала щупальцем на край берега — там, где тропинка подходила к воде, земля была словно срезана. Не обвалилась, а именно срезана, будто кто-то провёл острым инструментом. — Это не осыпь, — нахмурился кузнец. — Это кто-то сделал. — Похоже на то, — согласилась я. — Смотри, трава примята не там, где ты падал, а дальше. Кто-то стоял здесь. И ждал. — Ждал? — Молот побледнел. — Меня? — Не знаю. Но явно не случайность. Мы обшарили берег вдоль и поперёк. Я — щупальцами, Молот — опытным глазом пони, привыкшего замечать детали в металле, а теперь перенёсшего это умение на землю. — Здесь ещё следы, — сказал он, указывая на чуть заметные вмятины чуть поодаль. — Копыта. Не мои. — Сколько? — Двое. Один крупный, второй поменьше. Стояли, смотрели на воду. — А потом ушли вон туда, — я указала в сторону леса. — Там трава примята. Мы пошли по следам. Они вели в лес, петляли между деревьями, потом выходили на дорогу, ведущую в город. — Знаешь что? — Молот остановился, тяжело дыша. — Я, кажется, догадываюсь. — Говори. — На прошлой неделе я отказался делать одну работу. Пришли двое, просили подковы особые, с шипами. Сказали, для походов в горах. А я глянул — подковы-то для боевых пони. С шипами и усиленным креплением. Я отказался. — И они обиделись? — Видимо, да. А вчера, когда я шёл в темноте, кто-то подрезал берег. Сделал ловушку. Рассчитывал, что я утону. — Не рассчитали, — усмехнулась я. — Ты живой. — Благодаря тебе, — серьёзно сказал Молот. — Если б не ты… — Да ладно, — отмахнулась я. — Главное — понять, кто это. И что делать дальше. *** Мы вернулись домой, когда уже начало смеркаться. Нитка встретила нас встревоженным взглядом — видимо, по мордам прочитала, что случилось нечто серьёзное. — Рассказывайте, — потребовала она, усаживая нас за стол и ставя перед нами по кружке горячего чая. Молот рассказал. О подозрительных заказчиках, о срезанном береге, о следах в лесу. Нитка слушала, и взгляд её становился всё мрачнее. — Значит, это не случайность, — сказала она тихо. — Тебя хотели убить. — Хотели, — кивнул Молот. — Не вышло. — А если снова попробуют? Повисла тяжёлая тишина. — Не попробуют, — сказала я. Все посмотрели на меня. — Почему ты так уверена? — спросила Нитка. — Потому что теперь я здесь, — ответила я просто. — И если они сунутся… Я не договорила. Но щупальца за моей спиной красноречиво свернулись в боевые петли. Нитка и Молот переглянулись. — Крафт, — осторожно начала Нитка. — Ты ведь не просто так умеешь драться, да? — Не просто, — признала я. — Моя прошлая жизнь была… опасной. Я многое умею. В том числе защищать тех, кто мне дорог. — Мы тебе дороги? — удивился Молот. — Вы дали мне кров, еду, работу. Поверили мне. Приняли в семью. — я посмотрела на них. — За неделю до этого меня боялись и ненавидели. А вы — нет. Так что да, дороги. Нитка вдруг встала, подошла ко мне и обняла. Просто обняла, как обнимают близких. — Ты хорошая, Крафт, — сказала она. — И мы тебя не бросим. А если придётся защищаться — будем защищаться вместе. — Вместе, — кивнул Молот. Из детской донёсся голос Льдинки: — Мам, а что там случилось? — Ничего, спи, — ответила Нитка. — Всё хорошо. Я посмотрела на эту семью, на их готовность принять и защитить, и внутри шевельнулось что-то, чему я не могла подобрать названия. Не злость. Не радость. Что-то тёплое и сильное. — Я завтра схожу в город, — сказала я. — Попробую узнать, кто эти двое. Пока они не наделали новых бед. — Одна? — встревожился Молот. — Со мной щупальца, — я улыбнулась. — А они у меня — ого-го. Щупальца согласно заколыхались, демонстрируя готовность. — Ладно, — вздохнула Нитка. — Но будь осторожна. — Обещаю. Я вышла на крыльцо, вдохнула вечерний воздух. Звёзды уже зажигались на небе. Где-то там, высоко, может быть, за ними наблюдала принцесса Луна. — Я справлюсь, — сказала я шёпотом. — Я теперь не одна. И щупальца согласно обняли меня со всех сторон.