ГривИстория

— Крафт, вставай! Сегодня сено! Я открыла глаза. Льдинка, как обычно, стояла надо мной — но не с бантиком, а с соломинкой в гриве. — Ты где была? — спросила я. — На ферме! У Эпплов! Там уже начали косить, а мы ещё нет! — Мы не Эпплы, — напомнила я, садясь. — У нас огород. — Но сено-то общее! — возмутилась она. — Трава на лугах ничья, пока не скошена! — Льдинка, дай пони проснуться, — Нитка заглянула в комнату. — Крафт, завтрак через десять минут. Сегодня работаем. — Над чем? — спросила я. — Сенокос. Молот уже ушёл косилочку налаживать. — Косилочку? — Её толкают. Ты будешь толкать. — Щупальцами? — И щупальцами, и ногами, и всем, чем можешь, — улыбнулась Нитка. — Справляйся. К десяти утра мы были на лугу. Молот уже выкосил половину — косилочка шла тяжело, но ровно. — Крафт, теперь ты, — он вытер пот. — Я устал. — А как толкать? — я подошла к агрегату. — Просто дави. Осторожно, чтобы лезвия не сломать. Я встала за косилочку. Щупальца обвили ручки. Ноги упёрлись в землю. Я нажала. Косилочка рванула вперёд, оставляя за собой ровный ряд скошенной травы. — Сила есть — ума не надо, — усмехнулся Молот. — Ума хватает, — ответила я, не сбавляя темпа. — Просто силы больше, чем у десятерых. — Это точно, — кивнула Нитка, подходя с граблями. — Я бы за день столько не сделала. — А ты и не должна, — я развернулась на краю поля. — Я справлюсь. К обеду луг был скошен. — Всё? — удивилась Тростинка, прибежавшая помогать. — Всё, — я выпрямилась. — Что дальше? — Сушить. Ворошить. А потом в стога. — Тогда работаем. Ворошить траву оказалось веселее. Щупальца взбивали сено, как перину — легко, воздушно, без усилий. — Крафт, ты быстрее пятерых с вилами, — заметил Молот. — Я быстрее десятерых, — поправила я. — Но кто считает? — Ты считаешь, — засмеялась Льдинка. — Я шучу. — А выглядит серьёзно. К вечеру сено подсохло. Осталось уложить в стога. — Завтра, — сказала Нитка. — Сегодня все устали. — Я не устала, — возразила я. — А мы устали, — ответила она. — И ты должна отдыхать. — Ладно, — я села на траву. — Завтра так завтра. Вечером мы сидели на крыльце. Я, Нитка, Молот, девочки и Мэттер, которая весь день провела в лаборатории и вышла только на ужин. — Как успехи? — спросила она. — Сено скошено, — ответила я. — Завтра будем стога метать. — А приборы? — Приборы подождут, — вздохнула я. — Сначала страда. — Страда? — Летняя работа, — пояснила Нитка. — Когда некогда даже поесть. — А почему некогда? — Потому что погода, — сказал Молот. — Дождь придёт — всё пропало. — Поняла, — Мэттер кивнула. — Тогда я завтра тоже помогу. — Ты? — удивилась Льдинка. — А ты умеешь? — Я единорог, — улыбнулась она. — Могу поднимать тюки магией. Не так быстро, как щупальца Крафт, но быстрее, чем копытами. — Тогда давай, — я хлопнула её по плечу. — Впрягайся. *** Утром мы вышли в поле. Сено подсохло, пахло мёдом и солнцем. — Мэттер, ты поднимаешь, — скомандовала я. — Я укладываю. Молот — таскает. — А я? — спросила Льдинка. — А ты — главный контролёр, — я подмигнула. — Смотри, чтобы стога не разваливались. Мы работали до вечера. Мэттер поднимала тюки магией — по одному, аккуратно. Я укладывала их щупальцами — сразу по три, подгоняя друг к другу. Молот подвозил новые на тележке. — Ты как десять пони в одной, — сказала Нитка, глядя, как я правлю стог. — А Мэттер — как два, — добавила Льдинка. — Но она старается. — Стараюсь, — кивнула Мэттер, вытирая пот. — Готово, — сказала я, когда последний тюк лёг на место. — Сено спасено. — Ура! — закричала Льдинка и бросилась в стог. — Осторожно! — крикнула Нитка, но было поздно — кобылка уже утонула в сене. — Льдинка, ты жива? — спросила я. — Ага! — донеслось изнутри. — Здесь мягко! — Полезли, — вздохнул Молот. Мы вытащили её, счастливую и в соломе. — Крафт, а можно я завтра ещё? — Завтра — огород, — ответила Нитка. — Картошку окучивать. — Ура! — снова закричала Льдинка. *** Окучивать картошку оказалось сложнее, чем сено. Кусты были низкими, земля — сухой и твёрдой. — Крафт, ты будешь рыхлить, — сказала Нитка. — Щупальцами. — А вы? — А мы — подсыпать. Я опустила щупальца в землю. Они вошли, как в масло, и начали работать — рыхлили, переворачивали, поднимали. Одно щупальце справлялось за десятерых пони с тяпками. — Крафт, это колдовство? — спросила Льдинка, глядя на мелькающие пряди. — Это природа, — ответила я. — Моя природа. — И магия, — добавила Мэттер. — Очень сильная магия. — И щупальца, — улыбнулась я. К вечеру картошка была окучена. Нитка ходила по рядам и проверяла. — Хорошо, — сказала она. — Лучше, чем в прошлом году. — Потому что Крафт, — сказала Льдинка. — Потому что все, — поправила я. — И Крафт, — упрямо повторила она. — И Крафт, — сдалась я. Вечером мы сидели за столом. Уставшие, но довольные. — Завтра — полив, — сказала Нитка. — И прополка. — Я помогу, — вызвалась Мэттер. — И я, — сказала Тростинка. — И я! — крикнула Льдинка. — И я, — усмехнулся Молот. — Куда ж без меня. — И я, — сказала я. — Щупальца в помощь. Мы ели и смеялись. А за окном садилось солнце. Лето было в разгаре. — Крафт, — Льдинка прижалась ко мне. — А ты не устала? — Устала, — честно сказала я. — Но это хорошая усталость. — От чего? — От дела. От того, что мы вместе. От того, что сено в стогах, а картошка окучена. — Это называется жизнь, — сказала Нитка. — Жизнь, — повторила я. — Самая лучшая.