Истерзанный

Сокол как обычно вёл ничем не примечательный стрим о недавно вышедшем концертном ролике группы Ария. Фанаты бесновались в комментариях, а Сокол ругал работников сцены, репертуар группы, постановку света и особенно игру Виталия Дубинина. Он прошелся по всем взглядам, по всем движениям басиста, чтобы доказать, что тот тварь, тиран и убожество. Раскритиковал голос Житнякова, наигранность его поведения на сцене и подстилочное отношение к Дубу. В очередной раз включив запись концерта, Сокол наконец увидел ЕГО. ОН стоял как титан, держащий всю группу на своих плечах и так бегло проходился пальцами по грифу, что у Сокола перехватило дыхание и он не мог вымолвить ни слова. Поняв, что слишком долго пялиться на Хоста, Сокол попытался поставить на паузу видео и сказать что-то нейтральное о Володе. Но вместо этого он только развернул камеру и показал всем зрителям свою комнату, что было роковой ошибкой. На незаправленной кровати лежала огромная дакиматура, с которой показывал клыки арийский гитарист. Вся стена около кровати была заклеена фотографиями Холста, а на прикроватной тумбочке стояла самодельная фигурка, в которой явно угадывался динозавр Отечественной рок-сцены. Сокол тут же перевёл камеру, но было слишком поздно. Комментарии стрима уже кишили фразочками по типу "Соколясина-пидорасина" и "Холстодрочер". Сокол оцепенел и не мог даже выключить позорный эфир. В чат уже летели стикеры с Соколом молящимся на коленях перед арийским гитаристом, а также скрины чата Арии и ВК сообщества Холста, в который уже были слиты позорные кадры Соколиного гнезда. Наконец Сокол нашёл в себе силы выдернуть все шнуры из розетки. Экран щёлкнул и потух. Всë. Конец. Тишина комнаты поглотила белобрысого вокалиста и протяжным воем загудела в ушах. Не было ничего. Ни мыслей, ни раскаяния, ни страха. Только всепоглощающая невозможная тяжесть, которой Сокола придавило к геймерскому креслу. Час летел за часом, а Сокол как будто всплывал со дна холодного океана, покрытого толстой коркой синего льда. В сознании щёлкнуло. Мир вспыхнул и рассыпался на тысячи осколков. Кинолентой в голове пронеслись воспоминания. Первая прослушанная песня, первый концерт, первая фотография, приклеенная на стену, первое оскорбительное видео и последний комментарий, констатирующий у Сокола фанатский рак мозга и педарастию. Он облажался. Он реально навалил кринжа. Да такого, что даже самый поганенький блогер ему этого не простит. Уже завтра Сокол проснется известным, но не как рок стар, а как сталкер-пидорас. А как все начиналось. Канал на тысячу подписчиков, знакомство с самыми раскрученными представителями металла. Собственная рок-группа. Хитовые видео. И всë это перечеркнуто. Перечеркнуто одним нажатием пальца. Теперь от него отвернуться друзья, уйдëт девушка. И всë, что он может сделать сейчас - пойти плакаться в злосчастную дакиматуру. Нет смысла что-то писать, оправдываться, записывать видео. Он на дне. Он просто на самом дне, по уши в дерьме. Следующие месяцы неслись как страшный сон. Отмена концертов, массовые отписки, смена номера в попытке потушить шквал грязи от каждого, кто дозвонится. Он даже боится выходить на улицу, ведь там его ждут мелкие журналистики, желающие хайпануть на его слабости и беззащитности. Он больше не притрагивается к телефону, не заходит в соцсети, не открывает шторы на окнах. Ему страшно, больно и стыдно. Стыдно перед аудиторий, перед подписчиками, перед фанатами, перед НИМ. ОН точно это видел. ОН точно знает. он окончательно пал в ЕГО глазах. Сокол уже час сидит перед ноутбуком и не решается его открыть. Нужно вновь вытащить себя из этого. Показать всем, как они ошиблись и недооценили Пермского вокалиста. Но сейчас Сокол чувствует себя не истинным магом, а маленькой букашкой, которую прибили к стенке мухобойкой, размазав кишки по поверхности. Он знает, что ему уже не выжить. Но отсиживаться как жалкий трус он больше не сможет. На экране всплывает окно браузера, которое заслоняет новая реклама шоу группы Арии. Сокол тупо пялиться на яркую картинку, и шестерëнки в его голове, которые в последние месяцы лишь скрипели, начали набирать обороты. Ему надо. Ему надо на концерт. Непонятно зачем, непонятно почему, но ему надо быть там. Он щëлкает мышью и перед ним открывается план рассадки людей. Сокол берёт себе место в фан зоне. По привычке, автоматически. И как только с его карты списываются остатки сбережений, ему на почту приходит билетик. Через три дня. Ровно через три дня Сокол выйдет в свет. Он оденется в самый рокерский прикид, и ему всë равно кто там что скажет. Он не забитый в угол ребëнок, а уверенный в себе Металлист. Он ещё покажет свету who is who.