То, что он назвал любовью

Токио к вечеру всегда становился каким-то особенно шумным, но этот шум не давил и не раздражал — наоборот, он складывался в привычную городскую мелодию, сотканную из сотен мелочей: коротких сигналов светофоров, смеха школьников, стука велосипедных колёс по неровному асфальту, приглушённых разговоров прохожих и гула машин, который растекался по улицам, словно вода по камням. Люди торопились домой: кто-то выходил из магазинов с пакетами, кто-то стоял возле автоматов с напитками, а кто-то просто брёл без цели, наслаждаясь тем коротким временем между днём и ночью, когда небо ещё не потемнело окончательно. Впрочем, для нескольких человек, идущих плотной компанией, весь этот городской шум был лишь фоном. — Эй, Майки, ты вообще слушаешь? — Дракен раздражённо покосился на друга. — А? — Вот видите? — тут же вскинул руку Нахоя. — Я же говорил, он вообще не здесь. — Да он никогда не здесь, — пробубнил Мицуя. — Интересно, у него внутри головы пусто или там обезьяны на велосипеде катаются? — Они катаются, — совершенно спокойно ответил Майки. — Какую часть ты слушаешь?! Майки лениво перевёл взгляд в сторону и едва заметно улыбнулся — явно довольный тем, что сумел всех переиграть. Руки по-прежнему были засунуты в карманы, походка оставалась расслабленной и почти сонной, будто он не шёл по улице, а просто позволял ногам самостоятельно нести его вперёд. Со стороны любой бы решил, что он вообще ничего вокруг не замечает. Но Дракен слишком давно его знал. Манджиро замечал всё. Он и правда редко выпадал из происходящего настолько, насколько казалось окружающим. Полуприкрытые глаза, ленивый взгляд, руки в карманах, выражение лица человека, который уже мысленно лежит дома под одеялом и ест тайяки — со стороны это выглядело почти забавно. Но за все эти годы Дракен успел изучить Майки слишком хорошо. Тот мог не слушать и половины разговора, мог ответить на вопрос, заданный минуты три назад, мог выглядеть так, будто последние пять минут существовал отдельно от всего человечества и при этом каким-то непостижимым образом замечал каждую мелочь вокруг. Именно поэтому Дракен почти сразу почувствовал: что-то изменилось. Майки внезапно остановился — так резко, что Хаккай, шагавший следом и что-то бубнивший себе под нос, едва не налетел ему в спину и удивлённо опустил голову, собираясь узнать причину аварии, но слова так и остались где-то на полпути. На противоположной стороне улицы, возле небольшой мастерской, девушка заканчивала закрывать помещение. Металлическая решётка с тихим скрипом опускалась вниз под её рукой. Рукава, закатанные выше локтей, открывали тонкие предплечья, испачканные тёмными следами машинного масла. Несколько выбившихся из причёски прядей то и дело падали на лицо и лезли в глаза, которые она убирала привычным движением. В этом не было ничего особенного: взгляд легко скользнул бы мимо, как скользит мимо десятков случайных людей за день. Если бы в какой-то момент она вдруг не подняла голову. Сначала она просто посмотрела в сторону шумной компании подростков. Потом её взгляд задержался чуть дольше, чем нужно, и лицо едва заметно изменилось. Дракен перевёл взгляд с девушки на Майки и нахмурился ещё сильнее: происходящее начинало выглядеть странно. Он слишком давно знал Манджиро, слишком часто видел его злым, весёлым, раздражённым, сонным, голодным, видел после драк и в те дни, когда тот почти не разговаривал. Но сейчас на лице Майки застыло что-то настолько непривычное, что даже Мицуя, до этого спокойно наблюдавший за всем, медленно повернулся в его сторону: — Дракен. — Мм? — Мне начинает становиться не по себе. — Из-за девушки? — Да причём тут девушка? Я сейчас на Майки смотрю. Хаккай несколько раз перевёл взгляд между ними: — А что с ним? Мицуя продолжал щуриться: — Пока не понял, — он помолчал пару секунд. — Но ощущение такое, будто у него сейчас последняя извилина утекла. Манджиро по-прежнему стоял посреди улицы. Девушка продолжала смотреть на него. А вся остальная компания постепенно начинала чувствовать себя людьми, которых случайно забыли посреди чужого разговора. Нахоя прищурился: — Подождите… а мы сейчас вообще здесь нужны? — Меня больше интересует, — задумчиво протянул Соя. — Почему Майки даже не моргает. — Он моргает, — тут же отозвался Нахоя. — Просто очень редко. — Спасибо, стало легче. — Мицуя-сан… — Хаккай осторожно наклонился ближе к Мицуе. — Мм? — Глава ведь знает её, да? — Судя по всему. — А вы знаете? — Нет. Нахоя перевёл взгляд на Рюгуджи: — Дракен? — Чего? — Ты знаешь? — Пока нет, — Дракен продолжал смотреть то на Майки, то на девушку. — Пока? — У меня ощущение, что я где-то её видел. — Серьёзно? — Не знаю, — он нахмурился сильнее. Что-то знакомое крутилось в голове, только никак не цеплялось. — Это «не знаю» сейчас было настоящим или твоим обычным? — покосился на него Мицуя. — Отстань. — Тогда настоящее. И именно в этот момент девушка слегка склонила голову, внимательно разглядывая Манджиро, а потом вдруг улыбнулась: — Майки-кун? — будто проверяла, здесь ли он вообще. Несколько секунд она просто смотрела на него, и удивление на её лице успело смениться чем-то совсем другим, будто она пыталась совместить стоящего перед ней парня с тем образом, который всё это время хранился где-то в памяти. Потом её взгляд медленно скользнул выше: задержался на лице, на плечах, на светлых волосах. Уголки губ дрогнули раньше, чем она сама это заметила. Она чуть приподняла голову, прищурилась и, разглядев его внимательнее, легко усмехнулась: — Ого, а ты вырос. Нахоя тут же повернулся к Соё: — Всё, я понял. — Что? — Родственница. — С чего ты это взял? — Не знаю. Звучит как родственница. — Гениально, Нии-чан. — Завидуй молча. Хаккай осторожно перевёл взгляд на Дракена: — Дракен-сан… глава знает её, да? — По-моему, тут вопрос уже не в этом, — пробормотал тот, не сводя глаз с Майки. — Что? — Нахоя повернул голову. — Майки, — Мицуя стоял рядом, щурясь всё сильнее. — А что с ним? — Посмотри сам. Только теперь остальные снова посмотрели на Манджиро, потому что выглядел он действительно странно. Настолько, что Нахоя несколько секунд молчал, прежде чем перевёл взгляд снова на Мицую: — Слушай. — Мм? — По-моему, он завис. — По-моему, тоже. — Может, перезагрузить? — Как? — Пинком. — Рискни. — Ну ладно… — Майки! — выбрал Нахоя всё же другую тактику. Никакой реакции. — Майки, на тайяки! Манджиро даже не повернулся, и Нахоя медленно округлил глаза: — Ого. — Нии-чан… — Нет, подождите. Я сейчас впервые в жизни вижу такое. Только после этого Майки наконец моргнул, очнувшись где-то посреди собственных мыслей: — …ты? Девушка несколько секунд смотрела на него, а потом рассмеялась — тихо и легко: — Ну а кто ещё? — она чуть склонила голову. — Ты так смотришь, Майки-кун, будто призрака увидел. Нахоя немедленно ткнул Сою локтем: — Я же говорил. — Что говорил? — Лицо у него было именно как у человека, увидевшего призрака. — Нии-чан, ты сейчас пытаешься доказать то, что придумал две минуты назад. — Не мешай мне побеждать. Манджиро, кажется, снова перестал слышать всё, что происходило вокруг. Он продолжал смотреть на неё, слегка нахмурившись, и в какой-то момент выражение его лица вдруг изменилось, словно память наконец перестала лениво ползти и со всей скорости врезалась ему прямо в голову. А потом он вдруг сделал несколько шагов вперёд, пересекая улицу и подходя к девушке: — Ты чего здесь делаешь? Девушка моргнула, чуть наклонив голову, оценивая вопрос: — Работаю. — Здесь? — Здесь. — Ты серьёзно? — Нет, Майки-кун, я просто каждый вечер закрываю чужие мастерские ради развлечения. Нахоя тихо фыркнул в сторону: — Мне нравится эта женщина. — Тебя никто не спрашивал, — тут же отозвался Соя. — Но ты всё равно услышал. — Он сейчас вообще думает или уже нет, гетто-джентельмен? — Мицуя по-прежнему не сводил взгляда с Майки. — Он всегда думает, — спокойно сказал Дракен. — Просто не всегда тем же местом, что мы. — Дракен-сан… это точно нормально? — Хаккай осторожно выпрямился: — Нет, — коротко ответил тот и снова посмотрел на Майки. Манджиро стоял слишком близко к девушке — ближе, чем обычно позволял себе в подобных ситуациях, и это само по себе уже выглядело неправильно для всех, кто его знал. — Ты исчезла, — вдруг сказал он. Голос был ровный, без привычной ленивости. Девушка на секунду перестала улыбаться: — Да. — Почему? Она не ответила сразу. И это молчание оказалось тяжелее любых слов. Нахоя уже не шутил. Дракен медленно опустил взгляд, сопоставляя в голове что-то, что до этого не складывалось. А Майки всё так же смотрел на неё, ожидая ответа, который ему явно не нравился заранее. Дракен продолжал смотреть на девушку, всё сильнее хмурясь. Что-то знакомое сидело в голове уже слишком близко. Не голос. Не лицо. Что-то другое, очень старое. А потом взгляд сам собой зацепился за её руки: следы масла на пальцах, мастерская, то, как спокойно она разговаривала с Майки. Он вдруг замер и медленно перевёл взгляд на Манджиро, а птом снова на неё. — Да ладно… — Чего? — сразу повернулся Нахоя. — Не может быть, — Дракен попрежнему смотрел лишь на девушку. Нахоя тут же полностью повернул голову к Дракену и несколько секунд смотрел на него так внимательно, словно объяснение должно было появиться прямо у него на лице: — Что значит «не может быть»? Дракен не ответил. Взгляд снова зацепился за руки, испачканные маслом, за связку ключей, которую она продолжала крутить между пальцами, и вдруг что-то наконец встало на место. Он резко поднял голову: — Фудзимори-сан? Девушка перевела взгляд в его сторону, внимательно разглядывая его лицо, а потом её глаза слегка расширились: — Кен-кун? Привет-привет, а ты, кажется, стал ещё выше. Дракен моргнул: — Здравствуйте. Нахоя резко повернул голову к нему: — КЕН-КУН?! Мицуя тоже посмотрел на него: — ЗДРАВСТВУЙТЕ?! — Да заткнитесь вы, — раздражённо бросил Дракен, не отрывая взгляда от Аяно-сан. Нахоя перевёл взгляд на Майки, потом обратно на Дракена: — Нет, подождите. — Чего ещё? — устало спросил Соя. — Почему Дракен — «Кен-кун»?! Дракен всё ещё смотрел на Аяно, а потом перевёл взгляд на Манджиро, который стоял рядом и продолжал смотреть на неё так, словно всё остальное вокруг давно перестало существовать. Нахоя ещё несколько секунд переводил взгляд между Дракеном и Аяно, словно пытался самостоятельно собрать картину целиком, но картина упрямо не собиралась. — Вообще не понял, что сейчас произошло. — Потом поймёшь, — отмахнулся Дракен. — Нет, потом меня не устраивает. — Ты слишком серьёзно подошёл к этому вопросу, — спокойно заметил Мицуя. Нахоя уже собирался ответить, но Дракен снова посмотрел на Аяно и тихо цыкнул себе под нос: — Чёрт… реально Фудзимори-сан. Теперь внимание окончательно переключилось на него, потому что Майки по-прежнему стоял рядом с Аяно и смотрел только на неё, а Дракен оказался единственным человеком, который внезапно вытащил из прошлого что-то знакомое. — Дракен, — Мицуя слегка повернул голову.— Ты её давно знаешь? — Ага. — Насколько давно? Дракен на секунду задумался: — Когда я впервые увидел Фудзимори-сан, то смотрел на Шиничиро и думал: какого чёрта рядом с кучей байкеров делает девушка. Нахоя тут же повернулся к Соё: — Всё. — Что «всё»? — Сейчас история начинается. — Нии-чан, ты радуешься слишком рано. — Не мешай. Дракен продолжал говорить, словно уже смотрел куда-то гораздо дальше этой улицы: — А потом какой-то придурок полез к Шиничиро. — И? — Нахоя сразу подался ближе. — И через несколько секунд уже лежал на земле. — Шиничиро его вырубил? — Нет. Нахоя нахмурился: — Тогда кто? — Фудзимори-сан, — Дракен медленно перевёл взгляд на Аяно Нахоя моргнул. Потом ещё раз. Не помогло. — Подожди, — он посмотрел на девушку, потом на Дракена. — Кто она? Она ж размером с Майки! Дракен тяжело вздохнул и потёр затылок, явно перебирая в голове старые воспоминания, которые после стольких лет всплывали странными кусками: — Фудзимори Аяно. Она постоянно крутилась рядом с Шиничиро: ходила в додзё, таскалась вместе с его компанией. И я тогда реально долго не мог понять, какого чёрта она там делает. — В смысле? — сразу спросил Нахоя. — В прямом. Тогда я думал, что она из тех людей, которые максимум посидят рядом, посмотрят пару раз на драки и исчезнут. — А получилось? — А получилось, что исчезли мои мысли по этому поводу. Нахоя прищурился: — Звучит подозрительно. — А потом я увидел вещь похуже, — Дракен коротко хмыкнул и почесал затылок. Манджиро медленно повернул к нему голову: — Кен-чин. — Чего? — Не продолжай. Нахоя мгновенно перевёл взгляд с одного на другого: — Нет-нет, теперь продолжай обязательно. — Нии-чан… — Ты тоже хочешь послушать. — Хочу. Дракен усмехнулся и снова посмотрел на Майки: — Фудзиморисан тогда показывала какой-то удар. Манджиро прищурился: — Кен-чин. Аяно рядом тихо рассмеялась: — Майки-кун, я тоже хочу послушать. Манджиро тут же повернулся к ней: — Фудзимори? . — Хочу. Он несколько секунд смотрел на неё, после чего недовольно цыкнул и засунул руки в карманы. Дракену от этого стало только смешнее: — Весь день потом слышал одно и то же: «Смотри», «А теперь ещё раз», «А сейчас получилось?», «А вот теперь?» — Я такого не говорил. — Говорил. — Нет. — Говорил. — Нет. — Майки-кун, — Аяно слегка наклонила голову и посмотрела на него с улыбкой, — ты ещё рукав мне дёргал. Манджиро сразу замолчал. Нахоя медленно повернул голову, потом посмотрел на Майки, потом снова на Аяно: — Подождите… Мицуя до этого спокойно слушал Дракена, но теперь взгляд тоже задержался на Манджиро: — Дракен… — Чо? — Только не говори мне. Дракен усмехнулся и кивнул: — Ага. — Что «ага»? — Нахоя уже начинал раздражаться. Мицуя всё ещё смотрел на Майки: — Его удары ногами… Нахоя моргнул. Соя поднял голову. Даже Дракен уже смотрел на Манджиро. — Большую часть этого Майки стащил у Фудзимори-сан. Манджиро молча уставился на Дракена. Нахоя уставился на Майки. Соя уставился на Майки. Мицуя медленно поднял брови: — ЧЕГО?!