Точка столкновения

— Надеюсь, к концерту всё готово? — спокойно спросила Элена, даже не подняв взгляда от планшета. Её голос звучал негромко, но в маленьком кабинете школьного совета этого хватило, чтобы сидящая напротив девушка невольно выпрямилась. Тишину помещения нарушал лишь тихий стук длинных ногтей по экрану планшета да приглушённый шум школьных коридоров за дверью. Элена сидела, закинув ногу на ногу, так уверенно, словно этот кабинет принадлежал исключительно ей. Белоснежная рубашка без единой складки, тёмная юбка идеально по фигуре, тяжёлые часы на запястье и идеально прямые волосы, спадающие ниже плеч — в ней всё выглядело слишком собранным, слишком правильным. Слишком недосягаемым. В лицее Элену боялись больше, чем некоторых учителей. Не потому что она повышала голос. Наоборот. Чем спокойнее становился её тон, тем сильнее окружающим хотелось провалиться сквозь землю. Сидящая напротив Александра Райт уже жалела, что вообще пришла сюда одна. Староста ещё даже не посмотрела на неё, а Алекс уже не знала, куда деть руки. — Слишком долгое молчание, Александра. Элена наконец оторвалась от планшета и подняла взгляд. Холодный. Внимательный. Пугающе спокойный. Александра Райт отвечала за организацию мероприятий средней школы и была типичной отличницей: большие очки, аккуратные косички, идеально выглаженная форма и вечная тревожность в глазах. И всё же назвать её некрасивой язык не поворачивался. Правильный овал лица, тонкие губы, ровный нос и огромные карие глаза с длинными ресницами делали её по-своему очаровательной. Иногда Элене казалось, что стоит Алекс сменить очки на линзы, распустить волосы и перестать сутулиться — половина лицея просто сойдёт с ума. Но Александру, похоже, устраивало оставаться незаметной. А может, ей просто было так спокойнее. — Понимаешь... ребята отказались готовить номера, — наконец тихо произнесла Алекс. Элена медленно склонила голову набок. — И это мои проблемы, Райт? Девушка тут же сжалась ещё сильнее. — Элена, я не всесильна... — Я тоже, Александра. Теперь Элена сидела ровно, отложив планшет в сторону. И почему-то именно это пугало сильнее всего. — Но, в отличие от некоторых, я хотя бы умею решать проблемы, а не приносить их мне. Алекс тут же отвела взгляд. Вот оно. Полное имя. Плохой знак. Когда Элена называла учеников по имени, это означало только одно — её терпение заканчивалось. Несколько секунд в кабинете стояла тяжёлая тишина. Где-то за стеной громко засмеялись ученики, хлопнула дверь, но здесь, внутри, воздух словно стал плотнее. — Тем не менее, — уже спокойнее продолжила Элена, вновь беря в руки планшет, — у тебя есть два дня. Она мельком взглянула на расписание концерта и равнодушно добавила: — Если номеров не будет, я выпущу на сцену тебя. А что ты станешь делать перед полным залом — меня не волнует. Уголок губ девушки едва заметно дёрнулся. Не улыбка. Скорее предупреждение. Откинувшись на спинку кресла, Элена снова уткнулась в экран, всем своим видом показывая, что разговор окончен. И Александра прекрасно понимала: хуже всего было то, что Элена не угрожала. Она действительно могла так поступить.

****

Прокашлявшись, Эдриан неловко переминался с ноги на ногу. Впервые за долгое время он чувствовал себя не хозяином ситуации, а человеком, которого просто вышвырнули в чужую жизнь без права выбора. И, судя по всему, встречать его здесь никто не собирался. Во входной зоне лицея стоял тяжёлый запах старого дерева, дешёвого моющего средства и сырости, въевшейся в стены за десятки лет. Где-то под потолком лениво гудела лампа, а старый вентилятор у окна скрипел так, будто доживал последние дни. За постом охраны сидел пожилой мужчина в потёртой форме, невозмутимо читая газету. Ученики проходили мимо без пропусков, громко переговариваясь между собой, и охранника это, похоже, совершенно не волновало. Эдриан медленно оглядел облупленные стены и потрескавшийся кафель. Серьёзно? После панорамных окон элитного лицея Нью-Йорка это место выглядело как декорация к дешёвому сериалу про трудных подростков. Проведя ладонью по затылку, парень всё же направился к охраннику, натянув привычную обаятельную улыбку. — Доброе утро. Не подскажете... Мужчина нехотя оторвался от газеты и смерил Эдриана тяжёлым взглядом. — Класс? — Одиннадцатый. Но я без понятия, какая группа. — У нас только один одиннадцатый класс, — буркнул старик. — Третий этаж. 308-й кабинет. Он бросил взгляд на настенные часы и нахмурился. — И если хочешь выжить в первый же день — поторопись. Опаздываешь уже на шесть минут. Староста заметит — мало не покажется. — Староста? — переспросил Эдриан с усмешкой. Старик только хмыкнул: — Сразу видно, новенький. Нахмурившись, Эдриан уже хотел спросить, что за странная армейская система тут вообще творится, но громкое тиканье старых часов неприятно ударило по нервам. Чертыхнувшись, парень рванул к лестнице. Перепрыгивая через ступеньки, он быстро поднялся на третий этаж. По коридорам разносился гул голосов, хлопки дверей и чей-то громкий смех. Школа буквально жила своей жизнью. Только вот Эдриан чувствовал себя здесь чужим. Оказавшись возле кабинета 308, он поправил лямку сумки на плече и глубоко вдохнул. А затем, не удосужившись даже постучать, распахнул дверь. — Доброе утро! Класс мгновенно затих. Тишина ударила резко, почти оглушающе. Женщина у доски замерла с мелом в руке, удивлённо глядя на новенького. Ученики тут же начали переглядываться, а по кабинету быстро пополз приглушённый шёпот. Эдриан лениво обвёл взглядом помещение. Старые парты. Потёртый линолеум. Пыльные шторы. Запах мела и дешёвого кофе. Да уж. Это место действительно было дырой. — Тишина в классе! — нахмурилась преподавательница. — Вы...? — Эдриан. Эдриан Стерлинг. Новенький. Женщина заметно растерялась. — Меня не предупредили о переводе, — пробормотала она, быстро пролистывая какие-то бумаги. — Но ничего страшного. Подняв взгляд, она тепло улыбнулась: — Можешь присесть на любое свободное место. Эдриан осмотрел класс внимательнее. Последние парты — заняты. У окна сидела девушка с ярко-зелёными волосами и настолько тёмным макияжем, будто она собиралась не на урок, а на рок-концерт. Второе свободное место находилось рядом с парнем в очках, слишком увлечённым конспектом. Выбор был очевиден. Тяжело вздохнув, Эдриан направился к «ботанику» и с шумом плюхнулся за парту, бросив сумку рядом. Несколько учеников тут же обернулись на звук. — Меня зовут Холли Рич, — тем временем продолжила преподавательница. — Я ваш куратор и по совместительству учитель литературы. Если возникнут вопросы — можешь обращаться ко мне. Эдриан коротко кивнул, уже почти не слушая её. Куда больше его заинтересовал сосед по парте. Высокий. Возможно, даже чуть выше самого Эдриана. Тёмные густые волосы, лёгкая щетина, карие глаза за очками в чёрной оправе и слегка грубоватые черты лица. «Обычный полезный ботаник», — мысленно усмехнулся Стерлинг. Парень поправил сползающие очки и неожиданно протянул руку: — Итан Паркер. Сдержав улыбку, Эдриан пожал её в ответ. — Эдриан Стерлинг. Перевёлся к вам из Нью-Йорка. Брови Итана тут же удивлённо поползли вверх. — Из Нью-Йорка? Сюда? — недоверчиво переспросил он. — Долгая история, — усмехнулся Эдриан. — Потом расскажу. Итан понимающе кивнул и почти сразу снова сосредоточился на объяснениях учителя, будто моментально забыв о существовании новенького. Сложив руки на груди, Эдриан лениво откинулся на спинку стула и ещё раз обвёл класс скучающим взглядом. Похоже, всё действительно было даже хуже, чем он предполагал. И именно в этот момент где-то в коридоре послышался уверенный стук каблуков.