Гонка. Омега среди Альф

Минхо пялился в открытое уведомление и никак не мог заставить себя нажать кнопку, подтверждающую участие. Фактически, сделав это, он нарушает традиции гонки. Ибо он омега, а это не очень… хм… круто. В реалиях его мира деление на альф и омег было даже слишком категоричным. Понятно, что всё это было продиктовано выработанными веками традициями, да и просто различиями в физиологических особенностях. Альфы — это сила, принятие решений, ответственность. Омеги — дом, мягкость, покорность, дети, красота. Но были исключения, такие как Минхо. Родители очень надеялись, что сын будет альфой, — его очень независимый и ершистый характер вроде как не предполагал иного. Обычно будущие омеги были изначально более покладистыми и послушными, готовыми следовать правилам. Однако с Минхо природа или боги решили «немножечко пошутить». Вторичный пол проявился омегой, да ещё и доминантной котей. Вот тут его независимость, и нежелание подчиняться, и внутренняя самодостаточность вылезли в полной мере. Отец, альфа-лев, и мама, омега-гарпия, только переглянулись и вынесли общий вердикт, что им плевать на мнение окружающих и их сын будет заниматься тем, чем хочет сам. Он был им благодарен за такую лояльность и понимание, за возможность делать выбор самостоятельно. Родители же нашли врача, который, не задавая вопросов, выписывал максимально безопасные блокираторы запаха (не вмешивающиеся в гормональный баланс) и подавители, сглаживающие цикл. Пользовался Минхо ими в самых-самых крайних случаях, когда вариантов других просто не было. Здоровье своё он ценил и гробить раньше времени не планировал. Он научился контролировать свой запах, научился не реагировать феромоновыми всплесками на самые эмоциональные ситуации. Ли понимал, что в какой-то момент он должен будет вспомнить, что он омега, хотя бы ради внуков родителям, но пока занимался боевыми единоборствами, стрельбой из лука и огнестрельного оружия, метанием ножей, с удовольствием исследовал пещеры и учился выживанию в дикой природе. Зачем? Сначала было элементарное «ХАЧУ», потом пришло осознание, что могу и буду. А уже на последнем курсе института у него появилась мечта, с которой помочь родители не могли, — сумма на её реализацию нужна была немаленькая, а загонять их и себя в кредитную кабалу Минхо не был готов. Изучая варианты заработать — и быстро, много и законно, — Минхо вспомнил о регулярно проводимых на искусственной планете-полигоне гонках. Приз за первые и вторые места такой, что сумма, причитающаяся каждому участнику, перекрывала запросы Минхо с запасом. Трёхэтапные командные (не менее пяти человек) состязания предполагали прохождение через глухой, почти дикий лес с понатыканными дополнительными ловушками и немаленькими зверушками, пещеры-лабиринты и гонки на крыланах по скалистому ущелью в пустыне. Из всей этой навороченной катавасии Минхо не сталкивался только с управлением крылана (скоростного летающего болида), но, учитывая, что состязание командное, наверняка там точно будет кто-то, кто умел это делать. Обычно команды формировались заранее, и заявки подавались уже от сработавшихся команд. Но в этом году организаторы в последний момент объявили дополнительный набор одиночек. И вроде бы всё для Ли складывалось идеально, за исключением одного «но»… ни разу в истории гонки в ней не участвовал омега. Именно поэтому Минхо кусал губы, крутился в кресле и никак не мог нажать на заветную кнопку «отправить». — Сын, ты занят? — мама просунула украшенную серыми пёрышками голову. — Можем поговорить? — Конечно, — с облегчением, телефон улетел на кровать, принятие решения откладывалось. Стройная, невысокая, стальноволосая и большеглазая, она передала сыну яркую скульптурную красоту. Едва заметная горбинка и запутавшиеся в волосах серые пёрышки, которые в момент любопытства или возбуждения поднимались, образуя своеобразную изящную корону на голове женщины, делали её или более царственно-величественной, или забавно-весёлой, но однозначно придавали дополнительное очарование. Минхо, хоть и был её практически точной копией, но внутренняя омега наложила отпечаток на его черты, сделав глаза кошачьими, нос скульптурно точёным, смягчив хищную резкость, заострив и плотно прижав к голове кошачьи уши. С одной стороны, такая аккуратность и мягкость могла бы выдать в нём омегу, но кошачья натура отразилась в глазах ехидством и глубиной и придала выражение отстранённой холодности. Так что неозвученная легенда про альфу-кота прокатывала на раз. — Почему нервничаешь? — женщина изящно опустилась на кровать, накрыв беспокойные руки сына. — Да вот, — Минхо снова открыл приглашение. — Переживаешь, что тебя раскроют? А давай подумаем, — она по-птичьи склонила голову. — Когда ты заполнял заявку, там была графа про вторичный пол? Нет. В правилах гонки тоже. Значит что? Дисквалифицировать тебя не могут. Если тебя выявят, то они сами виноваты, нигде не прописали про участие только альф. — Да я не за себя, — Минхо запрокинул голову. — Я ведь не один буду в команде. Я переживу, но информация ударит по остальным, другие участники могут остаться без приза, да и вас затронет. Все вокруг уверены, что я альфа, а тут во всеуслышание объявят омегой. — Так, стоп! — пальцы нежно обхватили подбородок, вынуждая посмотреть в глаза. — Детка, ты не о том переживаешь. Ни мне, ни отцу не холодно не жарко от такой популярности. Мы ни с кем твой вторичный пол не обсуждали. Их выводы — это только их выводы, намеренно мы никого в заблуждение не вводили. Просто молчали… - Ли Минхо, — низкий глубокий голос, — ты рискуешь меня очень сильно расстроить. Отец, мощный, с роскошной гривой тёмных волос и тёмными, как у сына, глазами, в упор смотрел на собственного ребёнка. — Я тебя учил не сдаваться, не отступать, и ты всегда следовал этому правилу. Ни разу я не пожалел, что дал тебе выбор жить как хочешь ты, без оглядки на вторичный пол. Так что давай и дальше без этого. Мама права, нам всё равно на слухи, на болтовню вокруг. Делай, как считаешь правильным. Если считаешь, что справишься, — вперёд. — Воу! Муженёк, — гарпия улыбалась до чёртиков по-доброму ехидно, — ты наговорил на год вперёд… я теперь от тебя слова в ближайшее время не услышу? Детка, папа прав, жмякай уже свою кнопочку, и хватит серьёзные разговоры разговаривать. Кстати, — она протянула Минхо ампулы для инъекции и блистер с таблетками, — инъекция — заменитель твоему блокиратору запаха, её хватает на три месяца. Введём прямо перед твоим отъездом и с собой для перестраховки возьмёшь. Препарат не убирает запах полностью, в условиях гонки это было бы странно и даже опасно, он исключает омежью сладость. Проверяла на себе, дозу только меньше делала. Папа возмущался, что его лев в недоумении: видит свою омегу, а чует альфу-гарпию. Отец закатил глаза и что-то пробурчал под нос, под тихое хихиканье жены и сына. — Мам, я же просил не экспериментировать на себе. Гарпия только отмахнулась: — Я не буду давать своему ребёнку непроверенные препараты. В блистере экстренный подавитель. По графику у тебя должно быть всё хорошо, гонка не попадает на цикл, но, учитывая количество альф вокруг, экстремальные условия, — всё может быть. Таблетки растворимые, на языке, принимаются в самый последний момент и отодвигают течку на месяц точно. Для организма не есть гуд, но в качестве разовой акции последствия не столь катастрофические. Очередное «спасибо» проигнорировала, ткнула в руки телефон, напоминая о необходимости отправить согласие, поцеловала в тёмную макушку и вытолкала улыбающегося мужа из комнаты. Уже вечером, за ужином, разговор всё ещё крутился вокруг планов сына, она вспомнила: — А Феликс и ХенДжин знают о твоих планах? — Конечно, — тёплая улыбка Минхо. — ХенДжин, этот бешеный хорёк, поистерил пару дней, поубивался, но так и не убился. И теперь скачет полный энтузиазма, обещая полную и стопроцентную поддержку. А Ликси — это Ликси, он всегда на моей стороне. В общем, они обещали не светиться на планете заранее, всё-таки они достаточно засвечены в медийном пространстве (модели, чтоб их), но на финал приехать обещали обязательно и заобнимать победителя… видимо, даже если это буду не я. Далеко не факт, что я попаду в команду на самом деле, но что-т о там пошло не по сценарию, раз набирают одиночек…