Сила Воли

Шёл второй день пути. Лёгкий ветерок трепетал золотые локоны Джека, и он живым интересом поглядывал по сторонам. Великая Пустыня вызывала у него благоговейный трепет, но, тем не менее, он видел, что в ней течёт жизнь, то и дело просачиваясь наружу. Маленькие мышки-полёвки ловили навозных жуков, которые с удовольствием катали шарики верблюжьего навоза. Между барханами катались сухие шары «перекати-поле». Солнце начинало потихоньку подходить к горизонту, обозначив вечер. Тут из раздумий Джека вывел свист. Это главный погонщик приказал основать лагерь. Караван резко остановился. Сэм вытащил флажок и воткнул его в песок, обозначив место их ночной стоянки. Люди и верблюды начали стекаться к этому флажку, и погонщики верблюдов начали развязывать свои тюки. В лагере сразу закипела работа: кто-то ставил котелки для еды, разводил костры. Другие натягивали палатки, наливали воду и давали пищу верблюдам. Джек тоже не сидел без дела. Взяв в руки верёвку, он натягивал палатку. С другой стороны отец вбивал колышки. Когда палатка была готова, Джордж подошёл к верблюду и, достав из тюка кусок вяленого мяса, отдал сыну со словами: — Эй! Джек, отнеси-ка это к поварам, не забудь принести наши две жестяные миски. Мальчик взял свёрток с мясом и побежал к месту, где развели самый большой костёр. На нём стоял казан, в котором одна из женщин растапливала верблюжий жир. — Ой, солнышко моё, давай сюда свёрток! Как видишь, весь караван скидывается пищей, и мы готовим общий плов. В эти суровые времена всегда такие проблемы с едой! — На секунду скорчив грустное лицо, женщина почти сразу снова стала весёлой и, выхватив из рук Джека свёрток и две жестянки, пританцовывая, пошла к столу нарезать овощи. — мальчик, подходи через полчаса! — крикнула она, уже не оборачиваясь, увлёкшись нарезкой и насвистывая какую-то весёлую песенку, знакомую только ей. Поняв, что в ближайшие полчаса ему нечего делать, Джек побрёл по лагерю, то и дело подпинывая перекати-поле, словно это был мяч. Там и тут люди располагались в своих палатках, кто-то играл в карты, а кто-то, достав укулеле, наигрывал мотив какой-то то ли грустной, то ли весёлой мелодии. Парень, который играл, увидел Джека и подмигнул ему. Смутившись, Джек повернулся и побежал к отцу. Между тем главный погонщик Сэм подошёл к Джорджу и сказал: — Ну что, Джордж, мы неплохо движемся. Ещё четыре дня, и мы будем в Каменоломне нашего клана. Каменоломня находится в центре пустыни. Там мы пополним запасы воды, закупим и продадим необходимые товары и продолжим путь к Эйбу. После каменоломни начинаются опасные земли, там уже властвует Клан Золотого Меча. Нам точно стоит быть настороже, и если не случится никакой беды, мы сможем неплохо выручить за наши товары, когда доберёмся до пункта назначения! — Да, Сэм, — ответил Джордж, — если не случится беды... — Грустно улыбнувшись, Джордж перевёл взгляд с Сэма на подошедшего Джека. — Ну что, сын? — отец вопросительно посмотрел на мальчика. — Отец, еда готовится, мы можем подойти за своими порциями через полчаса! — Оу, в таком случае я пойду, пожалуй, вздремну в свою палатку. Джек! Толкнёшь меня, когда будет готово? — и, переведя взгляд на Сэма, Джордж слегка поклонился ему. Сэм ответил на поклон поклоном и сказал: — Приятного вечера! — Развернувшись, он пошёл дальше в обход своего каравана. Джек же, посмотрев сначала на удаляющегося Сэма, перевёл взгляд на отца и ответил-таки на вопрос: — Да, пап, конечно... Через полчаса приятный аромат разнёсся по лагерю, и он вновь ожил. Люди стучали ложками по своим жестяным мискам, поедая плов... Потом ещё кто-то затянул пару песен, хлебнули пару глотков рисовой водки из своих фляжек, и все разбрелись по своим палаткам. Лишь пара часовых и Сэм остались охранять сон лагеря. Позже их сменили Джордж и другие ребята. Джек же давно сладко сопел в отцовской палатке, уперевшись носом в какой-то тюк.. Так прошла ночь в Великой Пустыне. --- — Отец! — Джек, приподнявшись в седле и расправляя плечи затёкшей спины, посмотрел на Джорджа. — А что это за Клан Призраков? Почему их никто не видел? — Жара в полдень была невыносимая, и люди заметно устало двигались по горячему песку. Ещё два дня пути было позади. Джордж, стерев пот с лица рукавом правой руки, ответил: — Не знаю, сын мой. Говорят, их мало кто видел. По слухам, они живут на востоке, за Высокими горами, где расположены плодородные земли. Говорят, что они не испытывают нужды в еде, как жители мира по эту сторону гор. Оттуда никто никогда не возвращался, и они стойко охраняют эту тайну. К восточной границе Великой Пустыни вообще мало кто рискует ходить. К тому же они славятся как искусные воины и нападают только в темноте. — Но неужели Торговый Клан не может собрать большую армию и пройти на ту сторону? Если плодородной земли много, тогда бы её хватило на всех, и народ Великой Пустыни перестал голодать... — Я слышал, что Клан Золотого Меча пытался так делать, но ущелья, через которые можно пройти горы, встретили их градом стрел. Половина отряда умерла там же, а другая половина..... На этих словах Джорджа перебил свист главного погонщика. Отец и сын устремили взор туда, куда показывал Сэм, который находился от них метрах в пятистах. Но то, что обеспокоило главного погонщика, находилось за барханом. Схватив на всякий случай свою катану с верблюда, Джордж побежал за Сэмом и другими погонщиками. Взволнованный Джек спрыгнул с верблюда и, взяв его за поводок, занял место отца. Он вёл своего верблюда в составе каравана на гребень бархана. То, что предстало его взору, было кошмарно: Сразу за барханом произошли последствия какого-то жуткого побоища. Весь песок был окрававлен и взрыхлён от следов. Там и тут валялись обрывки одежды и много трупов. Были и живые люди. Отец, нагнувшись над каким-то человеком без ноги, пытался напоить его из фляги. Сэм и другой погонщик перевязывали другого бедолагу. Ему явно пришлось несладко. Судя по всему, у него были раздроблены конечности, они неестественно свисали с тела, и на запёкшемся от крови лице было видно, что человек уже не понимает, что с ним. Подойдя ближе к отцу, Джек услышал, как хрипя, безногий повторял: «Мародёры, мародёры, мародёры... они отняли всё, что у нас было! Они оставили нас тут умирать, мародёры, мародёры!» Отец, прижав ладонь ко лбу человека, пытался его успокоить, но безногий словно не видел его. К Джорджу подбежал Сэм и сказал: — Похоже, живых только двое, остальные мертвы. Наш парень сказал, что на их караван напали мародёры. Он говорит, что караван принадлежал Торговому Клану. У них было мало крепких вооружённых мужчин, и они не смогли дать отпор этим разбойникам. К сожалению, большего мы не смогли узнать, он, похоже, умер... — Этот бедняга тоже много не расскажет, — произнёс отец, — он явно в бреду. — М-да, без ноги и в бреду... мы не сможем его взять с собой, — задумчиво прошептал Сэм. — У нас и так не хватает еды. Сэм и отец переглянулись, и тогда, всё поняв, Джордж поднялся на ноги, подошёл к Джеку. Обняв его за голову, он скрыл от его взора безногого и Сэма. Послышался хрип и глухие удары по песку. Через полминуты Джордж отпустил Джека и, взяв поводок, повёл верблюда к уходящему каравану. Возле безногого стоял Сэм с окровавленным ножом; вытерев его о кусок тряпки, найденной тут же, он вставил его обратно в ножны. Безногий не подавал признаков жизни, лишь только багровое пятно окровавленного песка увеличивалось в размерах возле его шеи. Ужас в глазах мальчика сковал его тело и не давал двинуться с места. Погонщик улыбнулся с грустью и сказал: «Пойдём, Джек! Нам пора». — И, дождавшись, когда мальчик кинулся бежать к отцу, развернулся и пошёл догонять свой караван... Так Великая Пустыня впервые познакомила Джека со своей жестокостью... В этом мире людям было незачем тратить свою энергию на чувства, когда этой самой энергии не хватало на выживание. Жестокость и голод толкали людей на жуткие преступления, и жизнь другого человека не была ценной монетой.