Ещё одна история про дракона

      Сердце разрывалось на осколки. Опять, все повторяется по кругу из раза в раз. Дракон обязан защитить мир от Пустоты, а тот всячески старается ему помочь в этом. Но все заканчивается одинаково. Разве у дракона нет души? Разве еще не могут разрывать боль и отчаянье? Разве ему может быть все равно?       - Меня назначили главой порта Крэйт, - сконфужено и стыдливо говорил голос из далеких воспоминаний, - я согласился.       - Серьезно?! Как ты мог согласится?! – кричал кто-то рядом, но этот голос существует лишь в воспоминаниях, - ты же знаешь, без тебя план не осуществить!       - Так вот чего ты так бегал? Выслуживался для назначения? – презрительно сказал кто-то еще. Астерот точно знал эти голоса, но сердце разрывалось от боли. Он их больше не услышит.       - Это право человека, - холодно раздался его собственный голос, - он сделал выбор. Для человека естественно не желать сталкиваться со смертельной опасностью.       Дракон резко открыл глаза и сразу понял, что задремал. В последнее время прошлое все чаще посещает его, что неизбежно привело к кошмарам о прошлом. Астерот с силой зажмурился, прогоняя остатки сна. Прошлое осталось в прошлом. Тем временем он почувствовал тепло на плече и заинтересовался его источником. Вечер выдался прохладным и, похоже, особенно для ученого, который задремал, используя дракона как подушку и грелку.       Феньхэ была внимательным извозчиком и понимала, когда время говорить, а когда стоит позволить пассажиром побыть в тишине. И сейчас она молча жевала сушенные фрукты, следя за дорогой и лишь иногда погоняя лошадей. На этот раз за ними никто не гнался, поэтому они могли позволить себе не спешный темп. Астерот придержал Орена, чтобы уложить его на кресло и достал плед, которым укрыл ученого, а сам пересел на сидение к окошку, ведущему к извозчику.       - Не спится? – понизив голос, но все так же задорно и улыбчиво поинтересовалась Феньхэ.       - Драконы мало спят, - ответил Астерот, выглянув в окошко.       - Удивительные вы создания, - кивнула женщина, - а все драконы обладали теми же способностями, что и Вы?       - Все, - кивнул Астерот, - Эфир един, и силу я черпаю из него.       - Понятно, - кивнула Феньхэ, придерживая поводья, - почему Вы решили уйти в горы? Неужели наш мир так скучен?       - Он очень разнообразен. Но я не его часть.       - А мне кажется, это не так, - ответила Феньхэ, - и Эфир, и Пустота, будь она не ладна, это все часть нашего мироздания, и вы его часть, просто более редкая и другая.       - Может так, - не стал отрицать дракон, - возможно мне просто хотелось побыть одному.       - А вот это очень по-человечески, - улыбнулась красавица, и дракон с любопытством поднял на нее взгляд, - пережив что-то тяжелое, многие стремятся закрыться от мира. В легендах всегда пишут «дракон остановил Пустоту», но никогда не рассказывают о том, как это было. Но битва с таким опасным противником не могла быть легкой, верно?       - Верно, - кивнул Астерот, - нас было пятеро. Остался я один.       Он говорил это буднично и легко, но Феньхэ успела приноровится к стилю общения Белого дракона и понимала, что на такие откровения тот идет крайне редко, а значит сейчас он скорее всего переживал в душе бурю.       - Они стали героями, - тихо сказала она, - я была бы горда отдать жизнь за то, чтобы остановить эту мерзость и помочь единственному шансу на спасение.       Астерот молчал, глядя на уносящих их вперед лошадей. Пейзажи неспешно сменялись сумерками, а небо наполнялось всевозможными оттенками.       - Спасибо, - наконец сказал дракон, продолжая любоваться дорогой.       Феньхэ только бросила на своего пассажира беглый взгляд, после чего печально улыбнулась и неловко сказала.       - Не за что, обращайтесь в любое время.              

***

      В столицу они прибыли уже ночью, но искать гостиницу у них не было необходимости, поскольку они направились сразу во дворец. Феньхэ удивлялась не долго, скорее всего она подозревала, по какой причине дракон и ученый неожиданно решили направится в столицу, которая находилась в противоположной стороне от Пустоты. Столица Лунгар тоже находилась у побережья, но, поскольку здесь горный хребет уже набирал ощутимую высоту, она находилась на значительной возвышенности и спуститься к набережной было не простой задачей. Так же из-за хребта в море было достаточно много рифов, поэтому единственной, что отплывало от берега – небольшие лодки, свет фонарей которых сейчас были рассыпаны в чернеющих очертаниях моря точно рыжие звезды в небесах. Благодаря возвышенности, столиц не боялась наводнений, поэтому в отличие от того же Крэйта, дома стояли на земле, но за сет тех же перепадов высоты, все улицы были сплошными лестницами. Одно и то же здание с одной стороны могло иметь всего одну этажность, а с другой уже три этажа. Даже центральная улица, по которой шествовали парады во главе с императором, представляла собой резкий склон под довольно большим углом. Если вы обронили на этой улице фрукты, даже не надейтесь догнать их бегом по склону. И ко всему прочему это была одна из немногих улиц по которой хотя бы могла проехать повозка.       Тем ни менее все кричало о том, что этот город был столицей. Помпезность зданий резьба по красному дереву, изогнутые крыши с зеленой черепицей, украшения, флаги с изображением дракона украшающие главные улицы. Даже сама дорога была вымощена из дорогого камня, и ежедневно тщательно убиралась. И в городе не было бедняков, по одной простой до нелепости причине. Пустота пожрала половину населения Лунвея, поэтому найти свое место под солнцем оказалось проще. Император стремился развивать армию, ведь другие страны уже косо посматривали на его отважные в своем сопротивлении земли, поэтому любых бедняков он сразу забирал либо в войска, либо на каменоломню. Калека или старик, подходящая работа найдется, но без дела сидеть на улице и попрошайничать точно не удастся. В некоторой степени это было наказание для тунеядцев, надеющихся, что государство обязано их обеспечивать, пока они заливают свои глаза в ближайших тавернах. Разумеется, подобное можно было встретить только в крупных городах, и на границе с бедностью бороться было сложнее, но благодаря подобной политике на улицах главных городов и конечно же столицы, гости бы никогда не встретили бедняков. Нет работы? Тебе ее найдут, но понравится она тебе или нет, это уже никого не касалось. Императору некогда было церемонится и бороться более щадящими методами. С одной стороны, его страну сжирала Пустота, с другой подпирало море, а с оставшихся голодными хищниками смотрели «дружественные страны». То, что страна до сих пор не была в пылу войн и голода, являлось заслугой императора и его предшественников. Во истину, тяжелые времена, порождают сильных личностей. Маленькая, но отважная Лунвей боролась за выживание любыми доступными средствами.       Именно поэтому Астерот, при своем хорошем отношении к императору, не хотел получать от него «приглашение». Дракон прекрасно понимал, что только глупый правитель не воспользовался бы тем, что в его чертогах проживает порождение Эфира, дабы лишний разок припугнуть недругов. Но Астерот хотел лишь прогуляться с Ореном до Пустоты и не отягощать их путешествие политическими играми. Он прекрасно понимал ход мыслей императора и даже оценивал его как мудрого и сильного правителя, но точно так же понимал, что дружбе в политике нет места. Астерот мог отказаться, но зачем лишний раз обращать к себе взор сильных мира сего, и усложнять свой путь в дальнейшем. Император наверняка хотел просто убедиться, что дракон все еще не принадлежит политике и лоялен к человечеству, а возможно решил поинтересоваться о Пустоте, поэтому куда проще было отклонится от маршрута и навестить Его Высочество. К тому же, если и Астерот имел право не подчиниться, то у Орена, государственного ученого, такого же права не было. Даже будь он простым жителем, он все еще был обязан подчиняться императору, а отказ мог привести к куда более серьезным проблемам для молодого человека.       В политике всегда все сложно, поэтому дракон хотел преодолеть путь тихо, а когда был обнаружен, желал сбежать до того, как «привет» от императора достигнет его официально.       К их приходу готовились, поэтому стража, только завидев дракона в темноте, без лишних слов пропустили повозку. Будь это кто-то другой, они бы сначала все тщательно досмотрели или потребовали посторонних остаться за воротами, но как Астерот не хотел обижать императора своим отказом, так и тот не желал обидеть дракона недоверием.       Дворец состоял из двух комплексов, внутреннего и внешнего. Каждый комплекс состоял из главное здания и прочих, имеющих каждое свое назначением. Внутренний же состоял из Дворцовых покоев императора, гарема и дворцов, принадлежащих самым важным личностям государства, среди которых были сестра императора и вдовствующая императрицы. Внешний дворец так же условно подразделялся на три зоны, одна из которых была связана с государственными делами, вторая собирала в себе все бытовые отрасли, а третья полностью отдавалась гостям и находилась ближе всех к внутреннему дворцу. Именно туда и отправили Астерота с его попутчиками. Если Орен отнесся к этому довольно равнодушно, то Феньхэ с трудом скрывала восхищение и держала себя в руках.       Когда они подъехали к гостевому дворцу, то путь для девушки закончился, поскольку ее как извозчицу попросили отвезти повозку в гостевую конюшню, а Орен и Астерот прошли в само здание. Особенно о нем и нечего было сказать, ожидаемо помпезное и изысканное, демонстрирующее богатства страны. Скорее всего у самого императора покои были куда скромнее, но куда важнее было показать врагам, что маленькая странна уверенно стоит на ногах. Картины, вазы, прочие изыски, император знал, как бросить пыль в глаза.       Дракон и Орен не успели осмотреть и одной залы, когда тяжелые двери отворились вновь.       - Астерот! Наконец-то ты выполз из своей пещеры? – император радушно заулыбался.        Это был высокий статный мужчина в расцвете лет. Он никогда не был белоручкой, прошел битвы на ровне со своей страной, не спал ночами во времена бедствий и положил здоровье на спасение родины. Это все можно было сказать, всего раз бросив взгляд на величественную фигуру. Но тяжелые времена так же выработали в нем твердость и строгость характера, что было слышно во властном голосе, даже если мужчина попытался начать разговор непринужденно. В одну реку дважды не войти.       - Ваше Величество Лун Шен, - кивнул в ответ Астерот, рассматривая старого друга, как будто они не виделись вечность. Император изменился, но дракон все равно увидел в нем оттенки только вставшего на престол молодого человека. Уже тогда он казался храбрым и уверенным в себе человеком, а теперь феникс гордо расправил крылья и укрыл ими свою маленькую родину, уверенно оберегая ее от напастей.       - Брось это, - отмахнулся император, только бросив взгляд, на поклонившегося по правилам Орена, - вот значит, кто вытащил тебя оттуда? Давай дадим твоему другу отдохнуть с дороги.       - Мы выспались в дороге, - отмахнулся дракон, - если дело касается Пустоты, то лучше его оставить.       - Вот как, - не стал спорить император, проходя вперед и усаживаясь за стол, как будто сейчас они где-то в полях, а стол кострище у которого собрались солдаты, - как хочешь, пусть остается. Как его зовут то хоть? Или немой? А судя по рассказам стражей, он уже договорился, - император засмеялся, с хитрым прищуром поглядывая на молодого человека, - довел бедную девушку до ночных кошмаров одной фразой, лихо!       Орен не стал это никак комментировать и просто прошел следом за Астеротом, при этом снова притворяясь статуей.       - Его зовут Орен, он ученый, - сказал Астерот, отпивая из небольшой чарки.       - Верно, - кивнул император, разумеется, прекрасно зная о том, кто сопровождает дракона, - а ты ничуть не изменился. Расскажи хоть, как твои дела? А то заперся на несколько лет, ни слуху, ни духу.       - Ты не за этим меня позвал, - ответил дракон, принявшись за еду, не обращая внимание на то, что Орен и император все еще не ели.       - С тобой всегда так тяжело вести разговор, - покачал головой император, - но ладно, по делу сначала поговорим, а потом уже о личном. Ты ешь, - он повернулся к Орену, после чего и сам взял тарелку, - я не травлю своих гостей.       - Он не хочет тебя оскорбить, - заступился за ученого дракон, - ты император.       - Верно, только ты всегда со мной говорил на равных, - вздохнул Лун Шен, - и… - его взгляд помрачнел и наполнился глубинными воспоминаниями, - нет. Начнем не с дел, - он взял чарку с вином и поднял ее над столом, - для начала выпьем за тех, кого более с нами нет.       Взгляд дракона так же наполнился печалью. Молча он долил вина в чарку и поднял ее над столом, как это сделал Лун Шен. В полной тишине они одновременно испили их до дна, после чего поставили на стол. Еще пару секунд оба сохраняли тишину, после чего император заговорил снова.       - Ты и так понимаешь, что меня волнует с твоим появлением. Ты ведь спустился не потому, что Пустота вернулась? – император поднял тревожный взгляд на дракона.       - Нет, - уверенно ответил тот, - Орен пришел ко мне и просил помочь в исследовании. Он хочет изучить ее как можно ближе, но ты сам понимаешь, человеку не справится в непосредственной близости. Пустота заперта, но все еще остались призраки, которые могут бродить в ста метрах от Стены.       - Отважно, - кивнул мужчина сам себе, при этом снова бросив взгляд на молчаливого ученого, - если он до тебя даже добрался, может у нашего мира наконец-то появилась надежда?       - Может. Ты остановил нас на пути к границе.       - Извиняюсь, - засмеялся император, - но сам бы ты ко мне не пришел. Орен, - мужчина вновь обратился к ученому, - почаще ругай его! Пускай не забывает навещать меня хоть иногда. Единственная отрада средь множества дел, встретиться со старым другом. Выпьем, - император вновь налил чарки.       - Почему ты ничего не делаешь с культом пустоты? – поинтересовался дракон.       - Ну, ребята сумасшедшие, но пока их ловить не за что. Но на самом деле они вызывают у меня некоторую настороженность. Они взялись из неоткуда и очень быстро набирают последователей, но по существу ничего не делают. Такое чувство, что это один большой отвлекающий маневр, но сколько бы мы не расследовали это дело, я никак не могу понять, от чего они отвлекают. Мы перешерстили черные рынки, но там эти чудаки даже не появляются. Проверили их связь с Заргэнумом, но опять пусто. Бдительнее стали следить за границей, но при своем восхвалении Пустоты, в ее окрестностях они не появляются. Я слышал, вы с ними уже пару раз встретились лично, что думаешь?       - Они хотят пробудить Пустоту, - наконец-то заговорил Орен, - и, видимо, они знают, как это сделать и ищут это. Толку плясать возле границы, если там можно только попасться призракам и стражам?       - Интересно, - задумался Император, - но в чем выгода? Зачем им ее пробуждать? Пустота не подчиняется, и их же самих сожрет.       - Если я правильно понял их кривую пламенную речь в порте, - продолжил Орен, - они считают, что поглощение Пустотой не смерть, а перерождение. Или вроде того.       - Психи, - фыркнул император, - но пока они только набирают последователей. Даже статую они разбили впервые. Уж не планируют ли они массовое жертвоприношение?       Орен и Астерот лишь пожали плечами. Даже их предположение оставалось только таковым, ведь о своих намереньях сами культисты не говорили. Может быть они желали возрождения Пустоты, но не собирались ничего предпринимать.       - Найти бы повод начать на них облаву. Стражи уже присматриваются к ним, но эти ребята довольно шустрые. Непонятно откуда берутся и куда потом пропадают. Ладно, о делах поговорили, а теперь, - император снова разлил вино по чаркам, - давайте напьемся как следует! За встречу!