Не прячься от себя

      Брюнет наконец понял, что к чему, и пренебрежительно посмотрел на Итэра.       — Что? Нахуй тебе нас фоткать?       — М… Итэр, ты яойщик, что ли? — задумчиво произнёс Кадзуха.       — И-извините, парни! Это надо для одного проекта… Там надо сфотографировать пару! — он неловко отвёл взгляд. — Простите за неудобство… Мне показалось, что вы бы выглядели неплохо.       — Пиздец, а ты разве не Фишль с Кадзухой фоткал? Да и с хуя ли мы пара, блять? Ты попутал?       — Ну-ну, всё хорошо, мы не против. — беловолосый с улыбкой подошёл к брюнету и приобнял его рукой. — Давай, фоткай.       Скарамучча был весьма агрессивно настроен. Но он стал ещё более злым от того, что Кадзуха согласился.       — Э, блять, ты ахуел?! — тот вырвался из его рук и немного отошёл. — Я против!       Кадзуха застыл, немного ошарашенный таким поведением. Но злой паренёк как будто с цепи сорвался — так недовольно и громко кричал.       — Всё, я ухожу! — он повернулся к Моне. — Прости, дорогая, но я домой.       — Чт-… Ну… — она особо и не знала, что сказать. Единственное, что она могла сейчас делать, — это поражаться всем этим событиям.       А Скара же с самым большим недовольством засунул руки в карманы и, сгорбившись, пошёл подальше от них.       — Зря я это предложил… — длинноволосый почувствовал себя виноватым и даже стал мысленно ругать себя.       — Итэр, всё в порядке, не вини себя. — спокойно сказал староста, положив руку тому на плечо.       — Мм… По нему и не скажешь. — блондин с печалью посмотрел в след Скарамучче. Кадзуха глянул туда же, куда и Итэр. После он тяжело вздохнул и, также смотря в спину парня, сказал:       — Я, пожалуй, за ним… — он повернулся назад и, замечая там Мону, продолжил: — А ты иди, Фишль сейчас нужна компания.       — Хорошо… Если что, напиши потом, как он, окей? — она отвела взгляд. — Ну, если он мне не напишет…       — Ага-ага, пока.       С этими словами блондин мигом направился в сторону Скарамуччи. И вот теперь Кадзуха был один, без посторонних глаз. Сейчас он мог не притворяться и был просто в шоке. Парень не хотел обидеть друга… Лишь сфоткаться, просто Итэру помочь… Что плохого?       — «Блять, я еблан нахуй.» — блондин чувствовал себя тошно, а вина как будто глодала его сейчас.       Затем с небольшим беспокойством он ускорил шаг, чуть ли не переходя на бег. А сам синеволосый сейчас шёл по тротуару и проклинал сегодняшний день. Он надеялся, что хотя бы сегодня проведёт время нормально, с Моной. Но этот Кадзуха и вся эта компания попортили ему весь день. Ещё и Итэр этот… Захотел сфоткать их как пару. Как пару, блять! С какого перепугу их вообще можно рассматривать в таком ключе?!       — «Ну и день, блять. Просто праздник какой-то…»       Парень плюнул в ни в чём не повинный тротуар и пошёл дальше, не замечая, что за ним идут. Сегодняшний день был слишком странным… Возможно, дело в том, что это был первый день с новыми знакомствами. Единственное, что ему сегодня нравилось, — это внимание Моны. Этот Кадзуха… Он сегодня слишком многое себе позволял. Скарамучча всем своим видом показывал, что он ему не нравится, но этому кретину как будто было плевать.       — Эм… Скарамучча?       Вдруг низкий голос за спиной заставил того выйти из мыслей и резко повернуться к тому, кто был сзади.       — …Не лезь ко мне, мне и так тошно. — парень надел капюшон на голову и ускорил шаг.       — Да постой! Я же просто хотел Итэру помочь!..       Кадзуха пошёл за брюнетом, стараясь хоть как-то поговорить с ним. Странное это чувство… беспокойство. Какая ему разница, кого он обидел? Но перед ним был Скарамучча… Почему-то именно из-за него Кадзуха чувствовал себя странно. Может, это всё какая-то страсть? Но выходить из этого состояния он не хотел. Блондин впервые чувствовал, что ему нужно обязательно извиниться из-за такой мелочи.       — Погоди, Скарамучча! Пожалуйста, постой!       Какое-то время недовольный просто шёл к своему корпусу. Но не в силах и дальше терпеть эти до невозможности настойчивые слова Кадзухи, тот агрессивно вздохнул и остановился. Повернувшись к парню, он выкрикнул:       — Да что тебе надо?! Тебе какое дело до меня? — он смотрел ему в глаза, а злость кипела в нём как в чайнике.       Глаза Кадзухи расширились от такого резкого крика. Парень даже вздрогнул. Неожиданно… Он сглотнул и спокойно сказал:       — Давай успокоимся и поговорим, пожалуйста. — немного погодя он нервно выдохнул. Староста медленно, будто боясь спугнуть его, стал подходить ближе к темноволосому. Скарамучча тяжело дышал, глядя на того, ибо всё это давило на него, а сам парень хотел побыть один.       Так как брюнет до сих пор уравнивал дыхание от недавнего крика, он сначала ничего не мог ответить. Но затем глубоко вздохнул.       — Хах… Поговорим? О чём?       Синеволосый смотрел ему прямо в глаза, словно глядя не на Кадзуху, а в его грешную душу. Блондин подошёл ещё ближе, уже находясь в достаточно близком для разговоров расстоянии. Вздохнув, он сказал:       — Мм… о произошедшем? — он сделал небольшую паузу. — Ха-ах… На самом деле без понятия. Я просто уже и так понимаю, что тебя обидело… Но я не ожидал такой сильной реакции и—       Как будто устав говорить, он тяжело вздохнул. — …Я просто хочу извиниться.       Эти слова он буквально выдавил из себя. Ему всё ещё было неловко и даже стыдно. А от того, что парень смотрел в глаза, становилось ещё хуже. Было ощущение, словно его сейчас что-то раздавит. Некоторое время пристального взгляда в глаза Скарамучча вздохнул и отвёл взгляд. Кажется, он даже немного остудил свой пыл.       — Ну… Ты какой-то странный. Ты… — брюнет сделал какую-то паузу, словно пытаясь что-то сказать. Но он как будто не смог и поэтому снова отвёл взгляд. — Не важно. Ты просто меня нервируешь, я хочу спокойной жизни.       Синеволосый опять посмотрел на него с несколько отчаянным и в какой-то степени недовольным взглядом.       — …Просто оставь меня.       С этими словами он опять направился в корпус. Сейчас Скарамучча знал одно: он явно не настроен с ним дружбу водить.

…

      Словно сокрушённый, Кадзуха просто смотрел, как его друг уходит. В корпус нельзя, а всех остальных разогнал… наверное, это знак, чтобы тоже побыть одному. Обычно возле блондина постоянно кто-то кружился, а теперь он стал полностью один. Тяжело вздохнув, парень перевёл взгляд на ворота, а после решил пойти обратно.

***

      Немного погодя Скарамучча зашёл в здание и забрал с вахты свой ключ. После он переобулся в специальной комнатке и направился вверх по лестнице. Синеволосый довольно быстро поднялся, идя по синим коридорам на второй этаж. Где-то в общем зале общаги сейчас находилась компашка парней, и они что-то вместе делали. Но брюнета это не сильно заботило, поэтому он просто дошёл до своей двери. Затем, повернув ключ, зашёл в комнату.       — «Оххх… какой же сегодня плохой день.»       Парень снял с себя толстовку и повесил её на крючок у стены, а сам дошёл до своей кровати и упал на неё. Потянувшись в кровати, он словно распространил скопившееся напряжение по всему телу, делясь с покрывалом. Потом просто стал лежать на животе. Немного погодя Скарамучча перевернулся на другой бок и засунул руки за голову, а ноги согнул в коленях. Одну из них он закинул на вторую. И с хмурым лицом смотрел в белый потолок и думал о сегодняшнем.       — «Мм… А ведь мне на самом деле особо и не на что злиться. Этот белобрысый вроде бы напротив, добренький такой, даже извинился не раз… Так почему он меня так злит?» — он вздохнул и повернулся на бок. — «Может, дело действительно во мне?..»       Скарамучча сейчас явно не был в восторге от того, что у него так много было мыслей о Кадзухе.       — «Я слишком много о нём думаю. Вообще, что там с Моной… Я же просто оставил её там одну, некрасиво с моей стороны. Блять…»       Парень хотел было достать телефон, но вспомнил, что он находится в худи на крючке.       — Мне лень вставать. — он даже и не желал сейчас контактировать с кем-то из них, ведь его уже достало всё.       Брюнет агрессивно вздохнул, ведь тут ещё и Мона. Да почему такая ересь вообще происходит?! Вот тебе и первый учебный день. Парень закрыл глаза и вздохнул, задумавшись о своём. Но резкий стук в картонную дверь заставил его встрепенуться. От этого Скарамучча мигом сел на кровать, будто и не лежал.       — Кто там? — резко спросил он.       Дверь открылась, а в комнату вошёл тот самый тёмно-малиновый пацан, который так в наглую сегодня днём припёрся в его комнату.       — Привет, Скара! Мы тут играть будем в «правда или действие». Ты с нами?       — Без девчонок? — его тембр голоса звучал как-то пренебрежительно и в какой-то степени недовольно.       — Ну да, а это разве так важно? — Хэйдзо вздохнул и немного изогнул брови вверх. — Ну не ломайся! Будет весело, отвечаю!       — Ну хз… — брюнет недовольно отвёл взгляд, не особо радуясь такой перспективе. Для него словно наличие девушек в подобных играх играло значительную роль, ведь как он считал, иначе это скучные игры для педиков.       — Как надумаешь, выходи! Через десять минут начнём.       — Ну ок…       Хэйдзо вышел, а Скара вновь остался один в комнате. Недавно он думал о том, как его всё достало… А сейчас он думал, идти играть или нет. Интересные перемены.       — Правда или действие, и без тёлок? — задумчиво бубнил тот. — Бляяять, да это как будто круг педиков. Ну, а с другой стороны…       Он задумался о том, что, наверное, ему не помешает отвлечься. Быть может, его настроение хоть немного поднимется. Недолго думая, он поднялся и подошёл к шкафу. Парень достал оттуда какую-то чёрную футболку с белым принтом в виде руки со средним пальцем и тёмно-синие широкие шорты до колена. Он быстро переоделся в данный наряд и вышел к ребятам.       Это была такая комнатка: синие стены и светлый пол, стены украшали различные картины. Вокруг стояли то диванчики, то креселки какого-то кремового цвета. А также пара разноцветных пуфиков. Как назло, все они были заняты, и парню оставалось только место на одном из диванов. Нахмурившись, тот прошёл дальше и уселся на него. Скрестив руки на груди и закидывая ногу на ногу, он выглядел хмурым и недовольным. Так, словно он не хотел приходить, но его заставили.       Как только Хэйдзо увидел такую персону, то улыбнулся и сказал:       — Отлично, теперь Скарамучча с нами! — он перевёл взгляд на тех, кто сидел там. — Итак, что получается… Я, Скара, Тигнари, Сайно, Син Цю, Венти и Чун Юнь?       Парень с бледно-голубыми волосами и в белых шортах, а также с голубой футболкой сейчас сидел на красном пуфике. Его звали Чун Юнь. Блондин сидел, облокотившись на ручку, а у него на коленях сидел ещё один парень. Его звали Син Цю — у него были тёмно-синие волосы, и он ел фруктовый лёд. Сам же синеволосый был одет в огромную синюю футболку с белым принтом, которая была словно платье, и в чёрные еле видные шорты. Рядом с ними сидел ещё один молодой человек с чуть более тёмной кожей, чем у остальных. Его фиолетовая пижама казалась почти чёрной, напоминая костюм шамана или лисы. У него были белые волосы, а звали его Сайно.       На соседнем пуфике расположился парень с тёмными волосами и бирюзовыми косичками. Он был в мятно-белой футболке и зелёных шортах до середины бедра.       Напротив Скарамуччи сидели Хэйдзо и Тигнари. Последний имел тёмные волосы с салатовыми прядями по бокам и на чёлке.       В то время как все сидели плюс-минус рядом друг с другом, сам брюнет сидел на диване в гордом одиночестве. Тигнари выглядел спокойным и глядел на говорящего, как и все остальные. Венти что-то искал в телефоне, а Сайно просто лежал со скрещёнными руками и чуть ли не спал.       — Ха-ах… — специально громко зевнув, произнёс темнокожий. — Ну что, все собрались? Я же щас засну к хуям…       — Раз ты так устал, то давай начинай сам! — звонко сказал женовидный пацан с косичками.       — А, так уже всё? — Сайно ещё раз зевнул и, потянувшись, направил свой взор сбоку от себя. — Та-ак, с кого бы начать…       Парень оглядел сидящих неподалёку Венти, Хэйдзо и Тигнари. — Точно! Нарик, давай ты!       — Оххх, нет… — ушастый тяжело вздохнул, отводя взгляд.       Тигнари был из тех, кому приходилось больше всех терпеть всякие тупые шутки Сайно. Да и глупые его желания явно не были для него приятны.       — Дааа, это будешь ты! — Сайно ухмыльнулся и продолжил: — Правда или действие?       — М-да… — Тигнари тяжело вздохнул, закатив глаза. Затем он вновь повернулся к беловолосому: — Правда.       — Хм…       Скарамучча сидел и наблюдал за ними, словно перед ним разворачивалась какая-то комедия. Потом он кинул взгляд на тех двоих, которые выглядели как-то… По-гейски?       Нет, ну наверное они просто «очень хорошие друзья» и ничего между ними нет, но… Вам будет по кайфу сидеть вот так на коленях друга? Или держать друга на коленях?.. Вздохнув, парень вновь обратил внимание на активных игроков.       — Так ты что, в самом деле не любишь меня? — с наигранной обидой говорил Сайно, заставляя ушастого уже в который раз разозлиться.       — Нет, ты меня заебал! Хватит такие шутки шутить!       — Но это не шуткаа… — Сайно с той же наигранностью будто начал плакать.       — Всё, прекратили! — Тигнари, парень с зелёными прядями, повернулся к той парочке, которая сидела обнявшись. — Ребят, не мешаем?       — Мм?.. — Син Цю повернулся к Тигнари, на что Чун Юнь тоже повернулся к ушастику. — Оо, я как раз ждал, когда меня спросят!       — Хорошо. Правда или действие?       — Наверное, действие! — похоже, он любил экстрим. Или думал, что ничего такого он не задаст…       — Хмм… О, придумал. Иди на нижний этаж и принеси из холодильника мой энергетик.       — Так сейчас же нельзя ходить… — подал голос Сиканоин.       Тигнари повернулся к нему: — В этом весь экшен! Будет весело, если его спалят.       — Если его спалят, то спалят и нас и разгонят по комнатам! — Хэйдзо тяжело вздохнул и отвёл взгляд. — Но так-то это реально звучит весело…       — Ну ладнооо… — Син Цю поднялся с колен и передал свой морозный десерт другу. — Чуник, ты главное не тро- Не успел он договорить, как голубоглазый уже засунул мороженое в рот.       — Ох… — синяшка тяжело вздохнул. — Только потом мне оставь!       — Так вы что, едите одно мороженое вдвоём? — вдруг подал голос новенький. — Гадость.       — Хах… — Син Цю поставил руки на боки. — А у тебя какие-то проблемы?       — Пф… — Скарамучча прыснул в бок, слегка усмехнувшись. — Да я просто не педик. — он перевёл какой-то унижающий взгляд на парня и закинул руки за голову, ухмыляясь.       — Ох, Син Цю, успокойся. — проговорил Чун Юнь.       — Чуни, не лезь!       — Ох…       — Ммм… — Син Цю как-то несколько недовольно взглянул на брюнета. — Как там тебя, Скара? Ты бы особо не зазнавался так.       — А то что? — с ухмылкой спросил тот.       — А то тебе будет плохо.       — Ой, боюсь-боюсь… Какой-то пидорок мне угрожает… — Скарамучча крайне неуважительно и насмешливо произносил это.       — Ты…       — Так, успокойтесь. — вдруг дал о себе знать Тигнари. — Мы играем или ругаемся? Давайте нормально.       — Мм… Да, ты прав. — Син Цю тяжело вздохнул и повернулся к Скарамучче: — Прости.       Брюнет не просто удивился — он прямо ахуел. Глаза его стояли по пять копеек, а сам он чувствовал, словно что-то попало в его самое уязвимое место.       — Кхм, что…       — Скарамучча, ты тоже извинись! — уже обращаясь к темноволосому, говорил Тигнари.       — Пиздец… — тихо пробубнил Скарамучча и с недовольным и в какой-то степени неловким видом застыл.       Сейчас он явно не был готов извиняться. Его гордость была на высоте, но этот.. уже извинился… Поэтому ему приходилось ломаться под такое.       — Кхм… Из. Извини… Пф… — он сразу пшикнул в бок, как будто это были вовсе не его слова.       Сам же синий с улыбкой наблюдал за таким поведением. Как же приятно лицезреть такую реакцию. Син Цю прямо наслаждался этим, с ехидством глядя на Скарамуччу.       — Так, Син Цю, давай шуруй за энергосом! — произнёс Тигнари, заставляя того обратить на себя внимание.       — Иду, иду… — Син Цю вздохнул и осторожно направился на выход.       Какое-то время все смотрели ему в след, словно замерев. Но немного погодя ребята вновь вернулись в ситуацию между ними.       — Эй, Скара, а ты чего так резко накинулся на Син Цю? — спросил Хэйдзо.       — Что? Какой Син Цю?       — Не притворяйся, что не понял! Ты прицепился к парню, который щас ушёл, назвав его "педиком". Тебе не стыдно?       — А должно быть? — тот явно не считал себя виноватым. Сейчас он только пренебрежительно ковырял ухо мизинцем, глядя на него как на что-то скучное.       — Ну, если у тебя есть какие-то рамки приличия, то да. — Хэйдзо вздохнул и перевёл взгляд на сидящего на пуфике голубоволосого. — Чун, всё в порядке?       — Мм?.. — Чун Юнь повернулся к нему, ведь из всех сейчас только он глядел в след Син Цю. — А, ну… Я особо не обратил внимание.       — Понятно… — Хэйдзо вздохнул и перевёл взгляд на Скарамуччу. — В любом случае, Скара, ты не прав.       — Схуяли я не прав? Я всегда прав. — он ухмыльнулся, явно гордясь таким утверждением.       — М-да…       Вдруг они услышали приближающиеся звуки бега по лестнице. Они немного встрепенулись, обратив на это внимание. Но затем все спокойно выдохнули, ведь это был их друг.       — О, Син Цю! Мой энергетик! — Тигнари поднялся и подошёл к пришедшему к ним другу.       — Ха-ах… хах… На свой ёбаный напиток, бездна его подери… — Син Цю передал нужное Тигнари и, вздохнув, подошёл к Чун Юню и вновь упал на его колени, откинувшись немного назад. — Вы бы видели, что я узнал.       —???       —????       У всех сейчас были заинтригованные лица, а Скарамучча смотрел на него с недоверчиво поднятой бровью вверх.       — Что такое? — спросил Сайно, а его сонливость как рукой сняло.       — Там… Короче…       — Ну, не томи! — с нетерпением выкрикнул Венти.       — Кадзуха хочет переселиться к нам в общагу.       — ЧТОО???