— Симфония Разрухи —

За окном темнело. На душе было так мерзко, как никогда до этого. Взгляд Химуры проходился по строчке записанных ею же имён. Имён убийц, насильников, извергов — всех тех, кого она спасла.       Вот бы их всех сегондя же казнили.       Не было больше сил это терпеть. Амайя перелистнула страницу. Ещё одну. Лишь бы не видеть этих богомерзких имён. Взгляд зацепился за одну из записей.

╔═══════ ≪❈≫ ═══════╗

Ни при каких обстоятельствах

не записывайте имена L и Киры.

Это путь в никуда. Не смейте.

╚═══════ ≪❈≫ ═══════╝

      Вот ведь. — Думаешь, у нас получиться?       Голос Акино прозвучал как всегда робко, но в этот раз в нём слышались нотки страха. — Спасти этих олухов от их самих же? Кто знает… — Амайя вздохнула — Если б всё было так просто, мы бы ещё в первой катке управились. А так мы тут уже Бог знает который раз… — Я про сегодня.       Химура помрачнела от мысли. Какое-то время она не могла заставить себя поднять взгляд на подругу. Когда же всё-таки сумела, получилось это у неё неуверенно, воровато. —… Мне жаль, что тебе… — Всё хорошо. Точнее… Я ведь сама согласилась… — напомнила Акино — Ты действительно всё хорошо продумала. — Я старалась что-то получше придумать, правда… Блин… Надо было нам местами поменятся.       Вид Юри стал ещё более поникшим. —… Я справлюсь. — Я- Я в тебе не сомневаюсь, милая… Никогда… Я просто переживаю, ты ведь… — Амайя вздохнула — Сама понимаешь… — Слабая?       Химура посмотрела на подругу с состраданием. —… Ты же знаешь, что о такого о тебе не думаю, — сочувствующе сказала она —… Я просто хочу тебя защитить. Ты мне… У меня тебя никого дороже нет.       Акино помедлила, потом кивнула. — Понимаю, — девушка поднялась с кровати и прошла к шкафу, доставая оттуда зимнюю куртку — Мне уже пора собираться.       Май лишь закивала, ничего не говоря. Юри права. Действительно уже пора.       На поводу и нерациональной тревоги Амайя в очередной раз проверила дату. Двадцать пятого. Декабря. Две тысячи третьего года. Двадцать пятого. Два-пять. Один-два. Два-ноль-ноль-три. Двадцать пятого декабря две тысячи третьего года. — Май. — Да? Да.       Химура быстрым шагам оказалась возле подруги. Остановилась. Они смотрели то друг на друга, то на дверь. Из Амайи вырвался тяжелый вздох, рукой она прочесала собственные волосы, стараясь собраться с мыслями о словами. — Я не могу с тобой пойти, да? — Нельзя, — Юри покачала головой.       Голос её едва слышно дрожал, но Акино отчаянно старалась казаться смелой. Амайя обхватила обе её руки своими, чувствая, как их тремор становится общим. Вдох, выдох. Всё будет хорошо. Май поднесла чужие ладони к губам, закрыла глаза на миг, дожидаясь, когда они обе перестанут трястись.       Когда она вновь встретилась с подругой взглядом, Химура постаралась зарядить её всем тем, чего сейчас самой не хватало. Уверенность. Акино притворилась, что у той получилось, улыбнулась. — Как на войну тебя провожаю… — посмеялась Амайя, скрыв за этим оголённые нервы — Я тебе обещаю, в следующий раз рисковать буду я. Вообще, всегда рисковать я буду. Ты уже набегалась, и с автобусом этим, и сейчас… Бедная… — Всё хорошо. Ничего ведь не случится. Мы всё продумали, — Юри заставила себя опустить напряженные плечи —… Я пойду уже. — Иди. Люблю тебя.

━━━》❈《━━━

Погода была приятной. Людей было много. Как никак, праздники. Идеальный вечер, чтобы устроить боненкай с друзьями, пить и смеяться.       Но не для Акино Юри. Точнее, она конечно «идёт на боненкай» к одной из знакомых со школы, которая попросту пригласила все записанные контакты в телефоне, но вряд ли несчастная туда дойдёт.       Путь лежал через офисный квартал. Там людей совсем не было. Маруноити казался совсем мёртвым. Обычно здесь так много людей в деловых костюмах, а сейчас только бесконечные огоньки фонариков и одинокая фигура невысокой девушки. Она шла по набережной совсем одна.       Остановилась. Воздух был приятным, но таким тяжелым осадком в лёгких. Ладонь Акино легла на тоненькое ограждение между ней и водоёмом. Совсем низкое, тонкое ограждение. Такое, чтобы не портить вид города. — О-о, какая милашка гуляет тут совсем одна… Праздники же!       Голос. Глубокий, вязкий.       Акино обернулась. Она смотрела на краснолицего мужчину в полурастёгнутой рубашке, а видела животное. — Почему без парня? М-м? Сейчас исправим, — незнакомец похлопал её по плечу, заглядывая в напуганные глаза. — Извините… — Юри осознала, что не может пошевелиться — Мне пора. — К подружкам своим идёшь? Да ладно тебе, со мной тоже весело будет. — Нет- я… Я к… К брату… Старшему… И-… И к отцу… — язык заплетался за зубами тяжелой тушей — Они меня… Они меня встречают… — Да ладно тебе. Хочешь, я буду твоим папочкой? — мужчина засмеялся и принялся гладить девушку за талию, постепенно опускаясь ниже — Ты так пахнешь вкусно… И мягкая такая…       Акино не двигалась. Не могла. Ног она уже давно не чувствовала, мерзких прикосновений тоже. Девушка почти совсем ничего не чувствовала. Слух резал знакомый звон. Зрение расплывалось. Всё было так далеко. Где угодно, но точно не здесь. — Ну-ка, давай так попробуем… Развернись к папочке… Вот так…       Кому он это говорил? И говорил ли вообще? Кто это? Вопросы всплывали как трупы в реке, но особо глаз не мозолили, скрытые туманом сознания.

— Юри.

      Откуда он знает её имя? Или же это не он говорит? Может, это оно сама сказала? Или это река? А может, в небе что-то?

— Юри.

      Точно не в небе. Глос этот звучал внутри. Ближе, чем небо, чем река. Ближе, чем незнакомый пьяница и весь мир вокруг. Акино поняла, где она. Поняла, что застыла в страхе. Опять. Снова провалилась куда-то глубого-глубого под неподъёмным весом паники.

— Так распереживалась из-за того придурка?

Как и всегда. Бедная, слабая, бесхребетная. Потому её все и опекают. Потому и Май приходится над ней трястись. Всегда. А она только и может, что костенеть в ужасе. Вряд ли это происходит с ней в первый раз. После стольких попыток вряд ли что-либо вообще может произойти впервые. А она до сих пор ведёт себя как маленькая девочка, что не способна взять себя в кулак и просто…

— Это нормальная реакция. Не извиняйся.

      Сделать, что надо. Сделать, что планировали. Сделать уже наконец-то то единственное, что от неё требуют.

— … Что бы я там не думал о справедливости, в конце-концов я парень. И это моя вина, что ты оказалась в том автобусе, хоть я и не мог этого наперёд знать.

— Значит и моя ответственность тебя защитить.

— Понимаешь?

— Юри.

      Нет. Нет, это не его ответсвенность её защищать. Акино сама должна это делать. Ей уже семнадцать. Она может это сделать. Она пообещала, что сможет.       Хотя бы на этот раз.

━━━》❈《━━━

— Юри!       Амайя буквально бросилась на подругу в прохоже, обнимая ту как после долгой разлуки. — Девочка моя… Всё хорошо? — она отстранилась, заглядывая в родные глаза, голос её из заботливого стал серьёзным —… Получилось?       Юри глубоко вдохнула. Казалось впервые за весь вечер. — Да. — Ну слава… — Май погладила Акино по плечам в попытке успокоить их обоих — Точно? Проверила? Хотя, как бы проверила… — Я стояла там ещё некоторое время, — уверила её Юри — После того как вода успокоилась. —… Вот как. Да. Ну, будем надеятся, — Амайя вздохнула — Да даже если он не умер, можно поверить, что ты подумала, что он умер. — Я вызвала скорую уже на пути сюда, — Акино пробормотала — Я не уверена… — Так, ладно, давай лучше не терять времени, — собралась Амайя — А то кто знает, когда к нам копы заявятся. Там же вроде камеры были, да? —… Не знаю… — Юри схватилась за лицо, стараясь сдержать эмоции —… Я не хочу, чтобы он оказался мёртвым… Он ведь… Это моя вина… Он действовал под влиянием Листа… Он не… — Мы выбрали мразь, который до этого уже платил штрафы за подобное, — напомнила Химура — Давай, иди, я тебе ванную набрала. Я пока размещу твою фотку на форуме.       Акино кивнула, наконец позволив себе расслабиться.       Получилось.