Другой мир

Всю дорогу они шли молча. Тяжёлая, напряжённая тишина давила на плечи, но в этом безмолвии скрывался свой особый ритм. Леон двигался впереди, превратившись в сосредоточенный слух и зрение. Каждый раз, когда в тени заброшенных переулков раздавался подозрительный шорох или едва различимый скрип, он реагировал мгновенно, на чистых рефлексах.Сам того не замечая, Леон раз за разом перекрывал Элли своим широким телом, превращаясь в живой щит между ней и потенциальной угрозой. Стоило ему заподозрить неладное, как его ладонь находила её руку — он перехватывал её запястье, но делал это на удивление нежно, без грубой силы, лишь слегка сжимая пальцы. Это было молчаливое, но властное требование: замри и не двигайся. Защищая её от любой, даже невидимой пока опасности, Леон держал ухо востро. Его взгляд сканировал каждый тёмный угол, а чуткие пальцы не выпускали её руки до тех пор, пока он не убеждался, что вокруг снова чисто. В этих автоматических, защитных жестах сурового солдата было куда больше заботы, чем в любых словах. Элли слушалась его беспрекословно. Стоило его пальцам мягко сжать её руку, как она замирала, боясь даже дышать. В эти секунды, среди невидимых угроз, они казались двумя магнитами. Их неодолимо тянуло друг к другу, и эта скрытая, мощная сила намертво удерживала их ,связывая прочнее любых цепей. Они двигались как единое целое, подчиняясь общему притяжению, вопреки всему хаосу, что царил вокруг. Но вдруг,Леон резко затормозил и увлёк её в тень полуразрушенного дома и одним плавным, сильным движением вжал спиной в облупившуюся стену. Его мощное тело полностью перекрыло её, отрезая от опасного внешнего мира. Многочасовое молчание, давившее на них всю дорогу, наконец с треском лопнуло. Леон больше не мог держать это в себе.Он подался вперёд, почти до боли притиснувшись к ней, и уткнулся своим лбом в её лоб. Его глаза были закрыты, а дыхание — тяжёлым и прерывистым. От такой близости и жара, исходящего от его тела, у Элли мгновенно закружилась голова. — Не обязательно... — сдавленным от сдерживаемых эмоций шёпотом произнёс Леон. Элли растерялась, чувствуя, как его мягкие волосы щекочут её лицо. Её сердце бешено заколотилось в груди. — Что?.. — едва выдохнула она, не понимая, о чём он говорит. Леон не открыл глаз.Он лишь сильнее прижался своим лбом к её лбу, словно пытался передать ей всю ту ментальную бурю, что бушевала у него в голове. Тем же глухим, хриплым и надломленным шёпотом он повторил: — Ты не обязана это делать. Не обязана идти в эту лабораторию,да вообще в любую.Этот мир не стоит и волоска твоего.Не заслуживает. Элли на мгновение замерла. Ответ пришёл из самой глубины её израненной души. Она тоже закрыла глаза, полностью отдаваясь этому моменту, этому сумасшедшему магнитному притяжению между ними. Она тихо, но твёрдо произнесла: — Я знаю это, Леон. Знаю. Она сделала глубокий вздох, впитывая его запах, и добавила с горькой искренностью:— Но я хочу. Тогда в моей жизни... в ней хотя бы будет какой-то смысл. Леон ничего не ответил, лишь судорожно сжал челюсти до предела, так что на его скулах проступили жёлваки. На мгновение его стальные руки сильнее прижали её к себе,а затем медленно, словно преодолевая сопротивление мощного магнита, отстранился от неё. Открывая глаза,он опустил голову,молча делая шаг назад. Элли уязвимо опустила глаза, не в силах больше выносить этот давящий, полный скрытой боли контакт. Она отлепилась от бетонной стены и сделала несколько шагов вперёд. Девушка шла медленно, аккуратно ступая по обломкам, погружённая в свои невесёлые мысли. И снова между ними воцарилось безмолвие.Леон несколько секунд провожал её удаляющуюся фигуру тяжёлым, нечитаемым взглядом. Затем он покрепче перехватил оружие и бесшумно двинулся за ней следом, продолжая держать ухо востро и прикрывать её со спины.