Система я в няньки не нанимался

Апчхи!

      Дунфан Сяньюнь громко чихнул, уже в десятый раз задень, едва не выронив из рук шёлковый платок. Он раздражённо потёр кончик носа, кутаясь в свои новые роскошные одежды цвета Лазурного Дракона.

— Да что ж такое... —

      Пробормотал он себе под нос, поправляя серебряный венец.

— Кто там меня на небесах или в смертном мире так упорно вспоминает? Неужели Ци Жун опять где-то чудит, или наставница шлет мне свои «благословения»?

      Повозка наконец окончательно остановилась. Дверцы распахнулись, и Сяньюнь, бережно держа на руках шестилетнего Вэй Ина, аккуратно спустился на каменные плиты главного двора Безночного Города. Малыш, наряженный в полуночно-чёрное ханьфу, крепко обнимал Сяньюня за шею, с любопытством и капелькой волнения озираясь по сторонам.       Навстречу им широким, уверенным шагом уже шёл сам Глава ордена Цишань Вэнь. Вэнь Жохань, окружённый своей неизменной мощной и грозной аурой, при виде Дунфан Сяньюнь заметно смягчился лицом. На его губах появилась привычная хитрая усмешка.

— Приветствую, Дунфан, —

      Ровным, глубоким голосом произнёс Жохань, складывая руки на груди и оценивающе оглядывая лазурные шелка друга.

— Смотрю, кто-то действительно заставил тебя сменить привычный гардероб. Выглядишь величественно.

— Рад видеть тебя, Жохань, —

      Сяньюнь лучезарно улыбнулся, осторожно опуская Вэй Ина на землю, но продолжая держать его за маленькую ладошку.

— Мой А-Ин настоял на этом цвете. И, как видишь, у мальчишки безупречный вкус.

      Вэй Ин, узнав грозного Главу ордена, с которым успел познакомиться ещё во время их прошлого визита, вежливо и очень аккуратно поклонился, сверкнув своими серыми глазами:

— Здравствуйте, дядя Жохань!

— Здравствуй, малец, —

      Хмыхнул Вэнь Жохань, и в его глазах промелькнула редкая искра теплоты. Он перевёл взгляд на Сяньюня, а затем на темнеющий горизонт.

— Торжественный вечер, на котором соберутся все главы пяти великих орденов и их преемники, начнётся ближе к вечеру. Слуги как раз заканчивают приготовления в главном зале.

      Жохань присел перед Вэй Ином, опустив ладонь ему на плечо:

— Слушай, Вэй Ин. Твоя мама сейчас снова будет занят со мной скучной подготовкой к приёму. Не хочешь пойти во внутренний двор? Вэнь Сюй и Вэнь Чао как раз там бездельничают. Они обрадуются, если ты снова составишь им компанию и поиграешь с ними, пока взрослые шумят о делах.

      Вэй Ин радостно закинул голову, посмотрев сначала на Сяньюня, чтобы получить молчаливое разрешение. Сяньюнь ласково приобнял сына за плечи и ободряюще кивнул:

— Иди, А-Ин. Мы ведь как раз обсуждали это в повозке. Беги, поиграй с братьями Вэнь, а я скоро приду за тобой.

— Хорошо, мама! —

      Воодушевлённо звонко крикнул Вэй Ин. Страх и робость, которые одолевали его во время первой поездки, сменились чистым детским восторгом. Он уже прекрасно знал, что Сюй и Чао, несмотря на свой грозный статус, отличные ребята, с которыми можно весело бегать по двору и практиковаться с деревянным мечом.       Вэнь Жохань подозвал преданного слугу и властно скомандовал:

— Проводи молодого господина Вэй Ина во внутренний сад к молодым господам. И головой отвечаешь за его безопасность.

      Малыш, весело перебирая ножками в новых сапожках, шустро побежал вслед за слугой по знакомым коридорам, предвкушая весёлую игру со старыми знакомыми перед началом большого и важного праздника.       Проводив взглядом счастливого Вэй Ина, Дунфан Сяньюнь вместе с Вэнь Жоханем неторопливо направился в сторону огромного главного зала, где уже через несколько часов должен был начаться великий вечер пяти орденов.       Когда тяжёлые, окованные медью двери распахнулись, Сяньюнь переступил порог и восхищённо присвистнул. Зал выглядел по-королевски величественно: повсюду горели янтарные фонари, натирались до блеска столы из тёмного дерева, а с высоких колонн спускались роскошные, переливающиеся багровые полотна.

— Ого, Жохань, а у твоих слуг определённо есть чувство стиля, —

      Сяньюнь лукаво прищурил золотые глаза и скрестил руки на груди, самодовольно разглядывая убранство.

— Ого, это тот полуночно-красный шёлк, который я продал тебе полгода назад, просто идеально вписался в интерьер. Видишь? Я же говорил, что эта ткань стоит каждого потраченного серебряного таэля! Безночный Город теперь выглядит ещё благороднее.

      Вэнь Жохань лишь снисходительно хмыкнул на это хвастовство, привыкший к тому, что его друг-торговец готов рекламировать свой товар даже в разгар подготовки к важнейшему политическому событию.       Сяньюнь между тем прошёл чуть дальше, коснулся пальцами мягкой ткани на одной из колонн, а затем обернулся к Главе ордена Вэнь. Его лицо стало чуть более серьёзным:

— Но если отвлечься от шёлка... Ты упоминал в своём последнем письме, что это будет непросто праздничный ужин. Ты написал, что намечается какой-то «большой совет». Так к чему нам готовиться, дорогой мой? Ты же не просто так созвал всех этих старейшин под одну крышу.

      Услышав этот вопрос, Вэнь Жохань на секунду замер, а затем зал огласился его громким, искренним и раскатистым смехом. Он вальяжно прошёл к своему высокому трону и, оперевшись рукой на резной подлокотник, с хитрецой посмотрел на Сяньюня:

— Ха-ха-ха! Дунфан, неужели тебя наконец-то заинтересовало что-то, кроме блеска золота и новых контрактов? Полно тебе, «большой совет» — это лишь красивое и пафосное название для того зрелища, которое я собираюсь устроить! Эти напыщенные индюки из Ланьлина и Гусу приехали сюда в полной уверенности, что мы будем уныло перекраивать границы территорий и делить зоны влияния на ночных охотах. Они бледнеют от одной мысли, зачем Цишань собирает их всех вместе!

      Вэнь Жохань хищно улыбнулся, и в его глазах блеснул опасный огонёк истинного владыки Безночного Города:

— На самом же деле я созвал этот совет с одной целью — наглядно показать им, чья власть в Поднебесной непоколебима, и заставить их понервничать. Ну и, конечно же, пусть эти богатые главы орденов как следует растрясут свои кошельки, когда увидят, какие товары привезла твоя ассоциация на этот вечер. Так что расслабься, Дунфан, устраивайся поудобнее и наслаждайся представлением. Сегодня мы будем править этим вечером!

      Сяньюнь негромко хмыкнул, качая головой, и плавно поправил широкий лазурный рукав своего ханьфу. Его золотые глаза блеснули мягким, но удивительно проницательным и холодным светом опытного дельца, который повидал на своём веку немало взлётов и падений могущественных империй.

— Жохань, дорогой мой, ты, главное, сам смотри не слишком зазнавайся, —

      С лёгкой, полушутливой полупредостерегающей улыбкой произнёс Сяньюнь, делая несколько шагов к трону.

— Гордость — штука коварная. Стоит ей ослепить заклинателя, как он перестаёт замечать камни под собственными ногами. Великая сила Цишани неоспорима, но страх — плохой фундамент для долгой власти.

      Он остановился у подножия возвышения и заговорщицки понизил голос, глядя прямо в лицо Вэнь Жоханю:

— Настоящее искусство правителя заключается совсем в другом. Зачем размахивать саблями и жечь чужие резиденции, если можно подмять под себя каждый орден тихо, изящно и без единой капли лишней крови? Когда все их торговые пути, поставки редких лекарств, шёлка и защитных артефактов замкнуты на нас с тобой, они и так приползут на коленях. Зависимость ранит гораздо глубже меча, но при этом никто не объявляет войну.

      Вэнь Жохань на секунду притих, внимательно вглядываясь в лицо Дунфана Сяньюня, словно пытаясь понять, где кончается шутливый тон гениального дельца и начинается холодный расчёт. Но Сяньюнь не улыбался. Он задумчиво опустил взгляд на свои лазурные рукава, провёл тонкими пальцами по шёлковому поясу, а затем тихо, но на удивление веско произнёс:

— Жохань... Я много думал в последнее время. Я хочу сделать Вэй Ина своим официальным преемником. Главой всей моей торговой ассоциации и наследником всего, что я построил в этом мире.

      Глава ордена Вэнь удивлённо приподнял бровь, наклонившись вперёд:

— Преемником? Мальчишку, которого ты подобрал всего год назад? Дунфан, ты в своём уме? У тебя ведь есть старшие сыновья. Тот же Ци Жун, или Шэнь Цзю. Пусть я видел их всего пару раз. Почему не они? Ордена и кланы веками передают власть старшим.

      Сяньюнь мягко, немного грустно улыбнулся и покачал головой:

— Мои старшие дети уже выбрали свои пути, Жохань. Они выросли и нашли то, чему готовы посвятить свои жизни без остатка. Их дороги лежат далеко от моих торговых лавок, счетов и шёлковых караванов, и я не вправе тащить их назад. Я горжусь ими, но моё дело им не нужно. А вот в А-Ине... в этом маленьком, шустром мальчишке я вижу невероятный потенциал. У него живой ум, он мгновенно всё схватывает, и, что самое главное, его сердце открыто миру. Я хочу вырастить его так, чтобы он твёрдо стоял на ногах. Чтобы когда-нибудь он принял из моих рук эту империю и сделал её ещё величественнее.

      Жохань молча слушал, барабаня пальцами по подлокотнику трона. Для него, как для главы великого заклинательского ордена, где всё строилось на строгой иерархии, такое решение было необычным, но в логике Дунфан Сяньюня определённо что-то было. В Цишани ценили силу и амбиции, а маленький Вэй Ин уже успел показать свой характер.       Сяньюнь тем временем сделал шаг ближе к трону, и его золотые глаза хитро, по-лисьи блеснули:

— И раз уж мы заговорили о будущем моего преемника... Жохань, дорогой мой, а не хочешь ли ты стать для него названым дядей? Официально. Представь, какая это будет опора для мальчика. Ма...тьфу, отец — глава богатейшей ассоциации Поднебесной, а названый дядя — сам великий и ужасный Глава ордена Цишань Вэнь, гроза всего заклинательского мира! Да к нему после этого ни одна живая душа во всех пяти орденах и на шаг подойти не посмеет с дурными намерениями.

      Вэнь Жохань от такой наглости сначала опешил, а потом снова расхохотался, качая головой:

— Ну ты и жук, Дунфан! Названным дядей? Ты мало того, что обобрал мою казну, так теперь ещё и хочешь связать мой орден обязательствами защищать твоего наследника? Ты хоть понимаешь, какую силу даёшь этому ребёнку?

— Я даю ему защиту, —

      Мягко поправил Сяньюнь.

— А твоему ордену — самого преданного и богатого союзника в будущем. Ну так что?

      Жохань хмыкнул, его глаза сузились, и он смерил друга хитрым взглядом:

— Ладно. Предложение заманчивое, малец мне и самому по душе, да и Сюй с Чао от него в восторге. Я согласен стать для него дядей Жоханем не только на словах. Но! Раз уж я беру на себя такую обузу и ответственность за твоего будущего преемника... Что там на счёт скидки на следующую крупную партию шёлка и целебных трав для моих лекарей? Раз мы теперь почти семья, ты просто обязан уступить! Процентов десять, а, Дунфан?

      Сяньюнь при виде этой плотоядной улыбки Жоханя мгновенно сделал шаг назад, драматично прижав руку к груди, словно его только что ранили в самое сердце:

— Десять процентов?! Жохань, побойся богов, ты решил пустить меня по миру без единого медного гроша?! Названный дядя — это духовная связь, семейное тепло и забота, при чём тут мои чистые доходы?!

— При том, что семейное тепло должно подкрепляться хорошими условиями, —

      Парировал Жохань, довольно ухмыляясь.

— Давай, не прибедняйся. Семь процентов!

— Три процента, —

      Отрезал Сяньюнь, и его лицо снова приняло выражение абсолютно непоколебимого, жёсткого торговца, готового стоять за каждый таэль до последнего вздоха.

— Три процента — это моё самое последнее, железобетонное и исключительно родственное слово. И то, только потому, что Вэй Ин действительно любит твоих сыновей. Выше этого я не поднимусь, даже если ты лично начнёшь заваривать мне чай!

      Вэнь Жохань вздохнул, понимая, что выбить из этого торговца больше просто невозможно.

— Три так три, упрямый ты чёрт, —

      Проворчал Глава ордена Вэнь, но в его голосе слышалось явное удовлетворение. Сделка была заключена, будущее определено, а Безночный Город медленно погружался в вечерние сумерки, готовясь принять первых гостей великого вечера.       Сумерки окончательно опустились на Безночный Город, окрасив небо в глубокие багрово-черные тона. Величественные огни ордена Цишань Вэнь зажглись в полную силу, освещая парадные лестницы и монументальные галереи. Атмосфера в резиденции сменилась с деловой на праздничную, но в то же время наэлектризованную — Пять Великих Орденов начинали прибывать один за другим.       Тяжёлые ворота то и дело распахивались, впуская делегации: высокомерных, облачённых в золото Цзиней из Ланьлина, строгих и безупречно праведных Ланей из Гусу в их белоснежных одеждах, Цинхэ Не из Нечистой Юдоли, а также Цзяней из Юньмэна. Воздух буквально искрился от скрытого политического напряжения и пафоса, ведь каждый глава стремился продемонстрировать своё величие.       Дунфан Сяньюнь, бросив мимолётный взгляд на прибывающих заклинателей, лишь мысленно усмехнулся. Оставив Жоханя встречать высокопоставленных гостей, он плавно развернулся и направился во внутренний дворик. Настало время забрать А-Ина — его маленького будущего преемника, который должен был занять своё законное и самое почётное место на этом празднике жизни.

Во внутреннем дворе

      Когда Сяньюнь вышел к тренировочной площадке, его глазам предстала картина абсолютного детского хаоса. Вэнь Сюй, Вэнь Чао и Вэй Ин, совершенно забыв о времени, устроили финальный «штурм крепости». Вэнь Чао с громкими криками прыгал вокруг декоративного куста, размахивая деревянным мечом. Вэнь Сюй сдерживал смех, прикрывая «тыл» своего младшего брата. Вэй Ин, растрёпанный, с сияющими серыми глазами и перемазанной в пыли щекой, ловко уворачивался от их ударов, шустро перебирая ножками в своих сапожках. Его полуночно-чёрное ханьфу было слегка помято, но сам малец выглядел абсолютно счастливым.

— Так, прекратить боевые действия, великие генералы! —

      Весело и звонко объявил Сяньюнь, хлопая в ладоши и привлекая к себе внимание мальчишек.

— Мама! —

      Вэй Ин мгновенно затормозил, едва не споткнувшись о полы собственного халата, и со всех ног бросился к Сяньюню, привычно утыкаясь носом в его лазурные шелка. Деревянный меч он по-прежнему победоносно сжимал в ладошке.

— Ну и ну, А-Ин, ты решил завоевать Цишань ещё до начала банкета? —

      Сяньюнь мягко рассмеялся, приседая перед сыном. Он достал белоснежный платок и бережно, с материнской нежностью стёр пыль с румяной щечки мальчика, а затем аккуратно расправил его чёрно-багровые одежды и пригладил растрёпанные тёмные волосы.

— Гости уже прибыли. Пора и моему маленькому воину показать себя.

      Вэнь Сюй и Вэнь Чао поспешно выпрямились, отложив тренировочное оружие, и почтительно поклонились Сяньюню.

— Господин Дунфан, Вэй Ин действительно очень шустрый, —

      С уважением отметил старший сын Жоханя.

— Мы едва смогли загнать его в ловушку!

— В следующий раз я точно его одолею! —

      Воинственно заявил Вэнь Чао, задирая нос.

— Папа сказал, что завтра покажет нам настоящие приёмы!

— Обязательно одолеешь, Чао, —

      Подмигнул ему Сяньюнь, а затем поднялся, крепко беря Вэй Ина за маленькую руку.

— Ну что, А-Ин, готов пойти со мной? Дядя Жохань обещал нам королевский пир, помнишь?

      Вэй Ин преданно посмотрел на него своими большими серыми глазами, крепче сжал его ладонь и решительно кивнул:

— Готов, мама! Я буду вести себя как самый послушный молодой господин, честное слово!

      Сяньюнь ласково улыбнулся. Подняв сына на руки, чтобы тот не упустил из виду ничего интересного в праздничной суматохе, он летящей походкой направился обратно к главному залу. Впереди их ждал вечер, который обещал стать началом новой, великой главы в жизни маленького Вэй Ина.