Падение в бездну

      Второй раз введение препарата с частицами яйца Бога Порядка прошло легче, но Танисиэль снова разделил боль Итана пополам. Через десять минут оба, бледные и покрытые испариной, тяжело дышали. Тем не менее Итан почувствовал облегчение: туман, давивший на него последние дни, наконец рассеялся.        Время поджимало. Танисиэль протянул ему платок, чтобы вытереть пот.       — Страх трудно подчинить. Единственное, что ты можешь — держаться подальше от опасности. Что касается Марса, я все устроил. У меня остались образцы твоей крови с Нептуна; я подменю ими свежие тесты, так что проблем не возникнет.        Итан кивнул и поднял взгляд на жреца.       — Уходишь?        Танисиэль накинул ризу. В его мимолетной улыбке скользнула тень насмешки:       — Не хочешь отпускать?       — Твой нарциссизм пора лечить... — пробормотал Итан.        Жрец давно привык к колючему языку бывшего секретаря. Он наклонился, коснулся поцелуем щеки Итана и бросил на ходу:       — Я организую твой перевод на Марс для помощи в эксперименте как можно скорее.        Дверь медпункта закрылась. Итан заметил, что жрец забыл свой платок. Он растерянно посмотрел на простую ткань, затем аккуратно сложил ее и спрятал в карман.        Допрос вели сразу несколько охранников. Итан не обмолвился ни словом о видениях в метро. Однако старый конвоир по прозвищу Старина Джон, давно служивший в Запретном городе, явно что-то подозревал. Он раз за разом переспрашивал, не видел ли Итан в тоннелях чего-то странного, но тот стоял на своем.        Джон смерил его подозрительным взглядом и приказал подчиненным пригнать нелюдей, чтобы замуровать проход в метро. Когда они остались одни, старик произнес:       — В заброшенных местах заводится всякая дрянь. Боюсь, эти твари задержатся на Земле подольше нашего брата. Тебе стоит заглянуть на собрание, тогда поймешь, о чем я.        Итан оцепенел. Даже Джон, ветеран охраны, подался в Ассоциацию «Милость Господня»? Теперь Итан твердо решил: неважно, верит он в это или нет, на следующей неделе он пойдет к Чэнь Цзэну, чтобы выяснить, во что они верят на самом деле.        За то время, что Итан блуждал в тоннелях, Сэмюэл успел проучить того нелюдя, который отправил Итана на нижние уровни. После этого в Восточном секторе быстро поняли: Итан снова под защитой Сэмюэла, и связываться с ним никто не рискнул.        Через начальника охраны Сэмюэл достал партию ингибиторов. Заказ, включавший подавители для Альф и Омег, спрятали в бачке унитаза в столовой. Итан в несколько заходов перетаскал ампулы в их жилой блок. Подавители для Омег были жизненно необходимы: люди Чэнь Цзэна перекрыли поставки медикаментов в Запретный город, и Итан больше не мог оправдывать отсутствие течки приемом обычных ингибиторов.        Следующие три дня Итан провел в квартире, обрабатывая себя и Сэмюэла маскирующими феромонами. Он по-прежнему категорически отказывался выпускать свои настоящие феромоны даже на мгновение, и это упорство начинало всерьез тревожить Итана.        Но куда больше Сэмюэла тревожило другое: начальник охраны по секрету сообщил, что Седой сомневается в их связи. Очевидно, двое охранников доложили капралу о том, что видели в ту ночь. Седой и так терпеть не мог Итана, а проверка документов подтвердит, что тот вырос Бетой. Логика проста: если Сэмюэл и Итан были в комнате вдвоем, то запах Омеги принадлежал одному из них. Значит, кто-то лжет о своем поле.        Начальник охраны пытался убедить Седого не совать нос в грязные делишки заключенных, но понимал, что капрал — подчиненный строптивый. Седой был намного старше начальника, давно злился на приказы новичков и точно не упустит шанса раздуть из этого скандал.        Обдумав ситуацию, начальник охраны признал правоту Итана. Поскольку о других Омегах в Восточном секторе ничего не было известно, предложение использовать Тифея из Западного сектора выглядело лучшим выходом.        Итан работал в системе трубопроводов, связывающей оба сектора, так что возможностей для контактов у него хватало. Вскоре он выяснил, что Тито — любовник непостоянный. Он просто любил «коллекционировать» красивых Омег, чтобы подчеркнуть свою власть в Запретном городе, где они были в дефиците. Тифей долго удерживал его внимание, но последние два месяца Тито охладел к нему и даже несколько раз избил.        Итана передернуло. Сама мысль о том, что Альфа может поднять руку на Омегу, была ему отвратительна. К тому же они с Тифеем были знакомы еще в Энергетическому бюро. Трудно было представить, что этот некогда высокомерный человек теперь превратился в живую мишень для издевательств. Итан вспомнил, как спасал его от Седого... Запретный город умел ломать жизни.        Он в очередной раз порадовался, что родился Бетой и по прибытии сразу попал в комнату к Сэмюэлу.        Итан поделился мыслями с Сэмюэлом, а тот передал слова начальнику охраны. Шнайдер пообещал разобраться.        Позже Итан понял, что разборки Шнайдера были по-своему гениальны. Он перевел в Западный сектор нелюдя — молодую Омегу по кличке Медянка, только что прибывшую в Восточный сектор. Тито мгновенно переключился на новинку. Медянка была моложе и красивее Тифея, а главное — раньше принадлежала другому Альфе. Для типа вроде Тито, чей инстинкт завоевателя граничил с безумием, возможность присвоить чужую собственность была сродни экстазу.        Тифей окончательно впал в немилость, и его жизнь оказалась под угрозой. В этот момент начальник охраны и перевел его в Восточный сектор.        Тифей был в ужасе — Восточный сектор считался территорией Седого. Он не знал, что Шнайдер уже выделил ему место в том же корпусе, где жили Итан и Сэмюэл, причем комната располагалась по диагонали от них. В ту же ночь на глазах у половины не спящего этажа Сэмюэл демонстративно прошел по коридору и зашел в комнату к Тифею, вышвырнув оттуда другого Бету и заперев дверь на замок.        Одни смотрели на Итана с сочувствием, другие — со злорадством. Поползли слухи, что фаворит Сэмюэла скоро окажется на помойке.        Но Итан знал правду: Сэмюэл просто заключал сделку. Спустя час Сэмюэл вышел из комнаты и вернулся к себе, поправляя чистую одежду.       — Как все прошло? — спросил Итан.       — Он согласен.       — Что ты ему сказал?       — Сказал, что обеспечу ему полную защиту. Взамен он должен подтверждать любому, кто спросит, что мы спали с ним последние два месяца — с тех пор как Тито улетел на миссию. Якобы он пробирался сюда по трубам, а я его прятал. Сначала он боялся, но, получив гарантии, согласился. Видимо, он тебе доверяет.       — Ты сказал ему, что ты Омега?       — Нет. Он спрашивал о причинах, но я ответил, что ему это знать не обязательно. Пока он притворяется моей Омегой, я его не трону.        Итан понимал: Тифей умен и рано или поздно догадается. Но сейчас это был лучший выход.       — Похоже, мне придется на время оставить тебя в дураках, — с усмешкой добавил Сэмюэл.        Итан привычно закатил глаза:       — Скатертью дорожка.        Пока по тюрьме разлеталась весть о новой пассии Сэмюэла, Итан старался не высовываться. Он начал регулярно посещать собрания «Милости Господней» в коллекторах и с тревогой заметил, как быстро растет организация. Старое здание банка уже с трудом вмещало всех желающих.        Некоторые проповеди Чэнь Цзэна заставляли Итана нервничать. Например, пастор заявлял, что, хотя нынешнее правительство прогнило, их жестокие законы против распущенности гомосексуальных Омег — вещь правильная.        Итан поднял руку и осторожно спросил:       — Но разве вы раньше не поддерживали однополые браки?       — Я поддерживаю их для всех, кроме Омег, — ответил Чэнь Цзэн. — Плодовитость — величайший дар Господа. На их плечах лежит славная миссия продолжения рода, но они не умеют быть благодарными. Они предаются похоти, забывая о предназначении ради минутного удовольствия. Такое поведение приведет человечество к катастрофе!       Зал взорвался аплодисментами, а у Итана волосы встали дыбом. В деторождении участвуют оба пола, но всю вину свалили на Омег. Как столько людей — включая образованных охранников — могли верить в этот бред?        Другие речи Чэнь Цзэна пугали еще сильнее. Он твердил, что люди рождаются с первородным грехом, а значит, совершать новые преступления для них естественно. Не нужно изводить себя. Достаточно искреннего покаяния, чтобы получить прощение. Пастор даже призвал не бояться злых богов, ведь добро и зло — две стороны одной медали. Как свет не существует без тени, так и благо немыслимо без порока.        Он прямо заявил, что великий бог Хаоса — это просто иное воплощение самого Господа. Чэнь Цзэн менял стратегию: он внушал пастве, что древнее зло и есть их истинный Бог.        Это шло вразрез с их прежними убеждениями, но под мягким давлением пастора ложь превратилась в истину. Среди сотен верующих не нашлось ни одного, кто поднял бы голос против. Напротив, они ревели от восторга, выкрикивая одобрения пересохшими губами. Их взгляды горели лихорадочным блеском. Казалось, все они разом подсели на какой-то тяжелый наркотик.       «Они ведь в итоге начнут молиться Богу Хаоса, верно?» — пронеслась в голове Итана тревожная мысль.        Вскоре Итану и Сэмюэлу поручили миссию третьей категории. Задание было простым: очистить монумент Мира — колоссальную конструкцию высотой более километра, возведенную в честь основания Земного Союза. На его постаменте была высечена фраза: «Абсолютная свобода есть зло». Нелюди, словно пауки, висели в воздухе на тросах, оттирая металлический корпус сверху донизу. Со стороны это выглядело жутко, но после того, через что прошел Итан, работа казалась легкой прогулкой.        Теперь оставалось только ждать, когда Танисиэль заберет его на Марс.        Однако вместо Марса пришла новость о миссии восьмой категории. Номера заключенных выкрикнули прямо во время завтрака. Группами по тридцать человек на месте отобрали триста смертников. Начальник охраны не спрашивал добровольцев и не проводил случайную выборку — всех отобранных просто выставили вон.        Цель была предельно ясной: оказать поддержку гарнизону Земного Союза на планете Паллес и помочь подавить восстание местных аборигенов.