Двойной каплан

Завтрак завершился в гнетущем, но продуктивном молчании. Чан и Минхо первыми поднялись со своих мест — им нужно было координировать штурмовые группы, которые уже выдвигались к легальным офисам Чон Сухёна. Минхо, проходя мимо сына, лишь слегка коснулся его здорового плеча, оставив после себя шлейф успокаивающего можжевельника, а затем бросил на Феликса долгий, многозначительный взгляд, в котором читалось явное: "Позаботься о нем".        Когда тяжелые двери столовой закрылись за старшими, Хёнджин попытался подняться. Он уперся ладонями в мраморный край стола, стиснул зубы и заставил свои ватные, измученные мышцы распрямиться. Но стоило ему сделать первый шаг, как острая, тягучая боль в пояснице и пульсирующее жжение от метки на шее заставили его покачнуться. Колени подкосились. Гордый наследник клана Бан едва не полетел на пол, вовремя ухватившись за спинку стула. Его дыхание сбилось, а запах шоколада стал горьким, уязвленным до предела. Он ненавидел свою нынешнюю слабость. Феликс, который до этого лениво допивал свой сок, мгновенно оказался рядом. На его лице больше не было издевательской ухмылки — только чистая, концентрированная забота альфы, защищающего своего партнера. — Эй, принц, полегче, — тихо произнес Феликс, его низкий баритон прозвучал мягко, но уверенно. — Назад… отвали, Ли, — прорычал Хёнджин, тяжело дыша и пытаясь оттолкнуть блондина здоровой рукой. — Я сам. Я дойду. Я не омега, чтобы меня под руку водили. — Перестань включать своего упрямого доминанта там, где это глупо, — Феликс даже не шелохнулся от толчка. Вместо этого он шагнул вплотную, обдавая Хёнджина густым, успокаивающим ароматом дикой мяты и озона. Лицо блондина стало серьезным. — Мы вчера чуть не разнесли эту кровать, Хёнджин. Ты принял на себя всю мою ярость, и твой организм сейчас просто восстанавливается. В этом нет позора. Но если ты сейчас грохнешься на этой лестнице и свернешь себе шею, мой волк этого не переживет. Прежде чем Хёнджин успел выплюнуть очередное ругательство, Феликс действовал. Он резко наклонился, подхватил Хёнджина одной рукой под колени, а второй — под спину, и единым, мощным движением поднял его на руки. Хёнджин от неожиданности вскрикнул, его пальцы рефлекторно вцепились в плечи Феликса, сминая белую футболку. Он оказался прижат к широкой, горячей груди блондина. Хёнджин был выше и крупнее Феликса, но Ли, выросший в доках и привыкший к тяжелому физическому труду, обладал феноменальной, стальной силой. Он держал брюнета так уверенно и легко, словно тот весил не больше охапки шелка. — Пусти! Уличная ты шваль, пусти меня, нас увидят слуги! — Хёнджин вспыхнул до корней волос, его лицо залил густой румянец стыда и ярости, а внутренний волк внутри глухо зарычал от посягательства на его независимость. — Пусть смотрят, — Феликс спокойно понес его к выходу из столовой, уверенно печатая шаг тактическими ботинками по паркету. — Пусть все знают, что я могу удержать наследника клана Бан. Расслабься, принц. Тебе нужно беречь силы для Совета, помнишь? Хёнджин дернулся еще раз, но острая боль в шее заставила его замерзнуть. Поняв, что Феликс ни за что его не отпустит, он обреченно уткнулся лбом в изгиб шеи блондина, шумно вдыхая его запах. Мята Феликса действовала как легкий анальгетик, утихомиривая бушующие инстинкты Хёнджина. Постепенно брюнет перестал вырываться, обмяк в чужих руках и позволил донести себя до второго этажа. Феликс поднялся по широкой мраморной лестнице, даже не сбив дыхания. Он занес Хёнджина в его просторную, оформленную в темных тонах спальню и осторожно опустил на мягкую оттоманку возле огромного гардероба. Хёнджин тут же откинулся на спинку, тяжело дыша и пытаясь вернуть себе маску холодного аристократа. Его рубашка расстегнулась еще сильнее, обнажая искусанную ключицу и багровую, налитую кровью метку, которая теперь буквально сияла на бледной коже. — Доволен? — процедил Хёнджин, глядя на Феликса снизу вверх из-под длинной черной челки. В его глазах все еще горели опасные искры, но в них больше не было искренней злости — только смущение сильного хищника, которого поймали в момент уязвимости. — Абсолютно, — Феликс улыбнулся своей фирменной, теплой улыбкой, от которой на его щеках появились милые веснушки, так контрастировавшие с его криминальным статусом. Он подошел к гардеробу и распахнул тяжелые двери. — Так, принц. В чем ты сегодня собираешься уничтожать Совет? Нам нужно одеть тебя так, чтобы никто не заметил, что ты едва стоишь на ногах. И, главное, нужно спрятать мою метку. Феликс начал перебирать вешалки с костюмами. Хёнджин наблюдал за ним, чувствуя, как внутри разливается странное, непривычное тепло. Этот парень, который еще тридцать шесть часов назад был его злейшим врагом, сейчас хозяйничал в его гардеробе, заботясь о его репутации. — Возьми черный костюм-тройку от Tom Ford, — негромко произнес Хёнджин, его голос стал мягче. — И шелковую рубашку с высоким воротом-стойкой. Черную. Она закроет шею до самого подбородка. Под пиджак наденем плотный корсетный жилет — он зафиксирует поясницу, и я смогу держать спину ровно, даже если мышцы откажут. Феликс обернулся, оценивающе кивнув. — Умный мальчик. Стратегия во всем. Блондин достал нужные вещи и разложил их на оттоманке рядом с Хёнджином. Сборы превратились в еще один интимный, неспешный ритуал. Феликс не позволил Хёнджину одеваться самому. Он аккуратно помог ему снять домашний халат, стараясь не тревожить повязку на здоровом плече Феликса и не причинять боли самому Хёнджину. Когда Хёнджин остался в одних бельевых шортах, Феликс на секунду замер, разглядывая идеальные пропорции его тела, покрытого отметинами их бурной ночи. Хёнджин перехватил его взгляд и криво ухмыльнулся, возвращая себе былую уверенность. — Нравится то, что видишь, Ли? — Обожаю, — честно признался Феликс, подмигнув ему. Он взял плотный черный жилет-корсет и помог Хёнджину надеть его, затягивая шнуровку на спине. Феликс действовал осторожно, регулируя натяжение по первому знаку Хёнджина. Корсет стянул торс брюнета, мгновенно снимая нагрузку с ноющей поясницы и заставляя его осадку стать королевской, пусть и слегка натянутой. Затем пришла очередь шелковой черной рубашки. Феликс бережно продел руки Хёнджина в рукава и начал медленно, снизу вверх, застегивать маленькие пуговицы. Когда его пальцы дошли до самого верха, до высокого ворота-стойки, Феликс застегнул последнюю пуговицу под самым подбородком Хёнджина. Черный тяжелый шелк полностью скрыл багровую метку, но запах… запах Феликса все равно пробивался сквозь ткань, заявляя права на этого альфу. Феликс расправил ладонями воротник, задержав руки на шее Хёнджина. Брюнет поднял свои руки, перехватив запястья Феликса, покрытые темными татуировками-лозами. Они стояли вплотную, тяжело дыша, глядя друг другу в глаза. — Ну вот, — тихо сказал Феликс, осматривая результат. — Безупречный наследник клана Бан. Жестокий, холодный и дьявольски красивый. Никто в Совете даже не догадается, какая буря бушевала здесь ночью. Хёнджин наклонился и мягко, но глубоко поцеловал Феликса в губы, скрепляя их утренний уговор. — Спасибо, Ли. А теперь помоги мне надеть пиджак. Пора показать этим старым крысам, кто теперь правит этим городом.