Hereafter (будущее)

— Я слежу за тобой! —произнесла Рика в тысячный раз. Сидящий напротив нее Арчер — Эмия, как мы выяснили, его зовут, при этом обнаружив, что легенды о таком Героическом Духе не было в наших банках данных, это удивило всех, особенно Романи, — раздраженно вздохнул. — Я уже говорил вам, Мастер, — устало сказал он. — Что бы эта версия меня ни сделала с вами или против вас, я этого не помню. Я задавалась вопросом, было ли это действительно правдой или просто ложью, которую он говорил, чтобы избежать смущения. Теоретически, Героические Духи находились вне времени и пространства, существовали независимо от прошлого, будущего или настоящего, и поэтому каждое воспоминание, которое они когда-либо имели, будет записано в момент их вознесения. Вот как мне это объяснили. На практике, как это работает с призывами, события которых они уже должны были знать, я не могла понять. Но если бы какая-то альтернативная версия меня совершила что-то, чего я не смогла бы простить, например, присоединилась к «Бойне девять» или что-то в этом роде, я определенно попыталась бы притвориться, что не знаю о ее существовании. — Ты так говоришь, — сказала Рика, и было приятно видеть, что к ней вернулась хотя бы малая толика былой энергии, — но ты не обманешь меня, мистер! Я вижу твои подлые планы насквозь! Эмия снова вздохнул. — Добавки? Рика подвинула свой поднос и тарелку. — Да, пожалуйста! Без комментариев он наложил ей на тарелку еще еды, пока не сравнялся с ее первоначальной порцией, и она захихикала, как невеста утром в день своей свадьбы, наблюдая за этим. Из уголка ее рта даже потекла струйка слюны, и она втянула ее обратно, облизнув губы. Вероятно, единственная причина, по которой она не подпрыгивала от возбуждения на каблуках, заключалась в том, что это лишило бы ее еды. Она хотела есть, а не носится по столовой. Эмия торжественно закончил, налив ей еще один стакан апельсинового сока. — Наслаждайтесь, Мастер, — сказал он с усмешкой. — В конце концов, я приготовил более чем достаточно, чтобы вы могли есть сколько душе угодно. — Это все еще не значит, что я простила тебя! — крикнула она через плечо и так быстро, как только могла, вернулась на свое место. Позади нее Эмия только покачал головой с раздраженной улыбкой на губах и занялся уборкой кухни. Казалось, необычайной удачей было то, что первый слуга, которого мы успешно вызвали, оказался умелым господином плиты. Я все еще понятия не имела, чего ожидать от него как от бойца — боевой симулятор все еще находился в ремонте, поэтому, хотя я могла практиковать свой Гандр, слугам было запрещено им пользоваться — но даже если он был едва ли средним, его умение готовить уже было невероятным благом. Он оказался не таким, как я ожидала, но на самом деле я ничего особенного не ожидала во время того теста. Думаю, я на самом деле наполовину ожидала, что призыв не удастся, просто потому, что я привыкла к подобным вещам. Рика откинулась на спинку стула и тут же схватила вилку и начала жадно запихивать еду в рот. Глядя, как она поглощает еду так быстро и самозабвенно, можно было подумать, что она не ела неделю. — Так вкусно! — Рика застонала, как будто у нее был совершенно другой опыт. Рицука нежно улыбнулся и покачал головой. Я наблюдала за ней, сидя чуть дальше за столом, потягивая из кружки удивительно вкусный кофе, пока пыталась придумать, что сказать, но ничего не приходило в голову. Романи сказал, что я должна повысить сплочённость группы. Что ж, то, как он выразился, было больше похоже на «откройся им, чтобы они могли доверять тебе», но это означало то же самое, что мои инструкторы так усердно пытались привить мне, когда я была в Стражах. Цель любого командира отделения состояла в том, чтобы заручиться уважением своих товарищей по отделению, а также быть достаточно дружелюбным и доступным, чтобы не дать команде расколоться на части. Тебе не обязательно быть для всех старшей сестрой, но они должны, по крайней мере, доверять тебе. По общему признанию, я на самом деле не довела это до конца. Это было больше похоже на то, что я мчалась к цели, и Стражи следовали за мной, увлекаемые одним лишь импульсом. Стать сплоченным подразделением, завести друзей, стать тем мягким авторитетом, которым, по словам всех учителей, я должна была быть? Это было то, чего мне никогда не удавалось понять, и в то же время это меня не особо интересовало. Что бы сказала Лиза в этот момент? Мне или кому-то из Неформалов, а не тому, кого она пыталась унизить? — Знаешь, если ты будешь продолжать так питаться, первое, что стремительно увеличиться, — это наши затраты продуктов, а вскоре и твоя талия. — Мисс Тейлор! — Маш ахнула. Из носа Рики вырвалось фырканье, и она согнулась пополам над своей тарелкой, прикрывая рот рукой, чтобы не выплюнуть еду. Видно, слышно и очень заметно, она проглотила то, что ела, а затем прохрипела: — Э-это стоит того… — Ты в порядке, Рика? — спросил ее брат. — Э-это пища богов, — хрипло провозгласила Рика. — Я не позволю ни единому кусочку пропасть даром! Чтобы подчеркнуть это, она откусила еще кусочек от своих блинчиков, отправляя его в рот, пережевывая с громким, преувеличенным скрежетом челюстей. На самом деле это было довольно мерзко. — Сэмпай в чем-то права, Рика, — сказал Рицука. — Я знаю, что еда Эмии действительно вкусная, но ты ешь намного больше, чем обычно. — Не порть мне все, Они-чан, — сказала Рика. — Вполне возможно, что это мой последний прием пищи. Я собираюсь насладиться всем, чем только смогу. И вот так просто любая надежда на дальнейший разговор умерла быстрой и жестокой смертью. Я хлебнула своего кофе, когда брови Маш озабоченно нахмурились, а Рицука опустил взгляд в свою кружку. Я не могла сказать ничего такого, что не было бы ложью, чтобы подбодрить ее. Если бы я была бы более вдохновляющим героем, возможно, я сказала бы ей что-то вроде: —Я обещаю тебе, что позабочусь о том, чтобы мы все вернулись, — или: — Несмотря ни на что, мы все выберемся из этого живыми, — но я не была сильна в такой веселой маленькой лжи. Реальность была такова, что один из нас или все мы могли быть мертвы к обеду, если бы что-то пошло не так или если бы мы облажались в любой момент. Гарантий не было. Как быстро пролетела вторая неделя простоя. Сегодня был день, когда мы должны были начать нашу миссию в Орлеанской Сингулярности с целью исправить отклонение истории и привести ее в соответствие с надлежащим ходом событий. К сожалению, у нас все еще не было хорошего представления о том, что все это повлекло за собой. Романи и да Винчи не смогли получить никаких снимков ситуации на местах в более высоком разрешением, поэтому не было способа узнать, что именно вызвало отклонение, в чем это отклонение вообще заключалось, кого или чего мы могли ожидать с точки зрения противодействия, или даже были ли там еще живые люди. Будет ли это просто еще одной пылающей пустошью, занятой только слугами? Я не была уверена, что предпочту: пустынный пейзаж без людей или процветающую сельскую местность, полную случайных прохожих, которые могут попасть под перекрестный огонь. Думаю, первое. Было что-то вроде некой свободы в том, что не нужно было беспокоиться ни о чем, кроме уничтожения врага, и этого у тебя не было, когда приходилось думать о сопутствующем ущербе человеческой популяции. Мое настроение испортилось, я встала со своего места и допила остатки кофе, затем пошла вернуть поднос и тарелку. Позади себя я услышала, как Рицука пробормотал своей сестре: — Хорошая работа, Рика. Эмия выгнул белую бровь, когда я подошла к нему, но какого бы серьезного эффекта он ни хотел добиться, он был испорчен ярко-розовым фартуком, который был на нем, с надписью «Шеф-повар № 1», напечатанной спереди жирным шрифтом. Совершенно очевидно, что он принадлежал кому-то намного меньшего роста, с гораздо более яркой личностью, которая к тому же была женщиной. — Ты здесь просто сдать посуду? — спросил он тем рокочущим баритоном, который не имел права быть таким сексуальным, каким был. — Или ты собираешься угрожать мне, чтобы я даже не думал о предательстве? Он ожидал, что я обвиню его? Я чувствовала, что Кухулин объяснил концепцию достаточно ясно. Слуги Войны за Грааль в Фуюки были изменены, испорчены. Даже Сэйбер, благородный король Артур, по-видимому, не была застрахована от воздействия, таким было ее гнетущее, злобное присутствие там, в пещере. То, что напало на нас в том ущелье, могло выглядеть достаточно близко снаружи, но никто точно не мог сказать, насколько искаженным он был внутри. — У меня есть для этого основания? — Мягко я спросила его. Он моргнул, нахмурив брови, потому что это, очевидно, было не то, чего он ожидал. Лучшее сравнение, которое я могла придумать, было с Главной силой, силой властелинов, самой коварной и опасной из всех. «Сердцеед» — неплохая фраза, но то, к чему мой разум сразу перескочил, была Симург, как она могла изменить тебя изнутри, и ты даже не поймешь, что твои идеалы изменились, как она могла превратить твое величайшее удовольствие в худшую агонию, твоего лучшего друга в самого злейшего врага и даже обычного человека в радикального убийцу. Убийца надежд… Это было подходящее прозвище. — Я видела тебя в худшем проявлении, — сказала я ему, ставя поднос. Он взял его, чтобы помыть, почти на автопилоте, его руки двигались, а глаза оставались прикованными к моим. — Я видела деспотичного тирана, которым мог бы стать король Артур. Я также видела вещи, по сравнению с которыми они оба бледнеют. Я прошла через ад. Я почувствовала, как мои губы растянулись в стороны, когда его глаза сузились, глядя на меня. Место соединения моей настоящей руки с протезом было настолько бесшовным, что невозможно было сказать, где заканчивалась настоящая плоть и начиналась замена, но культя все еще болела фантомной болью. Я даже могла чувствовать две точки у себя на лбу, шрамы, которые давно зажили и были почти незаметны. — И не вышла полностью невредимой. Он ухмыльнулся. Это была неприятная улыбка. — Звучит как целая история. Та, о которой я не планировала рассказывать ему в ближайшее время. Или когда-либо еще. Была разница между тем, чтобы доверять ему, что он не убьет меня, и тем, чтобы доверить ему мои самые глубокие, мрачные секреты. — Суть в том, — сказала я, возвращаясь к прошлой теме, — что я не нахожу тебя особо угрожающим. И, честно говоря, если бы ты хотел нашей смерти? Мы бы уже были мертвы. — Ха! — из него вырвался лающий смех, и это, казалось, застало врасплох даже Эмию. — Ну, ну. Ты интересный человек, не так ли? Почти жаль, что не ты владеешь моими Командными Заклинаниями. Похоже, такая женщина, как ты, тот тип Мастера, с которым я бы прекрасно поладил. Это было тем, что меня беспокоило. Это было правдой, что меня не беспокоило то, что творила его копия в Фуюки, но если там мышление Эмии перевернули на сто восемьдесят градусов и ослабили границы допустимого, сейчас я могла представить себе его мышление и тактику, и это был бы просто ужасный слуга для меня, потому что он лучше всех подходил мне. Связь между, Эмией и Хепри, вероятно была бы просто феноменальна. Я одарила его фальшивой улыбкой. — Извини. У меня предварительное соглашение с ирландской гончей. А потом я повернулась и оставила его на этой ноте, моргающего и недоверчиво смотрящего мне в спину. Я не стала утруждать себя возвращением к близнецам и Маш — я все еще не совсем понимала, как справиться с их страхами и озабоченностями таким образом, чтобы это не было просто «соберись и двигайся дальше», и моя последняя попытка пошутить погибла в огне. Я чувствовала себя заезженной пластинкой, повторяющей это снова и снова разными способами, но им нужно было что-то иное, чем сила личности, а сила личности была единственным способом, который я когда-либо действительно использовала, для руководства другими. От Неформалов до Стражей и вплоть до того, как я стала Хепри, это было все, что мне когда-либо было нужно, все, что я когда-либо использовала, и, держу пари на Земле Бет, это работало просто отлично. Это была не Земля Бет. Рицука и Рика не были моими миньонами, не были моими подопечными и не были закалены миром, постоянно находящимся на грани, и я не могла относиться к ним так, как относилась к другим. Странно, но именно сейчас я скучала по Гленну Чемберсу. Я сделала глубокий вдох и задержала воздух, ожидая, пока за мной закроются двери кафетерия, прежде чем выпустить его в пустой коридор. Вздох, сорвавшийся с моих губ, по своей интенсивности был похож на порыв ветра. Как, черт возьми, я должна была это делать? Мы, в буквальном смысле, пришли из двух разных миров. Я потратила два года на борьбу, переходя от одного конфликта к другому, готовясь к концу света, а затем я потратила еще два года на подготовку к следующей катастрофе, которая, возможно, приведет к тому, что истерика Зиона по сравнению с ней покажется незначительной, потому что я все еще не была уверена, означает ли «все человечество» именно «все человечество» или только этот конкретный мир. До всего этого мне приходилось жить со знанием того, что в любой день морское чудовище из ада, ходячий ядерный холокост или искаженный видением Г.Ф. Лавкрафта ангел могли решить: — Боже, разве место, в котором я живу, не выглядит так, будто ему нужен хороший ремонт? Рика и Рицука… судя по всему, вели относительно нормальную жизнь в относительно нормальном мире, или, по крайней мере, в том, где у них никогда не было причин подозревать, что это не так. Жизнь без банд, власть которых поддерживалась мужчиной, превращавшимся в дракона, или парой женщин, которые могли стать тридцатифутовыми. Жизнь без кейпов, Губителей или сценариев судного дня. До сих пор так и было. Как, черт возьми, я должна была провести их через семь Сингулярностей с врагами, которые могли делать вещи, которые, как они только недавно обнаружили, не ограничивались комиксами? — Видимо, плохо, — пробормотала я в пустоту. Скривив рот, я умчалась прочь, настроение мое испортилось, и я попыталась не дать вспененному морю моего беспокойного разочарования выплеснуться наружу. Симулятор был восстановлен, хотя и не полностью отремонтирован; возможно, пришло время посмотреть, смогу ли я, наконец, привести своих марионеток в действие. Уже не в первый раз за последние две недели у меня мелькнула мысль, что, возможно, мне было бы лучше сделать это в одиночку. Я не думала, что отказалась бы от присутствия в команде Маш, не с ее таким прочным и полезным щитом, но чтобы мы вдвоем принимали на себя все, что Флаурос и его король могли бросить в нас? Это было бы намного проще. Но каким бы прагматичным это ни было, я была бы идиоткой, если бы думала, что это произойдет. Не сейчас, не после Фуюки. Да Винчи и Романи, возможно, были на моей стороне, но Маш, без сомнения, выбрала бы близнецов и наступила бы на пятки. И для заключения контракта, особенно между Мастером и Слугой, требовалось согласие обеих сторон, чтобы он работал должным образом. И это означало, что я не могла просто оставить их здесь, чтобы с ними нянчился персонал, пока я пойду спасать мир. Еще раз. Они должны были пойти со мной, и это означало, что я должна была вести их. Если бы я только, блядь, знала, как. — О, Тейлор, вот ты где. Однако на полпути к своей комнате меня встретил один из последних людей, которых я хотела видеть в этот момент. В своей голове я представила выпускной клапан и позволил своему гневу и разочарованию выплеснуться наружу, заставив себя успокоиться. — Да Винчи, — поприветствовала я ее так вежливо, как только могла. — Тебе что-нибудь нужно? — В некотором смысле, это действительно больше похоже на то, что нужно тебе, —ответила она, ухмыляясь, а затем полезла в какой-то карман или отделение, которое я толком не разглядела, и вытащила знакомый нож в ножнах. — Вот. Я нахмурилась, осторожно взяв его. — Это… Кинжал с наношипами, который дал мне Отступник. Мои губы скривились в подобии полуулыбки. — В конце концов, даже ты не смогла его понять, да? Но да Винчи продолжала ухмыляться. — О, это определенно заняло у меня намного больше времени, чем я ожидала, — самодовольно сказала она. — Черный ящик, который подделывает некоторые внутренние механизмы, действительно был довольно сложной головоломкой, поэтому мне пришлось отступить от основных принципов, чтобы выяснить, как это сделать должным образом, но это был только вопрос времени, когда я ее разгадаю. Я моргнула. Остановилась. Мне пришлось прокрутить это в голове, чтобы убедиться, что я все правильно расслышала. — Ты разобралась с Тинкертехом? — Ну, возможно, только чуть-чуть, — призналась она. — О! И твой восхитительный летный рюкзак тоже! Ах, мне жаль говорить, это… Эмм, в нем слишком много частей, чтобы собрать их должным образом. Да Винчи одарила меня извиняющейся улыбкой. Ах. Значит, я не получу его обратно, не так ли? — Ты не можешь его исправить? — Строго говоря, он прибыл сюда сломанным, — сказала она. — Мне удалось собрать механизм, который он использует для полета, но, не зная первоначальной конфигурации, когда он был в рабочем состоянии, собрать его обратно немного сложнее. О! Это напомнило мне. Я усовершенствовала твой восхитительный маленький нож. Она указала на мой кинжал с наношипами. — Я исправила проблемы с обслуживанием, поэтому он должен восстановиться до нормального состояния, пока находится в чехле. Больше никакого утомительного процесса очистки! Я снова уставилась на нее. — Ты что? — Я почерпнула идею из пары мифов и легенд, — объяснила да Винчи, — немного приукрашенных, конечно, более просвещенными, современными взглядами. Ножны хранят ‘чертеж’ того, как кинжал должен выглядеть и функционировать, и всякий раз, когда этот нож вкладывается в ножны, он восстанавливается по этому чертежу. Естественно, есть некоторые ограничения, но больше никакой лишней суеты, никакого обслуживания! — Это… Невероятно. Я посмотрела на свой кинжал с наношипами. Отступник отдал бы свою левую руку за это. У меня дернулась щека. Если, конечно, у него все еще был оригинал, и он не заменил ее кибернетикой. И если бы он не был уничтожен вместе с остальным человечеством. Я крепче сжала кинжал, потому что это вполне могло быть единственное, что осталось от него и Дракон теперь. — Спасибо тебе за это, Да Винчи. Она отмахнулась. — Я просто возвращаю то, что принадлежало тебе, теперь, когда оно мне больше не нужно. — Все еще спасибо. Это многое значит. Она одарила меня одной из своих редких, нежных улыбок, той искренней, которая действительно подчеркивала образ картины, на которой было основано это ее тело, как будто она точно понимала, о чем я думаю. — Боюсь, это все хорошие новости, которые я могу тебе сообщить, — сказала она. — Меня привело к тебе не просто возвращение твоего ножа; я сама направлялся в кафетерий, потому что мне нужно забрать Рику, Рицуку и Маш. Мое сердце подпрыгнуло к горлу. — Сейчас? Она кивнула. — Романи хочет покончить с инструктажем, чтобы к тому времени, когда он закончится, завтрак достаточно остыл, чтобы мы могли как можно скорее перенести вас Рейшифтом. Боюсь, двухнедельный перерыв закончился. Я сделала глубокий, успокаивающий вдох. — Я понимаю. Я пойду собираться. — Не спеши, — сказала мне да Винчи. — Остальным тоже понадобится время, чтобы подготовиться, так что не думай, что тебе нужно мчаться в свою комнату и хватать все, что может оказаться хотя бы отдаленно полезным. Не торопись. Она обошла меня и помахав рукой, двинулась в сторону кафетерия. Эхо её шагов раздавалось, ещё некоторое время после того, как она ушла из моего поля зрения. Еще один короткий вздох вырвался из моих ноздрей, и с кинжалом в руке я продолжила путь в свою комнату, пока не подошла к невзрачной двери, похожей на все остальные двери в учреждении, отличающейся только табличкой с надписью «ТЕЙЛОР ЭБЕРТ» над надписью «КАНДИДАТ В МАСТЕРА НОМЕР 9». Дверь со свистом распахнулась, и я вошла в комнату, очень похожую на любую другую жилую комнату в Халдее: невыразительные белые стены, невыразительный белый потолок, лампы дневного света, которые освещали все вокруг ярким белым светом. Как и в любой комнате, в ней была откровенно минималистичная и неудобная на вид кровать, консоль связи, вмонтированная в стену, и шкаф, где я хранила свою одежду и марионеток. Мое понимание ситуации заключалось в том, что я могла бы потребовать помещение для мастерской, но я ни в коем случае не была магом, так что я никогда не видела в этом смысла. Здесь находился столик на котором стоял ноутбук и на стене висел стеллаж где расположились мои запасы чая, но единственным предметом с помощью которого можно было бы определить владельца комнаты был книжный шкаф который Ольга умудрилась достать для меня. Он был довольно прост и без изысков, с копиями моих любимых книг расположенных в определённом аккуратном порядке, но более ценным для меня делало его то зачем Ольга достала его для меня, и единственной причиной для этого было то, что мне просто захотелось шкаф. Она извинилась за то, что не смогла достать более древний шкаф, как будто было важно достать именно его, особенно когда она сильно настрадалась получая первый. Я поморщилась и пошла дальше. Сейчас не время давать волю чувствам из-за мебели. Первой вещью, что я достала, была моя униформа по совместительству являющаяся мистическим кодом. Раньше мне пытались вручить униформу с юбкой, но меня не прельщала идея, того что я бы бегала по полю боя в юбке-карандаше и чулках, так что вместо нее были штаны. Следующим я схватила интерком, похожий на те что были на близнецах в Фуюки, потому что я не собиралась вновь оказаться без него, потому он ныне был на моём запястье. Последним… Я взглянула на марионеток с которыми я пыталась работать на протяжении года, и оставила их в ящике. Если бы я была, более умелым магом, таких проблем у меня бы не было. Я слышала о некоторых формах магического ремесла, что позволяли дробить своё сознание на потоки, которые могут выполнять отдельные размышления, но у меня не было ни единой зацепки как совершить нечто подобное, и я ныне не могла ставить своё сознание на автопилот. Контролировать хоть, что-то в своей жизни, было слишком сильным желанием, чтобы сбрасывать его со счетов, особенно когда я уже привыкла к полному контролю. Всё равно, без моего пассажира рассоединять своё сознание на несколько потоков, не представлялось ныне возможным. Когда я подготовила всё своё снаряжение к Сингулярности — включая новый нож, что покоился у меня поясе — Я закрыла мой шкафчик и вышла из комнаты отправляясь к точке сбора. Я пришла в командный центр, никого не встретив в коридорах, дверь открылась передо мной, давая вид на оставшуюся часть персонала что трудились, подготавливая системы к следующему шагу. Романи находился на месте, которое раньше принадлежало Директору, держа в одной руке планшет. — Романи, — Я поздоровалась с ним. Он посмотрел на меня. — О, Тейлор, — сказал он. — Доброе утро. Ты здесь первая. Ты хорошо спала? — Достаточно хорошо. Мы погрузились в неловкое молчание. Через мгновение, как бы оправдываясь, он сказал: — Мы ждем, когда прибудут остальные. Мы обсудим детали миссии, когда они прибудут. — Хорошо. Мы снова погрузились в молчание, и вместо того, чтобы пытаться вновь начать диалог, Романи вернулся к тому, что он делал на своем планшете. Я тоже не стала утруждать себя, а просто прислонилась к массивной и излишне большой консоли, приготовившись ждать. Это не помогло справиться с комком разочарования, который я все еще носила в себе, поэтому я постаралась не зацикливаться на том факте, что мне предстояло вести двух барахтающихся новичков в то, что вполне могло оказаться зоной боевых действий, и вместо этого придумать разные способы справиться с возможными сценариями, которые могли возникнуть в Орлеане. С кем мы могли бы в конечном итоге сражаться, почему, кто мог бы быть нашим союзником и чего ожидать от крупных держав в регионе в то время. Если подумать, последнее можно вычеркнуть. Чем дольше мы сможем не попадаться на глаза ни французскому королю, ни британскому командованию, тем лучше для дела. Мои знания о событиях того времени были немного отрывочными, но этот период не назывался «Столетним чаепитием». Ни одна из сторон не отнеслась бы благосклонно к незваным гостям в странной одежде, утверждающим, что они из далекого будущего, не тогда, когда колдовство было одним из обвинений, выдвинутых против самой Жанны. Конечно, в зависимости от того, кто оказался обладателем Святого Грааля или в чем заключалось отклонение от надлежащей истории человечества, конфронтация или сотрудничество с любой из сторон могут оказаться неизбежными. Наконец, дверь снова открылась, и вошли Рицука, Рика и Маш, все в костюмах и готовые отправиться в путь. — Доброе утро, Маш, Рицука, Рика, — тепло поприветствовал их Роман. — Я надеюсь, что вы все хорошо выспались и позавтракали, потому что с этого момента мы сразу переходим к делу. Рицука огляделся. — Мы не возьмем Эмию с собой? — На данный момент Эмия останется здесь, — ответил Романи. — Учитывая наше положение, мы бы предпочли не перегружать наши системы, и мы ожидаем, что Тейлор попытается вызвать нас вскоре после вашего прибытия в Орлеан. Тем не менее, он будет в режиме ожидания, поэтому, если возникнет чрезвычайная ситуация, мы можем отправить его к вам в качестве подкрепления. Если у вас нет других неотложных проблем …? Никто ничего не сказал. Романи кивнул. — Тогда давайте сразу перейдем к брифингу. Он отложил свой планшет и повернулся к консоли, перед которой стоял. Его пальцы заплясали по клавиатуре сенсорной панели, и несколько секунд спустя три прозрачные панели, выступающие из верхней части консоли, засветились, показывая карту мира в центре и два потока непонятных данных по обе стороны. Нажатие увеличило карту до светящейся точки, расположенной в центре Франции. — Как я упоминал вам после Сингулярности F, в настоящее время у нас есть данные еще о семи аномальных точках в истории. Из этих семи только две можно наблюдать с достаточно высоким разрешением, чтобы безопасно переместить вас четверых Рейшифтом. Поскольку Французская сингулярность кажется самой мягкой, а флуктуации относительно стабильными, мы решили, что первая Сингулярность, которую мы попросим вас исследовать, будет в Орлеане 1431 года. Вы согласны? Ему ответили кивками. — Хорошо, — Он продолжил: — Главная цель вашей экспедиции — исследовать Сингулярность и попытаться исправить её. Что именно это означает, мы не сможем сказать, пока вы не разберетесь, что происходит на месте. Однако, учитывая события Сингулярности F, существует большая вероятность того, что само отклонение является результатом появления Святого Грааля, что означает, что ваша второстепенная цель должна фактически совпадать с вашей первостепенной. В конце концов, строго говоря, если вы не владельцы Второго волшебства, путешествие во времени невозможно без Святого Грааля. — А как насчет Рейшифта? — Спросил Рицука. — Разве это не путешествие во времени? — Это — две разные вещи, — сказал Романи. — Рейшифт может показаться чем-то похожим, но это не путешествие во времени в общепринятом смысле. Я бы объяснил это подробнее, но, если быть до конца честным, от точной механики этого у меня разболелась голова, так что просто поверь мне на слово, хорошо? Да Винчи тихо усмехнулась. — Итак, — продолжил он, — как я уже сказал, мы не знаем этого наверняка, но это лучшее предположение, которое у нас есть. Подразумевается то, что вы не можете просто сделать только то или другое здесь. Если вы не заберёте или не уничтожите Грааль, то любые ваши усилия по исправлению Сингулярности бессмысленны. Вы должны сделать и то, и другое, чтобы исправить Сингулярность. — Поняла, доктор Романи, — сказала Маш. — Мне нужно, чтобы вы также создали круг призыва, используя щит Маш, — добавил Романи. — Как только вы сориентируетесь, я хочу, чтобы вы установили связь. Это важно не только для сбора данных по призыву слуг, но без этого мы не сможем отправить вам никаких припасов, которые могут понадобиться в полевых условиях. Установление этой связи будет вашим первым приоритетом. — Почему бы Семпаю просто не попробовать, прежде чем мы уйдем? — Спросила Рика. — Я имею в виду, мы прекрасно справились с Эмией, не так ли? Разве она не могла попробовать призвать здесь? — По нескольким разным причинам, — ответил Романи. — В первую очередь, это потому, что я хочу убедиться, что система будет работать вне строго контролируемых условий Халдеи, но не менее важно и то, что вы, скорее всего, вызовете Слугу, связанного с ситуацией. Наличие кого-то, кто знает местность, будет очень полезно для вашей миссии. Теперь, если нет других вопросов …? Близнецы огляделись, но никто не произнес ни слова. Романи кивнул. — Отлично. Я знаю, это неожиданно, и мы действуем очень быстро, но мы собираемся отправить вас уже сейчас. Нам удалось привести четыре гроба в рабочее состояние для этого, поэтому я бы хотел, чтобы вы, пожалуйста, спустились в камеру Рейшифта прямо сейчас. — Сюда, мальчики и девочки, — сказала да Винчи, и мы последовали за ней, когда она вывела нас из Командного центра в направлении Камеры Рейшифта. Если бы я оглянулась назад, я была бы уверена, что увидела бы, как Романи смотрит нам вслед, нахмурив брови с выражением сосредоточенности, которое появлялось у него всякий раз, когда он волновался. Несколько минут спустя массивные двери в Камеру Рейшифта открылись, впуская нашу разношерстную компанию. — Нам не совсем удалось все убрать, но то что нам нужно уже очищенно, так что, пожалуйста, потерпите немного, — сказала да Винчи, и действительно, здесь все еще были следы и шрамы от саботажа, все еще были обломки и упавшая потолочная плита. Мои глаза сами по себе искали то место, где я была прижата две недели назад, ожидая медленной смерти, когда дым душил меня, и мой желудок сделал забавное маленькое сальто. Ожил интерком, и голос Романи обратился к нам. — Я знаю, что повторяюсь, но я собираюсь повторить это еще раз для всех вас. Как только вы сориентируетесь, создайте круг призыва и попытайтесь призвать другого Слугу. Без удобных рамок Войны за Святой Грааль невозможно сказать, с какими врагами вы можете столкнуться, поэтому вам нужно немедленно вызвать подкрепление. Если у нас не будет другого выбора, мы пошлем Эмию в качестве подкрепления. Я вытянула шею, чтобы посмотреть на Командный пункт, но угол был неправильным, и окна, очевидно, были отремонтированы в первую очередь. — Ах, Романи, — тихо усмехнулась да Винчи, забавляясь. — Он такая наседка, не правда ли? Не волнуйтесь, ребята. Не то чтобы он думал, что вы на самом деле забудете, но это единственный известный ему способ сказать, что он действительно нервничает по этому поводу. Если Романи и услышал ее, то никак не отреагировал, и пол под нами разверзся, показывая ряд приборов похожих на торпедные аппараты. Цилиндрических устройства, металлические трубы футуристического вида с окошками из чего-то похожего на стекло спереди. Стекла соскользнули с труб и поднялись, обнажив мягкие внутренности, достаточно большие для того, что бы поместить кого-то размером с взрослого мужчину, а то и выше. — Нам удалось привести эти четыре гроба в рабочее состояние, — снова послышался голос Романи. — Мы уже протестировали их, и они функционируют полностью нормально, так что не беспокойтесь об этом. Просто зайдите внутрь, чтобы мы могли начать процесс — на этот раз должным образом. Да Винчи, если ты не хочешь, чтобы они утащили тебя за собой, я предлагаю тебе покинуть камеру Рейшифта. Да Винчи ухмыльнулась и отмахнулась от него. — Чего Романи вам не сказал, так это того, что я сама их починила, так что беспокоиться не о чем! Они как новенькие! — Значит, мы просто… залезаем внутрь? — Неуверенно спросила Рика. — Они были созданы для кого-то гораздо большего и рослого, чем ты, так что места там достаточно, — ответила Да Винчи. — Не волнуйся, в них меньше народу, чем в вагоне метро в Токио! Все будет в порядке! — Я не уверена, что это так обнадеживает, как ты думаешь, — пробормотал Рицука, но все равно через мгновение зашел в свой. Рика и Маш последовали его примеру, а я… Я смотрела на металлическую трубу и старалась не думать о том, что меня запрут в школьном шкафчике, запрут в грязи, оставят гнить больше часа. Раньше, когда мы спешили подготовиться к отправке в Сингулярность F, у меня не было времени подумать об этом. Сейчас… У меня, со всякими закрытыми пространствами были не самые тёплые отношения. — Клаустрофобия? — Да Винчи сочувственно пробормотала так, чтобы близнецы и Маш не услышали. — Что-то в этом роде, — тихо ответила я. С этим действительно ничего не поделаешь, не так ли? Я не собиралась боятся какой-то металлической трубы, только не после всего случившегося. Конец света не наступил, когда я ступила в свой собственный гроб (и разве это не прозвучало странно вне контекста). Стены не сомкнулись вплотную. Я не была раздавлена. Жуки, кровь и дерьмо не поднялись со дна и не утопили меня. Теперь, если бы только я могла на самом деле убедить себя, что ничего из этого не произойдет. — Всем удачи, — раздался голос Романи. — Возвращайтесь живыми. Стеклянная панель скользнула на место и со щелчком закрылась. Да Винчи слегка улыбнулась мне, помахала рукой и ушла, а мне пришлось закрыть глаза и сглотнуть, чтобы не поддаться панике, которая начала подниматься у меня в животе. Я заставляла себя делать длинные, медленные вдохи, даже когда мое сердце бешено колотилось в грудной клетке, а мир, казалось, сжимался до меня и этой трубки, становясь все меньше. Это заставило меня почувствовать себя слабой. Жалкой. Все, что я сделала, все шаги, которые я предприняла, все вещи, большие и малые, которых я достигла, и я была унижена гребаным куском пластика. Интерком ожил, и нейтральный компьютерный голос объявил: ЗАПУСК ПРОЦЕССА ПЕРЕНОСА НАЧАЛО ПРЕОБРАЗОВАНИЯ В СПИРИТРОНЫ Ощущение прохлады прокатилось по моему телу, начиная с самой макушки головы и доходя до пальцев рук и ног. Стекло гроба внезапно стало непрозрачным, и мне пришлось бороться, чтобы контролировать свое дыхание и не начать задыхаться прямо здесь и сейчас. Могли ли они вообще отменить все это на данном этапе? Мне просто нужно было держаться, держаться, пока все не закончится. Меньше минуты. Максимум тридцать секунд. Я могла это сделать. РЕЙШИФТ НАЧНЕТСЯ ЧЕРЕЗ 3… 2… 1… Свет хлынул внутрь гроба, и мир исчез, когда меня потянуло через канал меж звёзд в бесконечность. Я выглянула наружу, пока мое тело тянуло вперед, и увидела космос, такой великий, такой необъятный, симфония чуда и величия, которая заставляла меня чувствовать себя такой маленькой, такой ничтожной. На мгновение мне показалось, что я увидела, как кто-то смотрит в ответ. ВСЕ ПРОЦЕДУРЫ ПРОЙДЕНЫ ВЕЛИКИЙ ПРИКАЗ НАЧИНАЕТ РАБОТУ