Hereafter (будущее)

Жизнь Фудзимару Рики пошла наперекосяк. Другая девушка, возможно, сказала бы что-нибудь банальное о том, что не знает, почему все пошло так неправильно, но Рика точно знала решение, которое так далеко отклонило ее жизнь от курса: в тот самый момент, когда она решила позволить своему брату записать их двоих на стажировку в "Халдейскую организацию безопасности". Все, что произошло с тех пор, можно было проследить до того момента, когда она согласилась и подписала свое имя на бланке, который он принес для нее. Нигде в этой брошюре или в любом из подписанных ими отказов не упоминалось ничего о "Рейшифте", или "Героических духах", или "Сингулярностях", а в разделе "Возможные опасности на рабочем месте" не упоминалось о бомбах, взорвавших добрых восемьдесят процентов ваших коллег, о риске жизнью и увечьями в далеком прошлом, или о знаменитых итальянских художниках, внезапно решивших вернуться к жизни с единственной целью сменить пол. Самое главное, никто не сказал ей, что она будет работать под началом более высокопоставленного сотрудника, которая была самым жестким из хардкорных и, возможно, также немного, совсем чуть-чуть ненормальной. Кстати, вау, через что прошла Семпай, что сделало ее такой крутой? Рика даже представить себе этого не могла. На протяжении всего Орлеана Сэмпай шла так, словно весь мир вокруг нее не мог тронуть ни единого волоска на ее голове, даже когда гибли люди, виверны сжигали дотла половину страны, а сумасшедшая-геноцидистка кудахтала на голове самого большого долбаного дракона, которого Рика когда-либо видела, не говоря уже о том, чтобы вызвать в своем воображении. Единственная причина, по которой Рика не прекратила бурчать под нос, заключалась в том, что она не слишком задумывалась об этом. В тот момент, когда она бы остановилась и действительно обдумала происходящее, она, вероятно, свернулась бы в клубок и плакала неделю подряд. Ей и Они-чану приходилось спать рядом друг с другом, просто чтобы хоть как-то отдохнуть. И Сэмпай прошли через все, через весь хаос и резню, хладнокровной как кактус и в два раза более колючей. Сэмпай, должно быть, пережила какой-то серьезный пиздец, если она даже глазом не моргнула при виде конца всего этого проклятого мира. В то время, как Рика Иногда вылезала из постели. Иногда Рика задавалась вопросом, была ли она единственным здравомыслящим человеком, оставшимся в Халдее. Они-чан, как ей казалось, довольно хорошо адаптировался к безумию. Он воспринимал всю эту чушь о Слугах, Рейшифте, волшебниках с апломбом, которому она откровенно завидовала, и когда доктор Роман или Да Винчи объясняли самую новую и безумную чушь, он просто кивал, как будто в этом было больше смысла, чем в том, что небо голубое, а трава зеленая. Они-чан был таким серьезным человеком. Сэмпай там ничем не помогла, она была в этом замешана, как и Док и Да Винчи-тян. Единственный голос разума, который, казалось, был у Рики, был ее собственным, и она была уверена, что это только вопрос времени, когда безумие заразит и ее. —Все ваши базы принадлежат нам,— пробормотала Рика. —Рика?— Спросил Они-чан, нахмурив брови. Она покачала головой. —Это ничего, Они-чан. Просто мысли вслух, вот и все.— Он странно посмотрел на нее, но оставил это без комментариев. Есть такая вещь, как излишняя доверчивость, Братик. Но именно поэтому он был самым лучшим братом на всем белом свете, и Рика не променяла бы его ни на кого. Даже на милую, обожаемую Машу, которая была просто булочкой с корицей. —Как ты думаешь, где она собирается укрыться?— Вместо этого спросил Они-чан. —У нее есть выбор из половины города, Они-чан,— криво усмехнулась Рика. —Держу пари, что для нее найдется куча хороших мест, где она сможет приземлить свой кейстер и сплести свою злую паутину.— Братик вздохнул. —Тебе обязательно так говорить?— Рика только ухмыльнулась. Он покачал головой и принял стереотипную позу для размышления, как полный придурок, которым он и был, осматривая город вокруг них, нахмурив брови и прищурив глаза. Винтики в его голове повернулись, но, что бы он ни придумал, он не чувствовал необходимости делиться. Говоря о городе, это было жутко. Конечно, горело множество огней, отбрасывая мягкое искусственное сияние на улицы, и выгоревший желтый цвет уличных фонарей превращал обычный серый асфальт в тускло-золотой, но все это место было городом-призраком, совершенно пустым. Казалось, что все, кто должен был там жить, просто внезапно испарились, оставив плиты включенными, машины работающими, а недоеденную еду брошенной. Рика не знала, были ли все эти вещи подстроены, но Сэмпай казалась такой приверженкой деталей, которая делала все возможное, поэтому она не удивилась бы, если бы они попытались заглянуть внутрь одного из зданий и обнаружили признаки того, что там кто-то был. Это определенно повысило бы коэффициент жуткости с "картинок Чернобыля" до "профессионального фильма ужасов". По поводу Сэмпай и жуткости, этого костюма. Типа, вау, откуда она это взяла? Черный комбинезон, изодранная юбка, золотые линзы, которые, казалось, светились в темноте, Рика с криком побежала бы в противоположном направлении, если бы она когда-нибудь встретила кого-то подобного в ночном переулке. В этом, вероятно, и был смысл, рассуждала она. Семпай собиралась пойти ва-банк. Возможно, она не использовала все приемы, но Рика была более чем готова поспорить, что Сэмпай была полна более хитрых трюков, чем просто "обрушить библейскую чуму на цель", хотя Рика должна была признать, что обрушения библейской чумы, вероятно, было более чем достаточно, чтобы справиться с обычными людьми. Просто на Слуг это, похоже, не произвело особого впечатления, потому что Слуги были кем угодно, только не обычными людьми. —Есть идеи, Рика?— Наконец спросил Братик. —Нет,— весело ответила она. —Ты очень помогаешь,— пробормотал он. Она пожала плечами. —Не знаю, заметил ли ты, Братик, но Сэмпай намного впереди нас. Типа, у неё больше опыта. Она на вершине Эвереста, а мы все еще у подножия. Если она не хочет, чтобы ее нашли, ее не найдут, кем бы или чем бы она ни притворялась. — —Притворяясь...—Братик задумчиво замолчал. —Она сказала, что собирается сыграть роль Кастера, верно?— —Да? Ты видел жуткий костюм, верно? Думаю, Сэмпай фанат метода актерского мастерства.— —Итак, то, что Сэмпай называет правильным Кастером... похожим на мага, - медленно продолжил Братик. —А маги похожи на слуг. Им нужна энергия, чтобы приводить в действие свои заклинания и прочее. Итак, если настоящий Кастер является одновременно Слугой и магом, ему понадобится много-много энергии, верно?— —Я имею в виду, я почти уверена, что ты не сможешь завести машину с помощью кучи пальчиковых Батареек, Братик.— Хотя мысленный образ машины, подсоединенной к тысяче батареек типа АA и все еще тарахтящей, поскольку она даже не заводится, был отчасти забавным, Рика должна была признать. Ей нужно было записать это, чтобы было на что посмотреть после того, как все это говно-шоу закончится и интернет снова заработает как положено. Братик кивнул. —Тогда, если тебе нужно много энергии, ты пойдешь в места, где ее можно найти в избытке. Например, эм.… Как это назвала директор Мария? Места, где сходятся лей-линии и можно задействовать огромное количество магической энергии?— Брови Рика поползли вверх. —Ты имеешь в виду те точки нексуса? Эм, пересечения лей-линий? Вроде тех, что мы искали в Фуюки?— —И те, кого доктор Роман заставил нас искать во Франции,—согласился Братик. —Потому что они дали нам более стабильную связь с Халдеей… Хотя я не уверен, как это должно работать.— —Твоя догадка так же хороша, как и моя.— Какое бы объяснение доктор Роман ни пытался им дать, оно влетело в одно ухо и вылетело из другого, потому что оно превосходило понимание Рики магического ремесла. Братик покачал головой. —В любом случае. Если Семпай притворяется настоящим Кастером, она, вероятно, выбрала бы одного из них в качестве своей базы, не так ли?— —Наверное?— Честно говоря, вся эта история со слугами все еще иногда кружила Рике голову. Она все еще привыкала к мысли о том, как все это работает. —Есть только одна проблема, Братик.— Он моргнул, глядя на нее. —Да? —Никто из нас не знает, как найти эти пересечения Лей-линий. Мы полагались на Сэмпай и Машу, чтобы найти их. — Братик поморщился и провел рукой по лицу. —Это проблема,— признал он. —Но… Мы уже бывали на Фуюки раньше, не так ли? Будут ли они в том же месте, что и раньше?— Что, как будто у нее были какие-то идеи? —Я не знаю. Меняются ли лей-линии со временем?— Рика на самом деле не знала. Может быть, есть о чем спросить Да Винчи позже. —Сэмпай же говорила, что это место основано на версии Фуюки из реальной истории, верно? Так что, вероятно, это одно и то же.— —Если они действительно меняются, то, вероятно, в геологическом масштабе времени. —Рика фыркнула. Ботаник, она не сказала. Братик продолжил: —Так что они, вероятно, находятся в одном и том же месте. Что означает ...— Он поднял руку и взмахнул ею, вытянув указательный палец. Первой целью, на которую он приземлился, была гора вдалеке, едва различимая на фоне чернильно-черного горизонта. —Гора, где должен быть Грааль.— —За исключением того, что это совсем на другой стороне города, и Сэмпай остается здесь, в этой половине,— отметила Рика. Братик проигнорировал ее и повел пальцем вниз, в сторону жилого района, а затем нахмурился, когда понял, что на самом деле не знает точно, где находится тот шикарный особняк, в котором они остановились. В итоге он ограничился тем, что сделал неопределенный круговой жест пальцем, обозначающий общее направление. — Как Маш это место назвала?... О ... Дом второго владельца.— —Знаешь, я тут подумала,— сказала Рика.—Если леди, которой принадлежит этот дом, является второй владелицей города, тогда кто первая? Мэр?— —Я не знаю,— нетерпеливо сказал Братик. —Спроси доктора Романа позже. Если он не знает, то Да Винчи знает.— Честная ставка. Да Винчи знала все. Если она не знала, когда вы спросили в первый раз, она узнает спустя три дня. Слуги были странной фигнёй. Высшей пробы, стопроцентной. —Все еще не в той половине города, Братик.— — Верно. —Я как раз к этому подхожу, услышала она, даже если он не произнес этих слов. —Итак, остаются два места в этой части города. Одно из них должно быть где-то там, где Маш спасла директора Марию, а другое - в церкви на холме. — Рика поморщилась. —Хочешь попробовать поискать там?— —В этом есть смысл, не так ли?— Защищаясь, сказал Братик. - Это отдаленное место, оно маленькое, с тесными углами и множеством мест для установки ловушек. Там был даже подвал, в который мы не могли заглянуть, потому что вход был завален к тому времени, как мы туда добрались.— —Это также в часе ходьбы отсюда,—отметила Рика. —Сэмпай потребуется ровно столько времени, чтобы добраться туда. Ты думаешь, ей хватит получаса, чтобы расставить там ловушки, если ей понадобится так много времени, чтобы просто совершить путешествие?— Братик задумчиво нахмурил брови, обдумывая то, что она сказала, но мгновение спустя его глаза расширились. —Может быть… Может быть, именно поэтому она не сказала нам, куда направляется, - начал он так быстро, как будто прогонял слова изо рта. —Церковь - идеальное место, верно? Так что, возможно, Сэмпай хотела, чтобы мы отправились туда. Если бы мы потратили час или два на осмотр церкви на холме, у нее было бы гораздо больше времени на обустройство в другом месте, не так ли?— Рика почувствовала, как ее рот растягивается в усмешке. —Знаешь, Братик, ты на самом деле не такой тупой, как о тебе говорят. — Он нахмурился на нее, такой задумчивый и обиженный, но не позволил втянуть себя в спор по этому поводу. Справедливо, ей, вероятно, тоже следует отнестись ко всему этому немного серьезнее. Было тяжело быть фаталистичной и угрюмой, такой суровой и мрачноватой, когда она всерьез задумывалась о том, насколько нелепой была вся эта ситуация. —Итак, давайте предположим, что ты прав,— сказала она, сдаваясь. —Сэмпай решила, что слишком кощунственно приносить библейскую чуму в церковь, и, эй, если Большой Парень действительно существует, конец света кажется действительно неподходящим временем, чтобы проявить свою плохую сторону. Это означает, что Сэмпай прячется в центре города.— —По крайней мере, было бы лучше сначала проверить там, так как это должно быть ближе,— согласился Они-чан. —Мы не потеряем столько времени, сколько сделали бы наоборот.— —Достаточно справедливо.— Рика кивнула. —Но ... Я имею в виду, в то время он был наполовину разрушен, но ты же помнишь, каким большим он был, не так ли?— Он поморщился. —Это ... ну, я имею в виду, по крайней мере, это не так велико, как средняя школа, верно? Это место было бы адом, если бы пришлось искать ее там.— —Ты не смог бы вернуть меня в среднюю школу, даже если бы решил подкупить,— сухо сказала Рика. Щеки Братика задрожали, но, возможно, из-за того, что он вырос вместе с ней, ему удалось сдержать улыбку, которая угрожала расползтись по его лицу. Он, по крайней мере, оказал ей любезность, не упомянув о кратком пребывании во время того первого путешествия в Фуюки, где им пришлось прятаться в школе, чтобы разработать более надежный план борьбы с Сейбер Альтер. Это испортило бы шутку. —Итак, план таков, — сказал он вместо этого. —Сначала мы проверим городской центр, и если ее там не окажется, мы пойдем в церковь на холме.— Вау, это были наброски плана. —Отличная идея. Что мы будем делать, когда доберемся туда?— Братик открыл рот, чтобы что-то сказать, остановился, а затем снова закрыл его, нахмурив брови. —Я не знаю,— признался он. —Я не уверен, чего ожидать от Сэмпай, когда мы доберемся туда. Единственное, чего она обещала не делать, это наводнять нас своими жуками. Это должно сделать задачу хотя бы немного проще, не так ли?— Рика подняла брови. —Ты не просто так это сказал. Скажи мне, что ты не просто так это сказал, Братик.— Он закатил глаза. —О, да ладно, Рика, ты же не можешь сказать мне, что действительно веришь в это.— —Посмотри, где мы находимся и как мы сюда попали!— настаивала она. —Миру пришел конец, нас "случайно" выбросило во времени и пространстве, и теперь мы единственные, кто может исправить все, что происходит не так в истории! Мерфи - наш святой покровитель, Братик!— —У меня нет идей получше,—отрезал он. —А у тебя?— Она нахмурилась, глядя на него. —Да. Я так и думал.— —В любом случае, ты у нас идейный вдохновитель, Рицу,— раздраженно пробормотала она. —Вот почему ты родился первым.— Он тяжело вздохнул. —Так это не работает, Рика. Мы близнецы.— И у одного из нас определенно есть все мозги, - хотела сказать она, но не сказала. Это была старая обида, и Они-тян не заслуживал таких слов, только не от нее. Они были в этом вместе, даже когда сражались вот так, и не было места мелкой ревности и неуверенности, поэтому она не давала им места в своем сердце. Остроты с ее языка пропали, чтобы она не могла причинить вреда никому, кроме нее. —Что ж, - сказала она вместо этого с кривой усмешкой, - Думаю, ты победил.— Ее брат вздохнул. Она почти не слышала, как он сказал: —Это будет больно.— В этот момент их коммуникаторы пронзительно запищали, объявляя об окончании отведенных получаса. Рика и Рицука оба наклонились и выключили таймер, а затем повернулись друг к другу, обменялись одинаковыми гримасами и расправили плечи, как бы говоря: —Ну, вот и все.— Идущие на смерть приветствуют тебя,— подумала Рика. Если бы она знала, под каким углом за происходящим наблюдают Слуги снаружи, она бы повернулась в ту сторону и отдала насмешливый салют. Они начали свой похоронный марш к центру города в тишине и без фанфар. Сожженная оболочка Фуюки из первой Сингулярности была гнетущей и удушающей, густой от дыма и жары, какой она и была, но атмосфера неповрежденного, пустого города, в котором они находились сейчас, была столь же ужасной, хотя и по совершенно другим причинам. "Фуюки в огне" казался трагедией, братской могилой, по которой они шли, и Рика справилась с этим дискомфортом со своим фирменным юмором. Опустошенный Фуюки чувствовался неправильным, неестественным, потому что там было что-то, что должно было быть, но чего не было, и Рика не могла избавиться от холода этого одиночества, даже когда Братик был рядом с ней. —Это место серьезно выводит меня из себя,— пробормотала она. Их шаги эхом отдавались вверх и вниз по улице, совершенно пустынной, если не считать их двоих. —Мы здесь единственные, Рика,— сказал Братик, хотя в его голосе слышалась легкая нервозность.—Мы и Сэмпай, и Сэмпай прячется.— —Это не так обнадеживает, как ты думаешь ...— Но Сэмпай не выпрыгнула на них. Никто и ничто не выпрыгнуло на них. Всю их прогулку до городского центра никто не беспокоил, только они одни и маячащие гиганты заброшенного города вокруг них. Их единственными спутниками были звук их шагов и их собственное дыхание. Когда они, наконец, прибыли в гражданский центр, то обнаружили совершенно обычное здание. Это было четырехэтажное здание со слегка изогнутым фасадом, состоящее из множества окон, похожих на тысячу глаз, обрамленных сталью и бетоном. Закругленные колонны поддерживали наклонный навес над входными дверями, похожий на щербатую улыбку. Сзади по обе стороны торчали крылья, твердые и непрозрачные, гораздо более приземленные, чем эффектная передняя часть. Не было никаких признаков Сэмпай. Здание выглядело нетронутым и неизмененным. —Она все-таки ходила в церковь?—Рика задумалась. —Может быть ...— Братик уклонился от ответа. —Мы все равно должны заглянуть внутрь, просто чтобы убедиться.— Рика взглянула на него, а затем указала на стеклянные входные двери. —После вас.— Он поморщился и пробормотал: —Как храбро.— Он на мгновение заколебался, сжимая и разжимая руки, а затем сделал глубокий, бодрящий вдох и шагнул вперед. Рика отставала от него на шаг, достаточно далеко, чтобы он определенно был впереди. Входные двери автоматически открылись, когда они приблизились, и они снова заколебались, ожидая атаки, которой не последовало. Только после нескольких долгих, напряженных, лишенных событий секунд они переступили порог и вошли в здание. Автоматическая дверь закрылась за ними несколько мгновений спустя с тихим гидравлическим скрежетом. Атриум городского центра был темным и окутанным тенью, но далекие огни окружающих зданий снаружи отбрасывали тусклый свет на полированный мраморный пол. Колонны выступали вверх, как массивные руки, поддерживая высокий потолок, который возвышался на четыре этажа над их головами, а по обе стороны от них была зубчатая лестница, ведущая на второй этаж, обрамленная стальными перилами и панелями из прозрачного стекла. Через комнату от входных дверей находился большой изогнутый деревянный стол, который доставал Рике примерно до ребер, что, как она предположила, было чем-то вроде центра обслуживания клиентов или регистрации, а в обоих дальних углах были коридоры, которые вели дальше в здание, хотя они тоже были темными и непривлекательными. И, конечно же, за стойкой регистрации были плотно закрыты двойные двери. Единственные включенные лампы горели в дальнем конце коридора позади них, и их свет пробивался сквозь щели, создавая зловещий ореол над дверями. От этого веяло атмосферой фильма ужасов. Это была бы та часть, где бесстрашные герои собирались вместе и рисковали продвинуться дальше, только для того, чтобы монстр выпрыгнул на них из своего укрытия и разогнал их всех в разные стороны. —Значит, это определенно то, как она хочет, чтобы мы поступили, верно?— Рика прошептала своему брату. —Почти наверняка, —ответил он кивком. —Это значит, что худшая идея в мире на самом деле реализуется именно таким образом, верно?— —Наверняка. Она рассмотрела остальную часть комнаты, но ни один из других вариантов не выглядел более привлекательным, чем первый и самый очевидный. Конечно, в темноте все выглядело жутковато, не так ли? Эта мантия, висящая на обратной стороне вашей двери, превратилась в мрачного жнеца, мерцающая тень от ветки дерева на стене - в злобного призрака, а ваша настольная лампа - в поджидающего грабителя. —Может быть, причина, по которой она хочет, чтобы мы пошли этим путем, в том, что у нее не было времени захватить остальную часть городского центра,— с надеждой предположила Рика. —Да,—согласился ее брат, хотя его голос звучал не совсем убежденно.—Да, возможно.— Ну, не похоже, что у него были идеи получше, не так ли? —Влево или вправо, Братик? Его голова вертелась, когда он переводил взгляд с одного на другого.—Я думаю ...— Внезапный гул наполнил комнату низким жужжанием тысячи ос, и вибрация, казалось, сотрясла сам воздух вокруг них. Постепенно это превратилось в слога, а затем в слова, и по спине Рика пробежала дрожь. —ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, МАСТЕРА ХАЛДЕИ, В МОЮ СКРОМНУЮ ОБИТЕЛЬ. Гудящий голос был глубоким и звучным, и казалось, что в нем скрывается что-то нечеловеческое и чудовищное, как будто какая-то ужасная мерзость пробивается со дна бездны. Это исходило не из какого-то одного места, а со всех сторон, как будто само здание было живым и наблюдало за ними. —Ладно, это жутко,— сказал Братик. —Я ИЗОБРЕЛА БЕСЧИСЛЕННЫЕ МЕТОДЫ ЗАМАНИВАНИЯ ВАС В ЛОВУШКУ, ОДИНОКИХ, БЕЗ ДРУЗЕЙ, ЧТОБЫ БЫТЬ УНИЧТОЖЕННЫМИ ДО ТОГО, КАК ВЫ СМОЖЕШЕТЕ УГРОЖАТЬ МОИМ ПЛАНАМ. НИКОГДА ЗА ТЫСЯЧУ ЛЕТ Я НЕ МОГЛА ПРЕДСТАВИТЬ, ЧТО ВЫ ПОБЕДИТЕ МЕНЯ ЗДЕСЬ, В МОЕМ МЕСТЕ СИЛЫ, БЕЗ СВОИХ СЛУГ, КОТОРЫЕ МОГЛИ БЫ ЗАЩИТИТЬ ВАС. — Щелчок был почти как гром, он был таким внезапным и резким на фоне гудения, и с высоким, зловещим скрипом пара закрытых дверей медленно распахнулась. —НЕ ПОДОЙДЕТЕ ЛИ ВЫ ПОБЛИЖЕ? Я БЫ ОЧЕНЬ ХОТЕЛА С ВАМИ ПОЗНАКОМИТЬСЯ. Я УВЕРЕНА, ЧТО Я МНОГОМУ МОГЛА БЫ НАУЧИТЬСЯ ИЗ ТОГО, ЧТО ТВОРИТСЯ В ВАШИХ ГОЛОВАХ. — А затем, так же внезапно, как и началось, жужжание прекратилось. —Хорошо, она определенно хочет, чтобы мы пошли этим путем,— сказала Рика. —Я голосую за то, чтобы мы пошли в любом другом направлении. Похоже, об этом вообще не стоит говорить. — —Согласен,— немедленно сказал Рицука. —Но я думаю, мы должны хотя бы посмотреть, к чему это приведет.— Она недоверчиво посмотрела на него, затем снова на коридор, и с ее губ сорвалось только: —Ты пойдешь первым.— Он поморщился, но спорить не стал. Собравшись с духом, братик спустился в атриум и зашагал по нему, его ботинки стучали по полированному мрамору. Рика огляделась по сторонам в поисках ловушек, а затем последовала за ней. Они вместе осторожно приблизились к открытым дверям, обогнув стойку обслуживания клиентов, и чем ближе они подходили, тем более обычным выглядел коридор за ними. Еще одна пара открытых дверей находилась в дальнем конце, и еще два коридора расходились в обоих направлениях, огибая массивную комнату, в которой находился ... мюзик-холл? Может быть, театр. Было трудно что-либо разглядеть с их ограниченного ракурса, но ряды кресел, обтянутых винно-красной обивкой, тянулись во всех направлениях, а вдалеке виднелась сцена с деревянными полами, которые казались золотыми в мягком желтом освещении, освещавшем весь зал. В дальнем конце зала было еще больше мест над сценой, встроенных в заднюю стену. —Театр?— Рика задумалась. Домофон на стойке регистрации затрещал, и голос прошептал: —Пойдём ко мне домой гостиную, - сказал паук мухе.— Рика взвизгнула и завертелась, магическая энергия хлынула по ее контурам, и черный шар ее заклинания выпрыгнул из ее пальцев почти прежде, чем она успела как следует прицелиться. —Гандр!— Домофон на стойке регистрации взорвался, разлетевшись пластиковыми осколками. —Серьёзно, Рика?— Спросил Братик, но его собственный голос дрожал. —Я, - яростно начала она, - ненавижу фильмы ужасов!— Он оглянулся на коридор через открытые двери. —Хорошо. Давай не будем идти этим путем.— —Поддерживаю,— затаив дыхание, согласилась она. —предложение принято.— Она сделала глубокий вдох и выдохнула долгим вздохом. —Влево или вправо, Братик?— Он мгновение обдумывал свои варианты, нахмурившись, а затем, в конце концов, сказал: —Налево. Давай сначала налево.— Она кивнула. —Вперёд, Они-чан.— Выбрав направление, они обогнули открытые двери и стойку регистрации и направились по темному левому коридору. То слабое освещение, которое у них было снаружи, быстро исчезло, и всего в десяти футах по коридору стало практически невозможно разглядеть, где они были и куда направлялись. —Подожди секунду,—пробормотал Рицука, возясь со своим устройством связи. —По сути, это тот же принцип, что и при использовании смартфона, верно? Так что я должен быть в состоянии ...— Раздался щелчок, а затем браслет загорелся, отбрасывая наружу удивительно яркий свет. Близнецам пришлось зашипеть и закрыть глаза, настолько внезапной и разительной была разница. —Боже,— пробормотала Рика, щурясь от света. —Да Винчи-тян действительно сделала все возможное с этими штуками, не так ли?— —Они действительно универсальны,— согласился Рицука. Он поднял руку и отвернул запястье, и функция фонарика осветила следующие пятнадцать футов или около того достаточно ярко, чтобы все было ясно видно, но дальше все начало расплываться и снова погружаться в темноту. Рика поиграла со своим собственным коммуникатором. —Вот, позволь мне...— —Ты просто должна...— —Я справлюсь, я справлюсь... — Немного поработав, методом проб и ошибок, Рика включила и у себя на коммуникаторе режим фонарика. Это не сильно облегчило им задачу, но дало Рике возможность осмотреться, не полагаясь на своего брата. Рика осветила коридор, высветив одиночные двери, расположенные вдоль обеих стен, уходящих в темноту. "Комнаты для совещаний", - подумала она. Конференц-залы для встреч групп и высокопоставленных лиц и обсуждения любых совместных дел. Кто мог приехать в такой сравнительно небольшой город, как Фуюки, чтобы говорить о государственных делах? Она понятия не имела. Какими еще они могли бы быть? Тихий шелест донесся с потолка. Сердце Рики подпрыгнуло, и ее фонарь немедленно устремился вверх, но там ничего не было. Она и ее брат обменялись еще одним нервным взглядом. —Ты первый?—- предложила она. Он поморщился, глядя на нее, и покачал головой, но без возражений воспринял замечание. И снова во всем здании воцарилась тишина, и единственное, что Рика могла слышать, кроме стука своего сердца, был стук их шагов по мраморному полу и хриплое дыхание. Если Сэмпай и была где-то поблизости, она вела себя так тихо, что ни один из близнецов не мог ее услышать. Братик прошел мимо первой двери, но Рика сделала небольшой крюк и повернула ручку до щелчка, высунув голову в щель. Она осветила помещение внутри - большой, просторный конференц-зал, как она и думала, с элегантными современными белыми столами и стульями со стальными рамами, обитыми темно-бордовой тканью. Ее пульс отдавался в ушах, и она сглотнула, борясь с бабочками в животе, но, хотя тени, отбрасываемые ее фонариком, были жуткими и резкими, все помещение было пустым. Она закрыла дверь, пока та не захлопнулась. Братик с любопытством посмотрел на нее, и она покачала головой. —Просто проверяю,— сказала она ему. Они продолжили путь, останавливаясь примерно через каждые десять шагов, чтобы открыть следующую дверь и проверить комнату внутри. Однако каждый раз они ничего не находили, только пустые, заброшенные конференц-залы с аккуратно задвинутыми стульями под аккуратно расставленные столы. Планировка не всегда была точно такой же — иногда это было похоже на классную комнату, предназначенную явно для презентации, а иногда их объединяли в формы, подобные квадратам или длинным прямоугольникам, — но размеры самих комнат в целом соответствовали всем остальным. Чем дальше и больше они продвигались по коридору, тем больше Рика убеждалась, что она была права, и у Сэмпай просто не было времени подстроить ловушку для чего-либо, кроме очень очевидного пути, который она проложила для них. Это также означало, что Сэмпай, вероятно, не было ни в одной из комнат в этом направлении, возможно, даже не на этом этаже, потому что можно подумать, что если бы она была, то расставила бы больше трюков и ловушек, чтобы отпугнуть их. —Я думаю, что Сэмпай нет ни в одной из этих комнат,— сказала Рика вслух. —Я думаю, ты права,— согласился Братик. —Должны ли мы повернуть назад? Может быть, нам следует пойти другим путем и посмотреть, сможем ли мы найти что-нибудь там.— —Может быть, нам стоит попробовать подняться на второй этаж,— вместо этого предложил Братик. Внезапно из дальнего конца коридора донесся грохот, и Рика с Рицукой отправились на разведку. Ноги сами несли их мимо оставшихся дверей, пока они не достигли конца зала, где последняя дверь с левой стороны была слегка приоткрыта. Было все еще совершенно темно. Они обменялись еще одним взглядом, и Рицка протянул свободную руку, чтобы открыть дверь, пока Рика на всякий случай готовила свой Гандр. Петли зловеще заскрипели. —Сэмпай?— Рика попыталась спросить через щель. Ответа не последовало. Она колебалась лишь мгновение, а затем, когда ее брат еще больше приоткрыл дверь, Рика заглянула внутрь, держа в одной руке фонарик, а в другой - пальцы сложенные пистолетом, с Гандром на кончике пальца . —Сэмпай, ты здесь? Она направила свой луч в темноту и медленно провела им по комнате — и ахнула, чуть не отшатнувшись, когда поняла, что комната не так пуста, как она думала. —Сэмпай, это ты? Высокая, гибкая фигура медленно выпрямилась, а на заднем плане раздался нервирующий гул, только на самом нижнем уровне слышимости. Длинный черный плащ упал на тело фигуры, капюшон накинут на голову, и с нарочитой медлительностью она развернулась, лицо было окутано тенью, даже несмотря на то, что свет Рики падал прямо на нее. Что-то под капотом попало в луч фонарика и замерцало, ярко сверкнув. —Сэмпай? А затем из-под капюшона появилась одна длинная, тонкая, волосатая нога, почти вдвое больше указательного пальца Рики, за ней другая, и еще одна, и черное тело абсолютно массивного паука вылезло из-под ткани. —Ик! Рика пискнула и отшатнулась назад, но Братик был быстрее и хладнокровнее перед этой ловушкой, потому что его рука уже поднялась. —Гандр! Шар черной энергии соскочил с кончика его пальца и ударил закутанную фигуру прямо в то, что должно было быть ее грудью, но, подобно листу ткани, тело сложилось вокруг заклинания, ткань вздулась, когда сотни и сотни жуков вырвались из-под нее, извивающаяся хитиновая масса и слишком много ног. Они упали на пол ковром из крошечных, чирикающих телец, растекаясь по мрамору волной, слишком гладкой, чтобы быть естественной. —Черт! —Рика! Они вдвоем выбрались обратно за дверь, и Рика захлопнула ее с гулким стуком, который, вероятно, был слышен по всему зданию. Это не остановило жуков. Они протискивались своими телами в крошечную щель между дверью и полом, вытекая в коридор. Размер пространства не позволял им появиться всем сразу, но это был только вопрос времени, когда они все пройдут. —Давай убираться отсюда!— крикнул Они-тян. —Тебе не нужно говорить это дважды! Они развернулись и побежали обратно тем же путем, каким пришли, свет их фонариков прыгал повсюду. Рика рискнула оглянуться назад только один раз и пожалела об этом, потому что извивающийся рой тьмы ползал по полу и стенам и медленно поглощал коридор позади них. Позже она вспомнила, что Сэмпай обещала не топить их в океане своих насекомых, но в тот момент все, что заполнило голову Рики, были образы этого роя, ползающего по ней, под одеждой, забирающегося в уши, рот и нос, когда она кричала, чтобы они прекратили. Атриум открылся перед ними, и они выбежали обратно в тусклый свет близлежащих зданий. —В другую сторону!— Сказал Рицука. Но как только они направились к коридору справа, они заметили в том направлении еще больше жуков, еще один ковер медленно покрывал стены, потолок и пол. В коридор с правой стороны тоже вход был закрыт. —Черт! —Вверх по лестнице!— Рика заорала на брата. —Правильно! Едва слова слетели с ее губ, как она увидела перекрещивающийся узор паутины, сплетенный между перилами лестницы. Десятки ядовито-желтых тел с ногами в черную полоску поджидали их, словно провоцируя близнецов заманить себя в ловушку и стать легкой добычей. Единственный путь, который был ясен… —Братик! — Вижу!— крикнул он ей в ответ. Это была ловушка. Они оба знали, что это ловушка. Но других вариантов не было, потому что все остальные пути были перегорожены таким количеством жуков, что их невозможно было сосчитать. Сэмпай не оставила им другого выбора. Рицука и Рика побежали к двойным дверям в центре, обогнули стойку регистрации и, не колеблясь, прошли через них и помчались в аудиторию. Двойные двери закрылись за ними с последним, ужасающим ХЛОПКОМ. Они не остановились, они продолжали идти, топая по покрытому ковром коридору. Они не оглядывались назад, не смели отвлекаться, пока не добрались до зрительного зала и не захлопнули другие двойные двери. Только тогда они обернулись, тяжело дыша от напряжения, медленно отступая, не сводя глаз с двери, на случай, если рой и здесь начнет просачиваться сквозь щели. На данный момент, однако, ничего не проходило. Казалось, что эти двойные двери были непроницаемым барьером, который блокировал рой. Всего на мгновение Рика позволила себе поверить, что они в безопасности — настолько, насколько это вообще возможно, что было совсем не безопасно, когда они оказались в ловушке именно там, где хотел их видеть враг, без выхода. В тот момент, по крайней мере, им не угрожала непосредственная опасность, что было лучше, чем быть атакованными бурлящей массой из охрененого количества жутких тварей. Единственное, за что Рика определенно могла быть благодарна, так это за то, что Сэмпай, похоже, не нашла ни одного гигантского шершня. Они с Братиком действительно могли бы попасть впросак, если бы она их нашла. А затем сами стены, казалось, завибрировали, и любое представление о безопасности, которое могло быть у Рика, мгновенно развеялось. —ТАК МИЛО, ЧТО ВЫ ПРИШЛИ СЮДА, КО МНЕ,— прогудел тот же голос , что и в прошлый раз. И снова, он исходил отовсюду, не из какого-то единственного источника, а из самого здания, обращавшегося к ним. —ВЫ ВЫГЛЯДИТЕ ДОВОЛЬНО УСТАЛЫМИ, МАСТЕРА ХАЛДЕИ. ВОЗМОЖНО, ВЫ ХОТЕЛИ БЫ ОТДОХНУТЬ? МОЖЕТ БЫТЬ, ЧТО-НИБУДЬ ПЕРЕКУСИТЕ, ЧТОБЫ ПОДКРЕПИТЬ СИЛЫ? ЧАШЕЧКУ ХОРОШЕГО ЧАЯ?— —Подойдите,— сказал другой голос, с оттенком того же гула трепещущих крыльев и шелеста хитина, и это было позади них, дальше, достаточно далеко, чтобы слова могли быть услышаны. Когда Рика и ее брат обернулись, на сцене в глубине зала стояла фигура в черно-белом, с накинутой на голову шалью с капюшоном и свисающей с бедер рваной юбкой, но с телосложением, которое безошибочно было человеческим. —Позвольте мне продемонстрировать вам мое гостеприимство.— Сами слова были холодными и вежливыми, и в том, как она приглашающе раскинула руки, не было ничего угрожающего, но эффект был испорчен жуками, которые ползали по ее телу, исчезая между складками ее комбинезона и прорехами в броне. Дрожь отвращения пробежала по спине Рики. И снова Братик оказался быстрее, потому что его рука поднялась прежде, чем Рика успела подумать о том, что ей следует делать. —Гандр! Шар черной энергии вылетел из кончика его пальца. Сэмпай вообще не двигалась, чтобы что-либо предпринять, ни уклониться, ни контратаковать, и, несмотря ни на что, заклинание Братика бесполезно ударилось о невидимое силовое поле в воздухе и взорвалось. —Сейчас в этом нет необходимости,— вкрадчиво сказала Сэмпай. —Я просто хочу поговорить.— —Гандр!— Братик позвал снова, но, как и раньше, его заклинание ударилось во что-то невидимое, не долетев до Семпая и десяти футов. —Гандр! Гандр! Гандр!— Снова, снова и снова его заклинание взрывалось еще до того, как оно приближалось. Рика не знала, как она это делала. С каких это пор Сэмпай знает какие-либо барьерные заклинания? —Если вы продолжаете настаивать, - зловеще произнесла Сэмпай, - тогда мне придется быть немного ... грубой с вами.— Рицука мгновение молча смотрел на нее, а затем зарычав бросился к сцене, пробежав по проходу так быстро, как только мог. —Братик!— Рика закричала, пытаясь…сделать что? Предупредить его? Тебе нужно всего лишь нанести один хороший удар, внезапно вспомнила она. Ободрённая этой мыслью, она бросилась за ним, потому что им просто нужно было подняться на сцену и нанести один удар, и все было бы кончено. Было бы проще, если бы их было двое, не так ли? За исключением того, что Братик преодолел всего, может быть, десять или пятнадцать футов, прежде чем Сэмпай махнула рукой, и он необъяснимым образом споткнулся. —Братик! Братик не остался лежать. Он почти мгновенно вскочил и бросился к сцене. —Один хороший удар, Рика!—крикнул он ей в ответ. Сэмпай наклонила голову, и из ее рта вырвался вздох. —Боже мой. вам действительно нужно усложнять всё, не так ли?— Близнецы не ответили, они просто продолжали идти. Рицука первым поднялся на сцену, потому что он был просто более быстрым бегуном, чем Рика, и он перелез через выступ, карабкаясь и едва замедляя шаг, и направился к Сэмпай — только для того, чтобы внезапно остановиться, пойманный какой-то невидимой силой. —Ты же не думал, что я оставлю себя без защиты, не так ли?— Братик боролся, подтягивая ноги и руки, и Рике потребовалась секунда или две, чтобы понять, что он сражается не с воздухом, а с тонкими, как паутинка, нитями паутины. Они были настолько тонкими, что были почти невидимы, пока не стали видны, в свете ламп, отражая свет. Рика могла только остановиться и смотреть в нескольких шагах позади брата, поражаясь тому, насколько хитроумной получилась эта ловушка и насколько была крепкой паутина, чтобы она могла так долго удерживать ее брата. Она вспомнила, что где-то слышала, что паучий шелк крепок, как сталь, но каждая паутина, через которую она когда-либо случайно проходила, почти без усилий разваливалась. В конце концов, однако, Братик освободился, оторвав нити от их крепления и оборвав те, которые отказывались отрываться, и он, не теряя времени, снова отправился за Сэмпаем. Рика начала и последовала за ней, поднявшись на сцену как раз в тот момент, когда ее брат наконец добрался до Сэмпай. И, как и раньше, Сэмпай ничего не предприняла. Она не пыталась увернуться, она не сопротивлялась, она не поднимала кулаки, чтобы защититься — она обещала не делать этого, вспомнила Рика. Верно, весь смысл упражнения состоял в том, чтобы показать им, как сражается Кастер, настоящий, а настоящие Кастеры сражаются не руками, не кулаками и не оружием, они сражаются магией и заклинаниями. Вот почему им просто нужно было нанести один хороший удар. Единственный способ победить Кастера, который на самом деле сражался как маг, - это перенести бой на ту дистанцию, где он был слабее всего, то есть на расстояние протянутой руки. Братик вскрикнул и выбросил кулак вперед, целясь не в лицо Сэмпай, потому что он, вероятно, не хотел на самом деле причинять ей боль, а в центр тяжести, прямо в середину ее брони. Костяшки его пальцев приземлились с сильным хрустом. Это означало, что они победили. Один хороший удар. —Мы сделали это!— Рика обрадовалась. —Отличная работа, Братик!— Но она была единственной, кто праздновал. Братик молчал, если не считать его тяжелого дыхания, и Семпай не остановила их и не поздравила. Фактически, в течение одного зловещего момента Сэмпай молчала как могила. А потом она заговорила, и у Рика возникло зловещее ощущение, что где-то что-то пошло не так. —Вас никто никогда не предупреждал?— Пробормотала Сэмпай.—Вы никогда не должны сталкиваться с магом в его мастерской.— Братик ахнул и отшатнулся, когда Сэмпай, казалось, сдулась, ее костюм осел на пол, из него посыпались насекомые. Внутри него не было ни тела, ни человеческих конечностей, ни костей, ни волос или кожи, только масса жуков, подпиравших его, чтобы придать ему вид человека. Это была приманка с самого начала. У Рики едва хватило времени осознать это, как что-то укололо ее в затылок, и она ахнула, когда ее конечности внезапно онемели, и она потеряла всякий контроль над своим телом. Мир накренился на бок, и она рухнула на землю, запутавшись в руках и ногах, не в силах ничего сделать, кроме как смотреть, как Они-тян тоже упал, как марионетка, у которой перерезали ниточки. Боли не было. Что бы ни ударило ее, это лишило ее тела всякой чувствительности. Дрожь страха в животе доказала, что она не совсем потеряла все ощущения ниже шеи. Каким-то образом это было даже страшнее, чем если бы она упала в ужасных муках. Наконец-то с мест за сценой появилась она, неторопливо идущая по проходу, пока не достигла низа. Сэмпай, одетая в свой костюм, перегнулась через перила, опираясь на руки и глядя на них сверху вниз через яркие желтые линзы, которые еще больше светились в мягком освещении, наполнявшем комнату. —А теперь, - сказала она, - вы двое полностью в моей власти.—