Hereafter (будущее)

      — Молодец, Сэм! — крикнула Дрейк. — Покажи этому ублюдку что значит быть пиратом!              БУМ!              Даже когда внимание Форнеуса было теперь сосредоточено исключительно на нём, Беллами не испугался и не отступил. Он продолжал атаковать, когда его пушки изрыгали дым, пламя и черную железную смерть без пауз или колебаний. Как будто от этого зависела его жизнь, он продолжал свою атаку, стреляя вновь и вновь, выстрел за выстрелом.              — Да, чёрт возьми! — воскликнула Френсис.              БУМ-БУМ-БУМ!              Черная плоть Демонического Бога рвалась, когда всё больше пушечных ядер попадали по нему, вырывая куски. Быстрое стаккато пушек Уиды Гэлли отозвалось эхом, и ещё больше пушечных ядер разорвалось по извивающемуся телу и огромным глазам Форнеуса, и каждое из них наносило ещё больший урон. Возможно, это было ничтожно по сравнению с атакой Ифе, которая уничтожила всё перед собой за один раз, пусть Столб плоти и медленно исцелял все эти повреждения — даже когда они накапливалось — но эти атаки всё же приносили эффект.              — ТЫ НЕГОДЯЙ! — взревел Форнеус.              Если Беллами и сказал что-нибудь в ответ, он был слишком далеко, чтобы обычный человек мог услышать, да это и не имело особого значения. Беллами отвлек Форнеуса, и это дало нам удачную возможность.              —ВСЕ! — крикнула я. — ВОТ ОНО! ИСПОЛЬЗУЙТЕ НА НЁМ ВСЁ, ЧТО У ВАС ЕСТЬ!              —Да! — сказала Аталанта. Она натянула лук, снова наложила на тетиву две стрелы и прицелилась прямо в небо. — Я предлагаю эти стрелы богам-близнецам, Артемиде и Аполлону! Катастрофа Фоубуса!              Две полосы света ушли вверх, а мгновением позже вниз хлынул дождь света. Подобно ливню из метеоритов, они обрушились на Форнеуса, пробив борозды на его плоти и даже выбив один или два огромных глаза. Демонический бог пронзительно закричал, но рёв прекратился прежде, чем я успела зажать уши руками, поскольку в него попало ещё больше пушечных ядер, которые усугубили урон от Благородного Фантазма Аталанты.              Араш присоединился мгновением позже, выпуская залп за залпом свои собственные стрелы. Они наносили и близко не такой сильный урон, как у Аталанты, просто потому, что это были обычные стрелы, а не Благородный Фантазм, но через секунду я поняла, что он специально нацеливался на уже открытые раны, вместо того, чтобы пытаться нанести новые.              Трудно сказать, насколько это было эффективно, но даже если единственное, что он мог, так это оставлять раны открытыми, этого уже было достаточно.              — Боже мой, — сказала Артемида, — если даже малышка Аталанта ввязалась в это, похоже, у меня нет другого выбора!              — Ты все правильно поняла! — сказал ей Орион. — Теперь поторопись! Стреляй! Нам нужно уничтожить эту штуку до того, как Аполлон решит обратить на это внимание и появиться!              Она просто улыбнулась, нисколько не обеспокоенная.              — Не волнуйся, Дорогой! Я защищу тебя от всего, даже от моего старшего брата!              Артемида натянула тетиву своего лука, и образовавшаяся стрела отрастила странные, закручивающиеся выступы на наконечнике, которые соответствовали изгибу её лука. Она прицелилась в ближайший глаз, тот, что находился на уровне навесной стены и находившийся так близко, что занимал большую часть моего поля зрения.              — Это доказательство моей любви, ставшее явным! Tri-star Amore Mio!              Стрела взлетела, как ракета, и превратилась в полосу бледно-голубого цвета. Прежде чем я успела увидеть, как богиня выпустила её, снаряд уже пронзил огромный глаз, проделав в теле Форнеуса дыру достаточно большую, чтобы через неё могла проехать машина. Чёрный ихор хлынул из раны, разбрызгиваясь повсюду и попадая на зубчатые стены и нашу обувь.              Я была готова поспорить, что это обернётся головной болью. Да Винчи, вероятно, подаст официальную жалобу, когда узнает.              — Ну и чёрт! — Морган рассмеялся, широко улыбаясь. — Это конец, не так ли? Полагаю, больше нет причин сдерживаться, не так ли? С таким же успехом я мог бы выложить все свои карты на стол!              — Вот о чем я говорю! — сказала Дрейк, отвечая на его ухмылку своей собственной.— Эй, Морган, этот твой флот чего-то стоит, или он просто показуха?              Морган хихикнул. — Ты знаешь как замотивировать, капитан!              В воздухе вокруг нас замерцали частицы света, сливаясь в знакомые очертания флотилии кораблей, которая приветствовала нас, когда мы приблизились к этому архипелагу. Точно так же, как и Уида Гэлли, когда мы преследовали Черную Бороду, точно так же, как и Месть Королевы Анны, когда Черная Борода устроил нам засаду, сбежав с Эвриалой, армада судов передвигалась по воздуху так же уверенно и легко, как и по морю. Всего, должно быть, было что-то около полусотни кораблей, каждый из которых был галеоном, пригодным для войны и снаряженным для битвы.              Морган быстро подошёл к краю вала и поставил одну ногу между «зубцами», приняв свою культовую позу.              — Оценивай человека по его действиям!              Он ткнул пальцем в Форнеуса. — Теперь, ты, так называемый Демонический Бог, узри же мощь экспедиционного флота капитана Моргана!              Несколько кораблей запылали без видимой причины, в то время как все остальные, направили все свои пушки на Форнеуса. Раздалось шипение тысячи фитилей.              — Огонь!              БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ!              Флот Моргана присоединился к обстрелу с Уиды, и те, что запылали, сдвинувшись с места, направились вперед, обрушившись на Форнеуса и врезались в него с оглушительным треском древесины. Там, где они столкнулись, демонический бог сам загорелся, и огонь неестественно прилипал к ранам, как смола или масло, продолжая гореть. Пушечные ядра как с Фантазма Бэллами, так и с флота всё это время вонзались в столб плоти, вырывая огромные куски черного ихора, который разбрызгивался по округе.              — ВРЕДИТЕЛИ! — взвизгнул Форнеус. — ПАРАЗИТЫ! НАГЛЫЕ НЕГОДЯИ! КАК ВЫ СМЕЕТЕ!              По одному, его глаза вспыхнули, а остальные корабли Моргана флота — те, что были не должны — оказались подожжены. В это же время Морган пошатнулся, вздрогнув, как будто получил сильный удар в живот, но мгновение спустя он обрёл второе дыхание и прорычал: — Я ещё не закончил!              Под нашими ногами снова загорелись фитили пушек форта, и из-за Форнеуса я не могла их видеть, но пушки в других фортах по всему архипелагу, должно быть, тоже приготовились к стрельбе.              — Канонада Порт-Ройяла!              Раздался оглушительный рёв новых пушек, и весь форт под нами, казалось, задрожал, когда орудия, что были внизу, выплюнули ядра. Снаряды продолжали сыпаться со всех сторон, и Форнеус содрогался при каждом попадании, что врезалось в плоть, которая ещё даже не закончила заживать. Все бо́льшие и бо́льшие куски начали отваливаться от его тела, глаза вылезали из орбит от попаданий, а количество ихора выливающегося из ран становилось поистине огромным.              И этого все ещё было недостаточно. Форнеус дёргался при каждом попадании, разбрызгивая по всюду ещё больше ихора, но, кажется, Демонический Бог до сих пор не достиг критического порога повреждений. Если бы мы могли продолжать подобную атаку, я думаю, в конечном итоге её было бы достаточно, просто исходя из количества наносимого нами урона.              Но мы не могли долго продолжать в подобном темпе. Морган держался так долго, как мог, но это был его уже третий Благородный Фантазм применённый менее чем за час, и у него не было поддержки Мастеров для пополнения запаса энергии. В конце концов, ему неизбежно пришлось остановиться, тяжело дыша, с лицом, покрытым бисеринками пота от усилий, потому что, если бы он зашел слишком далеко и истратил весь свой запас, то форт под нашими ногами исчез, и мы бы упали на остров.              Беллами тоже прекратил стрелять, хотя было ли это из-за того, что у него тоже заканчивалась энергия, или он просто ждал сигнала, чтобы продолжить обстрел, этого я не знала. В следующей Сингулярности, я думаю, мне придется быть более настойчивой в заключении контрактов со свободными Слугами, даже если они будут лишь временными.              После этого наступило затишье. Дымка от пушек Моргана лениво поднималась вверх, оставляя после себя тонкий смог, который обжигал мне ноздри и вызывал желание кашлять. Рика, скривив лицо в гримасе, попыталасю отмахнуться от него рукой, но без особого успеха, а Рицука спрятал нос и рот в рукав, щуря свои слезящиеся глаза.              — Черт возьми.              Остатки флота Моргана исчезли в мерцании. Он сам выглядел на грани того, чтобы начать исчезать из-за количества энергии, которое ему пришлось израсходовать ради бомбардировки Форнеуса всем, что у него было. И независимо от того, держался ли он благодаря чистому упорству или у него имелся какой-то трюк, который позволял ему пополнять запасы — каким-то образом он всё ещё оставался материальным.              Проблема была в том, что Демонический Бог тоже был ещё жив. Он был весь в ранах и дырах, у него отсутствовало половина плоти и часть глаз, и он получил достаточно повреждений, чтобы заставить вздрогнуть даже Геракла, но он всё ещё стоял. Его раны медленно заживали, восстанавливая утраченную плоть, а потерянные глаза медленно заменялись.              Морган стиснул зубы. — После всего этого, оно всё ещё живо, не так ли?              — Он сильнее, чем предыдущий, — отметил Араш.              — Ублюдок просто не знает, когда остановиться, — согласилась Жанна Альтер. — Чёрт. Этот ублюдок просто принимает всё, что мы можем на него обрушить, не так ли? Дерьмо!              — Что ещё мы можем сделать? — спросила Брадаманте. — Королева Ифе уже нанесла удар, а теперь сэр Беллами с сэром Морганом, и даже Благородный Фантазм леди Артемиды не смог победить его. Не в обиду королю Давиду, но…              — Ничего, — сказал король Дэвид. — Ты права, у меня нет ничего, что могло бы нанести этому достойный урон. Ковчега может быть достаточно, чтобы всё закончить, но перемещать его — слишком большая боль, и у меня нет никакого способа бросить его в сторону Форнеуса. И, э-э, я не уверен, что хочу знать последствия, если Святой Грааль, который находится у этой штуки, войдет в контакт с Ковчегом. Хочу сказать, ничего хорошего не будет…              Потому что, конечно, было бы слишком удобно, если бы все было так просто.              —… и я не думаю, что мой собственный Благородный Фантазм многого добьется, — продолжила Брадаманте.              — Есть ли что-нибудь ещё, что мы могли бы попробовать?              Я была не единственной, кто оказалась поражённой, чуть не выпрыгнув из кожи, когда обернувшись, нашла знакомое изможденное лицо среди нашей группы. Как ему удалось подкрасться к нам? Ко мне?              — Дэйви Джонс! — пискнула Рика.              Аталанта, Артемида и Араш тоже развернулись, направляя на него свои луки. Он полностью проигнорировал их.              — У вас больше ничего нет? — Спросил Дэйви Джонс. — Больше никаких тактик, которые вы могли бы использовать против этого мерзкого существа?              Я взглянула в сторону Ифе, и она замерцала, как будто была всего в нескольких мгновениях от исчезновения, затем перевела взгляд на мои Командные заклинания, а затем снова на Жанну Альтер. В моей голове уже зародилось несколько идей. Нет, мы ещё не исчерпали все наши варианты. Даже если бы нам пришлось впасть в ещё большее отчаяние, мы все равно могли бы вызвать Зигфрида сюда во второй раз и попросить его использовать Балмунг один или два раза, и если бы этого оказалось недостаточно, тогда я бы начала беспокоиться всерьез.              — Несколько.              Дэйви Джонс покачал покрытой водорослями головой. — Тогда я предоставлю вам возможность. От вас, чемпионов правильной истории, зависит, чтобы они использовали её по максимуму.              Когда это сообщение было доставлено, он буквально растаял. Его тело просто… рухнуло в лужу воды, и Рика отшатнулась от неё, когда она растеклась по кирпичной кладке.              — Фу, — сказала она.— Если я случайно наступлю на это, я наступлю на сок души?              Орион посмотрел на лужу с таким же беспокойством. — Почти уверен, что это обычная вода, но я все равно не собираюсь к ней прикасаться.              — Доверяем ли мы ему? — Спросил Араш.              — Я не уверена, что у нас есть большой выбор, — сказала я.              — Что бы ты ни планировала, делай это быстро, — предупредила Ифе. — У меня едва хватает энергии, чтобы поддерживать форму, и даже этого надолго не хватит.              Я открыла рот, чтобы начать объяснять.              — У ВАС ЗАКОНЧИЛИСЬ ИДЕИ, ЧЕРВИ? — прогремел Форнеус. — ЕСЛИ ВАШ АРСЕНАЛ ИССЯК, ТОГДА ОСТАВАЙТЕМЬ ТАМ И УМРИТЕ КАК ПАРАЗИТЫ, КОТОРЫМИ ВЫ И ЯВЛЯЕТЕСЬ. ПОСЛУШАЙ…              БУМ!              И ещё одно пушечное ядро врезалось в Форнеуса. Несколько его оставшихся глаз повернулись по сторонам, сосредоточившись на Уиде, пока Беллами делал новые выстрелы — БУМ, БУМ, БУМ! — чтобы отвлечь его внимание от нас.              Однако терпение Форнеуса, казалось, полностью иссякло.              — Я УСТАЛ ОТ ТВОЕГО ПОСТОЯННОГО ВМЕШАТЕЛЬСТВА! УБИРАЙСЯ, НЕГОДЯЙ!              Глаза вспыхнули, все сразу. Грохочущий, оглушительный взрыв разнесся эхом по всему архипелагу, и Уида взорвалась дождем осколков и пламени. Зазубренные деревянные доски и рваные обрывки парусов шлепнулись в воду. Мгновение спустя волна тепла коснулась моих щек.              Дрейк снова бросилась на зубчатую стену. — СЭМ!              — Сэм! — закричали Рицука и Рика.              — Черт возьми, — сказала Аталанта.              Ответа не последовало. На таком расстоянии было невозможно разглядеть мелкие детали, но даже из того, что я могла видеть, не было никаких признаков Сэма Беллами среди обломков его корабля. Даже его шляпы нет.              — Он?.. — Пробормотала я Арашу.              — Я его не вижу, — так же тихо ответил Араш. Это было равносильно подтверждению.              Это было дёшево. Сэм был с нами против Черной Бороды, и он справился со всем остальным, что пыталось убить нас с тех пор, как мы встретились с ним. Ему удалось продержаться достаточно долго, чтобы погнаться за Черной Бородой, затем за Гектором, а затем он привел нас сюда, на архипелаг, без перерыва, и после всего этого гигантское щупальце с какими-то особыми глазами прикончило его.              — ТАКОВА СУДЬБА ТЕХ, КТО ВЫСТУПАЕТ ПРОТИВ МОЕГО КОРОЛЯ.              — Ублюдок! — Френсис зарычала. Она вытащила один из своих пистолетов, выстрелив в Форнеуса, но поскольку ее Грааль всё ещё был у Араша, он даже не пробил цель. — К черту твоего короля и к черту его коня тоже! И к черту тебя больше всех!              Она попыталась выстрелить снова, но у нее больше не было неограниченных боеприпасов, поэтому ее пистолет просто бесполезно щелкал. У меня не хватило духу сказать ей, что это бессмысленно.              — ВАШЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ БЕСПОЛЕЗНО, А ВАШИ ЖАЛКИЕ АТАКИ БЕССИЛЬНЫ. ЭТО БЕСПОЛЕЗНО. ТЕПЕРЬ, ПОСЛУШАЙТЕ, НА ВРЕМЯ ДРЕЙФА…              И тут из моря позади него появился корабль, выныривающий, словно кит, из воды, которая на самом деле была слишком мелкой, чтобы его можно было там спрятать. Взгляд Форнеуса метнулся к нему.              — ЧТО?              Это был не просто корабль. Это была галера с выступающими с обеих сторон веслами и золотыми узорами вдоль поручней и краев палубы. Грот был королевского синего цвета, и на нем было вышито изображение красного дракона, большого и всеобъемлющего. Полосы того же синего цвета горизонтально пересекали корпус, делая золотой цвет еще более привлекательными.              — Какого черта? — растерянно переспросила Дрейк.              — Это что… — выдохнул Рицука.              — Почему! — Взволнованно воскликнула Рика. — Это Сэм!              Так ли это? У меня были сомнения на этот счет по ряду причин, включая тот факт, что мы только что видели, как затонула Уида. Это было всё ещё слишком далеко для моих обычных человеческих глаз, чтобы видеть, так что я не могла сказать наверняка, но…              На мгновение повернув голову, чтобы посмотреть на Араша, и, как будто почувствовав мой взгляд, он слегка покачал головой, подтверждая мои подозрения. Всё было так, как я тогда и подумала. Даже если это на самом деле был Уида Гэлли, а не какой-то двойник, и это уже было некоторой натяжкой, тот, кто стоял у руля, определенно не был Беллами.              — Он выжил! — Машу вздохнула с облегчением. — Слава богу!              Дрейк ухмыльнулась. —Он круче, чем я думала!              —Нет, — сказала Аталанта, разрушив их надежды. — Это не Сэм Беллами.              Всё больше кораблей вырываются из воды один за другим, все они разные, из разных эпох. От древних экспонатов, которые выглядели так, словно принадлежали Классической Греции, до галеонов прямо из Золотого века пиратства и броненосцев времён Гражданской войны, все они поднимались из воды, как стая всплывающих китов, мокрые и размокшие, с водой струившейся из каждого доступного иллюминатора. Те, у кого были пушки, открыли свои орудийные порты и, подобно стае охотящихся косаток, маневрировав, чтобы окружить свою добычу.              Каждый корабль был укомплектован фантомами, точно так же, как Порт Ройял Моргана, и руководил всем этим, управляя знакомым жутким кораблем, который выглядел так, как будто приплыл прямиком из истории о морских призраках, никто иной как, Дэйви Джонс.              К черту всё, я просто собиралась согласиться с этим. Если мы все ошибались и он был каким-то другим Героическим Духом, мы могли бы побеспокоиться об этом позже.              — Это наш новый друг.              — Тогда, — начал Рицука, — это означает, что Сэм…              — Мне жаль, Рицка, — сказал Араш. — Я его не вижу.              Ухмылка Френсис превратилась в гневную гримасу. — Ублюдок! Теперь это личное! Никто не смеет трогать мою команду, так что это не сойдет ему с рук!              — Да! — согласилась Рика. — Давайте сделаем такояки из этого сукина сына!              — Легче сказать, чем сделать! — взвизгнул Орион.              — НАГЛЫЙ НЕГОДЯЙ, — прорычал Форнейс. — ТЫ ВЕРИШЬ, ЧТО ПРОСТОГО КОЛИЧЕСТВА ДОСТАТОЧНО ДЛЯ ПОБЕДЫ НАДО МНОЙ? ОЧЕНЬ ХОРОШО. ПРИВОДИ СТОЛЬКО, СКОЛЬКО ЗАХОЧЕШЬ. Я СОКРУШУ КАЖДУЮ ИЗ ЭТИХ ЖАЛКИХ НАДЕЖД, КОТОРЫЕ ТЫ ЛЕЛЕЕШЬ, ЧТОБЫ ТЫ МОГ УМЕРЕТЬ В ОТЧАЯНИИ!              БУМ! - оглушительным звуком пронёсся первый выстрел, и, как будто это был сигнал для всех остальных, другие корабли тоже открыли огонь, все вместе, как симфония. Эхо их пушечных выстрелов разрывало воздух, заставляя кирпичную кладку под нами дрожать и отдаваться в моих и без того измученных барабанных перепонках.              Первый снаряд врезался в Форнеуса и вырвал ещё один кусок плоти, то же самое сделали и последующие. Один за другим они попадали, вырывая кусок за куском из гигантского щупальца, и раны, которые уже заживали, яростно вскрывались, разбрызгивая повсюду ещё больше черного ихора.              Но я почти сразу заметила, что этот обстрел был менее эффективен, чем у Моргана, что попадания наносили Форнеусу меньший урон, и мне потребовалась всего секунда, чтобы понять почему: это не был Благородный Фантазм. Эти пушечные ядра могли ранить Форнеуса и любого другого слугу в силу того факта, что Дэйви Джонс командовал кораблями и использовал их как свою личную армаду, но в остальном в них не было ничего особенного. В остальном это были обычные пушечные ядра, выпущенные из обычных пушек.              Потому что Дэйви Джонс не был командующим флотом. Это не было его легендой. Он был психопомпом. Он мог призвать каждый из этих кораблей, потому что — если он действительно был Дэйви Джонсом — все эти корабли в какой-то момент затонули и, следовательно, попали в его владения, отдаленно напоминающие владения морского бога, но ни один из этих кораблей не был его Благородным Фантазмом.              — КАК НЕОБЫЧНО.              Один из оставшихся глаз Форнеуса вспыхнул, и с треском один из кораблей импровизированного флота загорелся, когда большой кусок его палубы разлетелся в труху. Вспыхнул ещё один глаз, и второй корабль раскололся в огненных сполохах, пламя которых с неестественной скоростью распространилось по дереву, охватив несколько призрачных членов экипажа. Третья вспышка поразила третий корабль, а затем четвертая разнесла четвертый.              И Дэйви Джонс прекрасно осознавал свои ограничения. Вот почему это с самого начала было задумано только как отвлекающий маневр, и вот почему он всего лишь пообещал предоставить лазейку. Именно это он и делал.              Что означало, что мы должны были закончить Сингулярность и вернуться домой.              —Ифе! — Её внимание переключилось на меня, когда я протянула руку, символы на обратной стороне которой светились. — Силой этого Командного Заклинания Я приказываю: используй эту энергию, чтобы активировать свой Благородный Фантазм, Очд Доуг Один!              Со вспышкой один из штрихов моих Командных Заклинаний смазался, а очертанья Ифе ещё немного затвердели, приобретая чёткость по краям. Она одарила меня холодной улыбкой во все тридцать два. — Да, мастер!              — Супер-экшн, мама! — Добавила Рика, используя одно из своих собственных командных заклинаний. — Делай, что говорит Сэмпай, и отправь этого монстра с щупальцами на тот свет!              Вспышка красного света, и одно из Командных заклинаний Рики исчезло. Ифе восхищенно рассмеялась. —Конечно!              Она взлетела, как ракета, оттолкнувшись от навесной стены так быстро, что превратилась в расплывчатое тёмно-бордовое пятно. Она ударилась в то немногое, что ещё оставалось под нами, затем прыгнула вперед, оставив после себя сияющую, горящую руну, вырезанную в грязи. Затем приземлившись на одном из кораблей, вызванных Дэйви Джонсом, на этот раз древней штуковине, у которой не было пушек, чтобы стрелять — и поэтому казалось, что корабль существует только для пополнения рядов или пополнения флота фуражом — и оставила на палубе ещё одну руну.              Таким образом, перепрыгивая с корабля на корабль и находя стратегически выгодные места, она оставляла руны, которые лучше всего подходили для её Благородного Фантазма.              Конечно, она не могла провернуть это полностью незамеченной. Даже с Дэйви Джонсом, отвлекающим внимание, у Форнеуса было слишком много глаз, чтобы не заметить её ухода и не понять того, что что-то затевается. Никакое принятие желаемого за действительное не могло скрыть её от посторонних глаз.              —Я ДУМАЮ, ЧТО НЕТ! — прогремел Форнеус. — ТЫ СЧИТАЕШЬ МЕНЯ СЛЕПЫМ? ДУРА!              Единственный вопрос заключался в том, сработает ли Благородный Фантазм, созданный против людей, на чём-то вроде Демонического Бога? У нас был только один способ выяснить это.              — Брадаманте!              Но прежде чем я успела приказать ей использовать ее Благородный Фантазм, чтобы отвлечь Форнеуса на время, достаточное для того, чтобы Ифе закончила, другая фигура в красном оттолкнулась от вала вместе с нами и пулей взмыла в воздух прямо к столбу плоти.              — Я тебе не позволю!              Ипполита, размахнулась кулаком и с звуком, подобным раскату грома, нанесла удар прямо Форнеусу. Этот звук сопровождался самым сильным ударом, который я когда-либо видела, и вопреки всякому здравому смыслу, полностью игнорируя законы физики, ее крошечная ладонь, сложившаяся в кулак, выдала столько силы, что Столб плоти фактически отшатнулся. Треск попавшего удара был почти сравним с Канонадой Моргана.              Она отлетела назад чтобы снова коснуться стены, и её ноги едва успели соприкоснуться, прежде чем она снова отскочила, отпрыгнув, как резиновый мячик. Она снова бросилась на Форнеуса, вращаясь в воздухе, чтобы набрать импульс, и приблизившись, она нанесла сокрушительный удар с разворота, который заставил бы любого мастера боевых искусств замереть в благоговении.              И Форнеус снова отшатнулся, изуродованное тело корчилось и извивалось от огромной силы удара. Буквально через несколько мгновений до моих ушей донесся треск её ноги, врезавшейся в него, за которым вскоре последовал испуганный крик демонического бога.              Что за чёрт? Была ли она способна совершить подобное всё это время?              — Срань господня, — сказала Рика. — Чак Норрис позавидовал бы такому!              Когда Ипполита приземлилась на одном из кораблей Дэйви Джонса, я сосредоточила на ней моя Мастерское Ясновидение — и мои брови поднялись к линии роста волос.              — Как она это сделала?              Все её характеристики взлетели до небес. Сила, Ловкость, Выносливость — все они повысились как минимум на один ранг, и даже её Божественность увеличилась. На самом деле, пока я смотрела, она повысила ещё один ранг, и миниатюрная молодая женщина набрала мощь, которой у неё раньше не было. Казалось, весь мир наблюдал, как она снова оттолкнулась, устремившись подобно ракете обратно к Форнеусу, и когда её кулак соприкоснулся с столбом плоти, сама ткань пространства, казалось, пошла рябью.              — Это одна из причин, почему никто из нас не предложил просто убить Эвриалу как способ помешать плану Ясона, — сказала Аталанта, похоже, поняв, о чем я спрашиваю. — Было просто слишком много альтернатив, которые сделали этот вариант спорным. Одной Каэнис было бы достаточно, если бы она усилила свой Святой Граф, а если бы не смогла, даже Ипполита могла бы подойти на эту роль.              С таким же успехом она могла бы объяснить это мне напрямую.              — Она становится богом.              Вот почему её характеристики возросли. Почему её присутствие становилось настолько тяжелым, что я могла его чувствовать. Она становилась чем-то большим, чем простая Слуга, и в отличие от Артемиды — которой пришлось втиснуться в Святого Графа Ориона, — или Эвриалы и Сфено, которые были настолько слабы, что бытие Слугой усилило их, Ипполита уже была сильной, и собиралась становиться ещё сильнее.              — Технически, Божественным Духом, — сказал король Давид.              — Это то, что может каждый? — недоверчиво спросила Рика.              Король Дэвид покачал головой. — Обычно нет. Но… она уже была полубогом. С этим её Благородным Фантазмом она может преодолеть царство Героического Духа и вознестись… Хотя, как долго она продержится в таком состоянии, сказать я не смогу.              Ипполита нанесла ещё один сокрушительный удар, и с помощью неё и флота Дэйви Джонса у Ифе появилось более чем достаточно отвлекающих факторов, чтобы скакать вокруг, находя идеальные места для рун, необходимых для её Фантазма. Просто у неё ушло больше времени, чем на поединок с Ромулом, из-за того факта, что Форнеус был достаточно велик, чтобы затмить не только Флауроса, но и весь императорский дворец.              — ХВАТИТ! — прогремел Форнеус, и снова его глаза начали вспыхивать, а взрывы тепла, пламени и силы рассекали воздух вокруг него, становясь подобием щита. Случайно, одному из них удалось попасть в Ипполиту, поджигая её и отбрасывая в солоноватую воду загрязненного мелководья.              — Я УСТАЛ ОТ ВАШЕЙ НАГЛОСТИ! ВЫ, ВСЕ ВЫ, ПОЖАЛЕЕТЕ О ТОМ САМОМ ДНЕ, КОГДА ПРИШЛИ В ЭТОТ МИР!              Магическая энергия начала собираться, быстро концентрируясь, и на воде начали светиться пятна. Демонический бог дрожал от усилий, всё еще находясь под ударами Дэйви Джонса и его флота, но не остановился, даже когда из его изодранного тела вырывались куски плоти.              Ифе! Резко произнесла я.              Ее ответ был кратким. Почти!..              — СЛУШАЙТЕ! ПРИШЛО ВРЕМЯ ДРЕЙФА!              Оставшиеся глаза на Столбе плоти вспыхнули. Пятна света становились ярче, а затем лучи… столбы обжигающей белизны взметнулись к небу с громким, искрящимся жужжанием, от которого у меня завибрировали кости. Крики тревоги раздались от окружающих меня людей, и мне пришлось отвернуться и прикрыть глаза от яркого света, чтобы не ослепнуть. Поток горячего воздуха взъерошил мои волосы и обжёг щеки. Все жуки, которые у меня ещё оставались, мгновенно исчезли из моего восприятия, сделав это так внезапно, что от шока я чуть не пошатнулась.              Всё закончилось почти так же быстро, как и началось, и когда я снова открыла глаза, тяжело дышащая Машу сделала шаг назад, а ей Благородный Фантазм исчез перед фортом.              После атаки от города ничего не осталось. Мы и форт позади нас были единственным, что осталось от Порт-Ройяла Моргана. От Дэйви Джонса и его флота ничего не осталось, ничего, кроме нескольких обрывков парусины и обугленных досок. Каждый из его кораблей был полностью уничтожен.              — Супер-экшн-мама! — Рика закричала.              —Ифе! — Рицука повторил за ней.              Тёмно-бордовое пятно внезапно вылетело с отмели и столкнулось с Форнеусом со всей силой мчащегося поезда.              — НЕВОЗМОЖНО!              — Ты думал, этого будет достаточно, чтобы убить меня? — Ифе сплюнула. Одна из её рук полностью отсутствовала, а половина одежды на торсе сгорела, оставив только изодранную черную майку, но она все еще была жива. — Тебе на тысячу лет рановато думать, что нечто подобное может убить меня!              — Да, черт возьми! —Выкрикнула Жанна Альтер. — Уеби его, Супер Сука!              — НАГЛАЯ ВРЕДИТЕЛЬНИЦА!              Один из глаз Форнеуса вспыхнул, но в него врезалось ещё одно красное пятно, и огненный взрыв разразился примерно в двадцати футах от Ифе, совершенно сбившийся с курса.              — Я тоже! — сказала Ипполита, едва не опалившись. — Мы, амазонки, сделаны из более прочного материала, чем тот, который можно испепелить этой искрой!              Она отскочила, падая обратно к форту, и, как и раньше, её ноги едва коснулись земли, прежде чем она снова взлетела, нанеся ещё один тяжелый удар, от которого Демонический Бог пошатнулся. Напротив неё Ифе сделала нечто подобное, только её удары были и близко не такими разрушительными, потому что она была занята другим. Подготовкой своего Благородного Фантазма, накладыванием руны, как и раньше, только на этот раз, словно добавляя оскорбление к ране, она вырезала их прямо на плоти Форнеуса.              — Жанна Альтер, — пробормотал Рицука так тихо, что я почти не расслышал его. — На всякий случай, я хочу, чтобы ты приготовилась использовать свой Благородный Фантазм.              Она рассмеялась грудным смехом. — Значит, я могу убить этого гигантского ублюдка с щупальцами? Мастер, не пытайся воззвать к моей хорошей стороне, у меня её нет!              Атакуемый с двух сторон, Форнеус не мог остановить ни одну из этих атак, в то время как для Ифе было лишь вопросом нескольких мгновений закончить вырезание последней из необходимых ей рун.              — Ипполита! — крикнула Лансер. — Убирайся!              Прислушавшись к ней, Ипполита, восстановив равновесие после своей последней атаки, отступила, присоединившись к нашей группе в форт. Она немного светилась, её кожа сияла внутренним светом, но это истощило её. Судя по тому, насколько расплывчатым было её тело по краям, я не была уверена, сколько ещё она смогла бы так держаться.              На другой стороне Форнеуса Ифе сделала то же самое.              — Машу! — мгновенно отреагировала я.              — Это твой сигнал, булочка с корицей! — сказала ей Рика.              — Хорошо!              И полу-Слуга снова установила свой щит, глубоко вдохнув и крикнув: — ЛОРД ХАЛДЕАС!              Знакомый синий вал образовался перед внешней стеной форта, как раз вовремя, чтобы голос Ифе проревел с другой стороны: — Охд Деуг Один!              На массивном теле Форнеуса загорелись восемнадцать рун, и мгновение спустя все они взорвались со вспышкой и оглушительным грохотом. И снова мне пришлось ненадолго закрыть от этого глаза, спрятав их в локте.              Когда я открыла их снова…              —Ни за что, — сказала Рика. — Что нужно сделаит, чтобы убить эту тварь?              …Форнеус все еще был жив. Истощенный, разрушенный столб из разорванной и обугленной плоти, потерявший по меньшей мере половину массы своего тела. То, что от него осталось, было немногим больше скелета, оболочкой огромного чудовища, у которого исчезли все глаза и не осталось ничего, кроме сырого, гротескного мяса, выставленного на всеобщее обозрение. Из его ран вытекали настоящие реки черного ихора.              Он извивался. От его ран поднимался пар, и на моих глазах, они начали заживать. Мы так много на него бросили, и всё же ему удалось выжить?              — Вы… ЖАЛКИЕ ЧЕРВИ… НАГЛЫЕ ПАРАЗИТЫ… К-КАК… КАК ВЫ С-СМЕЕТЕ…              — Думаю, это сигнал! — выкрикнула Жанна Альтер с садистским ликованием. — Отлично! Время приготовить шашлык из этой штуки!              Она подошла к зубцам, поставив ногу между ними и указала мечом на Форнеуса. Гигантская ухмылка угрожала расколоть её лицо.              — La Grondement du Haine!              Линия огня пробежала по кирпичной кладке к Форнеусу, и когда она достигла бурлящего основания столба плоти, ей пришлось разделиться и окружить его. Я не могла видеть это со своего ракурса, но мгновение спустя, когда пламя, должно быть, окружило Демонического Бога с другой стороны, линия вспыхнула, превратившись в столбы пламени, которые тянулись к небу. Колья в форме древка флага Жанны Альтер вырвались из оставшейся плоти, а затем столбы пламени закрутились и втянулись внутрь.              Мучительные крики Форнеуса были искажены и приглушены ревущим огнем, но всё же они было достаточно слышны для меня. Что бы затем истошный вопль прервался, и то, во что он превратился, было больше похоже на хныканье.              Пламя сильно скрутилось, сжимаясь, а затем взорвалось с короткой вспышкой. Чёрт знает в какой раз нас достигла волна жара, чтобы затем исчезнуть, как и Демонический Бог. Всё, что осталось, — это куча обугленной, почерневшей плоти, которая даже сейчас испарялась, оставляя на земле дымящийся ихор.              Наконец-то всё закончилось.