Hereafter (будущее)

      Шёл 1888 год, и город Лондон был окутан туманом.              Любой Героический Дух, призванный через время и пространство с Трона Героев, не счёл бы это необычным. Поскольку духи уже были вневременными по своей природе, знание по крайней мере большинства событий, последовавших за их изначальной смертью, было частью их способностей, чем-то, чем они обладали как само собой разумеющимся, и поэтому тот факт, что Викторианский Лондон был поглощён густым туманом, будет считаться данностью. В этом вообще не было бы ничего странного.              Действительно, из-за обстоятельств этого времени, местные жители ничего не подумали бы об этом, по крайней мере, в обычных условиях. Лондон был довольно известен своим густым туманом, который любой, кто прожил там сколько-нибудь заметное время, принял бы просто как часть городской жизни.              Эти густые туманы также обеспечивали определенный уровень удобства. Людям труднее замечать странное, когда они не могут видеть дальше, чем в нескольких футах перед собой, и, следовательно, легче скрыть такие вещи, как внезапное появление того, кого там быть не должно. Не нужно никаких попыток спрятать вызов Героического Духа, когда всё уже было спрятано позволяя Слуге появиться, чтобы исправить отклонение без чьего-либо ведома.              Что касается Кастера, то так оно и было, поскольку он появился внезапно и без предупреждения на пустой улице, призванный помочь в восстановлении правильной истории человечества. В один момент был только участок воздуха, наполненный серебристым туманом, а затем в следующий он появился во вспышке света и взрыве энергии, вырастая полностью сформированным, как будто он просто выстрелил из земли.              И в тот момент, когда он полностью проявился, он закрыл глаза и глубоко вдохнул через нос, как будто это был первый вдох в его жизни — только для того, чтобы всё его лицо сморщилось, а губы скривились от отвращения.              — Что это? — Пробормотал Кастер. Он прижал рукав своей мантии к носу и рту, как будто этого было достаточно, чтобы избавиться от вони. — Какая ужасная гадость. Что за парень мог окутать целый город туманом, настолько густым от магической энергии? Серьёзно. Неужели он совсем не уважает этих бедных людей?              Вокруг мужчины поднялся порыв ветра, отчего его длинная мантия развевалась, волосы были взъерошены, и шляпа чуть не сорвалась с его головы. Туман рассеялся, создав карман чистого воздуха почти в дюжину футов в поперечнике во всех направлениях и предоставив магу свободу от токсичных паров, которые убили бы обычного человека за считанные минуты. Он вздохнул с облегчением, радуясь избавлению от густого, приторного тумана, но это длилось недолго, потому что всего несколько секунд спустя туман снова наползал, просачиваясь через карман, который он открыл, и пытаясь задушить его своим смрадом.              Слуга нахмурился. Из-за этого его густая борода и усы обвисли и он стал похож на разочарованного директора школы.              — Понятно, — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь. Из-за привычки разговаривать сам с собой. Это помогало держать мысли в порядке, хотя и бесконечно раздражало его жену. — Значит, так оно и есть? Какой коварный маленький заговор тут разыгрывается. В конце концов, ни у кого не было бы причин верить во что-то неладное, пока люди не начали умирать, и даже тогда, что ж, в этом нет ничего необычного для тех, кто задохнулся в этой жестокой ловушке, не так ли?              Ответа, конечно, не последовало, потому что он был совершенно один на этой улице, хотя на самом деле Кастер его и не ожидал. Нет, нет, это было бы слишком удобно, не так ли? Вдохновитель, стоящий за всем этим, должно быть, окутал весь город этим ядом, и если только у того, кто это был, случайно не было какого—то механизма для обнаружения людей, потревоживших туман — не такое уж невозможное предложение, признал слуга про себя, — вероятность того, что этот подлый парень вообще был где-то рядом с Кастером, была чрезвычайно низкой. На самом деле, бесконечно малой.              Конечно, он не смог бы найти источник этого зла так скоро. Кто бы за этим не стоял, он, вероятно, был за много миль отсюда, спрятался настолько далеко насколько было возможно ожидая, пока план не вступит в силу. Воображать, что они были где—то поблизости — или, если бы они были, что они представятся ему и напрямую столкнутся с его презрением — было бы глупостью высшего порядка.              В конце концов, Лондон был не маленьким городом. На данный момент в нем уже было миллионное население, хотя, возможно, подумал Кастер, это число могло существенно сократиться, в зависимости от того, как долго этот туман душил город и как быстро население осознало, что в помещении, возможно, было безопаснее.              — Даже тогда этого могло быть недостаточно, — пробормотал Кастер. Он прищелкнул языком. — Если этот туман проникает даже в дома людей, то, возможно, уже слишком поздно спасать их.              В любом случае это было жестоко. Быть запертым в своём доме и не иметь возможности выйти из страха, что ты можешь умереть от яда тумана, или от того что яд окажется настолько токсичным, что даже твой дом перестанет быть безопасным убежищем от его невесомых щупалец. Кто бы ни придумал подобный план, он был настоящим демоном, злодеем, достойным презрения и, безусловно, заслуживающим любого наказания, которое может быть назначено в ответ на его преступление.              А вопрос профессионализма… Ну, надеюсь, Кастер найдет кого-то, кто лучше подходит для того, чтобы наказать нечестивых и победить злодеев. Возможно, ещё один Слуга, тот, для кого подобные вещи были более привычны, потому что он сомневался, что не было других, призванных с той же целью, что и у него, и ситуация была бы действительно ужасной, если бы их не было.              — Ну, — сказал Кастер, расправив плечи и нахмурив брови, — нет смысла торчать здесь весь день, да? Можно посмотреть, смогу ли я что-нибудь найти.              И вот он отправился вниз по улице, видя лишь смутные очертания дороги, учитывая густоту тумана. Периодически он вдыхал чистый, свежий воздух, как для носа, так и для того, чтобы сориентироваться, но по большей части он ограничивался использованием тех немногих ориентиров, которые мог разглядеть сквозь туман и камни под ногами, чтобы отслеживать, куда он направляется.              Даже это было не так уж полезно. Туман был таким густым, что фонарный столб менее чем в двадцати футах от нас казался не более чем расплывчатым пятном, тенью, отбрасываемой в пустоту. Он едва мог различить очертания собственной обуви, не говоря уже об улице, по которой шел, и из-за этого было довольно сложно определить, где он находится и куда вообще направляется.              Было довольно прискорбно, что знания, которые он получил в ходе своего призыва, не были настолько подробными, чтобы включать карту самого Лондона, и поэтому вдвойне прискорбно, что он никогда при жизни не посещал город и, как следствие, не имел ни малейшего представления о его планировке. Коренной лондонец, возможно, смог бы ориентироваться по этим улицам с закрытыми глазами.              — Вот, — пробормотал Кастер. — если бы это был Париж…              Несомненно, всё изменилось за прошедшие годы между его смертью и нынешней эпохой, но даже в этом случае всё было бы более знакомо, чем это. Если бы это отклонение имело место там, сфокусировалось в Париже, по крайней мере, он мог бы больше доверять своему чувству направления, чем сейчас.              Возможно, было и к лучшему, что этого не произошло. Увидеть свой дом в таком состоянии, возможно, было больше того, что он мог бы вынести.              В конце концов, Кастеру удалось, спотыкаясь, пробраться к тому, что могло быть только жилым многоквартирным домом, и, решив, что необходимо провести расследование, живут ли ещё в этом месте люди, он направился к двери, поднял одну руку и резко, но относительно мягко постучал костяшками пальцев по двери. В конце концов, не стоило бы выбивать эту штуку, если бы это было единственное, что защищало людей внутри от опасностей снаружи.              Ответа не последовало. Однако в здании за его пределами внезапно поднялась суматоха, и плотно запертые ставни загремели, когда обитатели проверили, не расшатались ли они. Слабые шаги по скрипучим половицам говорили о том, что кто-то метался, возможно, пытаясь найти место, где спрятаться, но в конце концов они смолкли, и несколько минут спустя Кастер остался один у двери. Никто так и не пришел поприветствовать его.              Возможно, немного грубо, но понятно. Для него это, по крайней мере, подтвердило, что некоторым людям удалось выжить и найти убежище в своих домах. Сколько именно, сказать было невозможно, и потребовалась бы долгая, утомительная работа, чтобы подтвердить, что в каждом отдельном здании был хотя бы один выживший обитатель — дольше, подумал слуга, чем он мог позволить себе потратить на это. Лондон служил местом обитания миллионов людей, и, следовательно, тысячи домов, которые ему придется проверять индивидуально на наличие ещё живых людей.              Было отрадно узнать, что вообще есть выжившие. Цифры не обязательно имели значение, за исключением учета крови на руках преступника, и любое число было непростительным, когда оно означало разрушенные жизни, которые в противном случае были бы спасены.              — Понятно. — немного повысив голос, он обратился к людям внутри: — Простите за вторжение! Я не хотел причинить вреда! Мне просто хотелось убедиться, что в Лондоне все ещё есть люди!              И снова ответа не последовало. Даже никто не подкрался к ставням, чтобы приоткрыть их и взглянуть на него.              Это говорило об обстоятельствах столько же, сколько и обо всём остальном.              Кастер покинул крыльцо и снова бесцельно двинулся в путь. К сожалению, тот факт, что в городе были выжившие, не принес ему никакой пользы, даже если это немного облегчило бремя на его плечах. Это не меняло того факта, что он не имел ни малейшего представления, что ему следует делать или где следует искать, ответственного за создание тумана. Кастер даже не мог спросить кого-либо из граждан, могут ли они указать ему направление, откуда смог пришёл              Возможно, если бы он принял форму духа и проскользнул внутрь одного из этих зданий…              Нет, нет, это ни к чему хорошему не приведет. Это только напугало бы хороших людей, прячущихся там, и если бы он внезапно появился среди них, что ж, они могли бы решить рискнуть направиться в туман, побежав навстречу своей смерти, наружу. Это было бы в лучшем случае контрпродуктивно, в худшем — откровенно вредно и жестоко, независимо от того, как он на это смотрел.              Однако в конечном итоге выбора может и не остаться.              — В конце концов, я же не могу бродить по Лондону до тех пор, пока что-нибудь не найду, — пробормотал он.              Что нужно было бы сделать, так это проследить за потоком магической энергии до её источника, чтобы он мог обнаружить человека, стоящего за всем этим. Однако та же самая магическая энергия была слишком густой и пронизывала всё. Имея достаточно времени и места для работы, определить, откуда взялся этот туман, все ещё было возможно — даже излишне легко, — но ему приходилось полагаться исключительно на свои чувства и магическое мастерство, в воздухе вокруг него было слишком много всего, чтобы отследить источник.              Как будто этот туман был специально разработан для того, чтобы сбивать с толку чувства, магические или человеческие. Учитывая, что виновником, скорее всего, был какой-то другой Кастер, это было пугающе вероятной возможностью.              Разочарование. И тот факт, что этому туману позволили собирать свою жатву, означал, что Ассоциация Магов была либо не способна, либо не желала ничего с этим делать. Если бы он лучше понимал планировку города, возможно, это было бы первое место, куда он попытался бы заглянуть, но при нынешнем положении вещей он не мог даже надеяться увидеть печально известный Лондонский Тауэр, не говоря уже о такой известной культурной достопримечательности, как Биг Бен.              Если бы все это продолжалось достаточно долго… Возможно, — невозможно — было бы лучшим выбором, особенно если это было работой другого Кастера. Если бы за всем этим стоял он — хотя какое безумие могло заставить его совершить подобное, Кастер не мог себе представить, — тогда нейтрализация Ассоциации Мага была бы одним из необходимых шагов к завершению заговора. В зависимости от того, насколько разумным был преступник, возможно, были просто приняты контрмеры для предотвращения вмешательства или…               — Или устранение Ассоциации было всего лишь одним шагом в плане этого дьявола, — пробормотал мужчина вслух.              Безжалостный, жестокий — и всё же, несомненно, эффективный. Кастер не любил Ассоциацию и Часовую башню, и особенно ему не нравилась их политика и их одержимость происхождением и историей, особенно когда такие, как Леонардо да Винчи, доказали, что редкие гении исключительного таланта вполне могут существовать вне тщательно культивируемых родословных, но он не желал смерти им всем.              И всё же, возможно, смерть настигла их.               — Путь для расследования, — решил Кастер, — если представится возможность, я смогу изучить эти обстоятельства более внимательно.              Однако, пока не представился этот шанс, единственное, что он действительно мог сделать, это ещё немного исследовать город. Он вздохнул, его плечи поникли.               — Если бы только Силы Противодействия сочли более подходящим призвать меня поближе к союзникам, если таковые здесь действительно существуют. Это бесцельное блуждание ни к чему меня не приведет.              В буквальном смысле. При том, как обстояли дела, было невозможно сказать, приближался ли он к центру города или удалялся, и, если уж на то пошло, было ли это хорошо или нет. Не было никакого способа быть уверенным, когда у него не было ни малейшего представления, что ещё ему следует искать в городе или где какие-либо потенциальные союзники могли решить создать операционную базу — или, на самом деле, будут ли они вообще из тех, кто будет заниматься подобным. Берсеркеры были печально известны своим непостоянством, ими часто двигали странные мотивы или бессмысленные взгляды на мир, когда они вообще были достаточно последовательны для такого.              Берсеркер, что бездумно впадает в буйство был бы проблемой. Возможно, это даже хорошо, что до сих пор не было никаких признаков того, что подобное существо было призвано. Кастер был уверен, что уже слышал бы такого безрассудного зверя, хотя бы по тому шуму, который он поднимал бы носясь по городу.               — Полагаю, я могу позволить себе ещё некоторое время для осмотра, — размышлял Кастер. Он запрокинул голову и посмотрел в небо, но определить время суток было так же невозможно, как и увидеть что-либо расположенное дальше длины его руки. Единственное, в чем слуга мог быть хоть сколько-нибудь уверен, так это в том, что сейчас был день, а не ночь. — Однако в какой-то момент мне нужно будет найти место для ночлега, хотя бы потому, что враг, скорее всего, будет активен ночью. Хотя с этим туманом...              Это был бы идеальный способ спрятаться для Ассасина, не так ли? Фантастика. Это была ещё одна вещь, о которой ему предстояло побеспокоиться. Попасть в засаду во время расследования было бы неприятным опытом в довершение к этой и без того мерзкой ситуации. Иметь дело со слугами-Ассасинами было такой болью, особенно когда ты был их целью.              Что ж. Пока у этого теоретического Ассасина не было способа гарантировать мгновенное убийство, ситуация может обернуться в пользу Кастера. Хотя бы потому, что это дало бы ему некоторую информацию о типах врагов, с которыми ему, возможно, придется столкнуться.              Мужчина снова вздохнул. — Хотя в любом случае будет больно…              С этим нечего было поделать. Ему оставалось только надеяться, что теоретический Ассасин был всего лишь теоретическим. Таким образом, он мог избежать всей этой ситуации.              В любом случае, при условии, что он не столкнется с вражескими слугами в ближайшее время, тогда ему придется отбросить свои опасения и использовать форму духа, чтобы найти какое-нибудь жилище для проживания — пустое, очевидно, потому что он не собирался выселять никого из выживших из этого места; это было бы неоправданно жестоко — возможно, сделать временную мастерскую для использования во время поисков. В зависимости от того, найдет ли он когда-нибудь ещё Слуг, призванный для выполнения той же цели, что и Кастер, эта мастерская может оказаться более или менее постоянной.              В конце концов, ему не дали временных рамок для работы. Очевидно, жители города не могли позволить ему тратить слишком много времени, но решение этой проблемы могло занять недели или месяцы, особенно если она была более серьезной, чем он надеялся.               — И если был нанесён ущерб Ассоциации Магов, — мрачно заключил он, — вряд ли я смогу справиться с этим одним движением кисти.              Худшая проблема.              Кастер неспешно шёл и, решив быть менее консервативным, чем был до сих пор, произнес заклинание, сформировавшее небольшой шар света, который лениво вращался вокруг его головы, разгоняя туман. Это не дало ему намного большей видимости, чем было раньше, не из-за такого гнетущего тумана, каким он был, но даже эта малость помогла лучше следить за окружением.              Первым делом, как только он создаст мастерскую, будет создание устройства, которое могло бы разгонять туман более эффективно. К сожалению, оно не будет достаточно мощным, чтобы позволить обычным людям выходить наружу без последствий, учитывая количество времени, которое у него, вероятно, было на создание мистического кода, но этого, по крайней мере, было бы достаточно, чтобы несколько облегчить навигацию по городу.               — Вот ты где, ублюдок!              Кастер развернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как расплывчатое пятно спрыгнуло с ближайшей крыши, но недостаточно быстро, чтобы избежать лезвия меча, которое полоснуло его по груди и отбросило назад, как тряпичную куклу. За ним потянулась струйка крови, забрызгав улицу, и он с мясистым стуком рухнул на булыжник. Пятно приземлилось с металлическим лязгом, гуманоидной формы, все в сверкающей серебряной и красной одежде.              На мгновение воцарилась тишина.               — Тц! — усмехнулся незнакомец, голос эхом отозвался за средневековым шлемом. В этом шлеме было невозможно сказать, мужчина это или женщина. — Я знаю, этого было недостаточно, чтобы тебя прикончить, так что перестань притворяться и вставай уже!              Кастер вздохнул и медленно, опираясь на рычаги, поднялся на ноги.               — Это действительно было необходимо? — он спросил так, как будто на его груди не было ужасной раны, из которой все ещё сочилась кровь. — Такого рода насилие просто неуместно.              Вдоль раны потрескивал красный свет, и в одно мгновение она исчезла, сменившись совершенно здоровой плотью. Мгновение спустя разрезанные края одежды сошлись, оставив Кастера таким, как будто ничего не произошло, и он похлопал по своей одежде, чтобы смахнуть пыль.               — Неуместно? — рявкнул незнакомец. — Скажи это жителям этого города! Я бы сказал, что это дерьмо довольно неуместно!              Кастер сделал паузу.               — Ах, — просто сказал он. — Это сделало бы вас Слугой, призванным сюда Силами Противодействия — чтобы, так сказать, решить эту проблему. Судя по этим доспехам, Сэйбер, правильно?              Это, безусловно, объяснило бы столь недобрый прием. По общему признанию, немного более дерзкий, чем можно было ожидать от рыцаря, но было много рыцарских романов с упрямыми главными героями, склонными нападать первыми и задавать вопросы только после.              Незнакомец — Сейбер — сместился. — Ага, — рыцарь угрожающе взмахнул своим мечом в сторону Кастера. — И тот факт, что ты это знаешь, делает тебя тем парнем, который стоит за этим сумасшедшим туманом, не так ли? Вы, Кастеры, всегда беззаботно разрушаете жизни людей, и это последнее место, где я позволю этому случиться снова! У тебя есть один шанс положить этому конец, и тогда мой меч убедит тебя!              Но, подумал Кастер, разве не этим уже занимался Сэйбер? Он мудро решил ничего не говорить об этом.               — Увы, боюсь, это выше моих сил, — сказал Кастер, — потому что, похоже, мы с тобой оба были призваны сюда с одной и той же целью.              Сейбер снова сделал паузу, шлем слегка съехал набок. — Ты издеваешься надо мной.              Кастер промычал. — Я полагаю, ваши обстоятельства были примерно такими: вы прибыли в город без предупреждения и практически без информации, только с указанием устранить эту проблему — не более нескольких часов назад?              Мечник помолчал секунду, но в конце концов сказал: — Да, это верно.               — И без какого-либо направления или идеи, как приступить к тому, для чего Вы были призван сюда, вы отправились в странствия, надеясь, наткнуться либо на союзников, которые помогут вам в поисках, либо на какую-нибудь подсказку о том, где вы можете найти своего врага, верно?              Сэйбер молчал ещё несколько секунд, обдумывая это. — Дерьмо, — он опустил свой меч, рука расслабилась и упала обратно на бок. — Значит, ты тоже понятия не имеешь, что происходит, дедуля?              Кастер намеренно проигнорировал прозвище. Возможно, если бы он не откликался на него, оно бы не прижилось?               — К сожалению, я мало что узнал за короткое время с момента моего призыва, — сказал Кастер. — за исключением того, что среди населения действительно есть по крайней мере несколько выживших. Сколько жизней мог унести этот туман, я не могу сказать. Действительно, откуда появился этот туман, как долго он держался и какова его цель, боюсь, мне это неизвестно. Я могу только предполагать — в лучшем случае.              Сэйбер хмыкнул. — Черт. Так это и тебя ставит в тупик, да?               — Не имея времени или ресурсов для проведения надлежащего расследования… — Кастер позволил мысли оборваться, прежде чем продолжить говорить. — Предполагаю, что туман сам по себе не является конечной целью, он, вероятно, предназначен для сокрытия местоположения и действий преступника. Чтобы скрыть от нас их злодеяния и не привлекать к себе внимания, позволяя им делать все, что им заблагорассудится, без последствий.               — Да, но если это всё, чего он хотел, этому ублюдку не обязательно было заходить так далеко, — сказал Сэйбер. Он издал звук отвращения, который эхом отозвался в шлеме, прозвучавшей диссонирующей трелью для ушей Кастера. — Это дерьмо настолько токсично, что кажется, будто оно пытается расплавить мой чертов язык!               — Обоснованное замечание, — признал Кастер, кивнув. — Конечно, также возможно, что токсичность является непреднамеренным побочным эффектом. Об искусственном тумане, который как бы смешивается с родной атмосферой этой эпохи.              В конце концов, Лондон столкнулся с несколькими подобными проблемами в течение своего существования, хотя, по общему признанию, столь ядовитый смог появился на несколько десятилетий раньше. Это всего лишь означало, что в игру вступило достаточное количество факторов, чтобы неправильный толчок в неправильном месте мог привести к тому же конечному результату.               — Какая разница, сделал он это намеренно или нет? — потребовал ответа Сэйбер. — Он всё ещё это делает!               — Ещё одно веское замечание, — согласился Кастер. — Однако, является ли это халатностью или злым умыслом, сильно меняет то, чего мы можем ожидать от нашего главного врага, и действительно, насколько разумным он является.              Хотя бессердечие, необходимое для продолжения любого плана, который осуществлял этот враг, даже после обнаружения эффекта, который он оказал на город, плохо отзывалось об их личности, кем бы она ни была, и вызывало много сомнений в его разумности. Возможно, это был неподконтрольный эффект? Без возможности его обуздать, когда он только начался?              Сэйбер начинал его раздражать. Не было причин бросаться на защиту того, кто уже зашел достаточно далеко, чтобы требовать от Контрсилы такой прямой коррекции, как вызов нескольких Слуг.               — Кого волнует, насколько «разумен» этот парень? — сказал Сэйбер. Он демонстративно размахивал мечом. — Он будет действительно разумным в любом случае с тремя футами стали в животе!              Кастер поморщился. — Вполне.              По крайней мере, он, казалось, нашёл кого-то, кто был бы только рад справиться с более жестокими моментами этого призыва. Если бы всё, что нужно было сделать Кастеру, это найти врага и направить в его сторону Сейбера, что ж, это бы его вполне устроило, а до тех пор он мог бы мириться с некоторой эксцентричностью.               — В любом случае, — сказал Кастер, меняя тему. — возможно, нам следует двигаться дальше и попытаться найти преступника? В противном случае мы могли бы, по крайней мере, встретить больше союзников, которые могли бы нам помочь, или, возможно, найти пустое здание для использования в качестве своего рода домашней базы.              Шлем рыцаря подпрыгнул, звякнув о горжетку и огромные наплечники их брони. — Да. Чем скорее мы сможем найти этого ублюдка, тем лучше!              И вместе они отправились в путь, отправившись в город и по дороге. Как оказалось, Сэйбер на самом деле был довольно низким, как только Кастер обратил на это внимание. Броня, вероятно, прибавила ему в росте несколько дюймов, и это, безусловно, придало ему больший силуэт, создав фигуру, которая казалась выше и внушительнее, чем была на самом деле.              Возможно, Сэйбер был молодым рыцарем? Тот, кто рано достиг своего расцвета и в результате был призван в своей юношеской форме? Это, безусловно, объясняет дерзкое отношение и склонность к насилию.               — Скажи, — сказал Сэйбер, когда они шли, — ты Кастер, верно?               — Да.              Пропади пропадом мысль о воине, пытающемся сражаться в такой робе, как у него.               — Тогда кем являешься ты? — спросил Сэйбер. — Я знаю не так уж много Кастеров, но я чертовски уверен, что ты ни один из двух, кого я знаю лучше всего. Этот извращенец разбрасывал бы повсюду цветы, а моя… эта ведьма отправилась бы прямиком во дворец и уселась бы своей задницей на трон.              Извращенец и ведьма? Кастер подумал бы, что это отличные подсказки о личности Сэйбер, при условии, что он не был такой непочтительным. Эти характеристики не были окрашены восприятием Сэйбер этих людей как чего-либо другого, и это делало их почти бесполезными.              Но…              Извращенец и ведьма, да? И рыцарь, который столкнулся с двумя магами — или, по крайней мере, Кастерами — одной определенно женщиной и одним предположительно мужчиной, и знал их достаточно хорошо, чтобы обращаться к ним с такими эпитетами.              Недостаточно, чтобы делать предположения, но это было хорошее начало.               — А вы? — Возразил Кастер. — Я уверен, что ваш шлем обеспечивает определенную степень защиты, но ничто из этого не является настолько важным, как ваша личность. Вы собираетесь спросить мое имя, даже не пожелав показать собственное лицо?              Голова Сэйбер склонилась набок. — Достаточно справедливо.              И на этом все, по крайней мере, на данный момент.               — Итак, что ещё ты выяснил? — спросил Сэйбер, снова меняя тему.               — Как я уже сказал, очень мало, — ответил Кастер. — Многое из этого только предположение. Однако, нашим врагом предположительно, по моим подозрениям, является другой Кастер, что я считаю весьма вероятным, что он уже уничтожил Ассоциацию Магов этой эпохи. В противном случае они, по крайней мере, были нейтрализованы в той или иной форме. Это единственное объяснение, которое у меня есть для их очевидного бездействия перед лицом этой угрозы.              Сейбер кивнул. — Имеет смысл. Думаю, если бы я замышлял что-то подобное, первое, что я бы сделал, это убедился, что поблизости нет никого, кто мог бы меня остановить, да?               — Точно.               — Полагаю, это означает, что мы не можем ожидать никакой помощи от этих мужланов, — сказал Сэйбер. Он пожал плечами. — Эх. В любом случае, наверное, так будет лучше. Меньше причин беспокоиться о том, что тебе нанесут удар в спину, верно?              Кастер издал короткий смешок. — Да, я полагаю, это так, не так ли?               — И ты ещё не видел других Слуг?               — Только ты, — сказал ему Кастер. — Конечно, я сам здесь не так уж долго, так что вполне возможно, что есть и другие, и их просто вызвали в другую часть города.              При условии, что они не были уничтожены врагом. В конце концов, вполне возможно, что это была работа коалиции, а не одного Слуги-Кастера, и они могли не найти ответа на вопрос, сколько врагов ждёт удачного момента, пока не столкнутся со всеми ними.              Сэйбер издал звук неопределенного согласия. — Возможно. Или, может быть, мы одни из первых, кто здесь.               — Возможно, мы двое будем единственными Слугами, призванными разобраться с этим, — отметил Кастер.               — Хех! — он почти слышал дикую ухмылку мечника. — Может быть, так и будет! В конце концов, мы двое можем справиться со всем этим сами, не так ли? Как будто нам нужен кто-то ещё!              Кастер позволил себе легкую улыбку. — Твоя уверенность вдохновляет, если не что иное.              Рыцарь польщённо рассмеялся. — Ты так думаешь? Думаю, в этом есть смысл, дедуля!              Хотя почему и как, мечник не уточнил. Возможно, это как-то связано с их личностью. Кастер решил не совать нос в чужие дела ради сохранения нынешнего духа товарищества между ними.              Они продолжали идти несколько минут в относительной тишине. Броня Сейбер звенела при каждом шаге, заглушая более тихий стук ботинок Кастера, но, кроме этого, других звуков не было. Казалось, что город опустел.              Во второй раз мужчина задался вопросом, скольким из миллионов жителей Лондона удалось спастись и сколько погибло. Улицы должны были быть заполнены до краев, и всё же они были совершенно пусты. Как будто все население внезапно исчезло в тот момент, когда туман коснулся их, и перенесено в какое-то далекое место.              Возможно, что-то было в том, что они ещё не сталкивались с какими-либо телами. Должно было быть по крайней мере несколько погибших, прежде чем все поняли, что происходит, и он сильно сомневался, что кто-то стал бы тратить время на то, чтобы забрать трупы, если бы это означало нахождение в разъедающем тумане, но, скорее всего, к счастью, по улицам не валялись тела, оставленные гнить.              Конечно, это само по себе предполагало, что вражеский Кастер не нуждался в этих же телах. Специализация вражеского Кастера на некромантии объяснило бы отсутствие тел на улицах, а также бездушное пренебрежение к жизням граждан. Не окончательное доказательство, но ещё одна возможность для рассмотрения.              Если и был, возможно, в этой ситуации какой-то положительный момент, так это то, что враг, похоже, не был заинтересован в нанесении прямого ущерба городу. Невозможно было сказать, как длительное воздействие этого тумана повлияет на инфраструктуру, но, кроме отсутствующих людей, всё остальное казалось удивительно неповрежденным — во всяком случае, насколько Кастер мог видеть. По общему признанию, это было не так чтобы много.               — Эй, Кастер, — наконец сказал Сэйбер, — ты хоть представляешь, куда мы направляемся?               — Нет.               — Тц. — плечи рыцаря поникли. — Я согласился с тем, что ты ведёшь, потому что думал, что у тебя может быть какое-то представление о том, куда мы направляемся.              Кастер хмыкнул. — Если вы лучше разбираетесь в планировке города, то я бы с радостью передал инициативу вам, Сэйбер. Боюсь, я знаю о нашем предназначении не больше, чем о цели.              — Ах. Ну, — неловко сказал Сэйбер. — М-может быть, я тоже не… знаю, куда мы должны идти. В конце концов, я же не из этой эпохи! Я имею в виду, очевидно, не так ли?               — Очевидно, — согласился Кастер. Он поджал губы. — Возможно, лучшей идеей было бы попытаться найти реку… кажется, она называется Темза — и следовать по ней через город. С другой стороны, если бы я это сделал, не думаю, что столкнулся бы с вами, так что вполне возможно, что мы могли бы упустить потенциальных союзников, если бы ограничили наши исследования только улицами расположенными вдоль реки.              Сэйбер вздохнул, глубоко и раздраженно. За шлемом это прозвучало как ураган.               — Черт возьми. Хорошего ответа нет, не так ли?               — К сожалению, нет. И если бы мы разделились…              Сэйбер издал высокий горловой звук разочарования. — Да. Удачи нам снова найти друг друга.               — И если на стороне врага есть Ассасин, — сказал Кастер, — тогда это была бы прекрасная возможность устроить засаду.               — Ха! — усмехнулся Слуга. — Как будто я боюсь жалкого Ассасин! Они пошлю за мной одного, я отправляю его обратно — столько частей, сколько смогу!              Было ли это простой бравадой или с трудом завоеванной уверенностью, Кастер не могу сказать с абсолютной верой. Однако, по крайней мере, Сэйбер, казалось, искренне верил в это и стал Героическим Духом, призванным в одном из Рыцарских классов, категории, уже переполненной силой и умениями из тысячелетних мифов и легенд, возможно, это действительно было заслужено.               — Говори за себя, — сказал Кастер, слегка улыбаясь. — Знаешь, не все из нас созданы для прямого боя. Если Ассасин нападет на меня из засады, мне конец.              Рыцарь рассмеялся. — Да, да, конечно, конечно! Я ведь для этого тебе нужен, верно? Не волнуйся, дедуля, я тебя защищу!               — Какое облегчение! — Кастер театрально вздохнул. — Похоже, я в хороших руках!              Сэйбер выпятил грудь, ударив кулаком в перчатке по толстой пластине.               — Лучших!              Пронзительный, полный ужаса крик внезапно прорезает воздух и шутливую атмосферу, словно нож. Сэйбер и Кастер замерли и повернулись друг к другу, обменявшись испуганными взглядами, хотя один из них был в шлеме.               — Черт!              …а затем они побежали, мчась на звук, когда он затих вдали.               — Крик прозвучал оттуда! — закричал Сэйбер.               — Я знаю!              Они мчались сквозь туман, следуя по размытой дороге дальше — наружу и в сторону трущоб, понял Кастер, потому что он и Сэйбер непреднамеренно направлялись в том направлении. Здания, вырисовывающиеся из тумана, быстро становились менее роскошными, более ветхими, а улица под ногами — более бугристой, менее ровной. Само собой разумеется, что здешние люди были бы гораздо менее способны в безопасности ждать, пока рассеется туман, и поэтому голод или жажда неизбежно вынудили бы их подвергнуться опасности раньше, чем тех, кому повезло больше и у них доступ к большим ресурсам.              Второго крика не было. Слуга опасался, что он уже знал, что это значит.              Сэйбер внезапно набрал скорость, завернул за угол и свернул в переулок за ним. — Сюда!              Они остановились, застыв.              Зловоние первым ударило Кастера, когда он подошел к ним сзади, медный привкус обжег его ноздри и прилип к небу, а когда он тоже завернул за угол, то нисколько не удивился, обнаружив большую лужу крови, уже растекшуюся по земле. Посреди него лежало тело с беспорядочно вывернутыми конечностями, красное пятно затемняло рваное платье, а глаза невидяще смотрели на него. Завеса каштановых волос окружала голову ореолом.              А на шее была вырезана красная линия, глубокая рана, из которой сочилась вялая кровь. Сердце уже остановилось.              Кастер увидел другие раны, разрывы на лифе платья по всему торсу, из-за которых виднелись прорехи в плоти под ним, и в одно мгновение пришел к выводу, что, хотя порез на шее был смертельным, все остальное было бы столь же смертельным. Печень, почки, брюшная аорта — Ассасин действовал тщательно и безжалостно, целясь почти в каждый жизненно важный орган ниже грудной клетки. Вероятно, к тому времени, когда у бедной женщины появился шанс открыть рот и закричать, она уже умирала. Перерезать ей горло, вероятно, было таким же способом заставить её замолчать, как и всё остальное.              Развевание ткани отвлекло внимание Кастера от трупа, и ещё одна фигура в черном плаще выскочила из своего укрытия и побежала в другой конец переулка. Пытаясь сбежать.               — Вернись сюда, ублюдок! — Сэйбер взревел, и они с яростью бросились к преступнику.              Но фигура в плаще была ловкой, спокойно уворачиваясь от дикого удара мечника и дергаясь взад-вперед резкими, непредсказуемыми движениями, когда она пыталась проскользнуть за угол. Сэйбер был слишком зол и не мыслил ясно — следуя за фигурой, нанося удары, рубя, разбрасывая мусор и разную всячину с каждым взмахом, но всегда чуть медленнее и слишком далеко позади, чтобы нанести точный удар. Туман тоже вносил свою лепту.              Совершенно неизбежно то, что фигура в плаще всё же перехитрит их, ловко подпрыгнув, чтобы поставить ногу в центр рогатого шлема рыцаря, а затем используя его как ступеньку, перепрыгнет через них и побежать к дальнему повороту в конце переулка. Внезапный толчок вывел Сэйбер из равновесия, заставив его врезаться в кирпичную стену. Это дало бы как раз достаточно времени и свободы действий для побега в туман, где продолжение погони было бы невозможно.              Кастер не собирался отпускать убийцу без последствий. Он хлопнул в ладоши. Между его пальцами замерцал красный огонек.               — Боюсь, ты так легко не уйдешь.              И переулок вздрогнул.