Hereafter (будущее)

      Не было времени отчитывать Рику за её ошибку — и, по правде говоря, её выкрик, возможно, даже не имел большого значения, — потому что гигантский Helter Skelter пришел в движение с удивительной скоростью. Из отверстий на его теле хлынул пар, и, как ни странно, его ноги оторвались от земли. Не сильно, далеко не так, но достаточно, чтобы очередной выброс пара из труб в его спине толкнул его вперед намного, гораздо быстрее, чем что-либо такого размера имело право быть.              — Семпай! — Крикнула Машу, прыгнув вперед и опередив группу, выставив перед собой щит, чтобы отразить удар огромного тесака.              Несмотря на огромную разницу в их размерах, ей это удалось. Тесак отскочил от щита, как отрикошетившая пуля, но Машу с такой же силой отбросило назад, и она врезалась в землю с такой силой, что у неё подогнулись колени. Девушке пришлось вцепиться в свой щит, чтобы не упасть.              — Машу! — Рицука закричал.              — Вперёд! — крикнула я.              Араш, Мордред и Жанна Альтер вступили в бой, две из них направились к Helter Skelter-у, а Арчер отступил назад, чтобы получить лучший ракурс.              Раздался металлический скрежет, когда мечи и стрелы не смогли нанести ничего, кроме нескольких слабых царапин, было достаточно, чтобы у меня заныли зубы. Даже Слуги поморщились, а близнецы оба закрыли уши руками.              — Мне жаль! — Рике удалось взвизгнуть.              — Мастер! — Рявкнул Эмия.              Рика вздрогнула. — В-верно! Иди, Эмия! Преврати этого робота в кучу металлолома!              Я уже отошла на безопасное расстояние, когда второй Арчер ринулся в бой, обдумывая различные тактики борьбы с огромным Helter Skelter-ом. От нескольких из них мне пришлось отказаться сразу, особенно когда Эмия также не смог оставить больше царапины.              Грубой силой, похоже, нам не выиграть. Несмотря на все их усилия, никто не оставлял после себя ничего, кроме царапин, и этот механизм небрежно игнорировал их. Даже невероятная сила Сэйбер, почти равная силе самого Геракла, не смогла пробить броню насквозь и проникнуть в тонкие механизмы под ней.              Светошумовая шашка? В этой Сингулярности я не особо пользовалась ею по множеству причин, и у меня проскочила мысль, что, вероятно, было слишком рискованно пробовать её и против этого Helter Skelter-а. Никто не говорил мне, что камера любого типа или что бы она ни использовала для видения, будет уязвима к внезапному и интенсивному свету, и, возможно, в роботе даже не использует обычный человеческий аналог. Это могло быть использование какого-нибудь гидролокатора — хотя у меня есть сомнения в том, что кто-то из нашей группы не засек бы его в том конкретном случае — или инфракрасного излучения, чтобы видеть сквозь туман, или, может быть, он немного отклонялся от этого и обнаруживал концентрации магической энергии, превышающие концентрацию маны в тумане.              Это был робот, который, казалось, работал на каком-то паровом двигателе. Я не исключала ничего, что не было бы сразу очевидно.              Гандр бесполезен, как и мои вороны, по большей части по той же причине, что и всё остальные. Игнорируя урон, который Хугинн и Мунинн получат за это время, Helter Skelter, на котором я пыталась использовать их раньше, доказал, что покрытие на меньших версиях уже слишком толстое, чтобы его можно было заметно повредить их мановыми пушками или моим Гандром.              Мастерское Ясновидение в отношении этой штуковины не сработало, что лишь доказало, что это был не Слуга, а просто ещё один робот, увеличенный до огромных размеров. Полагаю, что у него отсутствует Сопротивление Магии, но для всех практических целей никакое заклинание, которое я или близнецы могли бы бросить в него, не принесло бы ничего полезного.              — Дух и техника безупречны и непоколебимы.              Эмия отступил прежде, чем я успела придумать план действий, но лишь настолько, чтобы метнуть свою пару мечей, как бумеранги, в Helter Skelter. Они безрезультатно отскакивали от его брони, но у него уже была другая пара в руке.              — Наша сила сокрушает горы. Наши мечи рассекают воду.              Он бросил и эту пару с аналогичным эффектом. Огромный Helter Skelter, казалось, даже не заметил их, чего бы это ни стоило, когда у твари не было ни лица, ни выражения, ни языка тела, о котором можно было бы говорить.              — Наши имена дойдут до императорской виллы.              Когда первые две пары отскочили и развернулись обратно, он создал третью пару и бросился вперед. Между его первым и последним шагом клинки выросли вдвое, и из рукоятий торчали знакомые перистые шипы.              — Мы не можем удержать небеса вместе!              Собрав всю свою силу, он обрушил их на броню Helter Skelter, прямо по обе стороны шеи. Та же техника, которую мы видели, как он использовал против Калигулы, прорезала его впечатляющую броню, вгрызлась в толстую пластину робота так, как до сих пор ничто другое не удавалось — и все же она прошла не до конца.              Эмия поморщился. — Чёрт.              Трубы на спине Helter Skelter выбрасывали больше пара, и он двигался со скоростью, используя это, чтобы придать импульс своему тесаку при боковом взмахе вместо того, чтобы выполнять все движение подъема и размаха рукой. Эмия бросился назад, но Машу в тот же момент оказалась на пути тесака, и ещё раз, хотя её отбросило назад силой удара, защиты девушки оказалось достаточно, чтобы отбросить Helter Skelter назад.              Какая это была нелепость. Но я думаю, что если бы серые Helter Skelter были элитными версиями, достаточно сильными, чтобы суметь при достаточно большом количестве даже сражаться со Слугами на равных, то на создание этой штуки, должно быть, было потрачено ещё больше времени и усилий. День? Два? Как бы то ни было, эти время и усилия, очевидно, были потрачены не зря, потому что они сводили на нет всё, что мы использовали против этого робота.              У меня также не было шёлковых нитей, ни летающих насекомых, чтобы нести их, ни пауков, чтобы прикрепить, а учитывая, какой импульс этот Helter Skelter прикладывает к каждому своему действию, мне пришлось бы сплести вокруг него целую паутину, чтобы замедлить его хоть на немного.              Ещё один залп стрел Араша отскочил от брони.              Мой нож? Возможно. Но даже если бы он смог хоть немного прогрызть эту броню, у меня было ощущение, что это был бы медленный и болезненный процесс. Это будет запасным вариантом из-за того, что он потребует много времени и имеет большой риск.              — Чёрт! — сказала Мордред, вторя Эмии. — Хорошая работа, Шилди! Эй, Эмия, что бы это ни было, это не сработало!              — Я это вижу! — возразил он.              — Не похоже, что у вас есть много времени для болтовни! — сказала Жанна Альтер, бросившись вперед, целясь в одну из струй в голени, но её меч просто задел броню и соскользнул, оставив после себя ещё одну царапину. — Черт возьми!              — Что там насчет болтовни? — Сэйбер усмехнулась.              — Заткнись!              Я могла бы попытаться призвать Ифе. Её навык «Гром», возможно, сможет что-то сделать против этой толстой брони, хотя будет ли этого достаточно, чтобы нанести значительный урон, не затрачивая каждую унцию энергии, которая у неё будет, — это совершенно другой вопрос. Если бы она проделала дыру в пластине, это, по крайней мере, дало бы нам доступ к внутренностям, к чему-то, на что можно было бы нацелиться более эффективно, и мы могли бы таким образом уничтожить этого Helter Skelter.              Но мне не хотелось использовать ограниченное количество зарядов для вызова Теневых Слуг, которые у нас были, без особой необходимости. Если бы мы использовали его сейчас, то из-за времени, которое потребовалось на перезарядку, я могла бы пожалеть о том, что использовал его сейчас, когда он понадобится мне позже.              Этот вариант рассматривался, но у нас был другой, который не требовал ограниченных ресурсов.              — Все, назад! — Я крикнула.              Жанна Альтер, я спроецировала в тот же момент, мне нужно, чтобы ты использовала свой Благородный Фантазм против этой штуки.              Она ухмыльнулась. — Хорошо! Тогда давайте немного подогреем обстановку!              Слуга взмахнула мечом, направив его в небо, и перед ней вспыхнуло пламя. Остальные, либо почувствовав, что вот-вот произойдет, либо поняв суть настолько, чтобы осознать то, что им нужно убраться с дороги, сделали именно это и разошлись. Helter Skelter завертелся на месте, как будто не знал, за кем ему следует погнаться в первую очередь.              — Это вой души, наполненной ненавистью! — Жанна Альтер прокричала со злобным ликованием.              Её меч опустился.              — La Grondement du Haine!              Вспыхнуло пламя, и огненная линия протянулась по земле между ней и Helter Skelter, пылая на расстоянии таким сильным жаром, что я могла чувствовать это даже с того места, где я была, находясь в безопасности вне опасной зоны. Helter Skelter попытался увернуться, используя свои паровые струи как двигатели, чтобы оттолкнуться в сторону, но линия огня изогнулась, чтобы последовать за ним, и даже если он был слишком быстр для существа его размеров, он был недостаточно проворен, чтобы продолжать уворачиваться, как это делал Геракл.              В тот момент, когда пламя достигло Helter Skelter, оно разделилось и закружило вокруг него, вырастая в столбы огня, которые в три или четыре раза были больше механизма, мощный выброс тепла и света, который, у меня была уверенность в том, мог видеть весь город. Под моей маской образовались капельки пота, которые впитались в ткань, соединившись с пятнами, где туман конденсировался на моей коже.              Трение тумана о мои магические цепи не имело ничего общего с интенсивностью Благородного Фантазма Жанны Альтер.              Столбы пламени вращались, и хотя мы не могли видеть их сквозь дымку и ослепляющие вспышки, звук характерных кольев, вырывающихся из земли, и визг, когда они врезались в — и, надеюсь, сквозь — Helter Skelter, были слишком громкими, чтобы их можно было заглушить.              Авенжер выглядела довольной.              — Черт возьми, — сказала Мордред. — Знаешь, было бы неплохо предупредить ещё немного заранее.              Приготовься использовать свой следующий, — сказала я ей, и она поморщилась.              — Ты действительно думаешь, что эта штука настолько прочная? — спросила Слуга вслух.              Мне хотелось ошибаться, но…              — Да.              Огненный водоворот утих несколькими секундами позже, и, как я и боялась, Helter Skelter остался цел. Не без повреждений, потому что эти колья сделали свое дело, пробив дыры в ногах робота, но он всё ещё в достаточно хорошей форме, чтобы суметь двигаться. Запинаясь, дергаясь, поскольку повреждения, нанесенные его телу и механизмам, сделали ходульные, роботизированные движения его конечностей хаотичными.              На самом деле, однако, его броня была ярко-вишнёво-красной. У меня не было уверенности в том, насколько я могу доверять обычной физике в применении к чему-либо, созданному Слугой, будь то продукт Благородного Фантазма или нет, но если бы это было так, то высокая температура исказила бы значительную часть его структуры. Сейчас он был бы в самой уязвимой форме, и это означало, что пробить его будет легче, чем раньше.              Мне потребовалась всего секунда, чтобы посмотреть глазами Джеки и убедиться, что она вне линии огня, и это подтверждение было всем, что мне было нужно, чтобы знать, что выполнение следующей часть плана безопасно.              — Мордред, вперёд!              — Хех! — она ухмыльнулась. — Так ты спускаешь меня с цепи… ха!              Сэйбер взялась за свой меч обеими руками, сжимая рукоять. То, что мной изначально было принято за орнамент вдоль нижней части клинка, выскочило наружу, как будто было прикреплено к шарниру, и электрические искры запрыгали вверх и вниз по всему мечу, когда красный свет потёк из меча. На мгновение мне вспомнилось, как король Артур использовала Экскалибур в Фуюки, но это было на порядок менее интенсивно.              — Я единственная… кто может проебать эту страну! — крикнула Мордред. — Так что забирайте свои гайки и болты и возвращайтесь туда, откуда вы, блядь, пришли!              Вспыхнуло алое зарево.               — Кларент…              Она замахнулась.              — …Крови Артура!              Луч красного света последовал за движением её меча. Завыл ветер, задрожала земля, и Helter Skelter был поглощён лучём, но он продолжил движение и ударил в здание парламента позади робота. Если механизм мог остановить луч, то здание из простого камня и стекла не могло надеяться на это, и поэтому луч продолжал двигаться, поднимаясь вверх и в небо. Он пробил брешь в плотном облачном покрове, позволив ненадолго увидеть послеполуденное солнце, которое большую часть прошлой недели скрывал туман.              А потом всё закончилось, и больше не было гигантского Helter Skelter-а. В тротуаре была выдолблена огромная воронка, точно размером с луч, оставившая после себя почерневший подпалин, а ещё большая часть здания парламента просто отсутствовала, как будто её стерли.              Всё быстро исчезало. Туннель чистого воздуха, пробившийся сквозь туман, заполнялся с огромной скоростью.              — Я-я думаю, оно мертво, — сказала Рика.              — Я… больше не обнаруживаю никаких признаков Helter Skelter, сэмпай, — сообщил Машу.              Фрэн согласилась со своим обычным — Ух.              — Что за нахуй? — спросила Жанна Альтер. — Что это была за хуйня? Ты пытаешься меня перегнать, деревенщина?              — Не моя вина, что ты не смогла довести дело до конца, — самодовольно сказала Мордред.              — Но ты действительно уничтожила нашу единственную зацепку, — сказал Эмия, посмотрев в её сторону. — Ведь так?              Ухмылка Сэйбер мгновенно исчезла с её лица. Она ткнула в меня большим пальцем. — Только потому, что она мне так сказала.              Эмия повернулся ко мне, выгнув бровь.              — Helter Skelter не оставил нам особого выбора.              Хотя не было никакой гарантии, что мы смогли бы что-либо с ним сделать, даже если бы нам удалось отключить его, не разрушая. Все предыдущие исследования Фрэн уменьшенных версий привели нас только сюда.              Арчер согласился с этим не более чем коротким кивком. — Тем не менее, это всё ещё возвращает нас к исходной точке.              — Может быть, и нет, — сказал Араш и, ничего больше не объясняя, снова и снова пробирался через дерн туда, где только что был гигантский механизм. В конце концов, он забрался достаточно далеко, чтобы я потеряла его в тумане.              Мы ждали, как мне показалось, несколько долгих минут. Я понятия не имела, что он мог увидеть или что, по его мнению, мог найти. Останки того гигантского Helter Skelter? Даже если бы он не был полностью уничтожен, не похоже, чтобы парень, создавший его, удобно оставил своё имя где-то под пластиной.              Несмотря на это, я достаточно доверяла инстинктам Араша, чтобы знать, что должно было быть что-то. Было ли это пригодным для использования или нет, это другой вопрос.              — Араш? — спрашиваю его.              — Кое-что нашёл! — отозвался мой слуга.              Близнецы переглянулись, а затем посмотрели на меня, и все, что я могла им предложить, это слегка покачать головой, прежде чем пойти в том направлении, куда ушёл Араш. Однако найти его оказалось не так уж сложно даже в тумане, потому что всё, что мне нужно было сделать, это идти по выжженной земде. Близнецы и остальные по очереди последовали за мной.              Араш копался в куче металлолома, когда я подошла к нему, пригнувшись к земле. Взрывом Благородного Фантазма Мордред повсюду были разбросаны куски металла, маленькие кусочки, едва уместившиеся в моей ладони, и они образовали рассеянный след, ведущий к зданию Парламента. Как я предполагаю, это были части, которые были достаточно хорошо защищены броней, чтобы не быть мгновенно разрушенными.              То, что каким-либо из фрагментов удалось пережить не один, а два Благородных Фантома, уже было примечательно.               — Черт возьми, — сказала Мордред, глядя на разбросанные повсюду куски металла. — Этот ублюдок действительно сделал своё дерьмо долговечным, не так ли?               — Что там было насчет доведения дела до конца? — Жанна Альтер усмехнулась.              Сэйбер хмыкнула. — Отвали с этим, — проворчала она.               — Возможно, это даже лучше, что вам не удалось уничтожить его полностью, — сказал Араш. Он уронил осколок, который рассматривал, и двинулся дальше, снова нагибаясь, когда нашёл ещё один осколок, достаточно большой, чтобы чего-то стоить.              Я присоединилась к нему, подойдя к другому куску обшивки, который был достаточно большим, чтобы на нём что-то было выгравировано, и присела на корточки, чтобы поднять его. Конечно, осторожно, потому что это был осколок зазубренного металла, и хотя у нас были заклинания первой помощи, не было необходимости тратить на них энергию, пока я старалась не порезаться.              Как будто увидев меня, Рицука вздрогнул и тоже подошёл. — Пойдёмте, — сказал он остальным. — Чем больше людей будет помогать, тем быстрее всё пройдет, верно?               — Уф! — Фрэн хмыкнула.              Машу кивнула. — Правильно!              Жанна Альтер закатила глаза. — Прекрасно, — сказала она с видом человека, собирающегося сделать что-то, что она ненавидит.               — Боишься порезаться? — Мордред поддразнила её.              Жанна Альтер показала средний палец.               — Это всё конечно весело, пока кто-нибудь не отломит ноготь, — сказала Рика, но она тоже подошла, и мы все начали рассматривать фрагменты.              Дело продвигалось медленно. Многие осколки, оставшиеся после боя, были просто крошечными, не больше моего большого пальца, и их трудно было отличить от камешка в тумане. Однако иногда попадались куски труб, толстые осколки брони или какой-нибудь фрагмент внутренних механизмов, который был слишком поврежден и слишком мал, чтобы понять, для чего он использовался.              Для Благородного Фантазма— и первого создания — Helter Skelter были удивительно завершенными. Каждая деталь казалась функциональной, а не декоративной, и, честно говоря, не будучи сама механиком или инженером, у меня не получается сказать, для чего предназначена любая из этих деталей. Однако, по крайней мере, имеющиеся у меня доказательства предполагали, что они работали на какой-то паровой энергии, и я хотела бы, чтобы Да Винчи была тут, чтобы объяснить, было ли это дополнением или заменой той магической энергии, которая использовалась для их формирования и оживления с самого начала.               — Эй! — внезапно воскликнула Рика. — Я-я думаю, я кое-что нашла!              Когда я оглянулась, она чем-то размахивала, куском материала размером со старый спутниковый телефон 90-х и почти такой же толщины. Рика, присевшая на корточки возле арочного дверного проема, который должен был вести в здание, нашла его после того, как он, должно быть, отскочил от дверей или чего-то подобного.              Остальные из нас бросили те жалкие фрагменты, которые мы перебирали, и подошли к ней, и она протянула это всем нам, чтобы мы рассмотрели. — Видите? — сказала она. Она провела по нему кончиком пальца, указывая на что-то, выгравированное на металле. — Это трудно разобрать, но оно тут!              Я прищурилась, но надпись была нечеткой, а из-за тумана и подпалин было трудно разобрать отдельные буквы. Гравировка была слишком мелкой, и из-за попадания двух Благородных Фантомов она, возможно, была искажена.              По иронии судьбы, если бы это было написано шрифтом Брайля, я, вероятно, смогла бы прочитать это просто отлично.               — Определенно что-то есть, — сказал Араш. — Позволишь мне взглянуть поближе?              Рика почти сунула его ему в руки. Араш взял его, слегка удивленный, и наклонил шею, чтобы получше рассмотреть.               — A, r, l, e, s, — медленно произнес он, — и потом, я думаю, что между ними есть пробел. Второе слово — B, a, b, b, b, но остальное вырезано. Под этим стоит дата 1888 года нашей эры.               — Арлес Бэбб? — Мордред спросила в замешательстве. — Что это, чёрт возьми? Ты уверен, что правильно читаешь?               — Может быть, и нет.              Он протянул ей пластину, и она взяла его, сосредоточенно прищурившись на надписи. — А, р, л, е… Блядь.… Чёрт возьми. Это действительно то, что там написано.              Она вернула ему это, расстроенная.               — В ней не хватает по крайней мере нескольких букв, — сказал Араш, — как в первом, так и во втором слове. С другой стороны, дата — это всё, что в нём есть. Ни дня, ни месяца, только год.               — Дата изготовления, — задумчиво пробормотал Эмия.               — Выглядит именно так.              И, предположительно, имя человека, который это сделал. Однако я не могу сказать, что мне это знакомо, и я не могла вспомнить ни одного человека, о котором мне было известно из той эпохи, когда по городу с грохотом передвигались паровые роботы. С другой стороны, я не могла вспомнить никого, кто подходил бы под форму, когда я смотрела на это через призму того, кто мог бы создать этих роботов, так что, возможно, это был не лучший показатель, который можно было использовать для заполнения пробелов.               — Арлес Бэбб, — повторила я, но сказав это, мне волшебным образом не пришли в воображении недостающие буквы, которые придали бы этому смысл. — Кастер с Благородным Фантазмом, создающий роботов. Мы не думаем, что он маг, так что он, должно быть, был каким-то другим… интеллектуалом, чтобы взойти на трон…              Машу ахнула. — Чарльз Бэббидж!              Кто? Судя по выражениям лиц всех остальных, никто и понятия не имел, кто это был.              За исключением Фрэн, которая выпрямилась как шомпол, широко раскрыв глаза и рот. — Ага?              Машу кивнула. — Должно быть, это он! — сказала она. — Чарльз Бэббидж! Он был известным ученым и математиком той эпохи, хотя он умер почти двадцать лет назад от текущей даты, так что он, должно быть, Слуга! — она посмотрела вниз, а затем на ров, где был уничтожен Helter Skelter. — Я… даже имеет смысл, что он создал Helter Skelter-а. Его специальностью были паровые машины! Он даже сделал рудиментарный компьютер, используя паровые механизмы!              Этот парень создал компьютер на паровой тяге в середине 1800-х?               — Определённо Героический дух, — согласился Эмия, судя по голосу, впечатленный.               — Это действительно так важно? — спросила Сэйбер.               — Пройдет ещё сто лет, прежде чем компьютеры станут обычным явлением в семейных домах, — сказала я. — Ещё двадцать лет, прежде чем они станут достаточно маленькими и мощными, чтобы их можно было носить в кармане.              Хотя это сильно упрощало ситуацию, и я просто недостаточно знала об истории вычислительной техники, чтобы рассказать подробнее. Внезапная боль пронзила меня изнутри — Оружейник и Дракон, вероятно, могли бы объяснить все эти вещи, вплоть до даты и функциональности каждого улучшения.               — Ладно, — сказала Мордред, неохотно впечатленная, — тогда, может быть, этот парень важная шишка. Не объясняет, что он делает здесь и сейчас.              Хороший момент. Если мы предположим, что Бэббидж был «Б» в «П», «Б» и «M», тогда не будет большой натяжкой предположить, что этот туман, это был вовсе не туман, это был пар, охлажденный воздухом, распространяющимся по городу. Вопрос, который мы должны были задать оттуда, заключался в том, почему он вообще делал это. Чего он надеялся достичь?              Не менее уместный вопрос, была ли это вообще его идея, или таинственный третий игрок, М, который, как предупреждал нас Парацельс, был самым опасным, вложил её в голову Бэббиджу? Возможно, единственное, что он на самом деле сделал для Бэббиджа, это убедил его воплотить в жизнь его фантастический мир, мир, населенный механическими чудовищами, работающими на паре, где процветали все его величайшие творения.               — Давайте сделаем перерыв, — сказала я, и внезапность моего предложения заставила всех искоса посмотреть на меня. — Мы пойдем внутрь и поговорим об этом там. Подальше от любопытных глаз.              Понимание промелькнуло на их лицах.               — Да, — сказал Рицука, — мы много ходили пешком. Давайте на несколько минут оторвемся.               — О! — воскликнула Машу. — И у меня здесь тоже есть закуски мисс Рене! Мы можем их съесть!              Бровь Эмии дернулась, но если кто-то ещё заметил, то никак это не прокомментировал, а сам он ничего не сказал.              Джеки? — Я спроецировал нашу связь вниз, — Возвращайся.              Хорошо, - просто ответила она.              Итак, мы оставили эту конкретную секцию позади и прошли немного дальше, войдя во Дворец через деревянные двойные двери, которые не находились непосредственно под секцией, разрушенной Благородным Фантазмом Мордред. Сначала мы вошли в прихожую, а затем за ней в зал с высокими сводчатыми потолками. Статуи знаменитых англичан, ни одного из которых мне не удалось узнать по лицу, стояли по обе стороны, и почти на каждой стене были вырезаны рельефы, прерываемые только картинами, изображающими, как я предполагала, ещё более знаменитые сцены из британской истории.              На некоторых были изображены мужчины в кольчугах, со щитами за спиной и развевающимися знаменами, и я предположила, что это, вероятно, Ричард Львиное Сердце, торжествующе стоящий посреди всего этого. На некоторых изображались коронации, посвящения в рыцари или какие-то другие дипломатические мероприятия с мужчинами в трико и женщинами в средневековых платьях. О других я не могла даже догадываться, поэтому даже не пыталась.              Затем Джеки снова появилась среди нашей группы, напугав нескольких других. Сэйбер разразилась бурными ругательствами и несколько минут после этого ворчала о том, как сильно она ненавидит сюрпризы.              Это было немного глупо, но я не протестовала, когда Джеки вложила свою руку в мою, как будто мы были парой туристов, пришедших посмотреть, где происходит метафорическое волшебство.              Я провела остальных по залам и коридорам, намеренно избегая комнат, где все насекомые погибли от контакта с туманом, и в конце концов, мы оказались в обеденном зале, узкой комнате с длинным столом в центре. Если я думала, что в квартире Джекила самые стереотипные обои викторианской эпохи, то эта комната изо всех сил старалась доказать мне обратное, потому что красно-золотисто-зеленый узор пейсли выглядел так, словно появился прямо из романа эпохи регентства, а картины, висящие на стенах, и золотистые деревянные панели только усугубляли ситуацию.              Маме понравилась бы каждая секунда этого.               — Чёрт возьми, — сказала Рика. — Если это такое место, где едят, когда ты в правительстве, я должна стать сенатором или кем-то в этом роде.              Как будто это было так просто.               — Здесь всё в порядке, — сказала я, сняв маску, и проведя рукой по волосам, чтобы снова надеть очки. — Машу?               — Да!              Мы все сели за стол, и Машу достала из внутреннего отделения своего щита свёрток, который Рене дала ей перед тем, как мы покинули квартиру. Когда она развязала узел и развернула ткань, оказалось, что там ещё целое множество сэндвичей с джемом, посыпанных сахарной пудрой.               — О! — сказала Рика, ухмыляясь. — Это реально круто!               — Это действительно что-то с чем-то, — согласился с ней Рицука.              Бровь Эмии снова дернулась. — Я… это так?.. Возможно… Мне придется попросить у неё рецепт.              И это звучало так, будто сама идея причиняла ему физическую боль.              Машу начала раздавать их по кругу. Несмотря на то, что слугам не нужно было есть, Рене сделала достаточно еды, чтобы всем нам хватило по одному тосту, с несколькими дополнительными для тех, кому хотелось добавки. Один из них оказался передо мной, но сначала я передала его Джеки, которая улыбнулась мне и сказала: — Спасибо, мамочка!              Улыбки и похлопывания по голове стали почти привычными. Я задавалась вопросом, кто из нас действительно учил другого, как правильно работает это родительское дело.               — Итак, — сказала я, принимая свой собственный маленький сэндвич. Удобно, что тарелки и столовые приборы были оставлены, когда это заведение забросили. — Чарльз Бэббидж. Что ты знаешь о нём, Фрэн?              Фрэн, уже готовая откусить от собственного сэндвича, замерла на несколько долгих секунд.              Близнецы и Машу, заметив отсутствие ответа, повернулись к ней. — Фрэн? — спросил Рицука.              Медленно, с несчастным видом Фрэн положила свой бутерброд обратно на тарелку, так и не съеденный. — Ага, — наконец сказала она, уставившись на скатерть. — Ух, ух, ух-хн. Ух…              Модред хмыкнула и откинулась на спинку стула, откусывая огромный кусок от своего сэндвича. — Так вот как это бывает, да? Цифры. В этом гребаном месте нет ничего простого.              Рука Рики поднялась.               — Она знала Бэббиджа, — ответила я прежде, чем она успела что-либо сказать. — Ещё до того, как её создатель запер её. Она даже встречалась с ним лично.               — Ага, — подтвердила Фрэн. — Ага, ух, ух, ух-ух. А… ух…               — Это то, как она смогла использовать Helter Skelter, чтобы найти центральный узел управления, который мы только что уничтожили, — перевела Машу. — Она следит не столько за магической энергией, сколько за следами присутствия Бэббиджа, которые они содержат.              Рот Фрэн вытянулся в жалкую линию. — Ух, ух, а, ух, уф.               — Это не имеет значения, — сказала я ей. — Парацельс уже объяснял это. Кем бы он ни был, «М». искажал умы всех Слуг, которых он вербует. То, что Бэббидж мог сделать что-то подобное, не меняет того факта, что «М» мог заставить его.              И если М мог заставить уважаемого, образованного мага, такого как Парацельс, гения в своем собственном праве, подчиниться и плясать под его дудку, то кто-то вроде Бэббиджа, человека, у которого — предположительно — не было настоящего таланта к волшебству и не было сопротивления магии, на которое можно было бы опереться, не смог бы даже сопротивляться. Как бы бессердечно это ни звучало, у него просто не было нужных навыков, чтобы попытаться.              Возможно, нам больше не стоит так часто разделяться. Гипноз М, возможно, не был незаметным для тех, кто, как мы видели, страдал от него, но это не означало, что он не сможет повергнуть одного из нас, если мы останемся наедине.              Фрэн не пыталась отрицать то, что было мной сказано, но и счастливее её это не сделало.               — Кроме того, этот парень — Слуга, не так ли? — спросила Сэйбер. — Ты уже должна знать, что это значит. Он не тот человек, которого ты знала. Он просто неугомонный призрак, которого извратил какой-то ублюдок, решивший, что это забавный способ испортить историю, — она откусила еще кусочек от своего сэндвича, затем помахала остатком перед Фрэн и с набитым ртом продолжила: — Если уж на то пошло, ты оказываешь ему услугу, да? Держу пари, настоящему Бэббиджу было бы неприятно то, что вытворяет эта его версия! Он бы хотел, чтобы ты всё исправила и расставила все точки над «i»!              Несмотря на то, как она это сказала, это до Фрэн дошло, и она напряглась, сжав губы в решительную линию.               — Ух!              Я повернулся к Арашу и, как будто ещё не знала ответа, спросила: — У тебя всё ещё есть тот обломок блока управления, который мы уничтожили?               — Конечно.              Он достал его из одной из сумок, висевших у него на бедрах, и положил на стол, подальше от еды.               — Как ты думаешь, ты могла бы использовать это, чтобы выследить Бэббиджа? — я спросила Фрэн.              Она колебалась. — Э-э-эх. Э-эх…              Мои губы сжались. Только «может быть», да? У меня не было склонности думать, что она намеренно сдерживалась, хотя бы потому, что у неё должно было быть хоть какое-то представление о том, кого мы выслеживаем, когда она указала нам этот путь в первую очередь, и всё равно сделала это. Однако тот факт, что зацепки привели нас сюда, а не к самому Бэббиджу, дал мне довольно хорошую идею, почему она была так неуверена.              Рицука вздохнул. — Это никогда не может быть так просто, не так ли?              Почти по собственному желанию мой рот скривился с одной стороны. Это было распознавание образов после четырех Сингулярностей и всей связанной с ними ерунды, или мои черты действительно настолько передалась ему?               — Эй, сейчас, — сказал Араш. — У нас всё ещё есть преимущество, не так ли? Почему бы нам не попробовать, прежде чем мы начнем говорить о том, насколько плохи дела?               — Даже если ничего не получится, это всё равно преимущество, — соглашаюсь.               — За оптимизм? — без особого энтузиазма предложила Рика. Жанна Альтер фыркнула.               — Ну, я думаю, мы ничего не потеряем, если попытаемся, — подстраховался Рицука.               — Даже если мы не найдем самого Бэббиджа, нам всё равно удалось найти одну из его высококлассных моделей и уничтожить её, — сказал Эмия. — Ну, это не то, чего мы, возможно, хотели, но всё равно это достижение.               — Да ладно, — пожаловалась Сэйбер, — что, чёрт возьми, со всем этим не так? Где поддержка? Фрэн точно всё устроит, я знаю!              Иронично, что кто-то вроде неё оказывает наибольшую поддержку.               — Да! — сказала Машу. Она повернулась к Фрэн. — Не волнуйся, Фрэн! Это может быть трудно, но я знаю, ты справишься! Ты найдёшь для нас профессора Бэббиджа, я просто знаю это!              Фрэн кивнула. — У-ух! У-ух!               — Сила позитивного мышления! — Рика радостно вскинула руки.               — Сначала доешь свой сэндвич, иначе он пропадет, — сказала я ей.               — Ах! — Она подхватила последний оставшийся кусочек сэндвича со своей тарелки и отправила его в рот. Довольный стон вырвался из её горла. — Так вкусно! Эмия, тебе действительно нужно узнать рецепт у Рене!              Улыбка, которую он ей подарил, была болезненно фальшивой. — Я… посмотрю, что смогу сделать.               — Так что же произойдет, когда мы всё-таки найдем этого парня? — спросила Жанна Альтер с набитым сэндвичем ртом.               — Разве это не очевидно? — сказала Мордред. — Мы надерем его жестяную задницу!               — Я знаю, что ты хочешь с ним сделать, — протянула Авенжер. — Я спрашивала людей, у которых больше одной извилины в мозгу.              Сэйбер проворчала. — Иди ты в жопу.               — Я же говорила тебе, ты не в моем вкусе, британка.               — Если заклинание, под которым он находится, чем-то похоже на то, что было использовано на Парацельсе, он мог бы незаметно подсунуть нам кусочки информации, — предположил Араш.              Однако разум Бэббиджа может быть не таким ясным. Также надоело повторять, что Парацельс был совершенным гениальным магом, и хотя Бэббидж был не менее умен, если только в его прошлом не было чего-то, что никогда не было зафиксировано в истории, у него не было магического прибора, чтобы бороться с таким сильным эффектом Властелина, как у М.               — Я не думаю, что это то, на что мы должны полагаться, — увильнул Эмия.               — Однако попробовать стоит, не так ли? — сказал Рицука. — Если этого не произойдет, значит, этого не произойдет, но если Фрэн сможет найти его, то попытка пробиться сквозь заклинание «М», может сработать.              В расследовании было много «если», и, хотя у меня не было предсказателя, который сказал бы мне шансы на каждое из них, у меня было ощущение, что они не особенно высоки. Это было знакомо само по себе, с подобными вещами я сталкивалась всю свою карьеру, и моё пребывание в Халдее не слишком помогло доказать обратное.              Но я также потратила свою карьеру на то, чтобы превзойти эти шансы. Я не раз проходила через трудные ситуации, и не раз за последние несколько месяцев мир удобно подкидывал мне на колени именно то, что мне было нужно. Возможно, Фрэн нашла бы Бэббиджа, и, возможно, Бэббидж был бы достаточно силён, чтобы сопротивляться достаточно долго, чтобы рассказать нам то, что нам нужно знать, чтобы найти и победить М, кем бы он ни был.               — Так и есть, — согласилась я.              И если бы это не сработало, у нас всё равно были другие пути расследования. Трекэры в патрулях Helter Skelter, лей-линии. Мы не возлагали все наши надежды исключительно на успех чего-то одного.              Я доела последний кусок своего сэндвича и проглотила его, прежде чем сказать: — Мы подождем несколько минут, пока наша еда уляжется, прежде чем…              Что-то внезапно упало из воздуха дальше по коридору от нас, массивная фигура, приземление которой заставило пол под нашими ногами задрожать, и все это почувствовали.               — Что, чёрт возьми, это было? — Рика пискнула. — Кто выпустил Тираннозавра из его загона?              Мои жуки хлынули в коридор, отбросив утонченность, чтобы как можно лучше рассмотреть то, что это было. Еще один Helter Skelter, серо-стальной, с золотыми вставками. Объективы его камер были красными, и, в отличие от всех предыдущих, он держал в руках какую-то огромную булаву, которая была почти такой же большой, как и сам Helter Skelter. Он поднял булаву так, как будто она вообще ничего не весила, и указал концом наконечника прямо в нашем направлении.              Если он был достаточно далеко, чтобы его присутствие не было обнаружено немедленно, то это было недостаточно далеко, чтобы кто-либо из наших Слуг мог не заметить собираемую им магическую энергию.              Зазвенело столовое серебро. Тарелки упали на пол и разбились. Машу вскочила со своего места.               — Мастер!               — Ложись! — закричала я, схватив Джеки и притянув её к себе, затем бросилась на пол.              Всего секунда неподвижности, один удар сердца…              А затем ураган ворвался в двери, как пушечное ядро.