Hereafter (будущее)

      Я никогда так сильно не нуждалась в режиме ночного видения в моей маске, как сейчас, пока мы идём по западному туннелю.       Скудный рой последовал за мной под землю, но я использовала его скорее для поиска входа в злодейское логово, из-за чего насекомые были в основном на стенах, но не на полу, помогая нашей колонне двигаться по прямой траектории, но не позволяя узнать о возможных ловушках, расположенных на полу, заранее.        Встроенный в коммуникаторы фонарик тоже помогал, но обладавшие ими Мастера были расположены в середине толпы Слуг, и снаряжение Героических духов вроде доспехов Мордред или щита Маш отбрасывали огромные тени, которые подчёркивались темнотой и светом фонарей, остававшихся единственным источником света в туннелях, если не считать, конечно же, газовых ламп станции, которые после того как мы удалились от них на достаточное расстояние, практически не давали света.        — Жууть, — пробурчала Рика, но её фраза отразилась от стен туннеля и вышло, так словно она это выкрикнула. — на меня начинает влиять травма от Анти-Кастерского обучения от Семпай.        Я подавила желание вскинуть бровь, потому что она этого не заметит в любом случае.        — Кастер-травма? — ошарашенно спросил Тосака.        — Рика и я были… стали Мастерами в последний момент, — ответил Рицука настолько дипломатично, насколько мог. — Мы не прошли полный курс подготовки и не услышали ни одной лекции прежде чем, всё пошло… наперекосяк. Семпай была этим обеспокоена, поэтому она тренировала нас между Сингулярностями.        — А, — произнёс Тосака, таким тоном словно ничего не понял.        — Так что она переоделась в страшного Кастера, — добавила Рика. — и показала нам, неразумным неофитам, как страшно драться с Кастером в его логове.        — Это было впечатляюще, — произнёс Эмия. — И я полагаю, что по этой причине Тейлор стала главным Мастером в группе, хотя мне любопытно откуда у неё подобные познания.       Даже если бы я хотела этим поделиться, я не была уверена в том, что смогу всё объяснить достаточно подробно, поэтому единственное, что я им ответила было: — Так уж устроены мои способности. Это чистая удача, что у меня оказалось достаточно времени и прекрасное место для того, чтобы показать как действуют Кастеры и маги.        Никто не знал, что делать с этой информацией или какой вопрос задать, чтобы получить больше деталей, поэтому мы шли молча позволив обсуждению умереть на минуту или две, пока Машу не нашла новую тему для разговора и разорвала тишину.        — Здесь очень тихо, — мягко произнесла она. — А магическая энергия… очень разрежена.       — За исключение энергии, идущей от остатков тумана, — произнёс красный Арчер.        — Это не очень интересное место для игр, — сказала Детский Стишок. — здесь негде играть в прятки.        Здесь не было и не следа того, что здесь кто-то был с начала Сингулярности, особенно следы «М» и иных вдохновителей. Хотя всё ещё оставалась возможность, что они использовали подземку для того, чтобы избежать столкновения с нами, но если они тут были, то не оставили нам и зацепки.        Конечно же, я не могла доверять возможным зацепкам, потому что они могли завести нас в ловушку. Особенно, если в логове нас будет ждать Мориарти, персонаж прославившийся тем, что он был личной немезидой Шерлока Холмса. И этот Слуга является тем противником, которого я не смогу перехитрить.       — Цк. — Мордред прищёлкнула языком. — Этот «М» должен был оставить тут хотя бы знак, типа 'Секретное логово злодея тут! ' или подобную хрень.        — Потому что тебе нужно провести туда целую красную дорожку, да, Британка? — решила поглумиться Жанна Альтер.       — Иди нахер, — прошипела в раздражении Сейбер. — Я ненавижу всю эту интриганскую херню.        — Ха! — эти слова вызвали лишь смех у Авенжер. — А не ты ли подняла всё королевство против своего папаши, пока он отплыл в Рим или ещё в какую-нибудь задницу?        — Отъебись! — огрызнулась Мордред. — Это и то абсолютно разные нахрен вещи! Я сделала то, что сделала, потому что это была единственная возможность победить, и по крайне мере когда пришло время драться с Отцом, у меня хватило мужества выйти к нему лицом к лицу!        Она замахнулась ногой и с силой ударила ей по ближайшей рельсе, настолько мощно, что раздавшийся металлический звук, отразившись от стен стал больше походить на целый металлический хор. Почти все поморщились от подобного звука, но только я заметила какая вмятина осталась после удара ногой.        — Вот почему я здесь, — с пылом продолжила Мордред. — Единственный человек у которого есть право разрушить страну Отца, это я! И этот уёбок не имеет право вытворять подобную хёрню, пока я здесь, чтобы сказать своё ёбанное нет! Ему нужно, нахуй, прекратить эту херь или придти прямо, блять, ко мне и выпросить сраное разрешение!        — Никому из нас не нравиться нынешняя ситуация, — произнесла я нейтрально, решив не судить, то что она только что сказала потому что… хоть наши мотивы и ситуации были разными, но я тоже захватила часть своего дома, что можно трактовать как восстание против законного правительства и творила те вещи, которыми не горжусь, чтобы поддерживать свою территорию в целости и сохранности. — Но склоки и споры лишь на руку «М», которому нужно лишь дождаться того момента, когда у горожан закончиться еда и город вымрет. Мы не сможем изменить ситуацию, если не узнаем кем является последний вдохновитель.        — Я знаю! — огрызнулась Сейбер, чтобы затем стиснуть зубы и отвернуться, шаркнув по полу ногой. — Просто… это меня выбешивает, и всё. Напоминает мне… кое-кого, кто мне не нравиться.       — Кое-кого, кто тебе не нравиться? — спросил Тосака.        Она бросила на него неодобрительный взгляд. — Ты можешь просто, нахуй, подумать?        У меня заняло пару секунд, чтобы сложить все подсказки вместе, но когда мы впервые узнали о трёх вдохновителях и Сэйбер первым же делом в качестве «М» предложила кандидатуру Морганы Ле Фей, всё стало очевидно. потому что, какой ребёнок имея хорошие отношения с матерью, будет называть её сукой?        — Я… действительно не понимаю о ком ты, Мо-чан, — подняв руку, спросила Рика. — О ком… ты вообще говоришь?        Выражение лица Мордред, когда она посмотрела на Тосаку, показало мне, что сама идея о том, чтобы рассказать об этом причиняла ей боль, поэтому я решила воспользоваться нашей связью.        Хочешь, чтобы это объяснила я? - предлагаю ей.        Нет, — это всё, что Сейбер дала мне в ответ. Тон, которым она это произнесла, однако, был неохотным и резким, как будто она знала, что должна была сделать это сама, но ненавидела тот факт, что это должна была сделать она.       — Мой гребаный донор яйцеклеток, — в конце концов сказала Мордред, таким тоном, словно ей вырвали зуб из-за того, как сильно она их стиснула.       — Донор яйцеклеток? — Машу и Рицука спросили одновременно.       — Стоп, стоп, — сказала Рика. — Мы говорим о маме Моргане, верно? Леди, которая, э-э…… На самом деле, теперь, когда я думаю об этом, как это вовсе работает? Поскольку король Артур тайно был девушкой и всё такое.       Честно говоря, я не была уверена, что мне хочется знать ответ на этот вопрос.       — Если есть что-то, что вы должны понимать о Британии времен Артура, мастер, — протянул Эмия, — так это то, что многое из того, что пошло не так, сводится к вмешательству двух магов, которые так и не сумели оставить друг друга в покое.       — Одна из них просто оказалась сукой, которая так и не смогла преодолеть себя, — мрачно пробормотала Мордред.       — Фоу фоу-кю, фоу-фоу, — так же мрачно согласился маленький гремлин.       — Это… объясняет не так много, как, я полагаю, ты думаешь, — сказала Рика.       Так и есть, но Эмия был удивительно щепетилен в вопросе о короле Артуре, и у меня хватило такта понять, что — даже если бы у него действительно был ответ — спрашивать его о сексуальной жизни женщины, которую он любил, было не совсем верным решением. Особенно, если она была его Слугой и он видел это во сне, потому что это должно было быть невероятно неловко, а тем более обсуждение подобной темы с ней.       Эта мысль заставила меня замолчать. О боже, неужели Араш видел, что я вытворяла с Брайаном?       Ощутив, как мои щеки и кончики ушей потеплели, я внезапно почувствовала невероятную благодарность за то, что с нами не было Араша, и за то, что было слишком темно, чтобы кто-нибудь мог видеть мои красные уши и спросить, потому что было много того, в чём у меня не было уверенности в том, что должна говорить о своем прошлом, но это было одним из тех моментов, которые я унесу с собой в свою чертову могилу. Знание Лизы было неизбежным риском её силы, но моя сексуальная жизнь определенно не была тем, чем я собиралась делиться с близнецами и Машу.       Эмия встал в боевую стойку. — Тсс.       Рика оглянулась на него через плечо. — Ты на самом деле только что…       — Мастер! — прошипел он, и что-то в его тоне, должно быть, дошло до Рики, потому что её рот захлопнулся, и все внезапно остановились.       Прошло несколько секунд тишины. Все, что я могла слышать, это стук моего сердца и то как воздух, медленно выходил из ноздрей.       А затем я услышала тихий, отдаленный лязг, когда что-то или кто-то неосторожно наступил на один из рельсов. Я осторожно выпустила несколько своих жуков в каждом из направлений. Вибрация, которую я изо всех сил пыталась ощутить кончиками пальцев, была для насекомых такой, словно мир содрогнулся.       — Мы не одни, — прошептала я.       — Может, нам выключить наши фонарики? — Рицука прошептал в ответ.       В другой ситуации это было бы неплохой идеей. Просто недостаток света, вероятно, повлияет на нас больше, чем на врага, поскольку мы понятия не имели, как всё это время Helter Skelter, автоматоны и гомункулы ориентировались в тумане. Похоже, у них было какое-то представление о том, что они делали и куда направлялись, так что эхолокация, инфракрасное излучение или что-то в этом роде, возможно, были встроены в них с самого начала.       Казалось, что математик девятнадцатого века не должен был знать ни о чем из этого достаточно, чтобы встроить в свои творения, но я понятия не имела, как давно маги имели доступ к заклинаниям, которые могли делать то же самое, так что кто вообще знал на тот момент?       Вместо этого я спросила: — Может ли кто-нибудь из вас почувствовать присутствие другого Слуги?       — За пределами нашей маленькой счастливой группы? — спросила Жанна Альтер.       — Нет, — сказал Эмия. — Возможно, они всё ещё слишком далеко, чтобы мы могли их как следует почувствовать, но я думаю, что более вероятный ответ просто в том, что это ещё одна патрульная группа врага. В конце концов, если «М» прячется где-то здесь, внизу, именно здесь было бы разумнее всего разместить войска, не так ли?       Возможно. Но были всевозможные блефы, двойные блефы и тройные блефы, к которым можно было прибегнуть, задавая подобный вопрос, например, пытаясь убедить своего врага, что в Подземелье нет ничего интересного, создавая впечатление, что оно совершенно беззащитно. В подобных гамбитах всегда были риски и компромиссы, поэтому часто люди решаю обезопасить себя оставив часть своих сил в запасе, на тот случай, если кто-то действительно решит провести разведку или атаковать.       Конечно, если у противника была какая-то способность Скрытника или сила, основанная на иллюзии, чтобы скрыть свое секретное логово, то оставить свою базу беззащитной по больше части было бы правильным выбором. Значит ли это, что у «M» подобных сил не было? Возможно.       — Я тоже не чувствую Слуг, мисс Тейлор, — сказала Машу. — Остатки тумана здесь внизу не кажутся очень сильными, так что я не думаю, что кого-то можно в их спрятать.       — Есть ли там Helter Skelter? — спросил Тосака.       — Возможно.       Или Ассасин с сокрытием присутствия. Или же Ассасин, допустивший подобную ошибку, был либо очень плохим, либо очень хорошим, и прямо сейчас это не имело большого значения. Нам нужно было идти туда, несмотря ни на что.       — Это не то, чего бы мне хотелось, — сказала Мордред, — но мне нужно выпустить пар, так что мне всё равно. Пойдемте, разобьем их!       — Прямо с языка сняла, бриташка, — сказала Жанна Альтер.       — Просто смотрите в оба, — сказала я им обеим. — Это может быть ловушкой.       — Может быть? — Рика недоверчиво повторила. — Сэмпай, мы буквально пытаемся проникнуть в логово плохиша из Бондианы, чтобы украсть Макгаффин из его машины Судного дня! Всё это ловушка!       — Машу, — начала Рицука, делая вид, что его сестра ничего не говорила, — ты тоже.       Полуслуга твердо кивнула. — Хорошо!       — Единственная здравомыслящая женщина, — проворчала Рика себе под нос. — Только одна во всей группе, клянусь.       Не то чтобы её точка зрения обязательно была неверной, просто если она была верно, то это ничего не меняло. «М» не собирался выходить и устраивать дуэль с Мордред, если мы пойдем на Трафальгарскую площадь и объявим вызов, и он, конечно же, не собирался отдавать Грааль, если мы вежливо попросим.       Итак, мы снова двинулись в путь, наши ноги хрустели по почерневшему гравию, покрывавшему землю, и свет наших фонариков раскачивался взад-вперед при каждом шаге. Мои жуки продолжали ощупывать стены, выискивая любые ловушки, как и раньше, рассредоточившись перед нами, вне света наших фонариков, проверяя, кто или что может нас поджидать.       Когда несколько минут спустя противники, наконец, оказались в пределах моей досягаемости, из моих ноздрей с шипением вырвался вздох. Я не была уверена, испытывать облегчение или разочарование, потому что, хотя было бы приятно вот так запросто наткнуться здесь на другого Слугу или на самого «М», это было бы как-то слишком просто, и если бы это был не М, а ещё один из его подчинённых, то мы бы просто выдали себя.       — Это патрульная группа, — объявила я. — Три гомункула, три автоматонов, но никаких Helter Skelter-ов.       Рот Сейбер скривился в хмурой гримасе. — Чёрт, они скучные.       Фламель погладил бороду. — Возможно, без Бэббиджа, способного добиться большего, враг несколько более избирателен в распределении оставшихся Helter Skelter. В конце концов, они требуют гораздо большего, чем создание гомункулов, особенно если Парацельс массово производил их в чанах.       — Фу, — сказала Рика.       — Как ты думала, он их создал? — спросила её Жанна Альтер. — Сажал их как семяна в землю и поливал раз день или два?       Рика показала язык Авенжер.       — Уничтожьте их быстро, — приказала я Мордред. — Мы не можем тратить время на игры с ними.       — Да, да, — ответила она. — В любом случае, с ними не так уж весело возиться. Ублюдки слишком слабы для этого. Я буду уверена, — она оттолкнулась от земли и помчалась по туннелю, — что раздавлю их очень быстро для тебя!       — Эй! — Жанна Альтер завизжала, мчась за Сейбер. — Кто сказал, что ты можешь сбежать и оставить всё веселье для себя, ты, сука!       — Знаешь, — сказала Рика им вслед, — я не могу решить, Наруто это и Саске или Зоро и Санджи.       Кто?       — Больше похоже на Леголаса и Гимли, — ответил ей брат.       О.       Остальные из нас пошли за ними куда медленней, но только потому, что мы, Мастера, были всего лишь людьми и не могли бегать так быстро, как наши Слуги, а Слуги, остававшиеся с нами, не хотели оставлять нас позади. Вскоре до нас донеслось эхо битвы, отражающееся от стен, треск и визг тел автоматонов, трескающихся и разламывающихся под мечами Мордред и Жанны Альтер, и, несколько более тихое, мясистое хлюпанье гомункулов, которых так же легко и так же жестоко разрубали на куски.       К тому времени, когда остальные из нас прибыли на место бойни, оно больше напоминало поле боя или пол мясницкой. Повсюду были разбросаны куски окровавленной плоти, размытые резким светом наших фонариков, и перемешанные вместе с осколками материала, из которого были сделаны автоматоны. Палец там, размозженная голова тут, половина конечности вон там, создавали жуткую картину, которая больше походила на последствия атаки Бойни Девять, чем на битву.       Сейбер и Жанна Альтер стояли в центре боя. Струйки крови гомункулов растекались пятнами и ручейками по их броне, но, конечно же, крови слуг тут не было.       — Видите? — сказала Мордред, ухмыляясь и поворачиваясь к нам. Лезвие её меча упиралось ей в плечо, испачканное кровью и маслом. — Как я и сказала. Легкотня!       — Я ни на секунду в тебе не сомневалась! — сказала Рика, намеренно избегая взглядом кровавую бойню на земле.       — Никаких Helter Skelter, — заметил Фламель. — Хм. Возможно, я был более прав, чем думал, и «M» действительно намерен использовать их как можно реже.       — В первую очередь, это были изобретения Бэббиджа, не так ли? — рассуждал Рицука. — Без него, «М» не может производить новых, поэтому имеет смысл, что он был бы более осторожен в их использовании.       У меня и раньше была похожая мысль. В разгар всех наших других приготовлений я забыла проверить карту, переместились ли их маячки или они просто оказались, на земле когда Helter Skelter-ы исчезли, после смерти Бэббиджа. Тот факт, что мы ни с кем не столкнулись по пути в Метро, ни о чем не говорил, поскольку мы не сталкивались ни с какими патрульными группами, потому что находились так близко к квартире.       — Однако возникает вопрос: сколько Helter Skelter-ов осталось у «M»? — сказал Фламель. — Если уж на то пошло, какого они уровня качества? Обычные типы, средние или элита, которых мы так редко видели? Возможно, последние — единственные, кого, на мой взгляд, действительно стоит держать в резерве.       — Мы не должны пока делать никаких предположений, — сказала я. — особенно когда, не слишком далеко впереди пересечение Лей-линей. Давайте посмотрим, сможем ли мы там что-нибудь найти.       Итак, мы продолжили путь, минуя поле бойни, и двинулись дальше по туннелю. Я, конечно, продолжала изучение тоннеля с помощью своего малочисленного роя, но чем дальше мы продвигались, тем больше во мне крепла убеждённость в том, что мы выбрали неправильное направление для расследования. В итоге эта патрульная группа оказалась единственным, с чем мы столкнулись, и я не была уверена, было ли это потому, что «М» понял, где мы находимся, и отступил, чтобы оставаться в тени, или просто потому, что он действительно не выделил большое количество сил для патрулирования Подземелья.       Не успела я опомниться, как мы достигли следующей станции, и хотя мне было известно, что мы найдем, из-за того, что я видела — или, скорее, не видела — с помощью своих жуков, это не сделало меня счастливее, обнаружив, что она совершенно пуста и нетронута. В центре станции, зажатой между двумя платформами, я остановилась и объявила: — Вот и всё.       Она была очень похожа на ту станцию, откуда мы пришли. С похожей архитектурой, только в центре не было стальных балок, образующих колонны. Вывески на стенах и свисающие с потолка гласили «Станция Темпл».       Технически пересечение Лей-линей находилось немного севернее, но в Лондоне были сильные лей-линии, а это конкретное пересечение было очень большим, протянувшись от Британского музея до середины Темзы. Если пересечения Лей-линий можно было сравнить со звездами, то обычные, насколько я понимаю, были похожи на звезды главной последовательности, а этот был сверхгигантом.       Технически это было не самое близкое место, к которому мы могли подобраться на этой линии, но у меня было достаточное покрытие расстояния, чтобы увидеть, что находится в ближайшем радиусе, в котором больше ничего не было.       — Ничего, — отметил Рицука. — Его здесь просто нет?       — Это конкретное пересечение Лей-линий довольно большое, не так ли? — сказал Фламель. — Возможно, мы сможем обнаружить что-нибудь если подойдём ближе к центру, то есть вдоль железной дороги, которая пересекается ближе всего к Ассоциации Магов.       — Это следующая линия, которую мы исследуем, — подтвердила я. — На данный момент следующая станция находится в Вестминстере, ближе к Букингемскому дворцу и зданию парламента. После этого есть ещё одно пересечение лей-линий рядом со станцией Сент-Джеймс-Парк. Мы посмотрим что там в следующий раз.       — Это начинает больше походить на какую-то охоту за призраками, — сказал Тосака. — Ты уверен, что Бэббидж вас не обманул?       Нет. Единственное, что делало выданную им зацепку правдоподобной, — тот факт, что ему пришлось так упорно бороться, чтобы отдать её нам, и даже при этом, зацепка может оказаться уловкой, но даже если это так, тут заключается другая проблема, а именно…       — Это единственная зацепка, которая у нас есть прямо сейчас. Конечно же, если у тебя нет никаких иных предложений?       Я оглянулась на него через плечо, но он только поморщился и отвел взгляд, а Алиса тяжело вздохнула. — При таком раскладе нам сегодня не с кем будет играть.       — Всё в порядке, Алиса, — сказала Джеки. — Мы можем устроить ещё одно чаепитие позже.       Мои губы сжались, но это было всё, что я позволила отобразиться на своем лице. Вспоминая то чаепитие, из-за которого чуть не погибли я и близнецы.       — Я уверена, что Рене будет рада приготовить для вас чай, если вы попросите, — сказала я.       Джеки улыбнулась мне. — Мм! Но мы всё же хотим как-нибудь попробовать мамочкин чай!       Приступ застарелой боли скрутил мне внутренности, но я всё равно пообещала ей: — Я приготовлю тебе чай такой же, как и моя мама готовила его для меня, когда у нас будет такая возможность.       — Мы не можем дождаться!       Мы продвигались дальше по линии, и прошло совсем немного времени, прежде чем мы оставили станцию Темпл и её газовые фонари позади. Нам снова пришлось обратиться к нашим фонарикам, чтобы увидеть хоть что-нибудь, а смотреть было особо не на что. Это был просто туннель и дорога, уходящие в темноту, за пределы света наших фонариков.       Нам потребовалось ещё полчаса, чтобы добраться до следующей станции, и эта, казалось, была сделана почти полностью из голого бетона. Бетонные стены, бетонный потолок, бетонные колонны. Несколько указателей вели на Вестминстерский вокзал, а ещё несколько на разные выходы, каждый из которых с разными надписями, такими как «Вестминстерское аббатство», «Здание парламента» или «Биг Бен», все известные достопримечательности Лондона.       — Эй, подожди минутку, — сказала Рика, покосившись на один из указателей. — Разве мы не были здесь вчера?       — Верно, — говорю ей. — Мы сражались с Бэббиджем и огромным Helter Skelter-ом в квартале или двух отсюда.       Она поморщилась, затем покачала головой и преувеличенно пожала плечами. — Ну, я думаю, могло быть хуже. Если бы этот парень всё время путался у нас под ногами, я бы разозлилась!       С этим мнением я могла согласиться.       — Мы могли бы проверить, нет ли тут «М», на обратном пути в квартиру вчера, — пробормотала Машу, и, хотя она не ошибалась, я не думала, что это была бы лучшая идея.       Если бы "М" действительно был здесь, и мы пришли бы сюда вчера, то мы могли бы попасть прямо в его логово и в любые ловушки, которые он мог установить, чтобы защитить свою базу. Честно говоря, прекрасным выбором было бы взять сюда Фламеля, потому что, по крайней мере, он был компетентным Кастером. Единственное, что мы могли бы сделать, чтобы не быть уничтоженными какими бы то ни было средствами защиты, которые могли быть у "М", — это спрятаться за Машу и Мордред и надеяться, что их Сопротивление Магии и щит Машу смогут защитить нас.       — Вчера с нами не было Авраама, — сказала я, подводя итог своим мыслям.       Фламель улыбнулся. — Я польщен, что ты относишься ко мне с таким уважением, моя дорогая. Я только надеюсь, что смогу соответствовать этому.       Пока что? Он неплохо справлялся с этим.       Я проверила время на своем коммуникаторе и с трудом сдержала хмурый взгляд. — Мы заглянем посмотрим на следующее пересечение, затем остальные из нас выйдут через станцию Сент-Джеймс-Парк, чтобы проверить линию Пикадилли. Тосака, как ты думаешь, ты сможешь вернуться в квартиру только с Алисой?       Губы Тосаки поджались, и он оглянулся в ту сторону, откуда мы пришли, на темный туннель, который, казалось, поглощал свет ламп. В конце концов, он сказал: — Это не должно вызвать никаких проблем. Я верю, что Алиса защитит меня на случай, если мы столкнемся с чем-нибудь на обратном пути.       Детский стишок улыбнулась. — Пока я с папой, с ним ничего не случится!       Я вообще не думаю, что они с чем-то столкнутся, и даже если всё же такое произойдёт, то мне не хочется отправлять его обратно только с ней, но было бы неудобно ещё больше разделять группу. Если у "М" есть ещё какие-либо другие Слуги, о которых мы не знаем, то разделение могло привести к чьей-то гибели.       Ничего другого просто не оставалось.       Мы оставили Вестминстерский вокзал позади и продолжили движение на запад по туннелю, и снова прошло совсем немного времени, прежде чем свет газовых фонарей померк позади нас, и единственное, с помощью чего нам приходилось ориентироваться, — это наши фонарики. Мы столкнулись с другой группой автоматонов и гомункулов, но имея на нашей стороне так много Слуг, мы завершили столкновение спустя пару секунд.       Всё ещё требовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к тому, что мы обладаем огромной силой. Я была на задворках, аутсайдером на протяжении большей части своей карьеры, что это было просто странно. Сюрреалистично. В хорошем смысле, но всё же.       Следующее пересечение Лей-линий было расположено прямо рядом с тем местом, где на поверхности находилось Вестминстерское аббатство, и я почти ожидала, что там мы ничего не обнаружим. Никаких скрытых дверей, ведущих в секретный туннель, никаких фальшивых стен или потайных проходов, даже иллюзии, наложенной на дыру в туннеле, которая вела в скрытое логово. К тому времени, когда моё человеческое тело и остальная группа добрались туда, я уже исследовала каждую часть станции, какую только могла, и вновь ничего не обнаружила.       Остальная часть команды тоже не обрадовалась, узнав об этом.       — Блин, ну и обман! — Рика разозлилась. — Эй, Сэмпай, ты уверена, что Бэббидж пытался сказать нам искать в подземке, а не подземлёй? Потому что, например, если бы он пытался сказать нам начать копать в ближайшем парке, я была бы очень расстроена! А Леди-Босс получила бы счет за мой маникюр!       — Успокойся, Рика, — сказал её брат. — Нам нужно обыскать не один туннель. То, что мы ничего не нашли в этом, не означает, что мы не найдем ни в одной из других.       — Нам действительно придется обыскать их все? — Встревоженно спросила Рика.       Машу и Рицука обменялись гримасами. Похоже, они были не более взволнованы этой идеей, чем она.       — Посмотрим, — сказала я ей. У меня была небольшая надежда, что следующая лей-линия приведёт нас куда надо, просто потому, что она проходила так близко к тому огромному пересечению, которое находился под Башней с Часами.       Рика застонала. — И снова в путь, ага?       — Ублюдок просто не может облегчить нам задачу, не так ли? — кисло сказала Мордред.       Если это действительно был Мориарти, то нет, он действительно не мог.       Как и ожидалось, между этой станцией и следующей тоже больше ничего не было, и вскоре мы наткнулись на другие платформы, освещенных ещё большим количеством газовых фонарей, схожие с теми, что мы видели до них, по крайней мере, по структуре, с бледно-желтоватой кирпичной кладкой вдоль стен, хотя цвет, возможно, был таким из-за освещения. На лестничных клетках из линолеума нанесен узор в виде маленьких квадратиков размером с ладонь.       Я и не подозревала, что линолеум как материал настолько стар. Или это был пример того, как более современной взгляд на подземку смешивается с прошлым?       Знаки вокруг платформ гласили, что это станция Сент-Джеймс, наша последняя остановка в этом туннеле.       Тосака, заметив знаки, хмыкнул. — Полагаю, это то место, где нам суждено расстаться?       Я повернулась к нему лицом. — Да. У вас не должно возникнуть проблем с возвращением в квартиру, но у вас есть достаточная свобода действий, чтобы вы могли связаться с нами, если что-то пойдет не так, и мы можем прислать Мордред или Жанну Альтер на помощь.       Он посмотрел на них двоих, одна из которых бросила на него незаинтересованный взгляд, когда было упомянуто её имя, а другая одарила его ухмылкой. — Какое счастье, — сказал он.       — Не спеши, — предупредила я его. — Не торопись и будь осторожен. У тебя должно быть в запасе по крайней мере полчаса к тому времени, как ты доберешься до станции Мэншн-Хаус.       — Конечно. Может, я и не очень хороший маг, но я не дурак.       Он обернулся, на мгновение поиграл со своим позаимствованным коммуникатором, а затем на коммуникаторе заработала функция фонарика и отбросила на землю яркий круг.       — Пойдем, Алиса, — сказал Тосака. — Последнее, что мы хотим сделать, это оказаться застигнутыми здесь, когда снова опустится туман.       — Иду, папа! — Весело сказала Детский стишок, махая Джеки рукой. — Пока-пока, Джеки! Увидимся позже!       Джеки помахала в ответ. — Пока, Алиса!       Я потянула за связь, соединяющую нас. - Джеки.       Она посмотрела на меня.       Я хочу, чтобы ты последовала за ними в форме духа, - сказала я ей. - Просто чтобы убедиться, что они вернутся сами. Дай мне знать, если у них возникнут какие-либо проблемы.       Она улыбнулась. - Хорошо, мамочка!       В следующее мгновение Слуга испарилась, как и её присутствие, и дрожь пробежала у меня по спине от того, как легко она ускользнула от моих чувств. Лёгкое покалывание в моем протезе было единственным признаком того, что она прошла мимо меня, потому что всё остальные следы её существования исчезли в тот момент, когда она приняла форму духа. Единственным спасением было то, что у неё не было причин использовать свой навык Стирания информации против нас.       Умение Сокрытие Присутствия было ужасающей способностью.       — Пойдёмте, — сказала я остальной группе. — Давайте просмотрим ещё хотя бы одну Лей-линию, прежде чем остановимся и съедим то, что приготовила нам Рене.       Мы взбирались на платформу по одному, хотя Слуги совершали прыжок с завидной легкостью. Как раз тогда я заскучала по своему летному рюкзаку и манёвренности, которое он мне давал, когда я могла просто игнорировать препятствия выше полутора метров. После этого мы поднялись по лестнице и вышли обратно на сумрачный свет утреннего Лондона под облачным небом.       Из того, что я слышала об этом, Лондон без туманной машины, которая всё испортила, обычно был ненамного лучше.       Я позаботилась о том, чтобы собрать свой анемичный рой и спрятать как можно больше его в как можно большем количестве укромных мест, пока мы поднимались по лестнице. Это не позволило бы мне многого добиться, но, по крайней мере, я смогла бы переносить их из туннеля в туннель и использовать его в каждом из них.       Мы вышли с другой стороны Букингемского дворца достаточно далеко от того места, где изначально сражались с Детским стишком. Между нами и нашим следующим пунктом назначения был Сент-Джеймс-парк, и, хотя было бы быстрее и проще, если бы мы могли пройти прямо через него, озеро, занимающее большую его часть, сделало это невозможным. Вместо этого нам пришлось обойти его, повернув на запад и приблизившись к самому дворцу на расстояние плевка.       Это было немного удобно в другом смысле, в том смысле, что, если Сейбер каким-то образом ошиблась и "М" действительно поселился там, мы подберёмся достаточно близко, чтобы сенсоры засекли это. К сожалению, однако, не было внезапного звонка от Романи или Марии, чтобы предупредить нас о присутствии Слуги или мощном отклике магической энергии. Было трудно что-либо разглядеть, но в окнах даже не горел свет, а по периметру не стояла охрана. Казалось, что Букингемский дворец действительно был совершенно пуст.       — Чувак, я бы хотела, чтобы мы смогли тебя посетить, — сказала Рика, когда мы проходили мимо, бросив долгий, задумчивый взгляд сквозь прутья кованого забора, окружавшего это место. — Я всегда хотела встретиться с Королевой, потому что слышала, что она была той ещё боевитой старушкой.       Никто не говорил ей, что королева Виктория была печально известна своей сексуальной жизнью, - с усмешкой подумала я.       Эмия фыркнул. — Думаешь, твоя работа в Халдее может принести тебе рыцарское звание, мастер?       — Никогда не знаешь наверняка! — защищаясь, сказала Рика. — Всё, что тебе нужно делать, это защищать королевство и всё такое, верно? Разве не этим мы сейчас занимаемся? Технически, вроде как?       — Я думаю, что современное рыцарство — это в основном просто причудливые титулы, Сэмпай, — извиняющимся тоном сказала Машу. — Но, может быть, королева Виктория действительно посвятила бы нас в рыцари, если бы знала, зачем мы здесь! Я-я так думаю, по крайней мере…       Рыцарские звания для американца, двух японских подростков… какой бы национальности Машу ни считалась, и кучки призраков героев прошлого? У меня не было уверенности в том, как это будет объяснено в документах.       — Я почти уверена, что могу посвятить тебя в рыцари, если ты действительно этого хочешь, Мастер, — сказала Мордред, ухмыляясь. — Конечно же, обычно сначала нужно побыть оруженосцем несколько лет, и я сейчас не совсем король Британии, но если не появится отец, полагаю, что я могу считаться самая близкая к законному королю.       Рика поморщилась. — Э-э, я-я думаю, что перенесу это на другой раз, Мо-тян. Кроме того, это всё равно была глупая идея. Я же не могу принести сертификат в школу и показать всем, что королева Виктория посвятила меня в рыцари в 1888 году!       — Во-первых, тебе бы никто не поверил, — добавил Рицука с улыбкой.       Машу хихикнула, а Фрэн хмыкнула.       У дворца мы повернули направо и некоторое время продолжали идти, а затем свернули налево на пешеходную дорожку, идущую вдоль внешнего края Грин-парка, и оставались на ней, пока впереди не показалась следующая станция, вырезанная в пологом склоне холма, с пандусом введшим вниз к белокаменному фасаду, обрамленному с обеих сторон прочными стенами и со словами «Станция Грин Парк» выбитыми на вывеске над открытым входом, а над станцией, на вершине холма, находилось другое строение, похожее на большую автобусную остановку. Беглый осмотр моим анемичным роем показал лестницу, которая вела вниз, на холм, а затем ещё дальше, в саму станцию.       Мы вошли беспрепятственно, без каких-либо признаков сопротивления, и спустились по лестнице на гораздо более тесную платформу. Предыдущая линия, линия Дистрикт, представляла собой две железные дороги, идущие параллельно, но линия Пикадилли была единственной железной дорогой, и это сделало туннель и станцию намного меньше и облегало их гораздо плотнее. Если бы поезда всё ещё ходили, то спускаться в тоннель и идти вдоль него было бы гораздо опаснее.       К счастью, в этот раз мы не собирались заходить далеко. Линия Пикадилли делала довольно крутой поворот прямо вокруг Британского музея и пересекалась с Центральной линией достаточно близко, чтобы мы могли добраться до ближайшей станции на Тоттенхэм Корт Роуд и исследовать Центральную линию к востоку от Музея. Не было смысла следовать по линии Пикадилли так далеко на север, как только было возможно — там, наверху, нас ничего не волновало.       И вот мы пошли на восток вдоль линии Пикадилли, неуклюже пробираясь по туннелю с выключенными фонариками и стараясь достаточно внимательно смотреть под ноги, чтобы не споткнуться о рельсы. Наличие моего роя, каким бы анемичным он ни был, помогало мне уверенно держаться на ногах, но без него я была уверена, что спотыкалась бы на каждом третьем шаге или около того.       Мордред и Машу, конечно, пришлось хуже всех из нас, потому что Сейбер была в доспехах, которые, казалось, были специально созданы, чтобы придать ей более крупные, мужественные очертания, и Маш из-за её щита, который стал скорее помехой, чем помощью в таких тесных пространствах.       Это означало, что нам потребовалось около сорока пяти минут, чтобы добраться от Грин-Парка до Холборна, сорок пять минут, когда на нас никто не нападал, на нас никто не выпрыгивал, и мы не нашли ничего интересного.        — Боже! — начала жаловаться Рика. — где этот чувак? У моих ботинок таким темпом подошва слетит! И мне потребуется новая обувь! Деньги за которые я с него выбью!        — Я… не думаю, что твой Мистический Код на такое способен, Семпай, — решила успокоить своего одного из своих мастеров Машу.       — Это принципиально! — упорствовала Рика.       — Рика, мы сделаем перерыв на обед, когда придём на следующую станцию, — пообещала я.        Простонала девушка. — Угх!       — Ухх, ум-нг, — с сочувствием пробурчала Фрэн       — И я всё еще не могу тебя понять! — проговорила Рика с недовольством.       Остаток пути до Рассел-сквер она дулась. К счастью, от Холборна туда было всего вдвое меньше пути, чем от Грин-Парка до Холборна. С другой стороны, мы не торопились, прочесывая туннель, в котором по-прежнему не было никаких признаков М, его подземной (или Подпольной) базы или Ангрбоды. Даже когда мы прошли прямо через центр этого огромного пересечения Лей-линей, мы ничего не нашли.       Мог ли он расположиться дальше на севере? Возможно. Мог ли он расположиться дальше на западе? Возможно. Но если он не может перемещать свою машину по своему желанию и не имел свободного доступа к телепортации, что не обязательно было невозможно, то переброска его патрульных групп туда, где мы сталкивались с ними последние несколько дней, была бы слишком сложной задачей, если бы "М" был слишком далеко от Вестминстера и Сохо. В конце концов, именно там мы обнаружили наибольшую концентрацию его сил и сражались с Мефистофелем, Парацельсом, огромным Helter Skelter-ом и Бэббиджем.       Он был где-то на одной из этих линий, проходящих через центр Лондона. Я была уверена в этом. Единственная хитрость заключалась в том, чтобы выяснить, на какой именно.       Станция Рассел-сквер была очень похожа на Холборн и Грин-парк и, как и остальные станции линии Пикадилли, довольно маленькой. К ней вела только одна железнодорожная ветка, поэтому у неё была только единственная платформа, и, если не считать указателей, она тоже выглядела почти идеальной копией предыдущих станций. А мне всего лишь хочется, чтобы наши поиски на этой линии были немного более плодотворными, чем в остальных туннелях.       Верные своему слову, мы сделали небольшой перерыв и присели на лестнице, пока Эмия не с проецировал небольшой столик и несколько стульев для нас. Все они, по крайней мере, выглядели так, как будто принадлежали этой эпохе, выглядя словно они были взяты из исторической драмы, с плюшевой обивкой, бархатом и изящно вырезанными деревянными рамами. Машу достала пирожные Рене из отделения в своем щите, а Эмия даже добавил тарелки и столовое серебро, чтобы мы тоже могли ими пользоваться.       Рика, очевидно, была благодарна за перерыв, но Машу, Рицука и даже Фрэн не смогли скрыть от меня своего облегчения, когда опустились на свои стулья. Думаю, на поиски мы уже затратили три часа, и три часа ходьбы в темноте были не совсем веселыми.       Кстати, об этом…       Араш, — сказала я, слегка потянув за линию нашей связи, — Тосака и Детский Стишок скоро должны вернуться в квартиру. Как только они придут, возвращайся к нам.       Детского стишка и её сказочной чепухи должно быть более чем достаточно, чтобы защитить квартиру. В конце концов, Бармаглот устоял перед объединенной мощью всего, что мы на него бросили, и, по сути, отмахнулся от всего этого.       Понял, - ответил Араш. - Я прибуду к вам, ребята, как только смогу.       Позаботившись об этом, я вернулась к своему пирожку и позволила себе расслабиться, наслаждаясь сладким вкусом сахара и фруктов, которые таяли у меня на языке с каждым укусом.       Мы посидели и отдохнули несколько минут, и как только все поели, нам пришлось продолжить путь. У меня оставалось меньше часа до того, как мне придется достать из сумки маску и надеть её, когда сгустится туман, так что чем дольше я смогу обходиться без неё, тем счастливее буду.       Станция Рассел-сквер выходила на обычную улицу примерно в квартале к северо-востоку от Британского музея, недалеко от другого небольшого парка, получившего соответствующее название Рассел-сквер, а станция Тоттенхэм-Корт-роуд находилась всего в паре улиц к юго-западу от музея. Это была далеко не такая долгая прогулка, какой могла бы быть, хотя нам пришлось пройти мимо разрушенных остатков Музея, чтобы добраться до него.       Я не была уверена, чего ожидала, но то, что останки Helter Skelter-ов, которые сопровождали Парацельса, исчезли без следа, несколько выбивалось из моих ожиданий. Они действительно просто исчезли, когда Бэббидж умер? Так и оказалось. Если они были проявление его Благородного Фантазма, то без него не было бы ничего, что могло поддержать их, не так ли?       Остаётся только вопрос о том, как именно Ангрбода всё ещё существует. Я предполагаю, что Бэббидж построил её полностью отказавшись использования своего Благородного Фантазма. Если бы он просто сконструировал его из ресурсов внутри самой Сингулярности, тогда нам пришлось бы уничтожить машину, чтобы прекратить её работу, и вручную извлечь Грааль, который служил источником энергии. Нам просто нужно было сначала найти её.       Следующая станция в нашем списке находилась в большом здании, расположенном на углу перекрестка, но прямо через дорогу от этого здания был другой вход, просто лестница, которая выходила под дорогу и уходила где-то вдаль.       — Вот оно, — сказала я. — Мы пройдём по этой ветке на восток и по пути поищем пересечение Лей-линей, а затем выйдем на Банковской станции и вернемся к Джекиллу на обед.       И попытаемся выяснить, где, чёрт возьми, ещё "M" может быть. К западу от этой линии было ещё одно пересечение, но, помимо попытки избежать внимания, я не могла понять, почему он обосновал базу там, а не на самом большом пересечении в городе.       — Хорошо! — хором сказали Машу и Близнецы, и за которыми повторила Фрэн, — Угу!       — Давайте ворвёмся к этому ублюдку в логово! — согласилась Мордред.       — И сожжём там всё, пока он будет внутри, — Жанна Альтер решила добавить кое-что от себя.       — Я думаю, что самые страшные вещи в этой сингулярности происходят, когда, эти двое начинают думать на одной волне, — протянул Эмия.        Мордред и Жанна Альтер показали ему средние пальцы. Особенно забавного в этом факте не было, за исключением их синхронности, словно они были близняшками.       Алек и Лиза, вероятно, нашли бы как остроумно поддразнить этих двоих за синхронность действий. Они действительно ладили намного лучше, чем я ожидала, до того, как мы переместились в Лондон, особенно учитывая, какой колючей была Жанна Альтер в целом.       Без дальнейших церемоний мы спустились на станцию, а я незаметно выпустила свой рой, распространяя их незаметными кучками вне поля зрения, и заставляя их рассредоточиться. Стоя у подножия лестницы, я ожидала увидеть ещё одну обычную станцию метро, такую же, как те, что были до неё. При строительстве которой использовались линолеумные плитки или кирпичи из любого светлого камня, возможно, несколько стальных балок, утыканных заклепками размером с куриное яйцо.              Вместо этого я увидела…                    — Что за хрень?       …лес состоящий из ветвей и шипов.       Мордред высказала вопрос вертевшийся у всех на языке:       — Это что ещё за хуйня?