Миртов кот

~4~

Луч запел под ножкой Мирты. – Кот, расскажи мне о Крае мира. – Поймав баланс, она приспособилась к шагу Кота и начала понемногу выведывать. – Кр-рай как Край: обр-рыв, пучина, бездна. То есть без дна. – Совсем без дна? – Совсем. – И что мы с тобой будем делать на этом Краю без дна? – Ты – спасать мир, а я – спать. – Как это... Я без тебя не согласна! – Всё несогласны. Но кому-то надо. – Я боюсь! – Все боятся. – Кот! – Я. – Перестань меня пугать! – И не начинал даже. – Но я вправду боюсь... Я же ничего не умею... И оружия у меня нет... – Туда и идём. За твоим оружием. Пр-ришли, кстати. Мирта огляделась. Вокруг со всех сторон, на сколько хватало глаз, простиралась молчаливая июльская степь: ни ветерка, ни жужжания, ни запаха медоносов. Кот спрыгнул с луча, лёг на землю, раскинулся кверху пузом. – Мне тоже лечь? – Мирта в нерешительности топталась около. – Нет, постой ещё. Нет, лучше сделай шаг вправо. И ещё полшага. Отлично! Теперь мне на мешает солнце. Ты – отличная ширма, детка. – Кот!! – Что "кот!"? Я уже мр-р-ста лет как кот. Я, может быть, устал от солнца. Побагровевшая Мирта медленно подняла из травы палку. Шерстяной нахал мрявкнув что-то похожее на "ну что так быстр-ро", перевернулся на бок и заскрёб по траве. Тени от каждой травинки начали собираться, шипеть, клубится. Мирта застыла с поднятой палкой и смотрела во все глаза за тем, как Кот ловко подхватывал маленькие тени, уплотнял их подбрасывал, будто клубок шерсти. – Палку сюда, мряв! – скомандовал усато-пушистый, когда шарик из теней стал тёмным и плотным. Тени подползли к палке, натянулись, словно тетива по обоим ее концам, выгнув, но не сломав. Палка – бывшее дитя воды и света, отжив свой век и став мусором, сейчас обретало новую сказочную жизнь. А всего-то – обыкновенное чудо любви и мастерства. Девушка зачарованно, словно в трансе, протянула руку, подняла волшебный лук, появившийся из выброшенной палки и травных теней прямо на её глазах. Когда-то отец учил Мирту стрелять из этого оружия. Безупречно сбалансированный, лук приятно тяжелил ладонь. Она достала из заплечного колчана одну из солнечных стрел, подаренных волшебным зеркалом, и посмотрела на кота: можно? Тот вскочил от нетерпения на лапы: – Давай! Та взяла шишку на прицел за сто локтей влево, расправила лопатки, словно крылья, натянула тетиву так, что изнутри зазвенело, и – отпустила стрелу. Шишка полетела вниз. – Он такой странный, – она задумчиво огладила рукоять и прицел, – он будто дышит, – Мирта привыкала к новому оружию. – Не только дышит, но и смотрит на тебя, – подлил масла в огонь Кот. – Не смотрю: любуюся! – девушка ойкнула и выронила лук. – Ой-я, как бы так и прицел не сбить! Не надо-ть, нам точность еще сгодится! Осторожно, ма хоро́ша… Лук разговаривал! И когда уже Мирта научится не удивляться?