Баллады барда

      Станислава прикидывает — из-за Аякса она в какую задницу только не попадала. Отношения с ним — особенно настолько долгие и близкие, — это в любом случае сплошные приключения, хочется ей того или нет. Даже чаще стала выбираться за границы Снежной, сопровождая его в долгих миссиях, если Иль Дотторе не жмотился и отпускал её. В таких условиях трудно не привыкнуть к его характеру.       Так Станислава думала ровно до сегодняшнего дня.       — Господин Чайльд… — мнётся застрельщик, и, не будь эта ситуация настолько не по душе Станиславе, ей бы показалось это даже забавным. Шутка ли — такая огромная туша и боится сказать в лицо ей, за глаза называемой мелкой стервой, что случилось.       — Так получилось, что… — пытается помочь ему молотильщик, но ситуация лучше не становится.       — Как только Господин Чайльд вернётся в нормальное состояние, я попрошу у него пересмотреть своё мнение насчёт того, действительно ли все рабочие годятся для своей работы, — наигранно-сладким голосом произносит Станислава, улыбаясь привычно-стервозно, складывая руки на груди, — потому что на мой взгляд, он понабрал сплошной мусор, неспособный даже двух слов связать, не говоря уже о том, чтобы выполнить своё единственное задание — убедиться в сохранности Предвестника.       Оба Агента тушуются, украдкой злобно приглядываясь — то ли обвиняя друг друга в происходящем, то ли мысленно перемалывая ей косточки. Станиславе, в общем-то, абсолютно плевать на это — намного больше на нервы действует семилетний Аякс, настырно дёргающий её за подол плаща. Создаётся ощущение, что если она посмеет ещё хоть секунду его проигнорировать — он его оторвёт ко всем чертям.       — Ну что такое? — со вздохом обращается к нему Станислава, оставив в покое Агентов.       Аякс, убедившись, что на него наконец-то обращают внимание, запрокидывает голову, чтобы посмотреть ей прямо в глаза. А у самого-то — они блестят так, словно он сумел поучаствовать в десятке достойных битв одновременно.       — Давай подерёмся, Стась?       Станислава искренне надеется, что сумеет вытерпеть и не начать бить детей.

❄❄❄

      Мини-Аякс сидит за столом в разбитом лагере, весело болтает ногами, недостающими до земли, и дует на горячий суп, прежде чем отхлебнуть. Станислава, закинув ногу на ногу и подперев щеку рукой, наблюдает за этим.       Миссию пришлось временно приостановить. Станислава, оставшаяся за главную в связи их… маленькой проблемой, уверена, что так будет куда лучше, чем тащить ребёнка в самое пекло. Особенно такого гиперактивного ребёнка. Особенно такого гиперактивного ребёнка, который сам жаждет нажить неприятности на свою задницу. И уже успешно осуществляет свои дурные планы.       Аякс поведал ей историю своей маленькой неудачи — мол, так и так, какая-то противная фея из бездны превратила его тело в тело ребёнка. С самим ним всё хорошо, точно-точно! Это никак не повлияло на него в остальном.       Станислава, всегда ловко распознающая ложь, догадалась сразу же, что мелкий Аякс — мелкий балабол.       Её уверенность в этом лишь крепла, когда он прицепился к солдатам с требованием сразиться с ним. Агенты, мнущиеся и не знающие куда себя деть от неловкости, пытались ему отказывать как могли — Аякса такие ответы вообще не устраивали. Потому он возвращался к ней и требовал сражения уже у неё.       Станислава искренне уверена, что её нужно заносить в список святых, раз он до сих пор цел.       — Стась! — внезапно восклицает Аякс, вновь предвкушающе блеснув глазами. Станислава, до этого мирно прикрывшая глаза, открывает их и смотрит на это рыжее бедствие. — Давай подерёмся!       — Нет.       — Ну Ста-ась!       — Нет.       — Ста…       — Эй, ты, — окликает Станислава проходящего мимо застрельщика, что сразу же вздрагивает, явно не готовый к разговору с ней, — развлеки господина Предвестника.       Застрельщик смотрит на неё ошарашенно — а мелкий Аякс, если ещё сильнее в изумлении распахнёт глаза и откроет рот, будет выглядеть так, словно считает её предательницей всего рода. Пусть думает что хочет — Станислава бить детей точно не будет. Её репутацию уже ничто не спасёт, но подобное лишь сильнее угробит. Пусть её не волнует, что о ней говорят за спиной, но господин Пульчинелла точно будет… заинтересован причиной, как они до такого докатились. А разговаривать с ним после знакомства в качестве невесты Аякса до сих пор неуютно. От Предвестников в принципе стоит держаться как можно дальше — и этой политики Станислава удачно придерживалась. А после стала ассистенткой одного, невестой второго, и почти-снохой для третьего.       Возможно, у неё всё же есть небольшие проблемы с соблюдениями собственных планов.

❄❄❄

      — Г-госпожа? — несмело произносит агент, и Станислава, отвлекшись от планирования нового маршрута, тяжело вздыхает и оглядывается через плечо на вошедшего в её палатку.       — Что ещё?       — Господи Чайльд… недоволен, — неоднозначно отвечает агент, отводя взгляд, но и этих трёх слов хватает, чтобы Станислава снова вздохнула. Очень тяжело и очень раздражённо.       «Господин Чайльд недоволен» стало самой частой фразой, которую она слышит в последнее время. Стоит ему чуть капризнее вздохнуть, чуть раздражённее цыкнуть, как все сразу идут за ней, словно ей доплачивают за то, что она нянчится со всеми детьми, которых почему-то полно в её окружении — не только физических, но и ментальных.       Станислава выходит к ним. Мини-Аякс сидит на плече у Застрельщика и тот, используя смертоносное оружие, собственную разработку грозного Иль Дотторе, чтобы выпускать пузырики на потеху надувшемуся Предвестнику, выглядит комично. Станиславе, впрочем, уже не смешно — её всё достало. Она хочет отпуск. Или пенсию.       Точно. Нужно потребовать преждевременного выхода на пенсию.       Аякс замечает её, требует, чтобы его спустили на землю, и резво подскакивает к ней, довольный тем, что горе-нянька вернулась к нему. И прежде чем это рыжее горе успевает раскрыть рот ради очередного «давай сразимся», Станислава хватает его за ворот и тащит за собой в палатку.       Краем уха она услышала вопрос, как они будут оправдывать детский труп одиннадцатого Предвестника. Станислава мысленно дополняет вопрос: как она будет оправдывать труп Предвестника и всех сопровождающих его агентов.       Уже в своей палатке приходится думать, что, всё-таки, ей делать с этим неугомонным ребёнком. Развлекать его она не намерена, драться — тем более, к тому же ей ещё писать отчёт о задержке Иль Дотторе.       В мыслях щёлкает подходящая идея.       Станислава садится за стол и, подхватив мелкого Аякса, усаживает к себе на колени. Тот, слишком заинтересованный в её действиях, не сопротивляется, только смотрит наконец-то довольно. Так он просто внимания хотел?       — Стась…       — Заткнись, — вздыхает Станислава и, укрыв его своей распахнутой шубой, позволяет прижаться к себе, пока сама же кладёт руку ему на спину и укладывает подбородок на рыжую макушку, чтобы видеть бумаги, — просто сиди молча, пока у меня настроение хорошее.       Аякс, крепче притискиваясь, что-то довольно произносит в её мех на шубе, но теперь кажется наконец-то действительно счастливым.       Вот же... ребёнок.