But mama I'm in love with a criminal

      — Я, кажется, говорил тебе, — голос парня был похож на скрежет камня о камень, — что если ещё хоть раз увижу тебя здесь, то будешь собирать свои конечности по всему Западному Обручу.       — Стой, — в голосе пьяницы сквозил скрываемый страх. — Может… Может, договоримся? Давай я дам тебе поиграть с той девчонкой, — он махнул в сторону Эмили, отчего та замерла, — а ты отпустишь меня и больше здесь не увидишь?       — Даже смотреть на неё не смей, — слова прозвучали тихо, но как гром среди ясного неба. — И я не занимаюсь подобным. Так что нет, мне не нравится твоё предложение. А как насчёт того, что я сейчас сломаю тебе пару рёбер, — он надавил ногой сильнее, заставляя мужчину заскулить от боли, — а потом медленно отрежу тебе руки, чтобы ты больше никогда не смог ни к кому прикоснуться?       — Н-не надо… — пьяница открыто задрожал от страха. — Скажи, чего ты хочешь? Только отпусти меня…       — Нет, — парень надавил сильнее, и рёбра мужчины угрожающе захрустели. — Ты…       — Стой! — Эмили шагнула вперёд и застыла, сама не зная, что делает и зачем его останавливает.       — Ну что ж… — произнёс парень, оценивая испуганный вид девушки и переводя взгляд обратно на пьяницу. — Считай, что тебе повезло: девочка не хочет видеть, как прольётся твоя кровь. Беги. Но знай: я найду тебя и разделаюсь с тобой один на один. — Он убрал ногу с его груди, и мужчина тут же вскочил и побежал прочь.       Парень повернулся к Эмили, осмотрел её лицо и дорожный наряд.       — Вижу, ты не местная? — хмыкнул он. Сталь в его голосе уже не была прежней, теперь это был скорее мягкий скрежет.       Эмили лишь кивнула, всё ещё шокированная и напуганная тем, что произошло.       — Не бойся, он тебя больше не тронет, — продолжал он. — Как тебя зовут?       — Эмили… — тихо ответила она. — Эмили Смит.       — Эмили, значит. Я запомню. Кстати, вот, возьми на всякий случай, — он протянул ей небольшой серебряный кинжал, который можно было легко спрятать в рукав или сапог.       — А ты? — спросила она, принимая оружие.       — Что «я»? — не сразу понял он, а затем усмехнулся. — А, ты об этом. Я Каз Бреккер.       — Бреккер? — Кинжал чуть не выпал из её руки, а в глазах снова появился страх.       — Вижу, до тебя уже дошли слухи, — спокойно, без всякой угрозы ответил Каз. — Расслабься. Я не причиню тебе вреда. Если ты, конечно, сама об этом не попросишь.       — Ладно, — ответила девушка, пряча нож в рукав.       — Эмили! — раздался голос матери где-то слева.       Эмили сразу обернулась на оклик и увидела спешащих к ней родителей.       — Кто этот молодой человек? — спросил отец, указывая на переулок, в котором только что скрылся Каз.       — Каз Бреккер, — тихо сказала Эмили, не зная, как отреагируют родители.       — Что?! — воскликнули оба, и мать продолжила: — Что ему было от тебя нужно?       — Он меня спас, — осторожно произнесла девушка. — В этой толпе меня схватил какой-то пьяница. Ну а дальше, думаю, понятно…       — Ты цела? — спросил отец, осматривая дочь, и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил: — Что ж, видимо, мы были о нём слишком предвзятого мнения…       — Но всё равно будь осторожна, — перебила его мать.       — Ладно, — согласилась Эмили.       — Скоро ночь, — отец кивнул в сторону выхода в город. — Пойдёмте домой.