Твой Л.У.

Похороны были закрытыми. Хитклиф смотрел, как падают комья земли, и сжимал пальцы так сильно, что кольцо впивалось в кожу. После похорон он вернулся в комнату Люмьера. В комнате пахло им — его парфюмом и книгами. Гедеон сел на кровать, провёл рукой по подушке и нащупал под ней конверт. Неровный, с его именем на обороте. Гедеон разорвал конверт дрожащими пальцами. Внутри было письмо. И кольцо. Второе кольцо, которое принадлежало Люмьеру. «Гедеон, Если ты читаешь это, значит, я не смог вернуться. Прости. Я не хотел, чтобы так вышло. Но люди жестоки, и мы всегда это знали. Ты — лучшее, что случилось со мной. Твоя улыбка, которую ты прячешь за льдом. Твой смех, который ты не даёшь слышать никому, кроме меня. Твоя ревность, когда я слишком близко подхожу к кому-либо. Твоя нежность, которую ты так старательно маскируешь. Я солгал тебе в ресторане. Это не была шутка. Я люблю тебя. Любил. Буду любить всегда. Не ищи виноватых. Не трать на это свою жизнь. Просто живи. Я не хочу, чтобы ты ушёл вслед за мной. Ты слишком красив, чтобы гореть в аду. Оставляю тебе кольцо. Надеюсь, оно подойдёт. Так я буду рядом с тобой всегда. Твой Л.У.». Гедеон прочитал письмо трижды. Потом ещё раз. Слёзы, которые он сдерживал весь день, наконец прорвались. Он сжимал письмо в одной руке, а в другой — кольцо Люмьера. Парень надел его на безымянный палец рядом со своим и смотрел, как два серебряных обода касаются друг друга. — Я не буду искать виноватых, — прошептал он в пустоту. — Обещаю. Но я не обещаю жить дальше, как будто тебя не было.